Кармин А. Культурология

Подождите немного. Документ загружается.

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

491 -

- 491

получить в Конгрессе поддержку не только своей партии, но и какой-то части другой

партии.

В Англии правительство формируется парламентским большинством. Правительство там

может успешно функционировать потому, что всегда уверено в одобрении

568

парламентом своих действий. Но если бы в британском парламенте депутаты не под-

чинялись строгой партийной дисциплине и обладали свободой голоса, то правительство,

возможно, наталкивалось бы на сопротивление, которое лишило бы его способности что-

либо сделать. Партийная дисциплина спасает положение.

Таким образом, эффективность деятельности правительства обеспечивается не только

системой законов, но и гармонией между этой системой и внутренними нормами партийной

жизни. Такая гармония — продукт развития политической культуры.

Когда некоторые страны после Второй мировой войны попытались построить свою

политическую систему по образцу США или Англии, это привело к тому, что в них то

возникал паралич власти из-за противостояния президента и парламента, то происходили

государственные перевороты. И это не случайно: мало установить «хорошую» по-

литическую систему, надо еще, чтобы она жила в соответствующей атмосфере, которая

создается политической культурой.

Учитывая сказанное, можно понять, почему в нашей стране мы сейчас постоянно ощущаем

слабость государственной власти. Одна из важнейших причин здесь — то, что

политическая культура общества пока не созрела настолько, чтобы эффективно

справляться с трудностями, возникающими в условиях демократического режима. В нашей

политической культуре еще не сложилась гармония между новым устройством государства

и другими компонентами политической жизни общества. Характерно, в частности, что

именно КПРФ с ее жесткой партийной дисциплиной выступает за уменьшение полномочий

президента и даже вообще за упразднение президентства. Традиции этой партии явно не

вписываются в политическую культуру демократической президентской республики. ♦

4.8. ПОЛИТИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА РОССИИ

Русское государство образовалось путем объединения отдельных княжеств под властью

московских князей. Превратившись в огромное царство, оно в течение многих веков сохраняло

одну важную особенность, которая отличала его от западноевропейских государств: оно было

«вотчинным» государством.

Западная Европа, начиная с древнеримской истории, прошла долгий и

сложный путь развития государственности, в ходе которого существовавшая с первобытных

времен слитность «власти над людьми» с «властью над вещами» раздвоилась, и возникло четкое

разделение между ними. Государственная, политическая власть отделилась от права

собственности. Римские императоры, а позже и европейские монархи были суверенами,

властителями, управляющими страной и ее населением, но не собственниками своей страны. В

России же исторически государство сложилась как государева вотчина. Разграничительная линия

между суверенитетом и собственностью (как и в других восточных государствах) была неясной

или не существовала вообще.

«В таких государствах политическая власть мыслится и отправляется как продолжение права

собственности, и властитель (властители) является одновременно и сувереном государства, и его

собственником».

355

Цари долго управляли Россией как своим владением, и разделение между властью государя и

властью собственника происходило замедленно и принимало несовершенные формы. Отмеченное

обстоятельство наложило существенный отпечаток на политическую культуру России. Она

исторически развивалась как культура патриархального типа (дополняемая харизматическим

культом государя). Царь был не просто правителем земли русской, но и ее хозяином, который, как

это особенно отчетливо показал Иван Грозный, вправе делать с ней все, что хочет.

Затянувшееся господство крепостничества, при котором основная масса населения была

совершенно бесправна и отстранена от политической жизни, усиливало укоренившееся в культуре

представление о бессилии людей перед могуществом государственной власти. Громадные

размеры Российской империи еще более способствовали разви-

355

Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1995. С. 11.

569

тию у рядового человека чувства отдаленности от «верхов» государства.

Эти исторически сложившиеся специфические черты российской политической культуры в

определенной мере воспроизводились и при советском строе. Они обусловили распространенное в

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

492 -

- 492

народе до сих пор преклонение перед государством и убежденность в том, что не он, а власти

могут и должны все за него решать. Тоталитаризм так легко утвердился в Советском Союзе

потому, что почва для него была удобрена историческим опытом России. Культ «вождя» стал как

бы продолжением культа «царя-батюшки». Воля народа, его интересы и стремления определялись

не им и без его участия — это делала за него «коллективная мудрость Центрального Комитета

Коммунистической партии». Состав последнего избирался (фактически, по сути дела, назначался)

на съездах партии, а народу оставалось лишь выражать «всеобщее одобрение» по поводу решений

съездов.

Принятие в 1993 г. новой, демократической Конституции Российской Федерации изменило

государственное устройство страны, но, разумеется, не могло привести к немедленному преоб-

разованию ее политической культуры. Демократическая политическая система формально

существует, но существует в атмосфере политической культуры, во многом несущей в себе следы

тоталитаризма.

Вплоть до настоящего времени государство у нас стоит над гражданским обществом. Не

преодолено отчуждение между властью и народом. Политика государственных органов

«непрозрачна». Изучение состава высшей политической элиты показывает, что в конце 1990-х гг.

почти половину ее составляли люди, занимавшие в прошлом руководящие должности в КПСС и

комсомоле. В правительстве РФ, Государственной Думе, Совете Федерации и органах власти 89

субъектов РФ представительство Коммунистической партии и близких к ней по-

литических группировок доходило до 70% -90%. Естественно, что многие из этих людей

придерживались вынесенных из эпохи социализма установок, политических норм и ценностей.

Администрация президента очень напоминает аппарат ЦК КПСС. Современная Российская

Федерация по населению почти вдвое меньше прежнего Советского Союза, а чиновников в ней

стало вдвое больше. При этом прежняя централизация власти вокруг ЦК КПСС и партийная

дисциплина исчезли, органы государственного управления действует несогласованно, бюрократия

плохо контролируется как сверху, так и снизу. Смена лиц на верхах власти — в правительстве,

аппарате президента — происходит вследствие закулисных интриг, по причинам, о которых

население может только гадать. Правительства сменяются, но каждое кормит народ обещаниями,

которые почти никогда не выполняются. Коррупция, увлечение подковерными политическими

играми и межпартийной грызней, злоупотребления властью, пренебрежение к нормам

нравственности, сращивание части политической элиты с криминальным миром — все это

имеется в любом государстве, но в наших условиях достигает необычайного размаха.

Неудивительно, что авторитет власти у населения низок.

♦ В одном из социологических исследований, проведенных в 1995 г., опрошенным

предлагалось ответить, какие из предложенных пар качеств они считают наиболее

характерными для современных российских политиков. Результаты оказались таковы

356

(см. табл. 4.1):

Вряд ли эти показатели существенно изменились бы, если повторить такой опрос сегодня.

Характерное для множества наших граждан отношение к властям юмористически выразил

Ю. Тейх:

Любая власть способна пасть,

Хоть надо, хоть не надо ль.

И потому любая власть

Хоть чуточку, но падаль. ♦

356

Данные опубликованы в газете «Аргументы и факты». 1995. № 7.

570

Табл. 4.1

Качество

Ука-

зали (в

Качество

Ука-

зали (в

1 Желание получить

власть только честным

путем

6 Стремление к власти, не

гнушаясь самыми грязными

средствами

2 Уважение к рядовым

гражданам

7 Неуважение к рядовым

гражданам

3 Строгое соблюдение

законов

5 Пренебрежение к законам 31

4 Бескорыстие 5 Корыстолюбие 26

5 Честность, поря-

дочность

8 Бесчестность, непо-

рядочность

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

493 -

- 493

β Высокий интеллект 10 Скудоумие 11

Важной особенностью (также уходящей корнями в историческое прошлое) современной

российской политической культуры является своеобразное сочетание гомогенности и

фрагментированности. Гомогенность обеспечивалась тоталитарными средствами как при

царизме, идеологически объединявшем все общество под знаменем «самодержавия, православия,

народности», так и при социализме с его пропагандой «морально-политического единства» обще-

ства под руководством Коммунистической партии. Однако под внешней гомогенностью

скрывались глубинные различия политических субкультур разных социальных слоев населения и

разных народов России.

Целая пропасть разделяла в царской России высшую аристократию, стоявшую у руля власти, и

крестьянство, политическая субкультура которого ограничивалась самыми примитивными

представлениями о «царе-батюшке» и злых его чиновниках. Неправославное население Польши,

Средней Азии, Кавказа, Прибалтики, малые народности Крайнего Севера, Сибири, Дальнего Во-

стока воспринимали царскую власть как силу, навязавшую им свое господство, и не чувствовали

себя полноправными гражданами. Провозглашая лозунг «дружбы народов», партийно-советское

руководство в СССР закрывало глаза на противоречия, связанные со стремлением центра решать

все вопросы общественной жизни без учета национальных традиций нерусских на-

родов. Скрытая фрагментированность политической культуры прорвалась наружу, когда

горбачевская перестройка расшатала основы тоталитаризма в СССР и нашла выражение в «параде

суверенитетов»: как только стало возможным строить государственность в духе своей

национальной политической, культуры, руководители советских республик немедленно

воспользовались этой возможностью.

В настоящее время полиэтничность (многонациональность) Российской Федерации остается

источником фрагментации политической культуры в стране. В национальных республиках раз-

виваются собственные политические культуры. Это усиливает тенденцию к сепаратизму, который

создает опасность развала Федерации. Другим источником фрагментации являются расхождение

между сохранившейся в сознании людей старшего поколения и подпитываемой экономическими

неурядицами тягой к коммунистическим идеалам, с одной стороны, и новыми «рыночными»

взглядами, с другой. Еще один источник — разрыв между политической и финансово-

экономической элитой и основной массой народа.

Задача восстановления гомогенности политической культуры на демократической основе

приобретает в таких условиях особую актуальность. Но для решения этой задачи необходимы ре-

формы, приносящие ясную, очевидную выгоду всем основным общественным силам. Росту

гомогенности больше всего способствует подъем экономического благосостояния народа.

Проведение направленных на это реформ, казалось бы, облегчается тем, что можно ориентиро-

ваться на опыт других, более развитых стран, где демократия уже утвердилась и где народ живет

лучше. Однако тут вступает в действие закон, подмеченный историком Ключевским еще в про-

шлом веке: «Закон жизни отсталых государств или народов среди опередивших: нужда реформ

назревает раньше, чем народ созреет для реформы. Необ-

571

ходимость ускоренного движения вдогонку ведет к перениманию чужого наскоро». Так и

случилось в нашем государстве. В результате же постсоветские реформы произвели в российском

обществе сумбур, и вместо роста гомогенности произошло еще большее усиление

фрагментированности.

В развитии российской политической культуры наглядно проявляется отмеченная А. С.

Ахиезером общекультурная закономерность, характерная для всей русской истории: склонность

бросаться из одной крайности в другую.

357

Нетрудно заметить, как в духе этой закономерности

произошел крутой поворот от страха и рабского послушания режиму к открытым протестам,

анархическому поведению и прямому гражданскому неповиновению. Не столь давнее

безудержное восхваление властей сменилось столь же безудержным ее поношением (наверное,

нигде в мире не высказывалось столько публичных оскорблений в адрес президента страны, как у

нас).

Аналогичным образом политическая апатия последних лет коммунистического режима

завершилась внезапным стремительным взлетом интереса людей к политике в конце 1980-х — на-

чале 1990-х гг., который затем уступил место нынешнему безразличию и даже отвращению к ней у

многих людей. Как бы вновь воскресло унаследованное от прошлого и подкрепленное нынешней

ситуацией чувство отчужденности от политической жизни, неверие массы населения в свою

способность повлиять на власть. Политическая активность граждан упала у нас до крайне низкого

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

494 -

- 494

уровня.

357

Ахиезер А, С. Россия: критика исторического опыта. В 3 т. М., 1991. Согласно автору, воз-

никающие в культуре «дуальные оппозиции» (столкновения двух противоположных смыслов)

могут разрешаться либо путем медиации — движения к синтезу противоположных смыслов, либо

путем инверсии — принятия то одного, то другого из них. Русская культура тяготеет к

инверсивному мышлению. Отсюда в отмеченная склонность к крайностям.

♦ Если в годы советской власти в выборах принимали участие 99% населения, то ныне

стало нормальным, что 70-80% избирателей отказываются от голосования. Избирательные

комиссии отмечают как отрадный факт явку хотя бы 30%, а когда приходит 40%, то

называют это «очень высокой активностью электората». Для сравнения: в Западной

Европе приходят к избирательным урнам во время всеобщих выборов 70-90 и более

процентов избирателей (в Англии — 72,8, в Греции — 80,2, во Франции — 85,8, в Швеции

— 89,8, в Австрии — 92,6);

358

в США регулярно принимают участие в президентских

выборах около 70% зарегистрированных избирателей (в местных выборах, однако, вдвое

меньше). ♦

Стоит обратить внимание и на еще один показатель политической культуры: участие граждан в

деятельности разнообразных общественных организаций. В дореволюционной России доля

граждан, входящих в такие организации, в общей численности населения было очень

незначительна? При советской власти вовлеченность населения в общественные организации

значительно выросла. Численность членов КПСС доходила до 20 млн, среди рабочих и служащих

лишь редкий человек не был одновременно членом сразу нескольких организаций (комсомола,

профсоюза, общества автолюбителей, общества «Красного Креста», общества содействия армии и

флоту, спортивных обществ и пр.). Правда, участие в работе подобных обществ чаще всего

ограничивалось лишь более или менее регулярной уплатой членских взносов. Ныне основная

масса граждан ни в каких общественных организациях не состоит.

♦ Опять-таки для сравнения: половина совершеннолетних англичан активно участвует в

работе каких-то добровольных обществ и ассоциаций, а средний американец является

членом одновременно 3,1 общественных организаций.♦

Густая сеть разнообразных объединений граждан — религиозные группы и группы милосердия,

общества книголюбов и любителей шахмат, клубы

358

Селезнев Л. И. Политические системы современности. СПб., 1995. С. 63.

572

поклонников эстрадной звезды и Анонимных Алкоголиков, ассоциации помощи инвалидам и

ухода за детьми — скрепляет общество «горизонтальными связями», дает людям «чувство локтя»,

превращает население из неорганизованной массы в структурированное целое.

Подобные добровольные объединения не создаются по указкам сверху, они возникают в

результате добровольной инициативы снизу. Будучи независимыми от государства, они образуют

организованное гражданское общество. Однако в нашей стране при советской власти все

общественные организации находились под партийно-государственной опекой и люди вступали в

них, как тогда говорили, в «добровольно-принудительном » порядке. Ныне же этого нет, и

традиция «общественной работы» нуждается в воскрешении на новой, подлинно добровольной

основе.

Можно сделать вывод, что политическая культура современной России является культурой

«смешанного» типа. Она находится на переходном этапе — этапе перехода от тоталитарной к

демократической культуре. Первая уже умерла, а вторая еще только нарождается. В результате

сейчас образовался своеобразный культурный вакуум в сфере политики. В политическом сознании

массы населения царит неразбериха. Оно явно еще недостаточно подготовлено для освоения демо-

кратического образа жизни в гражданском обществе.

Характерно, что многие плохо понимают суть демократии и, зачисляя на ее счет экономические

неудачи общества, относятся к ней неодобрительно. Не случайно с подачи ее противников вошло

в обиход бранное словечко «дерьмократы». Любители поносить демократию даже не замечают,

что только благодаря демократической свободе слова они имеют возможность безбоязненно

делать это. Тоталитарный режим такой возможности своим противникам не дает. Демократия —

это форма власти, позволяющая всем ругать власть за то, что она позволяет им ругать ее.

Установленная Конституцией РФ демократическая политическая система сможет нормально

функционировать только тогда, когда в обществе укрепится демократическая политическая

культура. Пока же последняя у нас имеет еще весьма незрелый характер. Нам еще предстоит

пройти немалый путь для утверждения подлинно демократической культуры в стране.

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

495 -

- 495

4.9. ФОРМИРОВАНИЕ И РАЗВИТИЕ МИРОВОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ

КУЛЬТУРЫ

В исторической практике издавна стали вырабатываться нормы взаимоотношений между

государствами. Постепенно складывались общие представления об условиях и формах мирного

разрешения противоречий, об идеалах добрососедского сосуществования и взаимовыгодного

сотрудничества государств. Потрясения, затронувшие все страны мира в XX столетии, — две

мировые войны, унесшие миллионы жертв, рождение и крах кровавых тоталитарных режимов,

появление атомного оружия, способного стереть с лица Земле все живое, возникновение гло-

бальных проблем, решение которых возможно только путем согласованных действий всего

международного сообщества, — все это привело человечество к пониманию необходимости ре-

гулировать свою жизнь во всемирном масштабе. Результатом явилось создание ООН и разработка

разнообразных международных документов, которые утверждают общие для всех народов Земли

регулятивы и ценности мировой политической культуры. Формирование ее — это одно из главных

культурных достижений нашего времени.

В основе возникающей на наших глазах мировой политической культу-

573

ры лежат идеалы мира и сотрудничества между народами, принципы урегулирования конфликтов

между ними, общие нормы международного права, в том числе и акты, защищающие есте-

ственные права человека.

Общая тенденция развития мировой политической культуры, по-видимому, состоит в том, что

государство как высшая форма суверенной власти в обществе постепенно утрачивает ту

фундаментальную роль, которую оно выполняло на протяжении всей предшествующей всемирной

истории. Развитие единого мирового рынка ведет к тому, что все более возрастает зависимость

любого государства от складывающейся на нем конъюнктуры. Капитал, техника, рабочая сила, ин-

формация перешагивают через государственные границы. Транснациональные корпорации

внедряются в экономику многих стран. Международные банки, международный суд, Интерпол и

множество работающих под эгидой ООН организаций все больше влияют на внутренние дела

государств. В этих условиях держать государственную границу «на замке» становится трудно и

часто не только не нужно, но и вредно (особенно для малой страны). Все это ведет к ограничению

суверенитета государств.

Все более важную роль в жизни человечества начинают играть надгосударственные объединения.

Они возникали и раньше — в виде различного рода военных и политических союзов, блоков,

альянсов. Но сейчас они приобретают принципиально иной характер. По существу, ныне

зарождается новый исторический тип социальной организации человеческого общества.

♦ В этом отношении показательна интеграция ряда стран Западной Европы (Англия,

Германия, Франция, Италия, Испания, Португалия, Бельгия, Голландия, Греция и др. —

число желающих присоединиться к ним с каждым годом растет) в Европейский Союз.

Границы между этими странами становятся открытыми. Вводится общая денежная

система. Над их прави-

тельствами надстраиваются руководящие органы ЕС — Европарламент, Совет министров

ЕС, Комиссия европейских сообществ, которым передаются некоторые суверенные права

этих правительств. По уставу Евро-парламент обладает законодательной функцией, и

принятые им законы после утверждения Советом министров ЕС вступают в силу во всех

странах Союза. Возникает, таким образом, нечто вроде Соединенных Штатов Европы. Но,

в отличие от США, здесь образуется надгосударственная политическая структура. ♦

Есть основания полагать, что Европейский Союз — зародыш будущего объединения Европы и

образец для создания подобных надгосударственных политических структур в других регионах

мира.

♦ В связи с этим распад СССР можно рассматривать как процесс, происшедший вразрез с

общей тенденцией исторического прогресса. Превращение советских республик в

независимые государства удовлетворяло политические амбиции национальных элит, но

разрыв экономических и культурных связей между республиками нанес ощутимый ущерб

их народам. Преобразование СССР в новый тип надгосударственного объединения

наподобие Европейского Союза более соответствовало бы современным формам

развития государственности и скорее всего позволило бы избежать многих трудностей

нынешнего положения дел в странах СНГ, образовавшегося на месте бывшего Советского

Союза. Впрочем, не исключена еще возможность перерастания весьма неопределенного

по своему статусу СНГ в мощную надгосударственную политическую структуру. ♦

Создание Организации Объединенных Наций и рост ее авторитета во всем мире, возникновение

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

496 -

- 496

надгосударственных политических объединений нового типа, развитие единой мировой поли-

тической культуры — это обнадеживающие признаки вступления человечества в новую эру.

Человечество начинает консолидироваться во всемирном масштабе в единую организацию для

совместной целенаправленной деятельности — таков итог бурного, наполненного войнами и

революциями, пережившего Освенцим и Хиросиму, пролившего целое море крови XX в.

574

Глава 5. ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА

За телевизор Клеопатра

Полцарства б, может, отдала;

Нерон, осваивая «Татру»,

Забыл бы прочие дела.

И предстает нам с каждым годом

Загадочнее, чем была,

Нерукотворная природа —

Та, что людей изобрела.

В. ШЕФНЕР

§1. ЧТО ТАКОЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ КУЛЬТУРА?

1.1.ТЕХНОЛОГИЯ КАК КУЛЬТУРНЫЙ ФЕНОМЕН

Жизнедеятельность человека подчиняется, с одной стороны, биологическим закономерностям, а с

другой — условиям его существования в социокультурном мире. У животных цели

жизнедеятельности заданы «от природы» и сводятся к удовлетворению витальных (жизненных)

потребностей в самосохранении, продолжении рода и т. п. «Технология» их жизнедеятельности —

ее механизмы и способы — в основе своей обусловлена генетически, и лишь в большей или

меньшей мере видоизменяется в зависимости от индивидуального опыта особи. У человека же над

биологическими, витальными потребностями надстраивается целая пирамида обусловленных

культурой общества социальных и духовных потребностей и, соответственно, в огромной степени

расширяется множество целей деятельности. Наряду с целями культура также вырабатывает

средства и способы их достижения.

Целесообразная организация человеческой деятельности предполагает подбор необходимых

средств и способов действий, планирование и выполнение определенной последовательности

операций. Эта организационная сторона человеческой деятельности образует ее технологию.

♦ Понятие технологии используется в литературе в разных значениях. Под технологией могут

иметь в виду: свод правил конкретного производственного процесса («технология подводной

сварки»); организацию какого-либо типа или отрасли производства, включающую все условия —

средства, методы, процедуры — его осуществления («конвейерная технология», «технология

машиностроения»); формы и способы использования техники; применение научных знаний в

организации практической деятельности; научное описание какой-либо деятельности, ее

процессов, средств и методов. Понятие технологии исторически изменяется и приобретает все

более широкое значение. Понимая под технологией организационную сторону любой

человеческой деятельности, я использую это понятие в современном, наиболее общем смысле.

359

♦

Технология человеческой деятельности, в отличие от «технологии» животных, не дана человеку

«от природы», а представляет собою культурное явление. Ниша, занимаемая ею в культурном

пространстве, — это область технологической культуры.

Технологическая культура связана с мастерством, умением. Ее носители — те, о ком в

стихотворении Р. Рождественского сказано так:

359

О современном понимании технологии см.: Иванов Б. И. Философские проблемы техно-знания.

СПб., 1997; Горохов В. Г., Розин В. М, Техническое знание в современной культуре. М., 1987;

Шаповалов Е. А. Курс лекций по философии техники. СПб, 1998.

575

Мир стареет

в былых надеждах.

Но сегодня,

как и вчера,

на плечах эту землю держат

и несут на себе

мастера!

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

497 -

- 497

Мастера. Профессионалы.

Те, кто в жизни постичь смогли

щедрость камня,

душу металла,

свежесть формулы,

соль земли...

Как указывалось в гл. 1, § 6.2, технологическая культура включает в себя, главным образом,

знания и регулятивы, с помощью которых осуществляется человеческая деятельность. Это ее

смысловая, информативная, содержательная сторона. Но, как и во всех областях культуры, в ней

имеется также и материальная сторона — знаковый материал, в котором кодируются,

объективируются ее смыслы.

Разумеется, важнейшее место тут, как и всюду в культуре, занимает вербальный язык — самая

мощная из используемых людьми знаковых систем. Однако особенностью технологической

культуры является то, что в ней большую роль, чем в других областях культуры, играют

невербальные формы кодирования информации, в особенности — функциональные знаки, т. е.

предметы, включенные в человеческую деятельность и несущие в себе информацию о ней (см.

Часть 1, гл. 2, § 3). Технологическая информация далеко не всегда находит выражение в словах:

люди часто не могут передать словами секреты своего мастерства, и их способы действий, умения,

знания остаются запечатленными лишь в самих актах деятельности, в орудиях труда,

инструментах, механизмах. Рабочий использует результаты научных расчетов,

«материализованные» в конструкции станка, на котором он работает, но совсем не обязательно

знает эти расчеты. Техника, таким образом, несет в себе знание, с помощью которого она создана,

но чтобы вербализовать, изложить словами это знание, нужно рассматривать машину как «текст»

и уметь «переводить» смысл этого «металлического текста» на человеческий язык.

История свидетельствует, что с развитием культуры объем используемых людьми средств и

способов деятельности постоянно растет.

1.2. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЙ

КУЛЬТУРЫ

Свои первые шаги технологическая культура делала в форме мифа и магии. Магические

технологии — чародейство, шаманство, колдовские ритуалы вызова дождя, обеспечения удачи в

охоте и военных действиях, спасения от злых духов и т. п. — опирались на знания, выраженные в

мифологических представлениях о мире. Древнейшие технологии практической деятельности —

собирательства, охоты, домашнего хозяйства, строительства жилищ — были как бы

продолжением магии. Первобытная материальная техника была примитивна, и технология ее

создания никаких особых теоретических знаний не требовала. Таким образом, древняя

технологическая культура выражалась большей частью в умениях и навыках, ее предметный, ма-

териально-технический базис был очень узок, а ее «теоретическое обоснование» сводилось к

мифам.

Это значит, что основную роль в содержании древней технологической культуры играла ее

регулятивная (в значительной мере магическая) составляющая, тогда как когнитивная (в основе

своей — мифологическая) была еще малоразвитой и ненадежной; знаковым материалом же, в

котором объективировались и передавались технологические сведения и умения, были, прежде

всего, действия людей, а изготовленные ими вещи — орудия труда, предметы домашнего обихода,

амулеты и прочие принадлежности магических ритуалов — использовались как источники

технологической информации

576

в меньшей мере. Видимо, первобытные люди передавали друг другу технологические знания чаще

путем показа, демонстрации действий, чем посредством словесных объяснений.

Дальнейшее развитие технологической культуры шло в двух направлениях.

С одной стороны, рос объем знаний и умений, что вело к отделению их от мифологии и магии. Это

сопровождалось разделением труда и дифференциацией технологической культуры. Знания и

умения, нужные для успешной деятельности в какой-либо области, становились достоянием

мастеров — ремесленников, строителей, художников, врачей и т. д. Древние греки называли их

словом «техне», что буквально означало «знание, умение, мастерство». От этого слова в

древнеримской латыни, где было слово ars (искусство, художество, художественное произведе-

ние), возникло словосочетание technica ars — искусство умелого производства, откуда в XVII в. во

французском и затем в английском языке появился термин technique,

360

a несколько позже в

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

498 -

- 498

немецком — Technik и в русском — техника.

С другой стороны, расширялся и совершенствовался «вещный», предметный инвентарь

технологической культуры. Создавались новые и более эффективные виды орудий труда, изоб-

ретались различные приспособления и механизмы. Слово «техника» стало применяться и для

обозначения этих материальных средств деятельности. Так возникло представление о технике как

о всякого рода устройствах, используемых в каком-либо деле. Чем более сложными становились

эти уст-

360

В современном английском языке слово technique чаще всего означает умение, методику

действий, слово technics — технические устройства и технические науки. Однако вместо этих

слов вошло в обычай использовать слово technology, которое имеет широкий смысл и на русский

может переводиться как словом «технология», так и словом «техника».

ройства, тем больше стали требоваться специальные технические знания для их производства и

совершенствования. Это вело к увеличению роли когнитивной составляющей в технологической

культуре.

Технические знания долгое время — вплоть до эпохи Возрождения — имели, в основном, чисто

практический характер. Они представляли собою большей частью собрания правил, которых надо

придерживаться при выполнении работы. Постепенно в этих знаниях все больше места стали

занимать сведения о свойствах материалов и приспособлений, применяемых в работе, о явлениях,

происходящих в процессе производственной деятельности и в функционировании технических

устройств. Технические знания стали передаваться не только путем демонстрации и устных

наставлений мастера своим ученикам, но и письменно. Уже в античные времена появились книги

с их изложением. Таким образом, постепенно зарождались начатки технической науки. Однако это

были лишь разрозненные, слабо систематизированные сведения и рекомендации. Свойства, яв-

ления, процессы описывались, но почти никак не объяснялись теоретически: не было теорий, на

основе которых можно было бы дать такое объяснение.

Но параллельно с развитием техники и специальных технических знаний в истории культуры шел

еще один процесс: развитие философского мышления. В сфере философии родилось те-

оретическое познание. В отличие от нацеленного на практику «техне» греки называли его

«эпистеме». Это познание было умозрительным, оно было мало связано с производственной и во-

обще с практической деятельностью в опиралось больше на силу логики, чем на исследование

фактов. Но в русле философских размышлений сформировались и затем отделились от философии

и обрели самостоятельное существование математика и теоретическое естествознание.

577

В Новое время оба потока знаний — сложившееся в практической деятельности техническое

знание и созревшая в лоне философии теоретическая наука — сблизились и переплелись друг с

другом. В результате родилась наука в современном ее понимании. Астрономия, физика,

механика, химия, биология обзавелись научными приборами, позволяющими проводить точные

наблюдения и сложнейшие эксперименты, — измерительными инструментами, средствами

наблюдения (телескоп, микроскоп). Умозрительные естественнонаучные концепции стали

обрастать «плотью и кровью» экспериментальных фактов и превращаться в обоснованные

практикой теории. А технические знания начали опираться на математику и естественные науки,

теоретически обобщая на этой основе накопленный опыт. Это привело к тому, что они стали

оформляться в техническую науку, которая за пару столетий превратилась в одну из самых

мощных ветвей древа науки.

С начала Нового времени изменяется социокультурная роль науки. Отделившись от философии,

наука сближается с практикой. Не только техническая наука, но и естествознание и математика

постепенно все больше ориентируются на решение утилитарных задач — главным образом,

производственных и военных.

Когда наука мыслилась как часть философии, она была формой духовной культуры. Вместе с

религией, искусством и философией она рассматривалась, прежде всего, как сфера возвышенной

духовной деятельности. Наукой занимались не ради пользы — ради истины. Теперь же в ней

начинают видеть не столько сокровищницу духовных ценностей, сколько силу, которую можно

пустить в дело, чтобы получить какие-то практически полезные результаты. На первый план все

больше выдвигается ее когнитивно-регулятивное содержание. Этот принципиально новый взгляд

на науку отчетливо выразился в афо-

ризме, родившемся на излете средневековья: «Знание — сила» (о философии так никто не

говорил!). После научной революции XVI.-XVII вв. наука окончательно обретает новое —

«деловое», «прагматическое» — лицо. И это ведет к тому, что она (за исключением гуманитарных

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

499 -

- 499

наук) из сферы духовной культуры переходит в область технологической культуры.

Весь комплекс «точных» наук в Новое время тесно сращивается с техникой. Усложняется и

становится малопонятным для неспециалистов «технический инструментарий» научного

мышления — его методы, понятийный каркас, математический аппарат. Научные исследования

становятся невозможными без экспериментальной техники, которой требуется все больше и

больше. Финансирующие науку государственные и частные организации, естественно, проявляют

заинтересованность, прежде всего, в практической отдаче, в той выгоде, которую принесет

техническое использование достижений науки в промышленности, сельском хозяйстве, торговле,

военном деле, здравоохранении и т. д.

И вместе с тем после промышленного переворота, давшего в XVIII в. толчок развитию крупной

машинной индустрии, техника все больше сращивается с наукой и к XX в. насквозь проникается

ею, становится по своему происхождению «научной». Время, когда малограмотный «умелец» мог

сотворить чудесные технические открытия, безвозвратно уходит в прошлое. Теперь вряд ли

можно надеяться внести сколько-нибудь серьезное новшество в технику без солидных и подчас

весьма дорогостоящих научных исследований. Техника ныне — это воплощенная «в металл»

наука.

Усложнение технологии производственных процессов, превращение науки в теоретическую базу

производства, необходимость опираться на научные знания при проектировании, конструиро-

вании, изготовлении и эксплуатации

578

Рис. 5.1.

X—«когнитивная» ось

Y—«ценностная» ось

Z—«регулятивная» ось

техники — все это выдвинуло на заметное место в обществе фигуру инженера. Инженерия

представляет собою особый тип деятельности, который лежит на стыке науки и техники. Это

«промежуточная», соединяющая науку и технику область, где наука применяется для решения

технических задач, а техника создается и используется с помощью науки.

Итак, технологическая культура складывается из трех основных компонентов — техники, науки и

инженерии. Техника представляет собою материальное «тело» технологической культуры, наука

— ее интеллектуальную «душу», а инженерия — ее деятельное, волевое начало, подчиняющее

«тело» «душе». Эти компоненты технологической культуры можно представить схематически в

виде «пластов», расположенных в культурном пространстве параллельно «когнитивно-регуля-

тивной» плоскости (см. рис. 5.1).

♦ О том, что технология, наука, техника, инженерия должны включаться в состав культуры,

философы и ученые стали говорить во второй половине XIX в. Н. Данилевский в своей

книге «Россия и Европа» отнес к «собственно культурной деятельности» художественную,

научную и промышленно-техническую.

361

Рассматривать технику в качестве культурного

феномена одним из первых призвал французский ученый Ф. Рело.

362

В 1908 г. немецкий

философ Ф. Дессауэр поставил вопрос о необходимости выделять в составе куль-

туры «техническую культуру».

363

Однако следует заметить, что до настоящего времени

понятие технологической культуры — редкий гость в культурологической литературе.

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9

Янко Слава (Библиотека Fort/Da) || slavaaa@yandex.ru

500 -

- 500

Программы и учебники по культурологии, как правило, уделяют технологической культуре

мало внимания или вообще не упоминают о ней. Часто ее искусственно разрывают на

части, разделяя технику и науку: говорят о технической культуре, исключая из нее науку и

относя последнюю к духовной культуре. Некоторые видные культурологи вообще выносят

технику за рамки культуры и видят в ней враждебную культуре силу (Шпенглер, Бердяев).

Другие же и науку исключают — полностью или частично — из состава культуры.

364

вместе с тем почти все признают, что в нашу эпоху техника, технология, наука

переплетаются между собой, образуя единое целое.

Большое внимание привлекла во всем мире опубликованная в 1956 г. книга английского

писателя и ученого Ч. Сноу «Две культуры».

366

Автор ее ярко описал различие «двух

культур» — «традиционной гуманитарной» и «новой научной», которая включает в себя

«точную» науку, технику, инженерию. По сути дела, он имел в виду различие между

духовной и социальной культурой, с одной стороны, и технологической культурой — с

другой. Сноу не просто подчеркивал необходимость видеть в технологической культуре

особую часть мира культуры. Он говорил о недопустимости пренебрежительного

отношения ко «второй» (технологической) культуре и вместе с тем об опасности разрыва

между двумя культурами, о необходимости разрушить «стену непонимания» между ними. ♦

Однако по традиции «высококультурными людьми» до сих пор считаются эрудиты в области

духовной культуры — знатоки искусства, религии, философии, и невежество в области «точных»

наук эту репутацию не слишком портит. Более того, нередко этим невежеством

«высококультурные люди» даже гордятся. Очевидно, при такой позиции наука исключается из

области духовной культуры. И это, в принципе, правильно. Другое дело — что

361

Данилевский Н. Россия и Европа. СПб.. 1871. С. 526.

362

Рело Ф. Техника и ее связь с задачей культуры. СПб., 1885.

363

Dessauer F. Technicshe Kultur? Sechs Essays. München, 1908.

364

См., например: Мамардашвили М. К. Наука и культура // Методологические проблемы

историко-научных исследований. М., 1982.

365

Сноу Ч. Две культуры. М., 1973.

579

вряд ли в наше время можно признать оправданным взгляд, что высокая культура совместима с

невежеством в сфере «точных» наук и технологической культуры вообще. Существование тех-

нологической культуры как особой «ниши» культурного пространства — это факт, игнорировать

который нельзя. Особенно в нашу эпоху, когда техника, инженерия и наука играют столь важную

роль в жизни человечества.

1.3. ОСОБЕННОСТИ ТЕХНОЛОГИЧЕСКОЙ КУЛЬТУРЫ

1. Духовная и социальная культура ориентированы на «ценностную» ось, их объединяет то, что

они нацелены на создание ценностей и идеалов. Технологическая культура же в этом отношении

отличается от них и противостоит им: в ней ценностные смыслы не играют существенной роли.

Она, так сказать, не озабочена «ценностным измерением» деятельности. Ее смыслы

концентрируются вокруг того, что и как надо сделать, а то, ради чего это делать, — вопрос,

который выходит за ее пределы.

Это не значит, что «ценностное измерение» в технологической культуре совершенно отсутствует.

Внутри себя она создает свои шкалы ценностей, касающиеся технических параметров

деятельности и ее продуктов. «Внутренние» ценности технологической культуры — это,

например, эффективность, точность, экономичность, прочность, коэффициент полезного действия

и т. п. (На рис. 5.1 наличие ценностных смыслов в технологической культуре выражено в том, что

ее научный, технический и инженерный «пласты» имеют «толщину» вдоль «ценностной» оси.)

Ученый, техник, инженер может посвятить всю свою жизнь работе во имя подобных ценностей.

Однако технологические ценности не являются самоценностями (гл. 2, § 2.1). Это касается и

такой ценности научного познания, как истина (см. об этом

§ 3.8 данной главы). Технологические знания и регулятивы ценны тем, что полезны. Они могут

быть лишь инструментальными ценностями, выступающими в качестве средств для достижения

каких-то других, фундаментальных ценностей, которые задаются не технологической, а духовной

или социальной культурой. Так, технические параметры телевизора важны не сами по себе, а лишь

постольку, поскольку они, скажем, обеспечивают возможность получать эстетическое

удовольствие от восприятия телефильма; ценность бытовой техники не в ее мощности или

экономичности самих по себе, а в том, что она облегчает домашний труд, высвобождает время для

других дел, имеющих большую значимость в духовном или социальном плане.

Кармин А. С.=Культурология. Издательство «Лань», 2003. — 928 с. ISBN 5-8114-0471-9