Кузнецов Ю., Никольский В. Введение в теорию национальной безопасности
Подождите немного. Документ загружается.
Однако некоторые специалисты высказывали опасения, что установленные государствами
системы конвоирования и
защиты торговли может привести к ликвидации всякого подобия нейтралитета, который
эти государства
провозгласят. Подобные опасения имеют основания, так как нарушается право воюющих
государств пресекать
военную контрабанду на нейтральных судах. С другой стороны это применение этого
права по отношению к ведущим
державам мира всегда вызывало международную напряженность. Достаточно вспомнить
историю с русскими
вспомогательными крейсерами во время Русско-японской войны 1904-05 гг., когда
Англия, главный контрабандист на
море, фактически принудила Россию прекратить их операции в мировом океане.
В качестве примера систематического патрулирование ВМС на вероятных путях
проникновения террористов в
пограничную зону можно рассмотреть действия ВМС Израиля. При этом уничтожались
или захватывались
подозрительные суда, как боевыми кораблями, так и спецслужбами: 4 октября 1978 г.
сухогруз Кипра "Ажиос
Деметриос"; 24 апреля 1979 г. ливанский сухогруз "Невин"; 9 марта 1982 г. ливанский
сухогруз "Рашед"; 23 декабря
1983 г. ливанский сухогруз "Талан"; 29 июня 1984 г. ливанское судно "Ализуро Биандо".
Захватывались
подозрительные пассажиры: 29 марта 1985 г. "Кхалиль-1"; 21 апреля 1985 г. панамское
судно "Атаверос" и т. д.
При этом суть тактики действия заключалась в следующем. Израильские боевые катера
подходили к намеченному
судну и, угрожая оружием, требовали его остановки. Затем отряд морских пехотинцев
поднимался на борт
остановленного судна и приказывал всем находящимся на нем подняться на палубу.
Подозрительных лиц
пересаживали на катер и доставляли в Израиль. При этом на голову им набрасывали
мешки. Арестованных
предавали израильскому военному трибуналу, одни депортировались без всякого суда,
другие пропадали без вести.
Имевшиеся у потерпевших деньги и ценности конфисковывали под предлогом пресечения
финансовой помощи
террористам. Подобные захваты производились не только в открытом море, но и в
территориальных водах Ливана и
Кипра. Захвату подлежали в основном небольшие .суда или рыболовные лодки, которые
плавали без всякого флага.
В качестве основного активного метода действия кораблей с пиратами так же применяется
патрулирование
прибрежных вод боевыми катерами и вертолетами соответствующих государств и
боевыми кораблями
заинтересованных стран международных вод в опасных районах, Патрулирование этих
вод катерами обусловлено и
тем, что пиратские катера могут скрываться в прибрежных речных джунглях, где разведка
их с воздуха вертолетом
почти невозможна. Однако все это требует значительных денежных средств, а бюджет
стран, где орудуют пираты
обычно пуст. Поэтому эти патрулирования часто весьма ограничены и ООН вынужден
оказывать помощь некоторым
из этих стран (так в 1981 г. на ее средства была создана Таиландская антипиратская
патрульная служба). По мнению
многих специалистов создание специальной международной воздушной патрульной
службы, способной
круглосуточно контролировать эти районы из международных вод и управлять
корабельными патрульными силами,
позволило бы резко снизить возможности по безнаказанному действию пиратов. При этом
своевременное
обнаружение "зон ожидания" пиратских судов сможет обеспечить безопасность крупных
судов.
Методы борьбы с незаконной экономической деятельностью по форме идентичны
методам борьбы с пиратством,
однако, борьба эта имеет свои особенности. Сам факт этой деятельности легко обнаружим
из-за большой
длительности всей операции (например, лов рыбы), однако методы законного ее
пресечения, путем патрулирования
и захвата нарушителей с конфискацией добычи, общепризнанны лишь для
территориальных вод. Правовая
неузаконенность ведет к силовым методам действия в экономической зоне по принципу "в
силе правда". Отсюда и
возникают как проблемы защиты своей экономической деятельности (законной или
незаконной) военным флотом, так
борьба с этой деятельностью также военным флотом.
На этом уровне важную роль в борьбе с различными формами терроризма играют те
организации, которые создают,
эксплуатируют и охраняют потенциальные объекты атаки террористов. Силовые
структуры, кроме спецслужб,
действуют в основном как охранительные. Так они осуществляют ох
рану различных границ государства (воздушной, морской и сухопутной) и объектов.
Надо признать, что разделение функций между различными силовыми ведомствами
России в этом вопросе далеко
от оптимального. Так, например, Федеральная Пограничная служба (ФПС), организация
созданная для охраны
политической границы, стала отвечать еще и за охрану экономической зоны в море
(рыболовство, разработка
полезных ископаемых на шельфе). С другой стороны без помощи ВМФ России она это с
необходимой
эффективностью выполнить не может. Наконец охрану отечественного рыболовства в
удаленных районах, где
существует опасность морского терроризма организаций и государств, может
осуществлять только ВМФ. ФПС
частично контролирует и воздушную границу, хотя за ПВО страны отвечает
Министерство Обороны.
Защита компьютерных систем на этом уровне осуществляется методами затруднения
доступа в наиболее важные
системы лиц, не имеющих прямого отношения к ним. Обычно это достигается созданием
различных шифров и
паролей доступа. Однако необходимо помнить, "все, что создано одним человеком, может
быть повторено другим".
Следовательно для надежности защиты электронных систем на этом уровне необходима
достаточно частое
обновление шифров и паролей доступа.
На тактическом уровне борьба с терроризмом идет только оружием низшего приоритета -
МАТЕРИАЛЬНЫМ
ОРУЖИЕМ.
Причиной возникновения и широкого распространения политического терроризма
стала геополитическая
борьба за мировое господство мировых держав обобщенным оружием высшего
приоритета, недоступного слабым
государствам и многим народам. Поэтому современный политический терроризм
постепенно охватывает весь мир, и
становиться эффективным оружием различных политических группировок в их
политической борьбе. Наибольшая
активность в политическом терроризме проявляется националистическими и
религиозными группировками, а сам
террор стал в основном массовым. Однако наибольшую опасность в XXI веке будет
представлять компьютерный
терроризм как средство глобального поражения мира.
Борьба с международным политическим терроризмом ведется на трех иерархических
уровнях: политическом,
стратегическом и тактическом. На политическом уровне должны устраняться причины
возникновения терроризма
(прежде всего правильная национальная и религиозная политика), на стратегическом
должны предотвращаться и
ликвидироваться возможности организованного терроризма, а на тактическом должна
эффективно вестись борьба с
самими террористическими актами на всех стадиях (подготовка и осуществление).
ГЛАВА VIII. ВОЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ
8.1. Общие положения военной безопасности
Большинство современных официальных документов по концепции развития
Вооруженных Сил России в основном
содержат положения концепции (точнее доктрины) развития Вооруженных Сил СССР и
таким образом продолжают
обосновываться положениями уже не существующей советской военной науки. Только в
1998-1999 г. появились,
наконец, отдельные работы, которые, уже с иных позиций рассматривают проблемы
развития Вооруженных Сил и
ПРОБЛЕМЫ ВОЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ. Как обычно в таких научных делах начались
схоластические споры о
терминах - доктрина, концепция, военная безопасность, военная стратегия и т.д.
Например, под ВОЕННОЙ
БЕЗОПАСНОСТЬЮ понимается состояние военного потенциала и военной мощи
страны, гарантирующее
предотвращение возможной агрессии со стороны др. государств и надежную защиту
жизненно важных интересов.
БЕЗОПАСНОСТЬ ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКАЯ подразумевает, состояние вооружения
и техники,
исключающее предпосылки возникновения вооруженного конфликта из-за их
возможного технического
или организационно-технического несовершенства. Однако все это лишь голые слова.
Суть же дела, вероятно,
заключается в том, что допущены крупные ошибки в идеях положенных в основу
развития не только страны в целом,
о чем мы говорили в предыдущих главах, но и в ОСНОВОПОЛАГАЮЩИХ ИДЕЯХ
строительства Вооруженных Сил.
В определенном смысле, это тривиальный вывод, но к сожалению его многие понимают
по разному и фактически
поражение советской единой военной науки в 1991 г. по всем направлениям было
обусловлено, прежде всего, тем,
что она в определенном смысле, самоустранилась от всяких общеполитических проблем,
слепо следуя в фарватере
МАРКСИЗМА-ЛЕНИНИЗМА. Она не занималась исследованиями направленными на
изучение различных путей
развития народов и государств, роли и места вооруженной борьбы в этом развитии, а
вследствие этого неправильно
определяла роль и место вооруженных сил в государстве, что и привело к их внутреннему
саморазрушению в
обстановке смены политических установок.
Слышны, конечно, возражения на это: "Ведь эти вопросы были традиционно в ведении
Марксизма-Ленинизма", но
тогда слепое следование вышестоящим органам дело достойное для управленца, но
совершенно недостойно для
науки слепо использующей для своих выводов установки (возможно ошибочные) выше
стоящих наук. Если это так, то
тогда это вообще была не наука, а система (не очень убедительная) догматических
положений.
Однако будем считать, что она все же существовала ибо авторам известны некоторые
ученые, которые исследовали
отмеченные выше вопросы, но подвергались жестоким гонениям. Поэтому наше
утверждение о самоустранении ее
от всяких общеполитических проблем скорее относится к официальной военной науке.
Ошибки в определении роли и места вооруженной борьбы и вооруженных сил в
государстве привели к ошибочным
положениям во всех вопросах военного строительства. Мало кто задумывался, что
вооруженная борьба была и есть
ОБОБЩЕННОЕ ОРУЖИЕ НИЗШЕГО ПРОИОРИТЕТА и на этом основании от него
невозможно требовать
АБСОЛЮТНОГО ПОЛИТИЧЕСКОГО результата. Поэтому концепция победоносной
войны со всем миром и любым
видом оружия с целью уничтожения капитализма была абсолютной глупостью и
"троцкизмом" чистой воды. Более
того, эта концепция привела к экономическому разорению государства. Следовательно
"троцкизм", теоретически
разгромленный в 30-х гг. спокойно дожил в кабинетах ЦК КПСС и МО СССР до 1991 г.
Для нас это не удивительно,
так как биологическая проводящая среда мировой закулисы делала свое дело во всех
партийных и государственных
структурах.
Появление ракетно-ядерного оружия многими политиками и военными было воспринято,
как появление НОВОГО
ОРУЖИЯ для ведения вооруженной борьбы. Но и этот вид оружия с позиции ОБЩЕЙ
ТЕОРИИ УПРАВЛЕНИЯ оружие
только пятого приоритета. Да действительно значительное количество ядерного оружия
позволяет решать и
концептуальные вопросы. Весь вопрос как? А ответ на этот вопрос однозначен:
МАССОВОЕ ПРИМЕНЕНИЕ
ЯДЕРНОГО ОРУЖИЯ УНИЧТОЖИТ ЗЕМНУЮ ЦИВИЛИЗАЦИЮ. То есть с позиции
ДОБРА и ЗЛА, о взаимоотношении
которых и идет речь на первом - концептуальном уровне обобщенного оружия, массовое
применение ядерного
оружия ЭТО ЗЛО для всего человечества. Все это конечно прописные истины и раньше
многим было ясно, что
огромные запасы ядерного оружия положили конец всякой мировой войне, ибо
победителем будет "третий", или
погибнет вся цивилизация.
Только наша военная наука не знала, скорее всего, делала вид, что не знала, что все
большие и малые войны
управляемы, и они начинаются только тогда, когда предсказуемы те или иные варианты
их окончания при наличии
победителя. Даже поражения США во Вьетнаме и СССР в Афганистане были
прогнозируемы теми, кто косвенно
организовал эти войны со своей определенной целью. Но хуже всего то, что созданная
система подготовки военного
руководящего звена породила "детей в политике", а не государственников. Эти "дети"
испугались взвалить на свои
плечи весь груз ответственности за страну в августе 1991 года.
Изложенное выше порождало и достаточно упрощенное понимание такого
фундаментального понятия как
СТРАТЕГИЯ, которое обычно сводилось только к военным аспектам. Для дальнейших
рассуждений примем
следующую иерархию стратегий: СТРАТЕГИЯ БЕЗОПАСНОСТИ, часть государственной
политики по обеспечению
безопасности страны. СТРАТЕГИЯ ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКАЯ, совокупность военной
политических идей и
воззрений, наиболее полно и адекватно отвечающих политическим целям, общей задаче
обеспечения военных
аспектов национальных интересов и безопасности государства, эффективным путям и
способам их решения.
СТРАТЕГИЯ ВОЕННАЯ, составная часть военного искусства, его высшая область
охватывающая теорию и практику
обеспечения военной безопасности страны, в т.ч. предотвращения войны, подготовки
страны и ВС к отражению
агрессии, планирование и ведение стратегических операций и войны в целом. Стратегия
военная тесно связана с
военной доктриной государства и руководствуется ее положениями в решении
практических задач.
Конечно, все эти стратегии оказывают непосредственное влияние на военную
безопасность, но здесь мы будем
рассматривать в основном лишь СТРАТЕГИЮ ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКУЮ, которая
входит в стратегию
безопасности, а стратегия военная является ее элементом. Таким образом, для нас будет
представлять интерес
лишь совокупность военно-политических идей и воззрений. При этом среди
рассматриваемых идей и воззрений
много спорных идей, но заслуживающих изучения и использования для построения новых
Вооруженных Сил России.
Отметим, что в СССР вся теория политики и военной политики в частности (стратегия
военно-политическая) была
сосредоточена в высшем партийном аппарате и была открыта для большинства военных
только в форме УЧЕНИЯ О
ВОИНЕ И АРМИИ в рамках Марксизма-Ленинизма. Военные
занимались только "военным делом". Подобное разделение "обязанностей" и привело,
очевидно, к бездарным
войнам в Афганистане и в первой Чеченской войне.
Что такое стратегия "измора" и стратегия "сокрушения" и как это влияло на военную
историю России-СССР? Эти
вопросы, конечно, решались военной наукой России-СССР, но видно не всегда
достаточно глубоко. Почему одни
отрицают морскую стратегию, а другие считают ее необходимой, впрочем, как и
авиационную? Почему именно в
России-СССР этот вопрос всегда стоял достаточно остро? Каково место, например
морской стратегии идеологии и
политике - в системе политических, военно-политических' и военных наук, ее обратное
влияние на государство и
психологию людей.
Попробуем теперь подробнее остановиться на некоторых отмеченных выше аспектах.
Прежде всего, рассмотрим
такие понятия как стратегия "измора" и стратегия "сокрушения". Военные теоретики под
стратегией "сокрушения"
понимают стратегию основанную на прямом сокрушение противника путём уничтожения
его Вооруженных сил и
инфрастуктуры. Данная стратегия наиболее распространена в военной истории.
Достаточно указать, что данной
стратегии придерживались многие известные политические и военные деятели: Александр
Македонский, Ганнибал,
Суворов, Наполеон I, Троцкий, Тухачевский, Гитлер, Жуков и ряд других. В тоже время
некоторые из них иногда
прибегали и к стратегии- "измора". Под стратегией "измора" понимают стратегию
основанную на недопущении
решительных столкновений с противником на главных направлениях и достижение
победы путем его изматывания
небольшими сражениями, блокадой и не выгодным для него затягиванием войны.
Почитателями данной теории были
следующие военные и политические деятели: Петр I, Кутузов, Свечин, Тирпиц, Чечилль и
ряд других.
Отметим, что в России со времен А.В.Суворова и М.И.Кутузова среди военных ученых
произошло неофициальное
разделение на сторонников той или иной стратегии. Это разделение существовало и среди
военных теоретиков
СССР. Причем сторонников стратегии "сокрушения" было всегда значительно больше
среди высшего политического
и военного руководства России-СССР и их деятельность в ряде случаев приводила не к
успеху, а к военным
поражениям или к огромной плате за победу.
Поэтому, прежде чем отдавать предпочтение той или иной стратегии при выборе
основополагающих идей в военно-
политической стратегии России XXI века, необходимо проанализировать их влияния на
военную историю России-
СССР.
Наконец совершенно не учитывались в советской военной науке и проблемы геополитики
и в частности ее основное
противоречие БОРЬБУ КОНТИНЕНТАЛЬНЫХ ДЕРЖАВ С МОРСКИМИ. Вследствие
этого были допущены грубейшие
ошибки и во взглядах на развитие ВМФ СССР. С другой стороны и во времена России с
концептуальными
положениями его развития было не все благополучно, и это привело к ряду катастроф.
Сложность и длительность создания боевых кораблей, по сравнению с любой другой
боевой техникой, накладывает
особую ответственность на политиков и военных. Различные публикации конца XX века
показывают, что главная
официальная идея заключается в сохранении основ концепции развития ВМФ СССР и для
России. С этим очень
трудно было согласиться раньше, а теперь просто невозможно.
Теоретическая слабость публикаций проявляется и в безропотном восприятии уже
"новых" теоретические положения
отечественной "сухопутной" военной науки. Это вполне объяснимо, ибо является
следствием ликвидации
самостоятельного военно-морского министерства в 50-х годах и военно-морской науки в
70-х годах. При этом единой
советской военной наукой была разрешена только "теория развития ВМФ". В стране, с
традиционным господством
континентального мышления, подобные новации, внешне достаточно обоснованные,
привели к подавлению
идеологической и теоретической работы военно-морских ученых на верхнем
иерархическом уровне - военно-
политическом. Однако самым опасным было то, что вопросы развития ВМФ СССР
решались в основном только под
определенные боевые задачи длительность жизни которых практически не
прогнозировалось (изменение этих задач
после 1991 года привело к резкому обесцениванию основных сил ВМФ России).
Отсутствие военно-морской науки не позволило сформулировать объективную морскую
стратегию и на ее основе
объективную систему взглядов на развитие ВМФ СССР А это в ^вою очередь позволило
руководству страны
проделывать над ВМФ любые эксперименты, а руководству ВМФ приходилось отвечать
за это перед историей
Но военно-морская наука была есть и будет, как любая другая наука, другое дело, что в
определенные периоды
предпринимались волевые акты по той или иной субъективной структуризации наук и она
исчезала
В настоящее время, после снятия с ученых унифицированных научных оков в виде единой
идеологии Марксизма-
Ленинизма, и когда единая советская военная наука потерпела поражение по всем
направлениям, настало время
пересмотреть принятую структуризацию наук и поставить вопрос о самостоятельном
существовании ВОЕННО-
МОРСКОЙ НАУКИ обслуживающей с военной точки зрения геополитическую проблему
борьбы континентальных
держав с морскими и являющейся теоретической основой устойчивого развития ВМФ
России в новых военно-
политических условиях При этом за ВОЕННОЙ НАУКОЙ, или как ее раньше называли
военно-сухопутной наукой,
необходимо оставить обслуживание с военной точки зрения геополитические проблемы
борьбы на континентальных
пространствах
При этом в рамках военно-морской науки должна быть выработана МОРСКАЯ
СТРАТЕГИЯ России, как системы
взглядов на характер и закономерности борьбы за морское геополитическое пространство
(в том числе и
вооруженной), подготовку и способы ее ведения всеми Вооруженными силами на
определенном временном этапе.
Как видим речь идет не только о ВМФ, а обо всех Вооруженных Силах и особенностях их
действий на специфическом
пространстве При этом такое понятие как морская стратегия может трактоваться и в узком
смысле как высшая
ступень военно-морского искусства Однако использование ее в этом смысле приводит к
рассмотрению
преимущественно только военных вопросов, как более близких к военно-морскому
искусству с весьма поверхностным
рассмотрением военно-политических и научно-технических проблем, фактически
определяющих ход и исход борьбы
на море.
Наконец следует учитывать, что на морскую стратегию всегда существовало два
взгляда. Один "сухопутный",
флот "помощник армии" и флот как самостоятельная стратегическая сила - назовем его
"океанский" Столкновения и
борьба данных теорий далее также быть рассмотрена и сквозь призму отмеченных ранее
стратегий "сокрушения и
"измора".
С позиции геополитических проблем можно сформулировать и понятие
КОНТИНЕНТАЛЬНОЙ СТРАТЕГИИ. Поэтому
с точки зрения ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ стратегии на этом уровне объективно
существуют всегда две стратегии;
континентальная и морская Каждая из них, в соответствии с Общей теорией управления
должна отвечать за
подготовку народа и его государства к решению ГЕОПОЛИТИЧЕСКИХ проблем
ВОЕННЫМИ способами на двух
геополитических пространствах: СУШИ и МОРЯ. Эта подготовка ведется на
долговременном стратегическом уровне
(в терминах Общей теории управления) и поэтому такое разделение носит скорее чисто
научное значение На
тактическом уровне (в терминах Общей теории управления), когда планирование ведется
в рамках конкретного
временного отрезка, конечно, существует ЕДИНАЯ ВОЕННАЯ СТРАТЕГИЯ имеющая
две стороны, континентальную
и морскую. В зависимости от складывающейся обстановке одна из сторон может
доминировать, но не может
поглощать или игнорировать. Далее мы покажем, что именно в середине 40-х гг. появился
не только теоретический,
но и практический опыт, который подвел всех здравомыслящих военных ученых и
военных практиков к мысли о
безусловной верности и практической значимости такого понятия как ЕДИНАЯ
ВОЕННАЯ СТРАТЕГИЯ.| Грубо говоря
в нормальном государстве параллельно друг другу должны существовать два
отличающихся плана развития
вопросов военной безопасности, которые в зависимости от складывающейся обстановки
могли быть выбраны для
конкретной реализации. Поэтому необходимо прекратить ненужные споры вокруг единой
военной науки и единой
военной стратегии. Военная наука на уровне военно-политическом конечно едина, но там
она должна изучать общие
вопросы борьбы народов и государств всеми видами обобщенного оружия сквозь призму
предпочтительности
вооруженных методов. То есть изучение общей теории управления, геополитики и теории
развития народов под
определенным углом зрения. В чисто военном аспекте эта наука может включать
несколько наук в соответствии с
особенностями вооруженной борьбы за те или иные геополитические пространства.
Советская военная наука совершенно не занималась изучением вопросов
государственного управления в кризисных
ситуациях через использование Вооруженных Сил. Хотя она и не отрицала, что последние
выполняют как внешние
функции, так и внутренние (постепенно отмирающие при социализме).
Внешние функции заключаются в проведении внешней политики государства и силовыми
(в том числе и с
применением оружия) методами. Внутренние функции заключаются в обеспечении
внутренней политической
стабильности государства в условиях возникновения серьезных беспорядков на
социальной, национальной или
религиозной основе, когда специальные части и подразделения (силы министерства
внутренних дел) уже не могут их
прекратить Однако выполнение только функции подавления без прямого влияния на
процесс управления ведет лишь
к озлоблению части общества на армию, ибо они ни прямо, ни косвенно не исключают
первопричин беспорядков в
стране. Только имея возможности бес структурно или структурно управлять в стране в
интересах безопасности,
Вооруженные Силы могут нести полную ответственность за ее безопасность
С теоретической точки зрения в любом нормальном государстве кроме ОСНОВНОГО
управленческого механизма,
должен существовать и РЕЗЕРВНЫЙ механизм. В случае падения основного, должен
начинать работать резервный,
в качестве которого в кризисной ситуации чаще всего используют Вооруженные Силы.
История сохранила огромное
количество случаев, когда в кризисной ситуации без всякого переворота власть
переходила к военным и жизнь
налаживалась. Но для успешности управления военным были нужны управленческие
знания.
В России до 1917 года Вооруженные Силы всегда выполняли частично и функции
управления. Напомним, что весь
чиновный аппарат России делился на две конкурирующие в вопросах управления группы
воинские чины и
гражданские чины, причем очень часто именно воинские чины подменяли гражданских.
То есть Вооруженные Силы
России ранее были способны дать государству управленцев и выступать в роли
РЕЗЕРВНОГО механизму
управления. В определенной степени аппарат Вооруженных Сил был главным
поставщиком
высококвалифицированных управленцев во всех сферах управления (генералы
губернаторы, генералы министры,
генералы директору университетов, генералы послы, генералы жандармы ). То, что в
России, была Гражданская
война и Русская армия боролась довольно долго с теми, кто захватил власть, говорит о
том, что чувство
ответственности у русских офицеров за страну тогда было выше (резервный механизм
управления государством),
чем в 1991 г .
В СССР функции ОСНОВНОГО и ЕДИНСТВЕННОГО управленческого аппарата взяла
на себя КПСС. Благодаря
стараниям нескольких поколений руководителей страны была создана такая система
подготовки офицерских кадров
Вооруженных Сил и порядок прохождения ими воинской службы, что из офицеров,
генералов и адмиралов СССР
только в исключительных случаях могли появиться одиночки способные к
управленческой деятельности на
государственном уровне КПСС не нужны были конкуренты. Подтверждением этих слов
являются глупейшие события
августа 1999 г.
Наконец надо отметить, что изучать свершившееся поучительно, но история никогда не
повторяется и поэтому
именно изучение неиспользованных возможностей представляет наиболее вероятный
"опыт будущего", а
следовательно и наибольшую ценность в ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ СТРАТЕГИИ.
8.2. Краткий анализ военно-политической стратегии России-СССР в некоторых
войнах
Анализируя вопросы военно-политической стратегии авторы будут воздерживаться от
рассмотрения и критики тех
решений военных руководителей, которые принимались ими в бою, так как такая критика
из "теплых кабинетов" по
отношению к людям находившимся в экстремальной ситуации безнравственна. С другой
стороны критика решений
принимаемых именно в "теплых кабинетах" и в спокойной обстановке вполне уместна, а
иная оценка этих решений и
будет наиболее полезна для будущего ( В своей исторической эпопеи "Красное колесо" А
И Солженицыным, при
изучении важнейших этапов в истории, введено понятие УЗЛА. Под ним он понимает
некоторые определяющие
события проходящие в различных элементах рассматриваемой социальной системы, в
ограниченном временном
интервале и ставшие определяющими для развития всей системы на последующий
значительный промежуток