Мах Э. Анализ ощущений и отношение физического к психическому

Подождите немного. Документ загружается.

ЭРНСТ МАХ

212

цессы к ассоциациям, приобретенным в течение индивидуальной жизни.

Ни в одной своей фазе психика не является открытым, не исписан-

ным еще листом (tabula rasa). Во всяком случае, наряду с благоприобре-

тенными ассоциациями необходимо было бы признать и существование

ассоциаций прирожденных. Что же касается прирожденных и нстинк-

тов170, которые интроспективной, на самою себя опирающейся психо-

логии должны были бы казаться подобными ассоциациями, то их биолог

сводит к прирожденным органическим соединениям, а главным

образом к соединениям нервов. Следует поэтому исследовать, не осно-

ваны ли все ассоциации

171

, включая и индивидуально приобретенные,

на прирожденных и усиленных упражнением связях. Во всяком случае,

однако, мы должны задать себе и такой вопрос: не составляют ли про-

цессы, для связи которых образовались в высоко развитых организмах

специальные проводящие пути, скорее явление первичное, сущест-

вующее уже у организмов низших, и не привело ли к образованию этих

путей именно многократное совместное существование их

172 . Конечно,

рациональная психология не может удовольствоваться одними времен-

ными ассоциациями, а она должна принимать во внимание, что суще-

ствуют и готовые соединительные пути. В таком случае надо согласить-

ся и с возможностью появления психических процессов совершенно

произвольно, а не вследствие ассоциации, — процессов, которые

возбуждают соседние части нервной системы, а при значительной силе

распространяются также и на всю нервную систему. С одной стороны,

170 Ярче всего обнаруживаются первые проявления полового чувства, потому что

они проявляются в период полного психического развития и в момент расцве-

та способности к наблюдению. Один вполне достойный доверия, весьма прав-

дивый господин рассказывал мне, как он, будучи еще совершенно чистым, не-

опытным 16-летним юношей, почувствовал удивительное внезапное физиче-

ское изменение, проявившееся в нем при взгляде на декольтированную даму.

Это чувство он принял тогда за болезнь и сейчас же посоветовался о нем со сво-

им товарищем. Весь комплекс совершенно для него новых ощущений и чувст-

вований сопровождался в нем сильным чувством страха.

171 H. E. Ziegler, Theoretisches zur Tierphysiologie und vergleichenden Neurophys-

iologie («Biol. Zentralblatt». Leipzig, 1900, Bd. 20, № 1).

172 Если представлять себе органическую жизнь, как динамическое состояние рав-

новесия многих составляющих химических фаз, равновесия, в котором нару-

шение одного составляющего в общем приводит к нарушению и остальных, то

можно надеяться при помощи этого представления химически понять не толь-

ко память, но и ассоциацию. См. прим. 168 на стр. 211 и текст на стр. 116.

213

XI. ОЩУЩЕНИЕ, ПАМЯТЬ И АССОЦИАЦИЯ

галлюцинации, а с другой — рефлекторные движения представляют пре-

красные примеры из области чувств и двигательных раздражений, кото-

рые должны иметь аналогии и в других областях.

Как это доказал Л е б 17 3 на основании своих собственных работ, как

и работ Го л ьца и Эвальда, во взглядах на взаимодействие частей

центральной нервной системы наступает, по-видимому, интересный

поворот. Согласно новым взглядам, тропизмы животных не отличаются

существенно от тропизмов растений и в первом случае нервы представ-

ляют лишь то преимущество, что при помощи их быстрее передается

раздражение. Жизнь нервной системы сводится к сегментальным реф-

лексам, координация движений — к взаимным возбуждениям и распро-

странению раздражения, а инстинкты — к цепеобразным рефлексам. Так,

например, хватательный рефлекс лягушки влечет за собой рефлекс гло-

тательный. Существование сложно организованных центров не допус-

кается, а и сам головной мозг рассматривается как система сегментов.

Насколько я могу судить, в основе всех этих взглядов лежит счастливое

и важное стремление освободиться от без нужды сложных допущений,

пропитанных метафизикой. Не могу я только согласиться с Лебом,

когда он в филогенетических исследованиях Дарвина о происхожде-

нии инстинктов видит ошибочную односторонность, предлагая оставить

их и заменить физико-химическим исследованием. Верно, без сомне-

ния, то, что последнее исследование было чуждо Д а р вину. Но именно

потому он и получил столь свободный кругозор для своих своеобразных

великих открытий, которых ни один физик, как физик, не мог бы сде-

лать. Мы, правда, повсюду, где это только возможно, стремимся к физи-

ческим объяснениям, к познанию непосредственной («каузаль-

ной») связи. Но эта цель далеко еще не везде достижима, и нам еще

очень многого не хватает, чтобы она была везде достижимой. И в таких

случаях отказываться от других плодотворных точек зрения, которым,

во всяком случае, можем приписывать лишь временный характер,

было бы во всяком случае не меньшей односторонностью, весьма чре-

ватой последствиями. Паровую машину, по словам Леба, можно пони-

мать только физически. Отдельную, данную паровую машину, — да!

Если же речь идет о том, чтобы понять все современные формы паро-

вых машин, то одного этого недостаточно. В таком случае необходимо

173 Loeb, «Vergleichende Physiologie des Gehirns». Leipzig, 1899.

ЭРНСТ МАХ

214

привлечь для объяснения всю историю технической и социальной куль-

туры, как и геологические предложения. Пусть каждый из этих моментов

в отдельности в конце концов может стать понятным физически, но еще

задолго до этого он способствует и выяснению явлений174.

Если бы в то время как я ощущаю что-либо, я же сам или кто-нибудь

другой мог наблюдать мой мозг с помощью всевозможных физических

и химических средств, то можно было бы определить, с какими проис-

ходящими в организме процессами связаны определенного рода ощу-

щения. Тогда, по крайней мере по аналогии, можно было бы ближе

подойти к решению так часто обсуждаемого вопроса о том, как дале-

ко простираются в органическом мире ощущения: ощущают ли низшие

животные, имеются ли ощущения у растений. Покуда эта задача не разре-

шена ни в одном специальном случае, решить этот вопрос невозможно.

Иногда задаются также вопросом, не ощущает ли и «материя» (неорга-

ническая). Этот вопрос вполне естественен, если исходить из обычных,

широко распространенных физических представлений, по которым

материя представляет собой то непосредственное и несомнен-

но данное реальное, на котором строится все, как органическое, так

и неорганическое. Ведь в таком случае в здании, состоящем из материи,

ощущение должно возникать как-то внезапно, или оно должно существо-

вать в самом, так сказать, фундаменте этого здания. С нашей точки зре-

ния, этот вопрос в основе своей ложен. Для нас материя не есть первое

данное. Таким первичным данным являются скорее элементы (кото-

рые в известном определенном смысле называются ощущениями). Вся-

кая научная задача, могущая иметь какой-либо смысл для того или иного

человеческого индивидуума, сводится к определению зависимости эле-

ментов друг от друга. И то, что в обыденной жизни мы называем мате-

рией, есть также не что иное, как определенного рода связь между эле-

ментами. Следовательно, вопрос об ощущении материи гласил бы: име-

ются ли ощущения у определенного рода связи элементов (которые

в известном отношении суть те же ощущения)? В такой же форме этого

вопроса не поставит никто

175. Все, что может иметь для нас некоторый

интерес, должно следовать из рассмотрения общей задачи. Мы спраши-

ваем об ощущениях животных, если это может содействовать объяс-

174 Loeb. Ibid., стр. 130.

175 См. «Populär-wissenschaftliche Vorlesungen», 3 изд. 1903, стр. 242.

215

XII. ОЩУЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ

нению их свойств, которые мы наблюдаем при помощи наших чувств.

Спрашивать об ощущениях кристалла, которые ни в малейшей мере

не объяснят нам его чувственно вполне определенных свойств, не имеет

никакого ни практического, ни научного смысла.

XII. ОЩУЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ

176

Исследовать ощущение времени гораздо труднее, чем ощущение про-

странства. Иные ощущения бывают вместе с пространственным ощу-

щением, другие же бывают и без заметного проявления этого послед-

него. Ощущение же времени сопровождает всякое другое ощущение

и ни от одного из них не может быть отделено вполне. Следовательно,

при всяком исследовании мы должны обратить внимание на изменения

ощущения времени. К этой психологической трудности присоединяется

еще и другая, состоящая в том, что физиологические процессы, с кото-

рыми связано ощущение времени, еще менее известны, еще более и глуб-

же скрыты, чем процессы, соответствующие другим ощущениям. Следо-

вательно, анализ должен ограничиться главным образом только психо-

логической стороной, не получая помощи со стороны физической, как

это, хотя бы отчасти, возможно в других областях чувств.

Едва ли надо указывать на ту важную роль, которую играет в нашей

психической жизни упорядочение элементов во времени. Это последнее

еще важнее, чем расположение тех же элементов в пространстве. Если

элементы расположить во времени в обратном порядке, то это искажает

процесс еще более, чем расположение какой-либо находящейся в про-

странстве фигуры вверх ногами. При таком видоизменении мы получа-

ем совершенно другое, новое переживание. Поэтому слова какой-либо

176 Принятая мной здесь точка зрения очень немногим отличается от точки зрения,

изложенной в моей статье «Untersuchungen über Zeitsinn des Ohres» («Sitzgber.

d. Wiener Akademie», Bd. 51, 1865). Я не стану здесь возвращаться к подробно-

стям тех давнишних своих опытов, которые я начал еще в 1860 году. Здесь не-

возможно также обсуждать и тот громадный материал, который нам дают рабо-

ты Мейманна, Мюнстерберга, Шуманна, Никольса, Германна

и других. Ср. также: Scripture, «The new Psychologie». London, 1897. P. 170.

Подробное изложение см. «Erkenntniss und Irrtum». 1905. С. 415 и след.

ЭРНСТ МАХ

216

речи, какого-нибудь стихотворения имеют для нас смысл только тогда,

когда они воспроизводятся в том самом порядке, в котором и пережива-

лись нами. При расположении же их в обратном порядке они обыкно-

венно или имеют совершенно иной смысл, или теряют его вовсе. Если

ряд з вуков расположить в обратном порядке, либо произнося их спра-

ва налево, либо заставляя фонограф действовать в обратную сторону,

то мы не узнаем даже и составных частей слов речи. Вполне определен-

ные воспоминания связываются только с определенным порядком зву-

ком, из которых состоит слово, и только тогда, когда воспоминания про-

буждаются в определенном порядке, соответствующем порядку звуков

и слов, они получают определенный смысл177. Да и ряд музыкальных зву-

ков, самая простая мелодия, в которой привычке и ассоциации принад-

лежит, во всяком случае, ничтожнейшая роль, кажутся нам незнакомыми,

если расположение звуков во времени сделать диаметрально противопо-

ложным. В ременная последовательность даже весьма элементарных

представлений или ощущений составляет необходимую составную часть

их образа воспоминаний.

Если время рассматривать как ощущение, то гораздо менее удиви-

тельным кажется тот факт, что какой-либо член ряда, расположенного

в порядке A B C D E, например, C, вызывает воспоминание только о сле-

дующих за ним членах, но не о предшествующих ему. Так и образ здания,

который мы вспоминаем, не является у нас перевернутым крышей вниз.

Впрочем, по-видимому, не все равно, возбуждается ли орган B после

возбуждения органа A, или наоборот. В этом заключается, по-видимому,

некоторая физиологическая проблема, разрешение которой дало бы

полное понимание того основного психического факта, что ряды вос-

поминаний протекают только в одном определенном направ-

лении178. Этот факт, может быть, находится в связи с тем, что в зависи-

мости от начальных точек, в которых возбуждение попадает в организм,

177 См. R. Wallaschek, «Psychologie und Pathologie der Vorstellung». Leipzig, 1905,

и в особенности «Das Ganze und seine Theile», стр. 15 и след.

178 Возможно, что нервные элементы не только обладают продолжительной врож-

денной полярной ориентировкой, что доказывают, по-видимому, волна возбуж-

дения, распространяющаяся в кишках, в мышцах змеи, как и гальванотропные

явления, но они, может быть, способны и на приобретенную на время поляр-

ность, что проявляется в сохранении временной последовательности в памя-

ти, в упражнении и т. д. См. Loeb und M a x we l l, «Zur Theorie des Galvanotro-

pismus», «Pflügers Archiv», т. 63, стр. 121. — Loeb, «Vergleichende Gehirnphysi-

ologie», стр. 108 и след.

217

XII. ОЩУЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ

оно распространяется по совершенно различным путям, как это было

выяснено для случаев физических на стр. 110 и при помощи фиг. 12. Если

два возбуждения, исходящие из двух различных точек, распространя-

ются равномерно даже во вполне однородной протоплазме, они сбли-

жаются в точке, возбужденной позже. Таким образом, даже в про-

стейшем случае порядок распространения возбуждения не может быть

безразличным.

Пусть тон D следует за тоном С. В таком случае впечатление будет

совершенно иным, чем если бы тон С следовал за тоном D. Причина

этому лежит главным образом в самих тонах, в их взаимодействии. Если

между обоими тонами сделать довольно большую паузу, то возможно, что

между обоими случаями не заметишь никакой разницы. Нечто аналогич-

ное можно наблюдать и в случае различных цветов и вообще ощущений

любой из других областей чувств. Но если за тоном Ф следует цвет или

запах В, то всегда узнаешь, что В следует за А, причем на оценку паузы

между А и В не оказывает никакого существенного влияния качество ощу-

щений. Следовательно, должен существовать еще параллельно некото-

рый процесс, на который не действует изменение качества ощущения,

который совершенно независим от этого изменения и по которому мы

судим о времени. Можно создать известного рода ритм из вполне разно-

родных ощущений, тонов, цветов, осязательных ощущений и т. д.

На основании сказанного мне кажется несомненным, что существует

особое с пецифическое ощущение времени.

Равный ритм двух изображенных здесь тактов совершен-

но различной последовательности тонов узнается непосредст-

венно. Это — дело не понимания или рассуждения, а ощущения. Как

мы можем иметь дело с различно окрашенными телами равной про-

странственной формы, так мы здесь находим два акустически раз-

лично окрашенных сочетания тонов равной временной формы.

Как мы в первом случае непосредственно выделяем из общего целого

одни его элементы -—равные пространственные ощущения, так мы здесь

замечаем и выделяем из общего целого другие его элементы — равные

ощущения времени, или равенство ритма.

ЭРНСТ МАХ

218

Само собой разумеется, что я настаиваю на непосредственном ощуще-

нии времени только для небольших промежутков времени. Что же

касается до промежутков времени более продолжительных, то их мы

оцениваем, о них судим при помощи воспоминаний о происходивших

в них процессах, т. е. разложением на более мелкие части, от которых

мы имели непосредственное ощущение.

Когда я слышу несколько акустически совершенно равных ударов коло-

кола, то я различаю первый, второй и т. д. Откуда являются признаки

для их различения? Содержатся ли они в моих мыслях, бывших у меня

в то время, или в других случайных ощущениях, с которыми были связа-

ны звуки ударов колокола? Я не думаю, чтобы кто-нибудь стал серьезно

защищать этот взгляд. Как сомнительна и ненадежна должна была бы

тогда быть наша мера времени! Что должно было бы с ней случиться,

если бы этот случайный фон из мыслей и ощущений исчез из памяти?

Я задумался над чем-то, и в это время бьют часы, на что я не обращаю

никакого внимания. После того как бой часов прекратился, я могу поже-

лать сосчитать число ударов. Действительно, в моем воспоминании ясно

выступают один, два, три, четыре удара, если только на этом воспомина-

нии я сосредоточиваю все свое внимание. Но именно благодаря этому

для меня на некоторое время совершенно исчезает то, о чем я думал

во время боя часов. У меня, следовательно, нет того предполагавшегося

фона, на котором я мог бы фиксировать часовые удары. Как же я отли-

чаю в торой удар от первого? Почему я не считаю все эти одинако-

вые удары за один? Потому что каждый из них связан с особым ощу-

щением времени, которое вспоминается одновременно с ним. Картину

воспоминаний я отличаю от порождений своей фантазии тоже благо-

даря некоторому специфическому ощущению времени, которое не тож-

дественно с ощущением времени данного момента.

Так как ощущение времени существует всегда, раз только мы находимся

в сознании, то весьма вероятно, что оно находится в некоторой связи

с тем органическим потреблением, которое непременно связано

с сознанием, что мы ощущаем, как время, работу внимания. При

напряженном внимании нам кажется, что время идет очень медлен-

но, при легком занятии оно проходит быстро. В состоянии притупле-

219

XII. ОЩУЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ

ния чувств, когда мы едва замечаем окружающую нас среду, часы быст-

ро летят. Когда наше внимание совершенно исчерпано, мы спим.

Во сне без сновидений у нас также нет ощущения времени. Если

вчерашний день отделяется от сегодняшнего глубоким сном, то они свя-

заны между собой, если не считать общих чувств, остающихся постоян-

ными, только чисто интеллектуальной связью.

Что у животных различной величины, но одного и того же рода

существуют, вероятно, различные меры времени, я указывал уже в дру-

гом месте

179. Но и с возрастом изменяется, по-видимому, мера времени.

В настоящее время день мне кажется гораздо короче, чем в эпоху моей

ранней юности. И кода я припоминаю секундный удар астрономических

часов, который мне пришлось слышать в молодости, то в сравнении

с ним этот (теперешний) секундный удар мне теперь кажется заметно

ускоренным. Я не могу отделаться от впечатления, что моя физиологи-

ческая единица времени стала больше.

Пока мы бодрствуем, усталость нашего органа сознания беспрерыв-

но возрастает и столь же непрерывно возрастает работа внимания.

Ощущения, связанные с большей работой внимания, кажутся нам

позднейшими.

Под такое толкование как нельзя лучше походят, по-видимому, как

нормальные, так и аномальные психические процессы. Так как внимание

не может сосредоточиваться одновременно на двух различных органах

чувств, то ощущения этих последних не могут быть связаны с абсолютно

одинаковой работой внимания. Одно из них поэтому кажется наступив-

шим п озднее другого. Явление это носит название личной ошибки

астрономов, и аналогия ему, по аналогичной же причине, встречается

также и в одной и той же чувственной области. Известно, что оптиче-

ское впечатление, физически возникающее позже, может, однако,

при известных условиях психически наступить раньше. Так, напри-

мер, бывает, что хирург при кровопускании сперва видит кровь, а уж

потом замечает и разрез

180

. Дворжак

181

в целом ряде опытов, про-

изведенных по моему желанию несколько лет тому назад, показал, что

нечто подобное можно вызвать и произвольно. Фиксируемый внимани-

ем предмет (даже при действительном запаздывании на !/8–!/6 секунды)

179 «Zeitsinn des Ohres», стр. 17.

180 Fechner, «Psychophysik». Leipzig, 1860, Bd. 2, стр. 433.

181 Dvorak, «Über Analoga der persönlichen Differenz zwischen beiden Augen und

den Netzhautstellen desselben Auges». «Sitzungsberichte der königl. böhm. Gesell-

schaft der Wissenschaften (math.-naturw. Klasse)» von 8 März 1872.

ЭРНСТ МАХ

220

мы видим раньше, чем тот, который мы видим не непосредствен-

н о. Возможно, конечно, что подобным обстоятельством можно объяс-

нить и упомянутое явление, известное хирургам по опыту. Следующий же

произведенный мной опыт182 показывает, сколько требуется времени

на то, чтобы перевести внимание с одного места, которым оно занято,

на другое. Два ярко-красных квадрата, каждая сторона которых равна

2 см и которые отстоят один от друго-

го на 8 см, находятся в совершенной

темноте на черном фоне и освещают-

ся скрытой от глаза электрической

искрой. Фиксируемый квадрат кажет-

ся красным, видимый же не непосред-

ственно — зеленым и даже часто весь-

ма интенсивно зеленым. Ясно, что

запоздавшее внимание находит уже

прямо видимый квадрат в стадии поло-

жительного последовательного образа

(Nachbild) П уркинье. То же самое

явление наблюдается, если пропустить один разряд через гейслерову

трубку с двумя несколько отстоящими друг от друга частями, светящи-

мися к расным светом183.

Что

же

касается

отдельных

подробностей,

то

должен

сослаться

на

статью

самого

Дворжак

Особенно

интересны

опыты

Двор-

жака

184

над

стереоскопической

(бинокулярной)

комбинацией

неодно-

временных

впечатлений.

недавнее

время

такого

рода

опыты

произво-

дились

Зандфордом

185

Мюнстербергом

186.

Приходилось мне неоднократно наблюдать одно интересное относя-

щееся сюда явление. Погруженный в работу, сидел я в своей комнате,

а в соседней комнате производились опыты со взрывами. Совершенно

182 Опыт этот изложен в той же статье Дворжака.

183 О том же говорит проф. Гейманс, которому настоящий опыт сначала не уда-

вался, но который впоследствии убедился в правильности моих показаний.

184 Ibid.

185 Sandford, «Amer. Journ. Psych.», 1894, vol. VI, p. 576.

186 Munsterberg, «Psych. Rev.», 1894, vol. I, p. 56.

Фиг. 34

красный красный

зеленый красный

Видимый не

непосредственно

Фиксируемый

221

XII. ОЩУЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ

правильно я замечал следующее: сперва я вздрагивал от испуга и толь-

ко затем слышал звук.

Так как во сне внимание особенно инертно, то в этом случае проис-

ходят самые удивительные анахронизмы. Подобные сны переживал,

конечно, всякий из нас. Мы видим, например, человека, который бро-

сается на нас и стреляет. Мы тотчас же просыпаемся и видим предмет,

который своим падением и вызвал весь сон. Не будет поэтому ничего

противоречивого, если принять, что акустическое раздражение одно-

временно распространяется по различным нервным путям и в данном

случае воспринимается вниманием в каком угодно обратном порядке,

как я в вышеприведенном наблюдении с перва замечал общее возбу-

ждение и только з атем слышал взрыв. Иногда же будет, конечно, дос-

таточно для объяснения принять сплетение чувственного ощущения

с существовавшим уже раньше сновидением.

Если бы процесс потребления или скопление вещества, вызывающе-

го чувство усталости, ощущались непосредственно, то должно

было бы ожидать, что во сне время будет идти в обратном направлении.

Это затруднение исчезает, если принять, что потребление и восстанов-

ление вещества представляют собой гетеродромные в смысле П а у л и

(см. стр. 95) процессы. Почти все особенности сна можно объяснить

тем, что иные ощущения и представления появляются в нашем созна-

нии с т р у дом и слишком поздно, а иные и вовсе не являют-

ся. Основной чертой сна служит инертность ассоциации. Часто быва-

ет, что интеллект спит только отчасти. Во сне очень разумно гово-

рят иногда с давно уже умершими лицами, но совершенно не помнят

об их смерти. Я говорю с другом о некотором третьем лице, а этот друг

и есть то лицо, о котором я говорю. Во сне часто и думают, что это —

сон, узнавая это по некоторым особенностям, но сейчас же с ними при-

миряются. Я очень ясно видел во сне водяную мельницу. Вода текла

по наклонному каналу вниз от мельницы, а рядом по совершенно

такому же каналу вверх — к мельнице. Этот факт нисколько не сму-

щал меня. Одно время я много занимался вопросами о пространстве,

и мне раз снилось, что я гуляю в лесу. Вдруг я заметил недостаточное

перспективное смещение деревьев, почему и узнал, что это — сон.

Но тотчас же смещения стали правильными. Однажды я увидел во сне,

что нахожусь в своей лаборатории, и в ней преспокойно горит свеча

в наполненном водой стакане. «Откуда берется кислород?» — думалось