Орлова Э.А. История антропологических учений
Подождите немного. Документ загружается.
rвш
3.
'СШАШ
I
IШШЕШ
С1РуrШШI
швш
Перелом
в
представлениях
наступил,
когда
появилась
идея
структу
рирования
как
процесса
без
центра.
«С
этого
момента
пришлось
осоз
нать,
что
центра
не
существует,
что
у
него
нет
естественного
места,
а
есть
некоторая
функция,
нечто
вроде
не-места,
в
котором
до
беско
нечности
разыгрываются
замещения
энаковя-".
Отказ
от
идеи
центра
делает
возможной
изменчивость
взаимозависимостей
знаков.
«В
этот
момент
все
становится
дискурсом,
т. е.
системой,
в
которой
централь
ное,
первоначальное
или
трансцендентальное
означаемое
никогда
не
является
абсолютно
присутствующим
вне
системы
разхичийя-".
«Игра
есть
разрушение
присутствия.
Присутствие
элемента
-
это
все
гда
означающая
отсылка
и
движение
некоей
цепи.
Игра
-
это
всегда
игра
отсутствия
и
присутствия;
в
радикальном
смысле
ее
следует
доводить
до
альтернативы
присутствия
и
отсутствия;
бытие
следует
мыслить
как
при
сутствие
или
отсутствие
на
ОСнове
возможности
игры, а
не
наоборотэ
",
Необходимость
понятия
децентрированности
применительно
к
теме
письма
Деррида
демонстрирует
на
материале
истории
культуры.
К
нему
без
всякой
периодизации
применен
альтюссеровский
метод
«симптом
ного
прочтения»,
результатом
чего
стало
выявление
пустот,
пробелов,
недомолвок
относительно
письма
либо
негативных
его
оценок,
свиде
тельствующих
о
том,
что
умалчивается
нечто
важное
и
значимое.
В
от
ношении
письма
это
означает,
что
какая-то
информация
о
нем
как
условии
возможности
других
построений
культурных
порядков
скры
вается
и
в
узком,
и
в
широком
смысле
слова.
В
результате
анализа
Деррида
приходит
к
выводу
о
«значимости»
того,
что
тема
письма
от
сутствует
или
трактуется
в
негативном
ключе
на
протяжении
всей
зафиксированной
в
текстах
истории
культуры.
для
археологии
знания
Фуко
идеи
децентрирования
и
структуриро
вания
столь
же
важны.
Поэтому
здесь
не
релевантны
ни
трансценден
тальный,
ни
эмпирический
субъект.
А
познание
представлено как
про
цесс,
который,
согласно
Фуко,
предполагает
достижение
четырех
порогов:
-
позитивность:
самое
первое
обособление
совокупности
высказыва
ний
внутри
дискуривной
практики;
-
эпистемологизация:
эти
выделенные
совокупности
высказываний
иерархически
упорядочиваются
в
соответствии
с
нормами
взаим
ной
связности
и
верификации;
научность:
эпистемологическое
образование
подводится
под
фор
мальные
критерии;
формализация:
из
научного
дискурса
выделяются
аксиомы
и
эле
менты
таким
образом,
что
становится
возможным
построить
соот
ветствующую
им
формальную
систему28;
Движение
к
этим
порогам
в
рамках
одного
периода
времени
нерав
номерно.
В
этой
связи
внимание
Фуко
привлекают
процессы,
ведущие
к
самому
нижнему
порогу
-
позитивности,
достижение
которого
обус
ловливает
появление
остальных.
Однако
автор
считает,
что
оценивать
25
Derrida
J.
Е'ёспшге
et
la difference.
Рапв,
1967.
Р.
441.
26
Ibid.
Р.
411.
27
Ibid.
Р.
426.
28
Ibid.
Р.
243 - 244.
371
ШТЬ
111.
ШШIЕ
соqШУШУРНЫI
цшсrНШТЕi
их
следует
не
с
позиций
современного
научного
познания,
но
в
соот
ввтствии
с
критериями,
принятыми
в
изучаемую
эпоху.
Еще
один
ракурс
в
изучении
микродинамики
культуры
связан
с
понятиями
текста
и
письма.
Так,
у
Кристевой
и
Деррида
-
это
своего
рода
процессуальные
образования,
порождающие
сами
себя
в
движе
нии
самоэкспликации.
Эта
«необъективированностъ»
означает
их
прин
ципиальную
незавершенность,
характеризующуюся
самостановлением
и
самопродуцированием
без
начала
и
конца, без
основополагающего
субъекта
и
конечного
результата.
Это
практика
обозначения
в
ее наи
более
чистом
виде.
Сопрягаясь
друг
с
другом,
тексты
образуют
«интер
текст»
(термин
Кристевой)
культруы,
внутренние
связи
которого
до
ступны
научному
изучению.
На
этом
уровне
можно
сравнивать
самые
несхожие
и
несопоставимые
культурные
продукты
и
выявлять
социо
культурные
закономерности
взаимодействий
между
текстами
и
дискур
сивными
практиками
на
уровне
письма.
Текст
одновременно
и
по
гружен
в
язык
и
противостоит
ему.
Он
преодолевает
повседневный
автоматизм
использования
языка
только
в
репрезентативно-коммуникативной
функции.
В
то
же
время
он
вы
страивается
согласно
общелингвистическим
закономерностям.
«Преобразовывая
материю
языка
(его
логическую
и
грамматиче
скую
организацию)
и
внося
в
нее
отношения
социальных
сил на
исто
рической
сцене
...
текст
связывается
-
и
читается
-
двояко
по
отноше
нию
к
реальности:
к
языку
(смещенному
и
преобразованному)
и
к
обществу
(с
преобразованиями
которого
он
согласуется»
29.
Он,
таким
образом,
занимает
промежуточное
положение
между
языком
и
речью:
в
нем
отображаются
не
только
лингвистические
инварианты
формооб
разования
высказываний
о
реальности,
но
и
конкретно-исторические
их
детерминации.
Внутреннюю
динамику
текста,
по Кристевой, не
следует
считать
непрерывным
линейным
процессом;
это
многоуровне
вая
«стратифицированная
история
означений».
Специфичную
реальность
текста
невозможно
уловить
с
помощью
лингвистических
методов.
Кристева
полагает,
что
она
выявляется
сред
ствами
«семанахиэв».
Его
сторонники
отказываются
от
лингвистиче
ского
фонологизма,
от
центрирования
на субъекте
и
вербальной
меж
личностной
коммуникации,
на
трансляции
непосредственной
полноты
присутствия.
Свою
задачу
они
видят
в
изучении
совокупностей
«озна
чающих
жестов
общества».
Такой
анализ
текста
предполагает
выявле
ние
структуры
нефонетического
пространства
жеста
с
его
«анафори-·
ческой»
природой,
предполагающей
интервалы,
скачки,
другие
проявления
дискретности.
Внутри
этого
пространства
производится
«де
конструкция»
самодостаточности
таких
исходных
единиц,
как:
-
субъект
-
с
переходом
к
безлично
развертывающемуся
продуциро
ванию
высказываний;
слово
-
в
процесс
е
становления
текста;
знак
(по
Кристевой,
относящийся
к
нормативным
системам,
а
не
к
семиотическим
практикам)
-
с
репрезентацией
текста
в
письме.
372
29
Kristeva
J.
Semeotike.
Recherches
роцг
асгпвпагуве,
Paris, 1969.
Р.
10.
ГША
3.
венаВША
I
НШШЕШ
ШУШШГО
АВШ3А
Анализ
доязыковых
означающих
жестов,
принятых
в
обществе,
предполагает
изучение
уже
не
знаковых
систем,
а
пересекающихся
означающих
практик.
Это
позволяет
концептуально
точнее
связать
изучаемые
явления
с
социокультурной
реальностью,
вписать
их
в
сово
купность
других
форм
социальной
активности.
Такой
тип
анализа
ва
жен
и
потому,
что
не
все
означающие
практики
можно
формализовать
и
представить
как
системы.
Он
позволяет
изучать
не
только
воспроиз
ведение,
но
и
нарушение
систематичности,
нахождение
области,
не
изоморфоной
значениям
и
смыслам,
но
обосновывающей
их
возмож
ность
как
на
биологическом
уровне
«дозначений»
И
«дознаков»,
так
и
на
социокультурном
-
«сверхэначений»
И
«сверхзнаков».
Процедуры
семиотического
анализа
обусловлены
самим
определе
нием
понятия
«текст».
Это
не
лингвистический
феномен
(не
структу
рированное
означающее),
а
его
порождение;
по
Кристевой,
не
фено
текст,
а
те
условия
его
порождения,
которые
можно
прочесть
в
нем
самом
-
его
генотекст.
Означения
осуществляются
в
игре
их
взаимо
зависимостей
и
взаимопереходов.
С
Этой
точки
зрения
письмо
рассмат
ривается
как
перевод
генотекста
в
фенотекст,
а
чтение,
напротив,
-
фенотекста
в
генотекст.
Структуралисты
обратили
внимание
на неизученность
связи
знака
и
значения,
субстанционального
и
дискурсивного
и
поставили
вопрос
о
том,
как
она
возможна.
Они
по-новому
подошли
к
изучению
знака
и
знаковых
систем,
обратившись
к
выявлению
модальностей
их
существо
вания
и
их
смысла
в
социокультурном
контексте.
Прежде
связь
означа
емого
и
означающего,
конституирующая
знак,
считалась
само
собой
разумеющейся
и
не
изучалась.
В
рамках
структурализма
она
реконстру
ируется
через
социально
детерминированные
дискурсивные
и
недискур
сивные
практики,
а
сам
знак
и
даже
его
модальность
представляются
столь
же
значимыми,
что
и
производные
их
рациональной
переработки,
на
пример,
тексты.
На
место
психологизма
с
его
акцентом
на
индивидуальности
воспри
ятия
и
творчества,
долго
разделяемого
представителями
социальных
наук
и
гуманитарного
знания,
структуралисты
обращаются
к
иным
методам
и
объектам.
Их
внимание
фокусируется
на
универсальных,
инвариант
ных
безличных
структурах
связей
человека
с
окружением,
детермини
рующих
любой
акт
индивидуального
творчества
и
восприятия.
Структуралисты
полагают,
что
объектами
социально-научного
и
гуманитарного
познания
не
следует
считать
«человека»,
«сознание»
или
очевидности
субъективных
представлений.
Ими
являются
фундамен
тальные
механизмы
связей
человека
с
окружением,
культурные
фор
мы,
следы,
по
которым
реконструируются
основные
параметры
созна
ния.
Этот
объект
по-разному
обозначается
как
«эпистемы»
у
Фуко,
«проблематики»
у
Башляра,
«типы
словесности»
у
Р.
Барта,
«анонимное
поле»
проявлений
«ид»
у
Ж.
Лакана,
«область,
открытая
для
безымян
ной
мысли»
у
К.
Леви-Стросса.
Представленность
человека
в
рамках
структурализма
предполагает
двуступенчатую
редукцию.
Первая
-
сведение
индивидуального
к
ан
тропологически
универсальному;
вторая
- сведение
его
к
лингвисти
ческому
дискурсу.
373
374
ЧАШ
111.
СТРШIЕ
соqШУШУРНhlХ
qЕШТВШТЕi
Итак,
в
рамках
структурализма
обнаруживается
ряд
значимых
па
радигматических
изменений.
Концепция
непрерывности
историко
культурного
процесса
сменилась
представлением
о
его
дискретности;
«семанализ»
привнес
идею
опосредованности
активности
человека;
«археологическая»
позиция
выявила
предпосылочность
человеческого
бытия
и
познания.
И
хотя
это
было
лишь
начало
смены
прежней
позна
вательной
парадигмы,
структуралисты
полагали,
что
форма
теоретиче
ского
знания,
допускающая
рефлексию,
позволит
переосмыслить
преж
ние
и
построить
новые
основания
познания.
Уже
сегодня
с
ее
помощью
удалось
показать,
что:
человеческое
сознание
не
сводится
к
его
рациональному
уровню,
и
каждому
периоду
истории
соответствует
своя
познавательная
спе
цифика,
которую
при
описании
следует
тщательно
реконструиро
вать,
избегая
современных
критериев
оценки
событий;
исторический
процесс
представляет
собой
сложную
динамичную
совокупность
разнородных
социокультурных
отношений;
меры
и
критерии
развития
общества
и
культуры
возникают
в
са
мом
этом
процессе,
не
имеющем
априорной
предопределенности
и
не
детерминированном
каким-то
одним
фактором;
-
мировидение,
идеалы
и
ценности
европейского
человека
не
универ
сальны.
Критика
европоцентризма
(Леви-Стросс),
эволюционистского
про
грессивизма
(Фуко),
рационализма
(Лакан),
ахронизма
в
искусствове
дении
(Барт)
подразумевает
по
меньшей
мере
сомнение
в
классических
парадигматических
основаниях,
наделяющих
конкретно-историческое,
преходящее,
изменяющееся
качеством
вневременного,
абсолютного,
само
собой
разумеющегося,
естественного
.
•
РеЗlOме
Характерное
для
структурализма
определение
культуры
через
сим
волическую
активность
высвечивает
в
качестве
предмета
исследования
операции,
которые
придают
феноменам
человеческого
существования
свойства
фиксированности
и
коммуницируемости.
Они
считаются
обусловленными
способностью
человека отбирать
и
связывать
друг
с
другом
элементы
непосредственного
опыта,
относящиеся
к
разным
уровням:
переживание
и
выразительность.
/.
Порожgение
знаков
и
символов
..
1.
Предполагается,
что
все
живые
существа
обладают
врожденны
ми трансформационными
механизмами,
переводящими
значимые
для
организма
стимулы
во
внутренние
концепты,
а
затем
в
знаки
и
сим
волы,
имеющими
внешнее
выражение
и
доступные
для
восприятия
другими.
2.
Сфере
представлений
приписывается
свойство
порождать
соб
ственную
структуру:
она
организует
составляющие
ее
следы
пережива
ний
и,
в
свою
очередь,
организуется
ими,
их
логикой,
связями
с
порож
дающими
их
импульсами.
Она
несводима
ни
к
реальности
как
таковой,
ни
к
миру
символов.
Ее
нередко
относят
к
промежуточному
уровню
ГАAIA
3.
шаНАШ
I
НШШШI
ШУIТШШ
АНАША
воображения,
где
проектируются
связи
между
ними,
между
означае
мым
и
означающим.
З.
мя
установления
связей
между
вещами,
переживаниями,
ситуа
циями,
воспринимаемыми
людьми,
с
одной
стороны,
их
интерсубъек
тивным
значением
-
с
другой,
выделяются
определенные
процедуры.
Сходство
элементов
реальности
определяется
по
признакам,
повторяю
щимся
и
воспринимаемым
каждый
раз
при
встрече
с
ними.
Каждое
такое
сходство
-
внешнее
или
внутреннее
-
отмечается
людьми
при
обмене
сообщениями
и
приобретает
интерсубъективную
форму
зна
ков
и
символов.
Внешнее
сходство
фиксируется
в
маркировании
опре
деленных
вещей
одними
и
теми
же
знаками
и
символами.
Внутреннее
сходство
устанавливается
характерным
для
них
отношением
означаю
щего
к
ознечаемому.
4.
Образование
внутренней
формы,
структуры
знаков
и
символов
можно
описать
с
помощью
трех
основных
параметров.
первый
из
них
-
это
происхождение
связи
между
означаемым
и
означающим.
Знаки
и
символы
формируются
в
процессах
взаимодействия
людей
с
окружением,
когда
есть
коммуникативные
основания
для
построения
конвенциональных
заместителей
реальных
объектов.
Второй
-
это
форма
связи
между
означаемым
и
означающим.
Процесс
ее
становле
ния
начинается
в
выделения
значимых
для
индивида
или
группы
эле
ментов
восприятия.
Затем
из
них
выделяется
наиболее
репрезентатив
ный,
т. е.
указывающий
на
факт
реальности,
с
одной
стороны,
и
выразительный
-
с
другой.
Наконец,
он
отделяется
от
исходного
вос
приятия
и
начинает
в
качестве
самостоятельного
объекта
представ
лять
этот
факт
в
целом.
Третий
параметр
-
это
надежность
связи
между
означаемым
и
означающим,
подтверждаемая
в
процессах
ком
муникации.
5.
Связь
между
означающим
и
означаемым
была
названа
значени
ем,
конвенциональность,
разделяемость и
устойчивость
которого
по
зволяли
носителям
культуры
оперировать
заместителями
реальных
объектов
и
действий
и
решать
жизненно
важные
задачи,
вначале
кон
струируя
различные
варианты
на
символическом
уровне,
и
лишь
после
этого
переносить
их
в
область
социальных
действий.
Символизации
приписывается
важная
роль
в
упорядочении
социо
культурной
реальности.
Разграничение
и
формы
порядков
в
отношени
ях
людей
с
окружением
фиксируются
в
виде
символов
и
объединяю
щих
их
систем
связей.
Внутренние
формы
тех
и
других
называются
структурами
и
считаются
врожденными
характеристиками
человече
ского
сознания,
проецируемыми
на
неопределенное
окружение
и
при
дающими
ему
упорядоченность и
подконтрольность,
соизмеримые
с
когнитивными
возможностями
человека.
П.
Структурные
цеаосшносшц
и
их
компоненты.
1.
Как
известно,
структурализм
в
антропологии
сформировался
под
существенным
влиянием
лингвистики.
Поэтому
и
первоначальные
ис
следования
строились
на
лингвистическом
материале
(мифы,
обозна
чение
отношений
родства,
фольклорные
мотивы
и
т. п.),
И
последую
щее
изучение
невербальных
символических
систем
(ритуалы,
иконические
изображения,
музыка)
осуществлялось
по
аналогии
с
315
378
ша
111.
ШОЕШ
соqlОIYВШРНЫХ
qЕШТНШТЕi
принципами,
характерными
для
языкознания.
Этим
объясняется
при
нятая
в
антропологии
метафора
«языки
культуры».
2.
В
рамках
структурализма
рассматриваются
два
основных
класса
целостностей:
символ
как
таковой
и
символическая
система.
В
качестве
объектов
изучения
избирались
уже
существующие
в
культуре
артефак
ты,
существующие
настолько
долго,
что
считалось
возможным
прини
мать
их
в
качестве
инвариант.
Соответственно,
сравнительно-культур
ное
изучение
характерных
для
них
структурных
форм
позволяло
делать
выводы
об
антропологически
универсальных
способах
упорядочения
и
интерсубъективной
репрезентации
значимых
для
людей
связей
с
окру
жением.
З.
Как
объект
изучения
культурный
символ
трактуется
как
слож
ное,
а
отнюдь
не
элементарное
образование.
Он
конструируется
из
множества
разнородных
составляющих,
характеризующих
определен
ные
типичные
социально
значимые
ситуации
или
события.
Эти
компо
ненты
сегодня
принято
разделять
на
три
основных
класса:
сигналы,
признаки
и
знаки.
Сигналами
считаются
те
элементарные
проявления
окружения,
которые
воспринимаются
человеком.
Из
их
совокупностей
складываются
объекты
восприятия,
которые
рассматриваются
как
при
знаки,
идентифицирующие
определенную
устойчивую
повторяющую
ся
целостность,
порождаемую
отношениями
людей
с
окружением.
Совокупность
признаков,
указывающая
на
назначение
или
функцию
такого
рода
целостностей,
называется
знаком.
Набор
знаков,
связан
ных
друг
с
другом
воспроизводящимся
совместным
присутствием
в
типичных
знаковых
ситуациях,
обозначается
специальным
словесным,
иконическим,
вещественным
репрезентантом,
который
и
принимается
как
символ
такой
ситуации.
4.
Другой
класс
структуралистских
объектов
составляют
символи
ческие
системы,
нередко
называемые
языком
культуры.
Такого
рода
целостности
характеризуются
не
столько
содержанием
или
смыслами
составляющих
их
символов,
сколько
структурными
формами
связей
между
ними
и
ориентированностью
системы
в
целом
на
репрезента
цию
в
социокультурном
контексте
определенных
социально
значимых
связей
людей
с
окружением
(познавательных,
эстетических,
трансцен
дирующих
и
т. п.).
Такого
рода
специфичные
структуры
можно
уподо
бить
системам
кодирования
непосредственных
ощущений
и
восприя
тий
людей
в
разделяемые
знаки
и
символы,
упорядоченные
в
соответствии
с
формами
отношений
и
способами
действий, релевант
ными
областям
социокультурной
реальности,
функционально
значи
мым
для
поддержения
социокультурной
целостности.
Социальная
зна
чимость
символизации
настолько
велика,
что
в
культуре
можно
выделить
области,
где
формирование
символов
и
оперирование
ими
составляет
специализированный
вид
деятельности:
религия,
философия,
искусст
во,
наука.
В
рамках
этих
областей
публично
представлены
не
только
результаты
символизации
социально
значимых
связей
людей
с
окру
жением,
но
и
структуры
построения
символов,
соответствие
которым
является
критерием
для
оценки
качества
получаемых
результатов.
В
соответствии
с
такой
концептуализацией
символических
целост
ностей и
их
составляющих
можно
выделить
основные
ориентации
ШВА
3.
ВШВАШ
•
ШРАШШ
СТРУIТYРШВ
ШША
структуралистских
исследований.
Как
уже
говорилось,
единицами
на
блюдения
и
анализа
здесь
являются
уже
существующие
культурные
формы.
Поэтому
исследователи
имели
дело
со
статичными
объектами,
структура
которых
принималась
как
неизменное
и
завершенное
целое
и
в
этом
качестве
помавалась
выявлению.
Вне
зависимости
от
масшта
ба
объекта
с
ним
осуществлялся
ряд
процедур
в
соответствии
с
одними
и
теми
же
принципами:
движение
от
общего
к
частному:
наблюдаемый
символический
объект
или
предполагаемая
символическая
система
последователь
но
разлагалась
на
составляющие
в
соответствии
с
уровнями,
о
ко
торых
говорилось
выше.
Наиболее
распространенной
процедурой
такого
рода
стало
выделение
бинарных
оппозиций
вплоть
до
исход
ного
противопоставления
культурных
и
природных
элементов,
со
знательных
и
бессознательных
процессов;
-
такая
деконструкция
реального
объекта
сопровождалась
его
анали
тической
реконструкцией,
но
уже
не
в
его
конкретном
содержа
нии,
а в
структурной
форме,
выявляющей
инварианты,
сохраняю
щие
его
самотождественность;
-
сравнительно-культурный
характер
исследований
обеспечивал
про
верку
гипотез
об
антропологической
универсальности
исходных
принципов
структурирования
связей
людей
с
окружением
и их
сим
волизации.
Ш.
Организация
культурного
многообразия
в
структуралистских
построениях.
1.
Направленность
структуралистских
изысканий
определяется
ис
ходной
гипотезой
об
универсальном
миропорядке
и
человеке
как
од
ном
из
его
проявлений.
Цель
исследований
заключается
в
выявлении
принципов,
на
которых
базируются
специфично
антропологические
способы
организации
связей
с
окружением.
Причем
такая
специфика
связывается
прежде
всего
со
способностью
человека к
символизации.
2.
Соответственно
можно
сказать,
что
задачей
антрополога
стано
вится
выяснение
того,
каким
образом
врожденные
свойства
человека
символизировать
и
структурировать
поступающую
извне
информацию
обусловливают
организацию
ее
многообразия.
В
качестве
единиц
исходного
многообразия
принимаются
элементы
физического,
социального,
символического
уровней
социокультурной
реальности,
действия
людей,
их
отношения.
В
ходе
исследований
были
выявлены
некоторые
считающиеся
универсальными
формы
их
орга
низации,
среди
которых
в
основном
обращаются
к
таким,
как
катего
рии,
парадигмы
и
классификации.
3.
Каждой
из
этих
форм
соответствуют
свои
способы
структуриро-
вания
культурных
элементов:
категории:
в
этом
случае
разнокачественные
объекты
и
явления
объединяются
по каким-то
общим
для
них
и
социально
значимым
признакам
(например,
цвет,
форма
для
физической
характеристи-
ки
объектов:
пол,
возраст
для
демографической
квалификации
людей;
моральные
оценки
для
личностной
идентификации
и
т.
п.);
парадигмы:
эта
форма
упорядочения
предназначена
для
установле
ния
пределов
и
вариаций
изменчивости
типичных
действий
в
стан-
377
378
ШТ~
111.
ШВЕШ
ЩIDIYШУШIХ
ЩШlшпl
дартных
ситуациях
(по
аналогии
с
парадигмами
склонений
и
спря
жений
в
лингвистике);
классификации:
речь
идет
об
иерархической
упорядоченности
ка
кой-либо
области
социокультурной
реальности
представленной
в
категориях
таким
образом,
что
каждый
последующий
уровень
яв
ляется
более
обобщенным
по
сравнению
с
предыдущим.
З.
Позже
в
рамках
постструктурализма
была
предложена
общая
форма
познавательного
порядка,
характерного
для
определенного
исто
рического состояния
культуры,
которую
М.
Фуко
назвал
эпистемой,
а
Т.
Кун
-
парадигмой
(но
в
ином
смысле,
чем
обозначенный
выше).
Это
общепринятый
способ
получения
и
организации
знаний,
связан
ных
с
решением
проблем,
имеющих
социальную
значимость
в
опреде
ленной
культуре
в
конкретный
исторический
период
времени.
4.
Постструктуралистская
критика
статичности
первоначальных
по
строений
обусловила
поиск
возможностей
рассматривать
структуру
в
динамическом
ракурсе
как
структурирование
процесса
упорядочения
символических
связей
людей
с
окружением
или
процесс
такого
структу
рирования.
В
этой
связи
появляются
понятия
культурного
текста
и
дис
курса.
Текст
определяется
как
результат
обмена
сообщениями
в
процес
се
коммуникации.
Он
представлен
как
подвижная
открытая
форма,
поскольку,
во-первых,
никогда
не
может
быть
полностью
законченным
и
герметичным
и,
во-вторых,
помается
интерпретациям.
Дискурс
рас
сматривается
как
область
культурной
реальности,
образуемая
постоян
но
осушестваяемыми
в
обществе
процессами
оперирования
символами.
Способами
организации
этой
реальности
считаются
дискурсивные
прак
тики,
которые
упорядочивают
и
направляют
символические
потоки.
Перечисленную
совокупность
форм
организации
многообразия
культурных
элементов
вряд
ли
можно
считать
исчерпывающей.
По
видимому
со
временем
будут
выявлены
другие,
и
станет
возможной
их
классификация.
Однако
совершенно
очевидно, что
само
направление
научного
поиска
актуально
и
плодотворно.
Действительно,
в
эпоху
информационного
общества
вопросы
организации
и
обобщения
неупо
рядоченных
потоков
разнородных
сведений,
ЦИРКУЛИРУЮЩйХ
в
обще
стве,
имеют
первостепенную
важность,
а
отыскание
рациональных
способов
такого
упорядочения
поможет
людям
быстрее
и
точнее
ори
ентироваться
в
сложной
и
динамичной
социокультурной
среде.
IV.
Динамический
потенциал
структурализма.
1.
Вплоть
до
относительно
недавнего
времени
структурализм,
подоб
но
функционализму
Считался
адинамичным
теоретическим
направле
нием.
Анализ
его
исходных
положений
и
логических
построений
по
казывает,
что
для
этого
есть
серьезные
основания.
Сам
акцент
на
выявлении
структурных,
т.
е.
устойчивых
характеристик
изучаемых
объектов
и
работа
с
уже
существующими
самотождественными
едини
цами
анализа
свидетельствуют
о
том,
что
изменчивость
не
является
предметной
областью
в
рамках
данного
направления.
Тем
не
менее
при
ближайшем
рассмотрении
выясняется,
что для
структурализма
харак
терны
определенные
возможности
динамических
исследований.
2.
Прежде
всего
можно
изучать
сам
процесс
формирования
симво
ла,
достраивая
логику
перехода
между
уже
выделенными
дискретными
rBm
3.
ШШШ
I
ШРАШШ
ШJIШВШ
АНАША
ступенями.
для
такого
рода
исследований
сегодня
есть
все
основания,
если
только
отказаться
от
претензий
осуществлять
теоретические
по
строения
исключительно
в
символической
области
и
обратиться
к
бо
лее
фундаментальным
уровням
антропологического
анализа,
таким
как
различение,
следы,
письмо
и
т.
п.
З.
Далее,
перспективным
является
направление
исследования
того,
каким
образом
символы
и
знаки
меняют
значения
при
перемещении
из
одного
социокультурного
контекста
в
другой
и
каковы
механизмы
таких
изменений.
Эта
возможность
открывается
при
более
отрефлек
сиро
ванном
объединении
структурного и
семантического
анализа.
4.
Наконец,
особый
интерес
представляет
определение
структуры
процессов
коДирования
-
декодирования
-
перекодирования
инфор
мации,
содержащейся
в
культурных
объектах,
при
использовании
их
в
рамках
различных
символических
систем.
5.
Продвижению
динамического
направления
исследований
могут
спо
собствовать разработки,
предпринятые
в
рамках
постструктурахизма:
-
концепция
культурного
текста
позволяет
пр
о
следить
последователь
ность
обмена
сообщениями,
которая
структурирует
их
в
опреде
ленную
смысловую
целостность,
порождаемую
совместно
обоими
участниками
коммуникации;
-
представления
о
дискурсе,
дискурсивных
практиках
выделяет
дина
мическую
область
функционирования
символов.
Уже
сейчас
мож
но
говорить
о
перспективных
разработках,
направленных
на
изуче
ние
механизмов,
обеспечивающих
упорядоченность
дискурсивных
процессов;
-
идея
письма
связана
с
процессом
символического
фиксирования
лич
ностного
опыта
в
культурных
формах.
Речь идет
о
динамике
преобра
зования
следов
непосредственного
опыта
реальных
контактов
инди
видов
с
окружением
в
интерсубъективные
разделяемые
символы.
Пока
рано
говорить
о
систематических
микродинамических
иссле-
дованиях
в
этой
области.
Движение
здесь
скорее
подразумевается,
чем
является
специальным
предметом
изучения.
Однако
постструктуралист
ские
изыскания
свидетельствуют
о
все
возрастающем
интересе
к
фор
мам
изменчивости,
характерным
для
символической
области
социокуль
турной
реальности.
Все
сказанное
свидетельствует
о
том,
что
структурализм
является
важной
составляющей
теоретической
антропологии.
В
его
рамках
были
выявлены
антропологические
универсалии,
которые
были
недоступны
для
изучения
средствами
других
теорий.
Способность
к
символизации
и
символическому
упорядочению
социокультурной
среды
не
просто
постулировалась,
ее
проявления
продемонстрированы
с
помощью
ре
зультатов
сравнительно-культурных
исследований.
Более
того,
в
разных
культурах
выявлялись
одинаковые
способы
структурирования
симво
лических
объектов
(например,
обозначения
компонент
системы
род
ственных
отношений)
и
структуры
символических
образований
(напри
мер,
строение
мифа).
Начали
также
определяться
символические
формы
организации
культурного
многообразия,
каждая
из
которых
имеет
отношение
к
определенным
областям
и
уровням
связей
людей
с
окру
жением.
379
380
ЧАШ
111.
СТРIЕШ
ЩIDIШJYPНhJI
qЕШШЕСТЕi
Структуралистские
исследования
определили
компоненты
и
грани
цы
предметной
области,
относящейся
к
изучению
символической
обла
сти
социокультурной
реальности.
И
хотя
в
рамках
постструктурализма
многие
более
ранние
утверждения
подвергались
критике
за
чрезмерную
абстрактность,
необоснованную
универсализацию
и
адинамизм,
в
этот
период
была
построена
своего
рода
система
координат
для
дальнейших
исследований.
Фактически
постструктурализм
как
познавательная
ори
ентация
послужил
уточнению,
углублению,
корректировке
уже
разра
ботанных
теоретических
положений,
но
не
затронул
базовых
исходных
допущений
структурной
антропологии.
По-видимому,
дальнейшее
направление
движения
научных
поисков
в
этой
области связано
с
объединением
с
другими
теоретическими
по
зициями.
Наиболее
очевидными
дополнениями
можно
считать
функци
онализм
и
семантику.
В
первом
случае
символы
и
символические
систе
мы
можно
выводить
из
социально
значимых
функций. Во
втором
знание
о
символических
формах
дополняется
определением
их
культур
ных
смыслов.
В
целом
же
это
теоретическое
течение
продвигается,
хотя
его
предметная
область
и
претерпевает
определенные
изменения
.
•
Аитератgра
Структурная
антропология
American
Collegiate
Dictionary.
N.
У.:
Random
House,
1949.
American
Heritage
Dictionary.
Boston:
Houghton
Mifflin,. 1969.
Auzias
J.M.
Les
clefs
рош
le
structuralisme.
Paris,
1967.
Barthes
R.
Mythologies.
Paris, 1953.
- А
propos
de
deux
ouvrages
гёсегпев
de
Cl. Levi-Strauss:
Sociologie
et
socio-
logique
/ /
Information
sur
les
sciences
sociales.
1962. V. 1.
NQ
4.
- Le
degree
зёго
de
Гёсгйцге,
suivi
des
eIements
de
semiologie.
Paris, 1970.
-
L'empire
qes
signes.
Сепёуе.
1970.
Benveniste
Е.
Ргоогёшев
de
linguistique
generale.
Paris,
1966.
Berlin
В.,
Breedlove
D.E.
and
Raven
ЕН.
Covert
categories
and
folk
taxonomies
/ /
American
anthropologist.
1968.
NQ
70.
Р.
290 - 299.
ВоЬаппап
Р.
Social
Anthropology.
N.
У.:
Holt.
1963.
Вооп
J.A.
From
Symbolism
to
Structuralism.
Levi-Strauss in
а
Literary
Tradition.
Oxford,
1972.
Boudon
R. А
quoi
sert
la
notion
de
structure?
Paris. 1968.
Casagrande
J.B.
and
Hale
K.L.
Semantic
relations
in
Papago
folk
definitions
/ /
Language
in
Сцйцге
and
Society.
Hymes
D.
with
Bittle W. (eds.).
Evanston:
Harper
and
Row. 1967.
Р.
165-196.
Cassirer
Е.
ТЬе
Philosophy
of
Symbolic
Forms. V. 1-
З.
New
Haven;
L.,
1965-
1970.
Chomsky
N.
Syntactic
Structures.
Hague.
1957.
-
Current
Issius
in
Linguistic
Theory.
L., 1964.
Conklin
НгС.
Lexicographical
treatment
of folk
taxonomies
/ /
Lexicography,
International
Journal
of
American
Linguistics.
Householder
F.
and
Soporta
S.
(eds.). 1962. 28 (pt. 2).
Р.
119-141.