Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства

Подождите немного. Документ загружается.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

го, возможно и условие, основанием коего поставлено прямое согласие

договаривающейся стороны на то самое действие, которое составляет

предмет и прямой интерес договора. Разумеется, такое условие, если

простирается одинаково на обе стороны, немыслимо в договоре, ибо

оставляя обеим полную свободу, устраняет обязательную связь, без ко-

торой нельзя себе представить договор; немыслимо

такое условие и со

стороны должника в одностороннем договоре (обязуюсь заплатить тебе,

если захочу), но оно возможно юридически, когда, при оставлении сво-

боды одной стороне, другая остается связанной (напр. Петр обязуется

продать имущество Ивану через год, по такой-то цене, если Иван захо-

чет тогда купить его. Иван волен здесь

купить или не купить, но когда

он захочет, Петр не в праве отказаться от продажи). Еще называют

смешанным (c. mixta) такое условие, которое поставлено в зависимость,

кроме воли одной из сторон, от воли или действия третьего лица, не

участвовавшего в договоре.

От условия может быть поставлено в зависимость приобретение

права, начало юридического состояния

; в таком случае осуществление

права отлагается до наступления условия, которое носит название от-

лагательного (c. suspensiva); или от наступления условия зависит пре-

кращение существующего права, и в таком случае условие называется

прекратительным (c. resolutiva). Условие может оказаться физически

или юридически невозможным к исполнению (quae natura, quae jure

impleri non possunt), или нравственно невозможным (c. contra bonos

mores, c. turpis). Условие считается в ожидании (pendet conditio), доколе

еще неизвестно,

последует или не последует условное событие; условие

отпадает (deficit), когда нет уже сомнения, что условное событие не

последует вовсе; условие считается наступившим (impletur, existit), ко-

гда наступило условное событие.

Покуда условие еще не наступило, право по договору без сомнения

уже существует и не подлежит изменению без согласия обеих сторон.

Кредитор, коему предстоит требование, имеет

не только ожидание (spes

debitum iri, jus futurum), но и может рассчитывать на исполнение, но

покуда не наступило еще условие, право это не подлежит осуществле-

нию, так как не может еще быть предъявлен иск об исполнении (следо-

вательно и течение давности на сей иск невозможно). В этом состоянии

между сторонами, вступившими в договор, существует юридическая

связь, без прямого осуществления. Практическое действие этой связи

выражается, однако же, во взаимном обязательном их отношении по

предмету ожидаемого исполнения. Ни та, ни другая сторона не вправе

предпринимать действия к изменению этого исполнения, к увеличению

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

и к уменьшению значения его и ценности; отсюда возникает для инте-

ресованного лица юридическая возможность наблюдать за охранением

целости будущего осуществления своего права и требовать в некоторых

случаях ограждения его или обеспечения. Страх от случайных событий

по имуществу лежит на той стороне, которая держит его, а если прежде

наступления условия

исполнение учинено было вперед или имущество

вперед было передано, то оно остается на страхе и на ответе у того, в

чью пользу было сделано исполнение. В этом виде право, равно как и

обязательство, переходит к наследникам.

С наступлением условия открывается возможность осуществления

права, открывается иск и начинается течение давности. До

последнего

времени выводимо было из римского права и принималось в законода-

тельствах (напр. Code сiv. 1179) и в учении следующее положение, что

действие наступившего условия получает обратную силу, возводится к

минуте заключения договора так, как будто бы право, осуществляющее-

ся с наступлением условия, с первой минуты существовало безусловно

(perinde habetur ac in illo tempore, quo stipulatio interposita est, sine

conditione facta esset). Отсюда выводилось между прочим

, что всякие

отчуждения имущества совершенные, отягощения и повинности, на не-

го возложенные в промежутке ожидания, уничтожаются, признаются

недействительными. Но в последнее время основательность такого об-

щего положения подвергается сомнению; находят, что оно высказыва-

ется в римском праве не безусловно, а в связи с особыми обстоятельст-

вами данного случая, и учение

склоняется к тому мнению, что насту-

пившему условию следует придавать обратную силу не во всех случаях,

а по свойству каждого отношения особо, и по разуму каждого договора,

т.е. ставят основанием не общее начало, а интерпретацию частной воли

(см. о сем у Ферстера I, § 36).

Прекратительное условие действует разрушительно (obligation

pure, negotium purum sub conditione resolvitur). В силу договора

, непо-

средственно и прямо осуществляется право и становится действительно

приобретенным; но предвидится возможность прекращения сего права,

возвращение к прежнему состоянию, когда наступит прекратительное

условие (так, напр. продажа, совершенная хотя и с передачей, с наступ-

лением условия разрушается и имение возвращается к прежнему вла-

дельцу). Условие этого рода может быть прямо

выражено, и в таком

случае действует прямо и безусловно; в иных случаях оно лишь подра-

зумевается – напр. во всех обоюдных договорах предполагается

(ст. 1184 Code сiv.), что если одна сторона не исполняет своего обяза-

тельства, то не может обвинять в неисполнении и другую сторону. Но

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

этого рода предположение действует не прямо и безусловно, но приме-

няется, глядя по свойству отношения и по особому рассмотрению суда

(напр. имущество продано на срок, и в срок деньги за него не заплаче-

ны: из этого без особенного условия еще не следует, что продажа во

всяком случае уничтожается).

Существенное

свойство условия есть неизвестность, неверность

события, с коим оно связано. Напротив того, когда право связано со

сроком, т.е. с наступлением известного момента времени, тогда право в

самом начале своем получает известность и верность; но только отдаля-

ется осуществление права, ибо с течением времени известный момент

срока непременно должен наступить. В

сем состоит различие между

условием и сроком (dies), и это различие отражается на приобретении

права, связанного с тем или с другим. Срок, так же как условие, может

иметь или отлагательную (ex die), или прекратительную силу (ad

diem), смотря по тому, что с ним связано – начало или продолжение и

прекращение приводимого в действие права. Срок определяется

либо

точным счислением или известным заранее календарным днем (dies

certus), либо событием, которое непременно должно наступить, только

неизвестно когда наступит, напр. смертью (dies incertus quando). В этих

случаях воля определяется подлинно сроком, а не условием. Но когда

срок определяется событием, о котором не известно заранее не только,

когда оно наступит, но и наступит ли

оно когда бы то ни было (dies

incertus an et quando), в таком случае событие оказывается неизвестным, и

стало быть воля определяется в сущности не сроком, а условием. Таково,

напр. ограничение права вступлением в брак, переменой жительства, ро-

ждением ребенка и т.п. – В иных случаях срок, или некоторое отдаление

исполнения, хотя и не

выговорен прямо в договоре, само собой разумеет-

ся, по свойству действия, составляющего предмет договора, напр. при

заказе изделия на фабрике, при покупке хлеба на корню и т.п.

Когда срок постановлен, то лишь с наступлением его возникает

право требовать исполнения, право иска, и начинается по оному течение

давности. По бессрочному

же обязательству требование считается от-

крытым, когда угодно (quod sine die debetur, statim debetur). Срочная

льгота постановляется обыкновенно, и по общему предположению, в

интересе должника, лица, обязавшегося к исполнению. Впрочем она

может иметь не одинаковое значение, глядя по свойству отношения, как

оно определяется сущностью его и волею сторон. Иногда эта льгота в

интересе обеих сторон: должника нельзя

принудить к исполнению, рав-

но как и кредитора к принятию исполнения, прежде срока (в этом смыс-

ле разумеется, обыкновенно, срок в векселях и заемных письмах). Ино-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

гда она клонится к интересу одного должника: он не повинен платить до

срока, но может, если хочет, заплатить и ранее срока. Иногда она связа-

на с выгодой одного только кредитора: он не повинен принимать уплату

ранее срока, но может, если хочет, требовать и до срока. Самое свойство

отношения указывает иногда

, куда клонится льгота: в поклаже, напри-

мер, когда положен срок, он, очевидно, в интересе отдатчика, так как у

приемщика трудно предположить интерес в удержании поклажи до сро-

ка. Конский барышник покупает лошадей из табуна на срок весенней

ярмарки: явно, что срок в интересе покупщика, которому выгодно оста-

вить лошадей в

табуне на продовольствии до той минуты, когда придет-

ся вести их на торг.

Назначение срока в обязательстве связано с кредитором, т.е. с до-

верием кредитора к состоятельности своего должника. Итак, когда явно

обнаруживается несостоятельность должника, срок теряет свое значение

и обязательство становится открытым для взыскания. – Кроме того, в

иных законодательствах

(франц.) есть постановление, что срок теряет

свою силу, когда лицо, обязавшееся обеспечить долг свой, уклоняется

от обеспечения, и еще когда должник намеренно или самовольно

уменьшил или истребил ценность обеспечения своего долга, напр. ис-

требил, испортил заложенное имущество, обесценил его вырубкой леса

и т.п. Даже при случайном истреблении залога (пожаром

и пр.) должник

обязывается или заменить залог, или уплатить долг ранее срока.

В русском законе нет особых постановлений об этом предмете, кроме об-

щего правила 1530 ст., что сторонам оставляется на волю включать в договор

всякие условия, законом не противные, как-то: о сроке, о платеже и т.п. Без со-

мнения, условие должно быть определительное, ибо в сем только случае оно

может иметь действительное значение.

Условием признается обстоятельство неизвестное участникам сделки, от

коего постановлено в зависимость существование основанного на этой сделке

обязательства сторон. Посему нисколько не противно закону о договорах, что

обязательство связано с ожидаемым еще в будущем действием третьего лица

(Касс. реш. 184 г., № 414). В данном случае обязательство ставилось в зависи-

мость от выдачи залогового свидетельства из Казенной Палаты.

Договор считается неосуществившимся, когда не осуществилось то усло-

вие, с которым соединено по договору начало его действия. Владелец завода,

отдав его в аренду одному лицу, которое почитал в последствии подлежащим

устранению, отдал завод в содержание другому лицу, уполномочив его хлопо-

тать об устранении

первого арендатора: силу сего контракта положено сохра-

нять в течение трех лет со дня удаления первого арендатора. Удаление это не

состоялось, за отказом по судебному решению (2 Сб. Сен. реш. IV, № 949).

Для некоторых договоров (напр. для найма, для личного найма) законом

установлены наибольшие сроки. Есть договоры (запродажи), в коих назначение

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

срока обязательно. Вообще же нет правила о том, что срок во всяком случае

должен быть назначаем в договорах: могут быть договоры и бессрочные (ср.

Касс. реш. 1880 г., № 58). Хотя в отдельных статьях, относящихся к разным

видам договоров, встречаются весьма часто правила о том, что «надлежит» оз-

начать в них срок (напр. 1691 ст.), по правилам сего рода, когда в них нет поло-

жительного прещения, – невозможно придавать безусловное значение, и потому

трудно согласиться с решениями Касс. Деп. Сената 1870 г., № 1671, 1681, в коих

сказано, что договор о найме имущества, без означения срока, признается не-

действительным. Впрочем после того, надо полагать, суждение Касс. Деп. Сена-

та изменилось, ибо в решении 1873 г., № 1119 сказано вообще, что неозначение

в договоре срока само по себе не служит поводом к признанию договора недей-

ствительным.

Срок в договоре может быть определен без означения дня, окончанием из-

вестного хозяйственного или урочного действия. Так в договоре найма уступле-

но все производство стекла, какое

может совершиться в двух плавильных печах,

которые должны быть устроены одна вслед за другой. Касс. реш. 1873 г. № 910.

Срок в договоре может быть определен не только известным календарным днем,

но и событием, наступление коего зависит от воли сторон или от случайных

причин. Касс. реш. 1876 № 268.

Срок в договоре может быть

определен и смертью одной из сторон (Касс.

реш. 1868 г. № 429. Ср. «Юрид. Вестн.» 1872 г. № 2, реш. Суд. Пал.), – напр.

предоставляю Марье взыскивать по смерти моей тысячу рублей, которые я ей

должен. Об этом предмете возникают недоразумения: законны ли такие усло-

вия, коими предполагается передача имущества, принадлежащего одной сторо-

не, по смерти

ее, другой стороне? Иные расположены признавать такие условия

завещательными и потому несоответственными с формой договора. Считаю

нелишним привести здесь рассуждения по сему вопросу из 2-й части Курса Гр.

Права.

Между завещанием и договором есть существенная разница во многих от-

ношениях и, между прочим, в следующем. Завещание само по себе служит

ак-

том перехода вотчинных прав на имущество; с завещанием связано и им совер-

шается преемство имущества. Договором, напротив того, установляется только

обязательство к известному действию по имуществу, может быть установлено

обязательство передать, но не совершается самая передача. Переход имущества

по сделке осуществляется еще действием передачи, в котором обе стороны уча-

ствуют. Итак, по свойству договора, нельзя совершить им безвозвратно и обяза-

тельно переход или передачу имущества, как она совершается посредством за-

вещания. Если бы в договоре между Иваном и Петром было постановлено, что

Иван обязуется в известный срок передать Петру известное имущество, и Иван

умер бы до срока, не совершив сей передачи, то наследники Ивана в сем иму-

ществе, отвечая Петру за последствия неисполнения обязательства, принятого

Иваном, все-таки могли бы отказаться от передачи имущества, которое Иваном

не было еще передано и на которое, по преемству после Ивана, право собствен-

ности перешло к ним. Наоборот, если Иван завещал Петру известное имущест-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

во, оно непосредственно переходит к Петру по смерти Ивана, в силу завещания,

и если б это имущество, оказавшееся в наличности после смерти Ивана, надле-

жало Петру принять из рук наследников его, наследники не были бы вправе –

поколику остается в силе завещание – удерживать его в руках своих: оно в силу

завещания – не их имущество, а Петрово.

Рассуждая в сем смысле, приходим к такому заключению. Если живой че-

ловек, по договору с другим лицом, принял на себя обязательство и отсрочил

исполнение оного до своей смерти, это обязательство и по смерти его, по обще-

му правилу, остается в силе и обязательно для наследников в своей сущности и

в своей ценности. Наследники обязаны исполнить или удовлетворить за неис-

полнение. Итак, если умершим принято обязательство передать известное иму-

щество, но исполнение (не совершившись при жизни – ибо в сем случае был бы

дар, соединяемый с немедленной передачей) отсрочено до смерти, то передача

имущества натурою не может быть безусловно

обязательна для наследников.

Если в договоре прямо постановлено, что такое-то имущество, – хотя бы в виде

вознаграждения или уплаты, – должно перейти к такому-то лицу в собствен-

ность по смерти завещателя, такой переход сам собой не может совершиться в

силу одного договора, и может быть отвергнут наследниками как основанный

на

договоре, а не на завещании. Они не вправе отрешаться от того, что состав-

ляет сущность обязательства, т.е. от вознаграждения в той мере интереса, какую

предполагал умерший, но вправе не подчиняться тому, что относится к сущно-

сти завещательного распоряжения, коего в действительности не было, – т.е. от

передачи вотчинных прав на имущество известному лицу.

Представим примеры: Иван, живучи у Петра в доме и на его содержании,

сознает, что должен ему заплатить за то 3000 руб., с тем, чтобы эту сумму полу-

чил Петр после его смерти, а Петр обязывается до смерти содержать и кормить

его. Наследники обязаны беспрекословно уплатить эту сумму, ибо она состав-

ляет обязательство умершего. Иван, нанимая квартиру у Петра в доме, заключа-

ет с Петром такое условие, что в течение 10 лет он будет пользоваться кварти-

рой, полагая за каждый год по 100 руб., но не обязан платить за квартиру до

своей смерти, а за то по смерти его вся движимость, в сей квартире находящая-

ся, оставляется Петру в полную собственность, хотя бы он и ранее 10 лет умер;

до смерти же своей Иван обязуется ничего из той движимости ни продавать, ни

закладывать, а по смерти его наследники его в прочем имуществе и в денежных

капиталах не должны иметь притязания к сей движимости. По смерти Ивана

наследники не допускают Петра овладеть оставшейся движимостью, – и они

правы. Распоряжение Ивана относительно сей движимости не находит себе мес-

та в ряду юридических действий. По сделке с Петром, Иван не потерял права

собственности на свои вещи, ибо не передал их Петру. Он мог передать их не-

медленно дарственным

актом, а себе предоставить право пожизненного пользо-

вания, и в таком случае передача последовала бы по совершившемуся дару; но

он сего не сделал. Мог он, сознав себя должным Петру, отдать ему все эти вещи

в залог, и тогда судьба имущества и удовлетворение из него Петра определи-

лись бы правом залога. Но он и сего не сделал. Стало быть, он удержал при себе

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

право собственности на свои вещи до своей смерти и, установив переход вещей

в собственность Петра, отсрочил сей переход до смерти, но сей переход мог

совершиться непосредственно от Ивана к Петру лишь чрез завещание, коего

Иван не сделал, а право собственности при себе удержал. Отсюда следует, во-

первых, что Иван, и по совершении упомянутой сделки, сохраняет полную воз-

можность завещать, кому хочет, ту самую движимость, которую по сделке обя-

зался передать Петру: этим нарушил Иван принятое на себя обязательство, и за

нарушение ответствует Петру; но во всяком случае, сохраняя при себе право

собственности на эти вещи и не ограничив его даже залогом, Иван не может

быть безусловно лишен права распоряжения имуществом. Во-вторых, если по

заключении сделки с Петром, Иван при жизни своей и соблюдал обязательство

относительно вещей своих, то, по смерти Ивана, несмотря на сделку все-таки

право собственности на эти вещи переходит по преемству к наследникам Ивана,

а не к Петру

, который непосредственного преемства после Ивана не имеет и не

имеет права вступить по смерти Ивана непосредственно в обладание вещами.

Итак, наследники Ивана могут отказаться от передачи ему сих вещей натурою,

хотя и обязаны исполнить принятое Иваном обязательство, т.е. вознаградить

Петра в меру сего обязательства (ср. еще разбор сего случая в реш. Сената по

д. Лошакова. Касс. реш. 1869 г., № 1322).

Сущность завещания состоит в том, что распоряжение завещателя до

смерти его не приобретает юридической силы для того лица, в чью пользу оно

учинено, что оно подлежит исполнению лишь по смерти завещателя и может

быть им самим отменено по произволу, – и что

оно в юридическом своем значе-

нии не связано ни с каким договорным соглашением. Посему не может быть

причислен к завещаниям договор с другим лицом, составленный в интересе

третьего лица, хотя бы сие последнее в том договоре не участвовало и хотя бы

предполагалось осуществление сего интереса лишь по смерти или вследствие

смерти контрагента. Так, не следует придавать значение завещания страховому

полису, по коему застрахована жизнь страхователя в пользу третьего лица, с

тем, чтобы сему лицу выдана была по смерти страхователя условленная сумма,

или производились срочные или пожизненные выдачи (ср. Полн. Собр. Зак.

1868 г., № 45966, § 112–126). Правда, что и здесь назначение исполняется по

смерти страхователя, но не по существу односторонней воли, а по условию со

страховщиком, за платеж страховой премии: смерть завещателя есть одно из

возможных условий, но не единственно необходимое условие договора о стра-

ховании. Правда, и здесь страхователь может отменить свое назначение: для

сего стоит ему прекратить платеж премии; но это будет в сущности прекраще-

ние договора со страховщиком, в связи с коим состоит интерес третьего лица, в

чью пользу сделано завещание.

Приметим еще следующее. В завещании смерть является не случайной

принадлежностью акта, но условием распоряжения, зависящим от особенного

направления воли: она составляет существенное свойство завещательного акта.

Целое распоряжение рассчитано на смерть

и независимо от смерти не имеет

значения: это последняя воля человека. Но независимо от этого значения смерти

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

как существенного и исключительного мотива в завещании смерть как событие

может иметь значение простого термина в ряду всевозможных терминов и со-

бытий, избираемых волей к самоопределению и самоограничению в актах и

сделках между живыми. Со смертью может быть связано условие о сроке в до-

говорах, и договор не перестает быть договором, и не теряет своей силы потому

только, что в нем смерть той или другой стороны полагается пределом того или

другого отношения, договором установленного, – если из содержания договора

нельзя заключить, что существенная цель его есть распоряжение на случай

смерти и что, стало быть, под видом договора скрывается завещание.

С этой точки

зрения едва ли оправдывается Касс. реш. 1872 г. № 980. В

1848 г. Максимович дал Марье Рудневой 5000 руб. под закладную, и в тот же

день совершено между ними отдельное условие, в силу коего Рудневой предос-

тавлено внести эту сумму в банк, в пользу воспитанницы ее Натальи; в случае

смерти Натальи отдать эту сумму

детям ее, а при бездетстве ее, возвратить из

занятой суммы Максимовичу только 1000 руб.; если же до исполнения сего сам

Максимович умрет, то закладная считается ничтожной, и наследники его не

вправе по ней взыскивать. Максимович умер в 1850 г., и дочь его предъявила

иск по закладной к наследникам Рудневой, которые возражали вышеупомяну-

тым

условием. Сенат отвергает это возражение по таким соображениям. На-

следники исполняют договор умершего вотчинника в силу общего закона на-

следственной ответственности, а не в силу особого условия, включенного в до-

говор с целью обязать их после смерти самого контрагента: обязывать наслед-

ников таким образом можно лишь посредством завещания. Постановляемое в

договоре условие на случай смерти не может быть исполнено тем же лицом,

которое постановило его, а предполагает исполнение со стороны наследников;

но для них оно обязательно лишь по завещанию. Равно и отказ от права, в дого-

воре выраженный, может быть законным только тогда, когда он поставлен в

зависимость от условий, могущих наступить лишь при жизни контрагента, но не

в зависимости от смерти его.

Против этих рассуждений прежде всего следует заметить, что по договору

Руднева от наследников его не требовалось действительного исполнения, т.е.

передачи какой-либо части наличного наследственного имущества во владение

стороннего лица; если же Максимович помянул в условии, что

наследники его

не вправе будут взыскивать по закладной, то эти слова в договоре его не имеют

существенного значения и совсем лишние, стало быть, ни почему не вместно на

этих словах основывать обсуждение юридической силы договора. Когда б этих

слов не было, сущность условия нисколько бы не изменилась, и как скоро оно

являлось обязательным для самого Максимовича, то тем самым становилось

обязательным и для наследников его. Сущность условия просто состоит в том,

что Максимович, давая Рудневой деньги под закладную, предоставил себе (в

числе других условий) лишь пожизненное право взыскания долга и обеспече-

ния. Возможно ли допустить, чтобы частное лицо лишено было права

дать день-

ги взаймы на таком условии, т.е. ограничить пределами своей жизни личное свое

требование? Это значило бы стеснять без меры и без нужды законную свободу

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

воли в договоре. Смерть в этом случае является только термином, коим контр-

агент ограничил свое право требования по обязательству. Случай этого рода

существенно отличается от вышеуказанного, в коем Иван передавал Петру дви-

жимость на случай своей смерти. В сем последнем случае предметом договора

служит вещное право Ивана на движимость, которая не переставала быть его

собственностью до смерти; стало быть, он делал распоряжение о собственности,

на случай своей смерти. И в настоящем деле Рудневой, когда бы Максимович

постановил, что на случай смерти его право взыскания по закладной переходит

к назначенному им третьему лицу, в таком случае было бы основание признать

условие незаконным,

ибо тогда право взыскания овеществляется и передается

как составная часть наследственного имущества в собственность другому, на

случай смерти.

§ 3

Содержание обязательства. – Положительное и отрицательное. –

Обязательство дать или исполнить. – Взаимное обязательство. –

Нераздельные и делимые обязательства. – Действие возможное

и невозможное; известное и неизвестное. – Разделительное

обязательство и значение выбора. – Определение предмета

родом, видом и особью. – Значение денег.

Всякий договор производит с одной стороны право требовать, с

другой – обязанность исполнять.

Обязательство может иметь или положительный, или отрицатель-

ный характер. Первый чаще встречается. В последнем случае лицо обя-

зывается не делать чего-либо такого, что вправе было бы делать, если

бы не было связано договором. Так, напр. приказчик, выходя из

книж-

ного магазина для открытия торговли, от своего имени, обязывается не

заводить магазина в том же городе или в той же части города. Это обя-

зательство отрицательное. Или лицо обязывается терпеть, допускать в

сфере своего имущества такие действия другого лица, которых вправе

было бы не допускать. Это обязательство отрицательное (non facere,

pati).

При

положительном обязательстве (facere) лицо обязывается или

дать, или исполнить. И то и другое совершается посредством действия,

но в первом случае действие имеет целью произвести немедленное пре-

вращение вещного права, перевести вещь из имущества одного лица в

имущество другого или доставить другому лицу вещь в непосредствен-

ное употребление (наем лошади), или вообще

обогатить имущество

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

другого лица своим действием непосредственно. Сюда относится ус-

тупка обязательства, освобождение от долга и т.п. В последнем случае

цель обязательного действия та же, т.е. обогатить интересованное лицо

в его имуществе, в массе материальных, производительных сил, кото-

рой оно обладает; но действие это такого рода, что цель достигается не

непосредственно, и самое действие не имеет полной определительности

либо относится к предмету неизвестному. Таковы, напр. все действия,

имеющие характер работы. Работа должна повести к тому, чтобы соз-

дать интересованному лицу вещь (построить дом) или вещи сущест-

вующей придать новую ценность, или внести вообще новую ценность в

его имущество; но достижение

этой цели предполагается еще в буду-

щем, а не в наличности (таковы, напр. личная услуга, предполагаемая

передача владения, поставка, мастерская работа, наем учителя, обяза-

тельство поручиться или дать имение в залог).

Одно из главнейших свойств этого различия состоит в следующем.

Всякое обязательство или требование, входя отрицательно или положи-

тельно в массу

имущества кредитора или должника, подлежит оценке,

разрешается в определенную денежную ценность. Без сомнения, такой

оценке подлежит и вещь, и действие. Но обязательство дать может

быть почти всегда определено, оценено с точностью, тогда как точная

оценка действия, имеющего более или менее личный характер, может

быть только приблизительная, несовершенная. Посему в некоторых

случаях и закон судопроизводства допускает предъявления исков по

обязательствам без точного определения цены иска, которая может быть

выяснена лишь в течение процесса.

Действие обыкновенно относится к известному моменту. В дого-

ворах возмездных возможны три случая: 1) Действие и соответствую-

щее ему воздействие соединяются в одном моменте или следуют одно

за другим непосредственно

. Это – размен наличной вещи на другую

наличную вещь (Baarverkehr, Baargeschäft, affaire au comptant, Baarkauf,

Baartausch). Мена, купля-продажа. 2) Действие совершается в настоя-

щем, а воздействие отнесено к будущему. Это будет кредитная сделка

(affaire, marché á terme). 3) И действие, и воздействие отнесены к буду-

щему. Например, договор о поставке.

Когда право или обязательство становится принадлежностью не-

скольких лиц, возникает вопрос о

том, может ли оно и как может быть

разделено между этими лицами. Есть некоторые права и обязательства,

по свойству своему нераздельные. Те обязательства делимы, в коих обя-

зательное действие и соответственное право может быть разделено на

однородные части, так чтобы каждая часть, будучи меньше целого, со-