Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства

Подождите немного. Документ загружается.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

храняла все существенные свойства целого. Словом сказать – разделе-

ние должно быть по количеству, а не по качеству. Есть иные действия,

которые сохраняют свое значение и качество только в целом и не могут

быть разбиты на равные части только по количеству.

То или другое свойство зависит или от природы вещи либо

дейст-

вия, или от содержания договора и особого отношения лиц, участвую-

щих в договоре и обязанных исполнением. Есть действия, имеющие

нераздельную цельность, которые нельзя разложить на несколько от-

дельных операций: напр. обязательства доктора съездить с больным в

Карлсбад на лечение. Есть действия, которые хотя имеют хозяйствен-

ную цельность в намерении

сторон, но могут быть разложены на от-

дельные операции: напр. обязательство выстроить дом вполне, обяза-

тельство исполнить при постройке всю каменную работу. Есть дейст-

вия, совершаемые по свойству своему зараз; есть иные, составляемые из

количества или из ряда последовательных, периодически повторяемых

приемов. Есть действия вовсе не ограниченные временем и не подле

жащие математическому учету количеством, напр. в праве прохода и

проезда через дачу, в обязательстве не проезжать через дачу, не спус-

кать воды, не строить плотины и т.п. В праве прохода и проезда через

отдельную дачу нельзя себе представить разделение права или обяза-

тельства по количеству между наследниками лица, имеющего

права,

или обязанного.

Обязательство дать или передать делимо, когда предмет передачи

допускает деление. В обязательстве исполнить предполагается недели-

мость, поколику неделимо действие; но когда действие состоит из опре-

деленных мерой и временем работ, то оно может подлежать делению. С

обязательством исполнить одно из двух – либо то, либо другое – несовме-

стна делимость

, покуда не совершится выбор того или другого действия.

Вообще заметить должно, что неделимость какого бы то ни было обяза-

тельства устраняется, когда есть возможность оценить его на деньги.

В обязательстве мыслимо только возможное действие, к которому

обязываются. Невозможное само по себе не может иметь интереса ни

для которой стороны. Во

всяком обязательстве предполагается свобод-

ное действие в будущем, т.е. событие несовершившееся, неверное, ко-

торое когда-нибудь должно получить бытие, совершиться, принять из-

вестный вид, сделаться верным. А совершение невозможного немысли-

мо. Невозможность может быть или естественная, или юридическая.

Первая относится к предметам, которые никогда не существовали или

уничтожились, или не

могли никак существовать; вторая – к вещам,

которые не могут быть предметом собственности гражданской или со-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

стоять уже в собственности кредитора. Наконец, может быть еще не-

возможность нравственная, – действие, противное общественной нрав-

ственности или положительному закону, ограждающему важный обще-

ственный интерес. Невозможное условие противоречит самой сущности

договора, и потому делает договор недействительным (ср. Касс. реш.

1879 г., № 223). Но в таком случае невозможность предполагается

объективная, заключается

в свойстве самого предмета, а не в личной

силе обязавшегося лица. Итак, если действие само по себе не принад-

лежит к числу невозможных, но невозможно только для обязавшегося

лица, то это лицо не избавляется от обязанности исполнить. Невоз-

можность последующая, возникшая по заключении договора, не слу-

жит поводом к признанию его

недействительным. Она служит только

затруднением или препятствием к исполнению договора в том виде,

как было условлено.

Действие может быть или определенное, известное, или неизвест-

ное, неопределенное. Предмет действия определен, известен вполне,

когда из самого договора можно ясно видеть, какой индивидуальный

предмет имеется в виду или какого рода предметы, какого вида,

какого

качества, в каком количестве. Но если предмет действия обозначен так

неясно, что невозможно различить его ни по какому признаку, в таком

случае договор выходит из сферы юридических действий, в которой все

должно быть определено, или заключает в себе возможность определе-

ния, и обязательное исполнение становится невозможным, следователь-

но и договор

становится юридически недействителен.

Но между действием вполне определенным и вполне неопределен-

ным пространная средина. В ней находят место действия, не вполне оп-

ределенные, т.е. такие, предмет коих с намерением оставлен с которой-

либо стороны неопределенным, так что в этой неизвестной части опреде-

ление предоставлено свободной воле той или другой

стороны. Здесь есть

возможность определения при исполнении, есть место интересу, следо-

вательно есть место и обязательству, юридически действительному.

Вот главные виды такой неопределенности:

1) Определение предмета исполнения или принадлежностей может

быть предоставлено усмотрению и решению третьего лица или учреж-

дения (arbitrium certae personae, boni viri).

2) Предметом обязательства может быть несколько отделных дей-

ствий, из которых одно

только должно быть исполнено. Которое имен-

но – договор не определяет, а предоставляет той или другой стороне

выбор в минуту исполнения (oblig. alternativa). Здесь обязательство про-

стирается на несколько действий, а исполнение состоит в одном только

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

действии. Напр. доставить 1000 дес. земли или 1000 руб., поставить к

такому-то числу 500 четвертей пшеницы или 300 четвертей крупы греч-

невой. Такое обязательство непременно неделимое: я не могу, напр. со-

образно с обязательством передать в первом случае часть землей, часть

деньгами (без нового соглашения с кредитором), во втором часть пше-

ницей, часть

крупой. Мое дело дать, исполнить то или другое в цело-

сти. Важный вопрос здесь в том: кому принадлежит выбор? Предпола-

гается в нормальном порядке, что обязательство исходит от должника: я

обязуюсь сделать то или то. Итак, обыкновенно выбор предоставляется

обязанному лицу, если противное в самом договоре не постановлено.

Эта свобода

выбора простирается, конечно, для обязавшегося до мину-

ты исполнения; для требующего – до заявления требования.

При исполнении такого обязательства выбор может оказаться не-

возможным; напр. из числа предметов, между коими предположен вы-

бор, нет в наличности ничего кроме одного предмета. В таком случае

всего естественнее предположить, что исполнение без выбора должно

относиться

к тому, что есть в наличности и что возможно к исполне-

нию. Однако, если выбор, по воле и намерению, выраженным в догово-

ре, относится к сущности условия между сторонами, то с уничтожением

возможности выбора исполнение договора вообще становится невоз-

можным.

3) Предмет может быть определен только родом, а не видом (гене

тически). Может быть обозначен только род особей, из которых должен

быть сделан выбор, но самая особь не обозначена, и выбор ее предос-

тавляется той или другой стороне. И в этом смысле неизвестности все-

таки должна быть граница, должна существовать возможность интереса

и обязанности. Ни того, ни другого не было бы,

когда бы, например,

был обозначен род слишком обширный, со свободою выбора почти бес-

предельной. В таком случае ни требование, ни обязательство не имело

бы серьезного значения (напр. продаю тебе животное). Род есть поня-

тие, которое само по себе не имеет определенных границ. Оно относи-

тельно. Род может быть сам видом по

отношению к другому обшир-

нейшему роду. В этом смысле некоторые законодательства (франц.)

признают недействительным обязательство, в котором означен только

род (1129). Можно сказать: я продаю лошадь. Здесь есть возможность

взвесить значение обязательства, сделать определение и оценку предме-

та, к которому относится исполнение. Надобно только, чтобы количест-

во особей было определено. Такое

определение предмета не особью, а

родовым названием имеет еще следующее свойство. Особь погибает,

уничтожается и уничтожается безвозвратно, незаменимо. Напротив –

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

род не погибает, следовательно, если я продал, напр. белую свою ло-

шадь – Лебедя, то в случае смерти Лебедя исполнение договора, по

крайней мере натурой, невозможно; а если продал просто лошадь, то в

случае смерти той лошади, которую я имел в виду при заключении до-

говора, я имею точно такую же

возможность и точно так же повинен

исполнить свое обязательство.

4) Есть предметы, в которых, по свойству их природы, естествен-

ное обособление не имеет важного значения и которые требуют искус-

ственного обособления – числом, весом, мерой. Для определения цен-

ности их особь не значит ничего сама по себе, а важно только количест-

во

и качество. Если то и другое означено, действие будет вполне опре-

деленное. Если означено одно качество без количества, – то недостает в

обязательстве никаких данных для определения интереса и обязанности.

Но может быть означено одно количество, и такое означение допускает

возможность выбора, ближайшего определения и средней оценки. Так,

можно сказать: продаю

столько-то четвертей пшеницы, бочек хереса,

возов песку и пр. Выбор сортов и качества будет принадлежать той или

другой стороне, а в недостатке определения договорного, – лицу обя-

занному. Количеством могут быть означаемы не одни только матери-

альные вещи; количественному определению подлежат и некоторые

исполнительные действия, напр. работы, именно механические и едино

образные, не требующие художественного творчества. Где речь идет о

заказе художественного произведения, напр. картины Айвазовскому,

там количественное определение очень мало значит. Не всегда необхо-

димо определять количество известным числом: нужно только, чтобы

были твердые данные, по которым была бы возможность определить

это количество. Так, напр. можно продать пшеницы на посеве

стольких-

то десятин в моей деревне, может быть поставка фуража на 1000 полко-

вых лошадей.

В числе количественных признаков, коими определяется действие,

особенно важное значение имеют деньги – как всеобщее орудие, общая

единица измерения ценностей: в этом смысле деньги имеют одинаковое

значение со всякой единицей измерения. Но кроме того, деньги могут

быть сами

ценностью, сами заключать в себе ценность. Таким образом,

посредством денег всякое имущество разрешается в определенную цен-

ность, и это тем более удобно, что единица оценки уравнительная, не

зависит от личных отношений и потребностей и имеет одинаковое зна-

чение для всех и каждого при всяких обстоятельствах. Это значение

свое деньги сохраняют

до тех пор, пока известная нормальная цена де-

нежной единицы утверждается и поддерживается в общем сознании.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

§ 4

Виды обязательств. – Обоюдные и односторонние. –

Безмездные и возмездные. – Договоры, на риске основанные. –

Ясные и неясные требования.

Во всяком договоре есть непременно две стороны, но эти стороны

не всегда в одинаковом отношении одна к другой

Может быть сделка такого рода, что каждая сторона принимает на

себя положительное обязательство и каждая, стало быть, имеет положи-

тельное требование. Здесь в сделке одна сторона спрашивает: согласен

ли ты дать или сделать то-то? – и получает положительный ответ; но

вместе с тем и другая спрашивает: а ты согласен ли

сделать или дать то

и то? – и также получает положительный ответ. Таким образом из дого-

вора возникает обязательство обоюдное. Каждая сторона имеет и обяза-

тельство и требование – и должник и кредитор. Напр. договор о прода-

же. Продавец должен передать вещь и имеет право требовать деньги.

Покупщик должен заплатить деньги и иметь

право требовать вещь.

Но может быть и так, что в договоре только одна сторона принима-

ет на себя положительное обязательство; только одна спрашивает: со-

гласен ли ты сделать или дать то и то? – и получает положительный

ответ. Таким образом возникает обязательство одностороннее. Таков,

напр. договор о простом займе. Здесь только

одна сторона положитель-

но обязывается – должник заплатить деньги; а другая сторона – креди-

тор имеет только положительное требование.

Следует заметить:

а) При этом разделении имеется в виду положительная обязан-

ность. Отрицательная обязанность и в одностороннем обязательстве

может быть на стороне, имеющей право и требование, потому что вся-

кое право, всякое требование имеет

свой юридический предел, за кото-

рый не должно заходить. Когда я имею право требовать, то имею его не

иначе как в известное время, при известных условиях, не позже или не

ранее известного термина. Так, напр. и на кредиторе лежит отрицатель-

В обширном смысле кредитором называется лицо, имеющее требование по какому бы то

ни было обязательству; но кредитором в тесном смысле именуется займодавец, по акту о

займе. В обширном смысле и у нас кредиторами называются все лица, заявляющие какие

бы то ни было денежные требования и иски по имуществу. В сем

смысле разумеется и

общее собрание кредиторов несостоятельного должника (Уст. Суд. Торг., ст. 509, 526).

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

ная обязанность не выходить из пределов своего права. Или, вернее ска-

зать, это не обязанность, а принадлежность, свойство того юридическо-

го положения, в котором находится лицо. Так, кредитор не имеет права

требовать уплаты ранее положенного срока. Это не значит, что на нем

лежит обязанность не требовать.

б) При этом разделении

имеется в виду то положение, в котором

стороны находятся в минуту совершения договора. Положение это мо-

жет впоследствии измениться по поводу случайных событий или сво-

бодных действий со стороны, имеющей право. Возьмем, напр. договор о

поклаже в минуту совершения. Здесь одна сторона отдает вещь на хра-

нение, а другая принимает –

и только. Обязывается только одна сторо-

на – возвратить вещь в целости по первому требованию. По существу

договора одна только сторона получает право иска – сторона, отдающая

на сохранение. Но по времени отношение это может измениться. Отда-

но, напр. на сохранение большое количество зернового хлеба. Если от-

давший долго не требует его, то

принявший может быть поставлен в

необходимость употребить издержки на сохранение хлеба, и впоследст-

вии получает право требовать от другой стороны вознаграждения.

Какое же практическое значение этого разделения?

В обоюдных обязательствах всегда есть взаимность действия, вза-

имность исполнения. Если эти взаимные действия тесно связаны одно с

другим, то одно состоит в

зависимости от другого, и если одна сторона,

напр. не устоит в своем обязательстве, то и другая может отказать в ис-

полнении своего. Напр. запродан дом. Если продавец не получил еще

денег, то может отказать в совершении купчей, и покупщик не имеет

права принудить его к выдаче акта, к передаче имущества или

поста-

вить ему в вину отказ в передаче. Вообще, когда возникает вопрос о

вине сторон в заключении договора, о незаконной цели договора, тогда

в обоюдном обязательстве труднее отличить одну сторону от другой,

нежели в одностороннем. В одностороннем обязательстве нет такой

тесной связи, по существу отношения, между положительными дейст-

виями той

и другой стороны. В приведенном примере (поклажа) взяв-

ший вещь на сохранение обязан возвратить ее, хотя бы издержал деньги

на ее сохранение и хотя бы ожидал себе вознаграждения от другой сто-

роны. Не может удержать, потому что не может указать на неисполне-

ние с другой стороны обязательства, принятого по договору. Пожалуй

может случиться, что он удержит вещь в своих руках, но уже не по силе

договора, а в виде обеспечения за иск о вознаграждении, который обя-

зан предъявить особо.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

Это разделение принято во многих законодательствах (франц.); од-

нако ему не придает закон определенного практического значения. В

нашем законе оно не составляет особой категории. Наш закон не обяза-

тельства, а способы приобретения разделяет на безмездные или дарст-

венные и обоюдные (см. кн. III Зак. Гражд., разд. I, разд. III).

Одностороннее обязательное отношение возникает еще из некоторых дей-

ствий, с которыми необходимо соединяется ответственная обязательность (см.

ниже § 72): таково, напр. принятие опекунского звания, вступление в чужие

дела по имуществу или заведывание чужим имуществом без поручения (nego-

tiorum gestio). Вступление в права гражданские вотчинные или семейственные и

в состояния, соединенные с этими правами, совершаясь по

воле и независимо от

воли, вследствие непроизвольных событий, влечет за собой разного рода обяза-

тельства, в происхождении коих воля – или участвует лишь косвенно и посред-

ственно, или вовсе не участвует: в этих случаях, по римскому выражению, ex re

venit obligatio. Для примера можно указать на отношение наследников по пово-

ду совокупного наследства, отношение тяжущихся

в процессе (litis contestatio),

отношение соседства, общей собственности и т.п. Изъяснение этих обязательств

относится уже к другим частям гражданского права.

Наконец, также без прямого участия воли в установлении обязательства,

оно возникает из действия преступного или нарушающего право. Всякий ответ-

ствует за свое действие, – т.е. в гражданском смысле ответствует за последствия

его для другого лица, по имуществу. Для определения меры этой ответственно-

сти приходится, не только с целью уголовного возмездия, но и в гражданском

смысле, принимать в соображение меру вины, ибо неодинаковы бывают и в

гражданском смысле последствия злого умысла и вины или неосторожности в

совершении преступного или недозволенного действия.

2) Другое разделение основано на видимой цели договора, какая

предполагается сторонами. Если в договоре видно, что при заключении

каждая сторона имела свою выгоду, материальную или денежную, до-

говор будет обоюдноинтересный; если видимая выгода на одной сторо-

не, а с другой стороны не видно выгоды или вознаграждения, или видно

только намерение доставить

выгоду одной противоположной стороне,

то договор будет безмездный или дарственный. Так, напр. договор о

продаже, о мене, о займе из процентов, о личном найме и пр., соединен

в выгодой, с интересом той и другой стороны; напротив того, в дарении,

в безмездной доверенности, в поклаже, в займе без %, видимая выгода

вся на

одной стороне: это договоры безмездные.

Это разделение употребительно в законодательстве французском

(onereux и à titre gratuit). В нашем законодательстве ему соответствует,

хотя и не вполне, вышеупомянутое разделение способов приобретения

прав на имущества, – на безмездные и обоюдные. К первым относятся:

пожалование, дарение, выдел, приданое, завещание, к последним: мена

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

и купля-продажа. Все эти акты не помещены в числе договоров; а для

договоров закон наш не создает подобной категории.

Практическое значение этого различия оказывается при неиспол-

нении и исполнении договора. Когда приходится судить о неустойке

обязанного лица или о неисправности его в исполнении обязательства,

тогда очевидно, что лицо, даром

обязавшееся, имеет право на большее

снисхождение, чем лицо, которого действие вознаграждается по дого-

вору, и неисправность первого представляется не совсем в том виде, как

неисправность последнего. Это важно для разрешения вопроса о возна-

граждении. Представим себе, напр. положение дарителя, когда после

совершения дарственной записи имение, оставаясь еще непереданным,

понесло по

вине его некоторый вред или уменьшение дохода, и положе-

ние управляющего имением, когда по вине его имение расстроено (ср.

нашу 1539 ст. Зак. Гражд. и выраженные в ней начала).

3) В иных договорах ясная цель – выгода, обогащение одной сто-

роны исключительно. В других предполагается сделка ко взаимному

обогащению, взаимной выгоде. Та и

другая сторона, предоставляя себе

выгоду, предоставляет ее и другой стороне. Эта выгода одной стороны

может быть значительнее выгоды, которую получает другая, или равна

ей, или меньше ее; но во всяком случае каждая сторона может при са-

мом заключении договора с большею или меньшею вероятностью рас-

считать, что она приобретает. Так, напр

. при продаже дома каждая сто-

рона может сравнить ценность отчуждаемого с ценностью приобретае-

мого и судить о том, выгодна для нее сделка или нет. Всякий договор,

без сомнения, сопряжен с риском, но здесь риск зависит от случайных

или личных сторонних обстоятельств, не предвиденных в договоре и не

относящихся к его

сущности. Этот риск не входит в состав договора. В

расчет договаривающихся сторон входят, по существу договора, только

известные, определенные действия и события. Здесь договор с риском,

но риск не входит в юридическое содержание договора.

Но может случиться, что все соглашение основано исключительно

на риске, что по цели и намерению сторон конечный

результат догово-

ра, материальная ценность его, поставлены в зависимость от события,

совершенно не известного или случайного, или только вероятного, так

что при заключении его совершенно не известно, которая сторона в ко-

нечном результате выиграет, получит большую выгоду.

Примеры: передача имения при жизни с обязательством произво-

дить пожизненный доход; продажа будущей

жатвы; страхование; пари.

Практическое значение этого различия важно в тех законодатель-

ствах, которые допускают разрушение договора вследствие ошибки в

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

побудительной причине к нему, ошибки в предмете действия, влекущей

за собой значительную невыгоду для одной из сторон (laesio). Юриди-

ческое действие этого обстоятельства допускается только в договорах

первого рода.

____________

ГЛАВА ВТОРАЯ

ОБЩИЕ УСЛОВИЯ

ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

§ 5

Действительное и недействительное обязательство. –

Натуральные обязательства. – Ничтожные и опровержимые

обязательства. – От чего зависит действительность

обязательства?

Обязательство тогда только может быть названо вполне действи-

тельным, когда с ним соединено право иска. Только при этом условии

обязательство имеет значение, ибо допускает требование юридическое,

соединено с правом требовать исполнения посредством общественной

власти. В противном случае, как бы то ни было достоверно соглашение

сторон с целью установить обязательство, – соглашение это

не имеет

обязательной силы, не производит действительного обязательства.

Есть такие обязательства, которые закон по соображениям госу-

дарственного или нравственного интереса объявляет недействительны-

ми, т.е. неподлежащими исполнению посредством общественной вла-

сти. Таково, напр. обязательство малолетнего без согласия попечителя;

такова закладная, писанная дома на недвижимое имущество; таким ста-

новится всякое обязательство

по истечении давности.

С другой стороны, некоторым видам обязательств закон присвои-

вает особенно строгую силу.

Здесь возникает вопрос: могут ли и в какой степени иметь значение

между частными лицами такие обязательства, которые не имеют силы

пред общественной властью, т.е. с коими не сопряжено право иска?

Очевидно, что в этом вопросе

не будет нужды, если нет нужды опреде-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

лять юридическое значение действий, совершаемых частными лицами.

Так, напр. по заемному письму, по коему прошла давность, должник

может по совести уплатить займодавцу, зная, что пред законом не обя-

зан к этому. Что за дело до этого закона, если к содействию обществен-

ной власти не обращаются? Но если бы уплатившее лицо

не захотело

впоследствии потребовать обратно уплаченные деньги на том основа-

нии, что не было обязано платить их, и стало бы доказывать, что упла-

тило их, не ведая о пропуске срока, считая акт действительным? Спра-

шивается: в каком смысле будет закон разуметь уплату? Если он велит

возвратить уплаченные деньги, стало быть,

не признает действия упла-

той по обязательству и не признает никакого обязательства. Если же

закон оставляет деньги у кредитора, стало быть, присваивает какую-

либо силу обязательству, которое по закону недействительно.

К этому вопросу относится римское разделение обязательств на

гражданские и натуральные – obl. civilis et naturalis. Первое, вытекавшее

ex jure civil, имело полную силу, т.е. пользовалось правом

иска. Послед-

нее, хотя и не пользовалось этим правом, но не вовсе было лишено вся-

кой силы. Не давая своему владельцу права иска, оно давало ему осно-

вание возражать против требования противной стороны, когда эта сто-

рона желала уничтожить собственное, добровольное действие, имевшее

целью исполнение такого обязательства.

Такое различие в римском

праве основывалось на отличии между

строгим jus civile и jus gentium и на соответствовавшем ему старинном

отличии строгой гражданской формы обязательства с правом иска. В

новейшем праве это различие исчезло, потому что и неформальный до-

говор может быть сопряжен с правом иска вообще. Но и в новейших

законодательствах для некоторых видов договора установлена положи-

тельная форма, напр. письменная, так что возникает иногда необходи-

мость определить в точности, какие последствия влечет за собой упу-

щение в соблюдении этой формы. Между тем исчезнувшее различие

obl. naturalis et civil лишает возможности на практике определить эти

последствия с той точностью, какую видим в римском праве, а признать

обязательства неформальные вполне недействительными препятствует

естественное чувство справедливости

По действовавшему прежде закону обязательство колониста, данное без разрешения

начальства, было недействительно. Однако Сенат (Касс. реш. 1874 г., № 522) не призна-

ет его ничтожным безусловно, когда по делу представляются данные, ведущие к несо-

мненному убеждению в том, что заем действительно последовал и занятая сумма состо-

ит еще в долгу.