Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства

Подождите немного. Документ загружается.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

204

какой именно минуты в подобных договорах начинается течение давно-

сти, погашающей право требования: с той ли самой минуты, когда за-

ключен договор и возникло право требовать исполнения, или с той ми-

нуты, когда явилось нарушение договора, т.е. когда заявлено требова-

ние исполнения? Вопрос этот принадлежит к числу самых спорных

гражданском праве, и разные юристы разрешают его различно. Одни

полагают, что не следует дожидаться нарушения во всех тех случаях,

когда от усмотрения стороны зависит предъявить требование во всякую

минуту, начиная с минуты заключения договора, и потому начинают

течение давности с этой последней минуты. Другие, и в том числе Са-

виньи (Sist. V. 282, 292) доказывают, что лицо, имеющее право по дого-

вору, можно

обвинить за молчание в течение давности не иначе как с

того времени, когда требование предъявлено и явилось понятие о нару-

шении. Кажется, это последнее мнение основательнее. Действительно,

во всякой давности предполагается небрежение об иске. Можно ли же

допустить понятие о небрежении, когда оставление вещи в свободном

пользовании или хранении у обязанного

лица происходит из сущности

самого договора, когда вещь отдана именно на таком условии: оставь у

себя, пользуйся спокойно, пока мне не понадобится, пока я не потре-

бую? И в договорах другого рода вещь после срока может еще оставать-

ся в руках обязанного лица с согласия кредитора, но то будет по

согла-

шению, по снисхождению кредитора, а здесь вещь остается у должника

не только по воле кредитора, но и по сущности договора. Здесь, стало

быть, течение давности начинается не с заключения договора или пере-

дачи вещи: покуда нет еще повода к требованию, нет нарушения. А по-

водом к требованию служит здесь определившаяся

воля кредитора –

требовать свою вещь назад: как скоро эта воля заявлена, начинается

нарушение, начинается течение давности.

Бывают случаи, когда должник обязывается удовлетворить по обя-

зательству не позже означенного срока, по первом требовании или при-

глашении (напр. вексель, заемное письмо, через три месяца по предъяв-

лении): это делается для ограждения должника,

чтоб требование не за-

стало его врасплох, чтоб он имел время собрать свои силы и пригото-

виться к исполнению. В таком случае и течение давности начинается не

иначе как по прошествии этого срока.

Иногда случается, что договор об употреблении вещи писан хотя и

без срока, но с обозначением специальной цели употребления

; напр., я

Тон, Вангеров, Ленц, Уингер и пр. Обозрение и разбор мнений можно найти как у Сави-

ньи, так у Ферстера – Preuss. Priv. Recht, § 57.

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

205

доверяю банковый билет в залог по поставке рельсов для саратовской

железной дороги или даю в ссуду тарантас – съездить в Тифлис и об-

ратно. В таком случае можно определить, когда окончится течение до-

говора и возникнет право требования, с совершением цели, с окончани-

ем поставки, с возвращением из Тифлиса. С этого

времени, стало быть,

начнется и течение давности.

Остается еще сказать, каким образом исчисляется течение давно-

сти по договорам в тех случаях, когда исполнение договора состоит в

действиях, периодически повторяющихся или возобновляющихся. Эти

периодические действия относятся или к дополнительному обязательст-

ву, зависящему от главного, или сами по себе составляют сущность

главного

обязательства, напр. 1) проценты при займе на 10 лет, 2) по-

ставка ежемесячная в течение 10 лет.

Возьмем сначала первый случай.

Здесь может быть речь о погашении давностью иска по главному

обязательству и по обязательствам зависящим в особенности.

Представим сначала договор, заключенный на определенное время,

с обязанностью производить ежегодную плату или платить проценты, –

напр., заем

из процентов на 10 лет или наем земли на 10 лет из наемной

ежегодной платы. Здесь, хотя бы в течение всего 10-летнего срока еже-

годные платежи не производились и не было требования об исполнении

зависящего обязательства, от этого нисколько не зависит право требо-

вать исполнения по главному обязательству, т.е. возвращения денег

или

имения, ибо до наступления срока главному обязательству ни в каком

случае нельзя было требовать по оному исполнения. Давность по глав-

ному обязательству начинается с той минуты, как открылось право на

это главное требование. Но это право может отдалиться и за пределы

первоначального срока, когда, напр. должник оставляет у себя деньги

по истечении 10-летнего срока займа, а кредитор продолжает принимать

от него проценты: этим кредитор показывает, что он возобновляет дого-

вор с должником и возобновляет уже на неопределенное время, завися-

щее от своей воли. В таком случае течение давности для кредитора на-

чинается с того времени, за которое в последний

раз были ему уплачены

проценты.

Отсюда возникает иногда для кредитора необходимость доказать,

что проценты были ему уплачены или зависящее обязательство испол-

нялось должником не ранее известного времени, т.е. что он, кредитор,

не потерял давностью права на иск по целому обязательству. Обыкно-

венно квитанции в уплате процентов по займу и пр

. считаются важными

для должника, доказывающего ими уплату за такой-то срок, и потому

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

206

хранятся должником. Но в настоящем случае для должника, желающего

доказать, что кредитор утратил свое право на иск давностью, требуется

удостоверить, что он должник, не уплатил денег, а для кредитора важно

удостоверить, что он получил уплату не ранее такого-то времени. На

этот случай кредитор, выдавая квитанцию должнику в уплате процен

тов, может требовать от него контр-квитанцию; но обыкновенно креди-

торы, получая уплату, не предвидят в будущем надобности доказывать,

что нет пропуска давности, и потому почти никто не требует подобных

документов. А они могут понадобиться, напр., когда обе стороны или

одна из них не имеют ясного сознания о времени платежей.

Петр выдал Ивану заемное письмо на три года в 1840 г. В 1843 г.

минул срок; но Иван не представил заемного письма ко взысканию и не

требовал уплаты капитала, а продолжал ежегодно получать проценты

по займу. Так велось, напр., до 1850 г. Петр каждый год получал от

Ивана квитанции в уплате процентов, и эти

документы хранились у

должника Петра, а Иван, довольствуясь получением денег, не заботился

требовать от Петра, чтобы он каждый раз отмечал уплаты процентов на

подлинном заемном письме: кто же об этом заботится? Но в 1851 г.

умирают оба: и кредитор Иван, и должник Петр. Остались дети: у Ива-

на – Сергей, имеющий право

требовать, у должника – сын Федор, обя-

занный платить. Но за смертью контрагентов заемное письмо несколько

лет лежало в бездействии, завалившись в бумагах кредитора; сын долж-

ника Федор и не знал об этом долге отца и не заботился платить ни ка-

питал, ни проценты. Наконец, лет через шесть, в 1857 г., Сергей находит

это заемное письмо и предъявляет его ко взысканию на Федора. Федор

видит возможность избавиться от платежа и, замечая, что акт писан в

1840 г. на три года, срок ему кончился в 1843 г., что с этого времени до

1857 г. протекло 14 лет без представления ко взысканию, доказывает,

что заемное письмо утратило свою

силу. Это несправедливо, потому что

уплата процентов по этому письму, доказывающая возобновление обя-

зательства, совершилась в последний раз в 1850 г., только за семь лет до

предоставления ко взысканию. Но кто же это знает? Единственное дока-

зательство уплаты процентов находится в руках должника и он скрыва-

ет его, а кредитор не имеет

у себя контр-квитанций.

Второй случай – погашение давностью зависящего, дополнитель-

ного требования в отдельности.

Когда требование по главному обязательству, напр., требование

капитала, погашается давностью, то, разумеется, погашаются вместе с

тем и требования зависящие, напр., требования о процентах. Но пога-

шение зависящих обязательств может совершиться и независимо от

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

207

требования по главному обязательству. Напр., я отдал дом внаймы на

12 лет в 1840 г. За первый год я получал наемную плату; за второй

1842 г. и за третий 1843 г. не получил, а за 1844 и т.д. продолжал полу-

чать. В 1852 г. кончается срок по контракту. В 1854 г. я требую, чтобы

мне

заплатили наемную плату за 1842 и 1843 гг. Не имею права. Требо-

вание мое уже погашено давностью.

По тому же правилу погашается право требовать отдельного дей-

ствия, когда периодическое совершение этих действий составляло са-

мую сущность договора. Пример – в поставке.

Чтобы право иска решительно было погашено давностью, для это-

го нужно, чтобы

в течение определенного срока лицо, имеющее право

требовать, оставалось в спокойном состоянии молчания, бездействия, –

не требовало, оставило свое право без употребления. С этим связано,

как сказано выше, предположение о небрежении имеющего право и,

сверх того, предположение, что по предмету требования, по всей веро-

ятности, последовало исполнение, когда кредитор так долго не

требовал

удовлетворения.

Это спокойное состояние прерывается, это предположение унич-

тожается следующими событиями:

1) Признанием долга со стороны обязанной, так что со времени

этого признания начинается новое течение давности для имеющего пра-

ва требовать. Если должник сознает долг, стало быть, нельзя еще обви-

нять кредитора в небрежении о своем праве, нельзя предположить

, что

требование погашено. Но такое сознание должно выразиться не просто

в слове, а в форме юридического действия. Такова будет, напр., выдача

нового акта о долге со стороны должника, уплата процентов по обяза-

тельству, уплата части капитала, установление залога или поручитель-

ства по тому же обязательству и т.п. Не имеет

такого значения ни одно-

стороннее напоминание должнику о долге со стороны кредитора, ни

передача права по обязательству третьему лицу, если в этих действиях

должник сам не принимал участия.

2) Спокойное состояние прерывается действительным, формаль-

ным предъявлением иска или требования.

По русскому закону, договор прекращается, если от срока, назна-

ченного для прекращения

его действия, протекла 10-летняя давность, и

договор не был представлен ко взысканию (Зак. Гражд. 1549; Уст. Век-

сельн. 94, 95).

При существовании этого закона возникало сомнение: как исчис-

лять давность по обязательствам, писанным без срока, по востребова-

нию или по предъявлению. Вопрос этот разрешен законодательством в

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

208

1862 г. Земскую давность по долговым обязательствам бессрочным и

выданным сроком до востребования положено считать со дня представ-

ления такого обязательства ко взысканию. Сверх того, определенным

началом течения давности по таким актам признается смерть заемщика:

если со времени смерти его совсем не было взыскания по акту, то на-

следники его

освобождаются от ответственности (Зак. Гражд. 1259,

прим.; 1549). Закон этот признается новым, и потому сила его не рас-

пространяется обыкновенно на дела, предшествовавшие его обнародо-

ванию: до издания сего закона предполагается, по-видимому, что над-

лежало считать давность со времени написания таких актов (ср. Зак.

Гражд. 2123 и прим.).

При постановлении сего закона законодательство

не выразило об-

щего начала, из коего вытекает новое постановление. Может быть по

этой причине сохранные расписки, писанные без срока, по востребова-

нию, не подчинены действию вышеозначенного правила для бессроч-

ных актов. Для давности по сохранным распискам установлено законом

1860 г. особое правило (ср. Касс. реш. 1867 г., № 97). Сохранные рас-

писки

не подлежат действию давности во все время жизни приемщика.

По смерти его, наследники его обязаны, в течение шести месяцев с от-

крытия наследства, вызвать отдатчика поклажи через публикацию в

ведомостях, и в таком случае отдатчик обязан предъявить сохранную

расписку в течение шести месяцев от публикации; в противном случае

теряет право

на взыскание. Также и наследники отдатчика в тот же срок

должны вызвать приемщика; в противном случае теряют право на иск, а

если учинили вызов – десятилетняя давность считается для них со дня

последней публикации. О расписках же, выданных до обнародования

сего закона, сказано, что они подлежат действию общих постановлений

о давности, причем

срок считается со дня написания оных или со дня

какого-либо по оным действия (разумеется, если такое действие было)

(Зак. Гражд. 2113, прим.).

Течение давности прерывается.

1) Исполнением, сознанием и подтверждением долга со стороны

должника.

Ст. 1550 гласит, что в тех случаях, когда должник уплачивает часть

долга, а контрагент выполняет часть принятой

на себя обязанности и по-

сле назначенных сроков, подтверждая тем действительность выданных

обязательств, – началом давности считается первый день после того, в

который сделана позднейшая уплата или выполнение обязанности, если

притом будут доказательства, что уплата или выполнение обязанности

произведены действительно до истечения давности (закон 1845 г.).

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

209

2) Представлением обязательства ко взысканию или начатием иска.

Одно оглашение права со стороны кредитора, без содействия должника,

еще не достаточно (Зак. Гражд. 1549; прил. к прим. к ст. 694, ст. 1 и

прим. 1).

Но и требование, представленное ко взысканию, и иск, начатый в

суде, тоже подлежат действию давности, когда не было хождения в

присутственных местах в течение 10-ти лет со времени предъявления

обязательства ко взысканию (см. о сем в книге: Судебное руководство,

ст. 63 и след.).

Начало счисления давности. Закон о счислении давности по бессрочным

обязательствам со дня предъявления составляет новое правило и не применяется

к обязательствам, совершенным до его издания; следовательно, давность по ним

исчисляется со времени написания (см. дело Шишмарева – 2 Общ. Собр. Сен.

26 января 1873 г.; то же в Касс. реш. 1868 г., № 97); но в 1877 г. признано, что

новый закон о давности по бессрочным обязательствам применяется и к тем, по

коим, во время обнародования закона, не истекла давность со времени выдачи

(Касс. реш. 1877 г., № 302).

Дом состоял залогом, в казенном ведомстве застрахованным, и обязан-

ность возобновлять страхование лежала на чиновниках того ведомства; но они

упустили страхование, и дом, прежде продажи за недоимку по контракту, сгорел

в 1865 г. незастрахованным. Затем, в 1868 г. последовало положение комитета

министров о сложении недоимки, с возложением ответственности на виновных

в упущении страхования. Когда казна предъявила о сем иск, оказалось, что

прошла давность со времени пожара; но истец доказывал, что давность следует

считать

с 1868 г., когда казенное ведомство могло в первый раз определить ко-

личество убытка и личность виновных. Однако признано правильным первое

исчисление – с пожара, как с того момента, когда возникло и могло быть предъ-

явлено в суде требование, составляющее предмет иска (Касс. реш. 1879 г.,

№ 60).

В реш. Касс. 1873 г., № 1253 признано,

что правило об исчислении давно-

сти по бессрочным обязательствам относится лишь к тем из них, коими уста-

новляется обязанность платежа по требованию кредитора. Дело было о расписке

в том, что продана водка и получено задатка 25 руб. Иск был о возврате задатка.

По этому иску давность правильно исчислена со дня выдачи расписки, так как

право истца на купленный товар возникло в день выдачи и с того же времени

началось нарушающее это право удержание товара, следовательно возникло и

право на иск.

Правило 220 ст. 2 ч. X т. (соответств. ст. 1259, прим. и 1549-я Зак. Гражд.)

о давности по бессрочным обязательствам имеет в виду обязательства, образо-

вавшиеся из займа, или вообще долговые с уплатой по востребованию: давность

считается с предъявлением их ко взысканию. Под это правило не подходят рас-

писки, служащие удостоверением долга, напр., такая: остаюсь должен Ивану за

овчину 300 руб., в чем и даю сию расписку (Касс. реш. 1872 г., № 1175). На та-

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

210

кое рассуждение можно возразить, что и такая расписка выражает сознание

долга. С долгом связана обязанность платить. Срока не назначено, следователь-

но платить надлежит, когда потребуют. Стало быть, в сущности к этому отно-

шению применяется то же начало давности.

Пока дни отсрочки, следующие после срока, назначенного в векселе, еще

не истекли (608 Уст

. Торг.; соответств. ст. 66 Уст. Вексельн. изд. 1893 г.), век-

сель сохраняет еще силу вексельного права и плательщик имеет законное право

еще не платить до истечения дней обождания, и право понудительного взыска-

ния еще не наступает. Посему и 10-летний срок давности для взыскания по век-

селю должен исчисляться не со дня просрочки, а по миновании дней отсрочки

или обождания (Касс. реш. 1878 г., № 217).

Когда отыскивается сумма, составляющаяся из денег, разновременно по-

лученных ответчиком и подлежавших передаче истцу, то при исчислении иско-

вой давности принимается началом ее особо каждое из получений (Касс. реш.

1875 г., № 64).

Давность по иску о нарушении запродажной записи положено

исчислять с

того числа, которое в самой записи назначено сроком для совершения купчей, а

не со дня отказа продавца от совершения купчей (Касс. реш. 1875 г., № 71).

Когда прекращение производства по взысканию, хотя бы и с возвращени-

ем документов, имело смысл отсрочки взыскания впредь до наступления из-

вестного, ожидаемого события (до окончания

спора о земле должника), не за-

ключая в себе отказа и не отрицая требования со стороны кредитора, то это пре-

кращение не должно почитаться уничтожением иска и не ставится в вину истцу

при исчислении по сему иску давности (Касс. реш. 1879 г., № 52).

Мясников предъявил в 1862 г. иск на товарищей золотопромышленников о

допущении к разделу прибылей за добычу с 1852 г. Ответчики отговаривались

давностью. Это возражение признано основательным по следующим соображе-

ниям. Исчисляется давность с наступления поводов к предъявлению иска. По-

водом представляется нарушение прав с наступлением срока. Проситель объяс-

няет, что деньги с прииска в последний раз получены компанией в 1851 г.; стало

быть, не искав с того времени, он пропустил давность. Но Гос. Совет (Мн. по

делу Сидорова 1874 г.) рассудил, что в договоре товарищества не постановлено

вовсе срока, с наступлением коего товарищи получили бы право требовать ис-

полнения. Право это предполагалось бессрочным, и осуществление его состояло

в зависимости от успеха хозяйственных операций,

которые производились не

всеми компаньонами, но поручены были одному из них. В сих обстоятельствах

течение давности начиналось не прежде того, как открывалось, по смыслу дого-

вора, право требовать того или другого исполнения и совершалось нарушение

договорного права. Предметом иска служит участие в прибылях операции. По

договорным отношениям, всякая операция, имевшая значение

хозяйственного

только распоряжения, сама по себе не составляла ни нарушения прав пайщика

на чистую прибыль, ни повода к предъявлению иска о чистой прибыли. Посему

ни заявки открываемых приисков, ни всякого рода выдачи и получения по раз-

работке оных не составляли нарушения прав Мясникова на чистую прибыль.

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

211

Относительно сих прав первым действием, требовавшим его участия, мог быть

лишь первый раздел первой чистой прибыли от прииска между остальными

пайщиками. Такого значения не имело получение из банка ссуды за первое от-

работанное золото, тем более, что по смыслу самого договора, из первого полу-

чения надлежало еще произвести ликвидацию издержек на производство для

определения чистой прибыли. Чистая прибыль могла быть определена, и пер-

вый ее раздел мог последовать во всяком случае никак не ранее получения пер-

вого расчета за добытое золото с монетного двора (ст. 2558 VII т. Свод. Уст.

Горн.)

, следовательно прежде сего срока нет законного основания применять

течение давности к требованию Мясникова на чистую прибыль от добытого

золота. Из дела же видно, что первый расчет о золоте компании утвержден на

Монетном Дворе 4 февраля 1852 г., а первое прошение об участии в прибылях

было прислано Мясниковым в суд 15 сентября 1861 г., следовательно давность

не пропущена.

По доверенности Лярского Бахчеев купил для него и на его деньги дома и

крепостные акты совершил на свое имя в 1846 г. После него жена его распоря-

жалась домами, признавая права Лярского, но наконец стала распоряжаться

домами, как своей собственностью. В 1871 г. наследник Лярского предъявил к

ней иск о возвращении капитала, употребленного на покупку домов. Суд при-

знал давность пропущенной, считая, что нарушение права, вызывающее иск,

последовало при покупке домов в 1846 г. Это было бы справедливо, когда бы

покупка домов Бахчеевым на свое имя выставлялась злоупотреблением и нару-

шением доверенности. Но как по делу обнаружилось, что покупка домов Бах-

чеевым последовала именно по соглашению с Лярским, хотя и в интересе по-

следнего, то Сенат полагал началом нарушения отказ вдовы Бахчеева от обяза-

тельного отношения к Лярскому, и потому признал давность не пропущенной

(Касс. реш. 1875 г., № 822; ср. 1877 г., № 304).

В 1842 г., по распоряжению правительства, отобрана была земля для госу-

дарственной потребности, и владельца предполагалось удовлетворить другой

землей. Но это предположение не исполнилось, и владельцы согласились вместо

того получить за землю деньги, о чем не переставали ходатайствовать. Однако

деньги не были им выданы до 1878 г., причем они просили о выдаче вместе с

тем и процентов на всю сумму со времени отобрания земли. Это требование

отвергалось со стороны казенной, за давностью, так как о выдаче процентов

владельцы стали просить лишь за последние 10 лет до 1875 г.; посему будто бы

владельцы имеют право на получение процентов лишь с 1875 г. Возражение это

неосновательно. Проценты в этом случае составляют нераздельную принадлеж-

ность капитала, стало быть, поколику

не утрачено право на иск о капитале, не

утрачено оно и на иск о процентах: выдача процентов без признания права на

известную сумму капитала немыслима. Это проценты за удержание капитала.

Иное дело, когда бы то были проценты пользования по договору. Тогда процен-

ты за известный период времени могли бы, в силу

договорного отношения, со-

В издании 1893 г. статья сия показана отмененной.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

212

ставлять предмет отдельного требования за каждый отдельный период пользо-

вания, которое погашалось бы отдельной давностью.

На основании 2277 ст. Наполеонова кодекса, действующего в Царстве

Польском, право на всякие периодические платежи погашается пятилетней дав-

ностью. По расчетам с подрядчиками прежнего польского правительства выда-

вались русским правительством в 1826 г. ликвидационные свидетельства, бес-

процентные и не имевшие ходячей ценности. Они принимались в уплату пода-

тей и, по желанию владельцев, могли быть продаваемы в казну по установлен-

ной цене и по особому соглашению с казной. А как в силу декрета 1809 г. над-

лежало бы выдавать их процентными, то правительство, при соглашении с вла-

дельцами, причисляло к капиталу и процент, впрочем не иначе как по особому

требованию владельца, но периодического течения процентов по сим бумагам

не полагалось. Владелец такого свидетельства, уступая его в казну, в 1873 г.,

заявил и право на получение процентов с 1812 г.; но Министерство Финансов

отказывало ему в том, основываясь на приведенной 2277 ст., и допускало при-

числение процентов по ликвидационному свидетельству лишь с 1868 г. Отказ

этот признаваем был неосновательным потому, что по ликвидационным свиде-

тельствам не было установлено никакого порядка для уплаты ежегодных про-

центов, и владелец свидетельства не имел даже права требовать их в периодиче-

ские сроки. Однако по окончательному решению (1 Общ. Собр. Сен. 21 октября

1877 г., д. Кауфман) в домогательстве истца отказано, не потому, чтобы он про-

пустил давность, а потому, что Министр Финансов имел право назначать цену

на бумаги сего рода по своему усмотрению, а от владельца зависело принять

или не принять ее.

По раздельной записи братья обязались заплатить сестре 1000 руб. при за-

мужестве

или когда пожелает. Она умерла, не требовав денег. Для наследников

ее давность исковая о сих деньгах может начинаться лишь со смерти ее, а никак

не со времени совершения раздельной записи (Касс. реш. 1868 г., № 891).

По подрядному делу с казной суд неправильно принял началом исчисле-

ния давности срок, определенный в договоре для исполнения подрядчиком при-

нятой работы, ибо сей последний срок при неисполнении работы открывал каз-

не право действовать согласно условиям договора и указаниям закона, на счет

подрядчика, и во все то время действие договора продолжалось. Посему опре-

деленный в договоре срок окончания работы самим подрядчиком не мог быть

принят за срок

окончания действия договора. И выдача казной расчета подряд-

чику не может считаться срокам окончания действия договора, ибо выдача рас-

чета есть распоряжение, вполне зависящее от казны и составляющее последст-

вия окончания действия контракта (Касс. реш. 1874 г., № 858).

Иван в 1853 г. выдал племяннице своей Марье долговой документ, а в

1855 г. ей

же завещал все движимое и недвижимое имение, и в 1856 г. умер.

Анна соединила по сему завещанию в лице своем и кредитора и должника по

долговому документу. Но завещание было оспорено, и по окончании тяжбы в

1866 г. завещание, относительно недвижимости, уничтожено. Тогда Анна в

1867 г. предъявила свой долговой документ ко взысканию с наследников, кото-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

213

рые возразили на сей иск давностью. Спрашивается: должно ли быть полагаемо

в счет давности время течения тяжбы, покуда не решен был еще вопрос о том,

кто будет признан наследником имению (1 Общ. Собр. Сен. 1877 г., д. Гласко).

Решением 2 Общ. Собр. Сен. 1852 г. по д. Буренина и Жукова признано,

что давность по векселю, писанному по предъявлении, но не предъявленному и

не опротестованному в течение 12 месяцев, считается, на осн. 494 и 531 ст. Уст.

Торг., изд. 1842 г. (соотв. Ст. 94 и 95 Уст. Вексельн., изд. 1893 г.) с того дня,

когда он вступает в действие, т.е. в сутки от написания его, а не по истечении

12 месяцев срока, ибо сей последний относится лишь к удержанию вексельного

права; в противном случае, вексель, вовсе не опротестованный, мог бы получить

преимущество относительно давности перед векселем, опротестованным ранее

12 месяцев.

А решением 4 Деп. Сената 1862 г. по д. Тупицина признано, что при ис-

числении срока давности по векселям, писанным по предъявлении и утратив-

шим вексельную силу, нельзя полагать в срок те 12 месяцев, в течение коих

вексель сохраняет силу вексельного права. Но по Всепод. жалобе Общ. Собр.

Сената (в 1877 г.) признало, что давность вообще исчисляется со дня наступле-

ния права требовать исполнения, следовательно, в силу 599, 600, 606, 608 ст.

Уст. Торг. (соответств. ст. 57, 58, 64, 66 Уст. Вексельн.) давность векселей, пи-

санных

по предъявлении, исчисляется: переводных, со дня предъявления к при-

нятию, а простых, в коих нет акцептации, со дня написания или выдачи.

Срок земской давности для векселя, писанного по предъявлении (636 Уст.

Торг.; соответств. ст. 74 Уст. Вексельн.), следует считать не со времени выдачи,

но с истечения 12 месяцев по выдаче (Касс. реш. 1873 г., № 155).

Действие давности. Когда кредитор несостоятельного, за пропущением

особливого срока для предъявления претензий на должника, по конкурсному

производству. (Уст. Торг. 1981; соответств. ст. 602 Уст. Суд. Торг.), теряет пра-

во на удовлетворение из конкурса, – право его на взыскание с поручителя от

сего не зависит и остается неприкосновенным (Касс. реш. 1875 г., № 819).

Перерыв. Предъявление обязательств ко взысканию в бесспорном порядке

прерывает течение давности.

Со времени судебного постановления, предоставляющего право предъя-

вить иск, вновь начинается новое течение срока давности (Касс. реш. 1875 г.,

№ 286).

Предъявление иска или обращение к защите власти не в законном порядке

не прерывает давности, напр., предъявление в уголовном порядке иска, подле-

жавшего суду

гражданскому (Касс. реш. 1868 г., № 376). Иск, по коему дело

признано неподсудным, не прерывает давности (Касс. реш. 1876 г., № 436). Ко-

гда дело признано неподлежащим бесспорному производству, время предъявле-

ния обязательства ко взысканию надлежит считать не с просьбы в полицию, а с

предъявления иска в суде (Касс. реш. 1875 г., № 87).

Не считается

простым оглашением предъявления заемного письма в бес-

спорном порядке в полицию, ради прерывания давности, но с тем, чтобы дейст-