Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства

Подождите немного. Документ загружается.

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

264

ром, что Сергей заплатит Петру такую-то сумму, или, наоборот, что

Петр должен уплатить Сергею, тогда как Сергей в договоре не участво-

вал. Без сомнения, повинность исполнения, наложенная на третье лицо,

без его ведома и воли, для него не обязательна, и условие сего рода в

отношении к нему недействительно. По

этому предмету нет недоумения

(ср. Savigny, Obl. R. II, 75).

Но если обязательство между сторонами установлено в пользу

третьего лица, не участвовавшего в договоре, спрашивается: приобрета-

ется ли третьему лицу, вследствие такого договора, право иска, право

требовать исполнения обязательства? Римское право отвечает на этот

вопрос отрицательно, объявляя такое условие недействительным как

относительно стороны, обязавшейся в

пользу третьего лица, так и отно-

сительно этого третьего лица.

Столь решительное отрицание в применении к отдельным случаям

было бы несправедливо, и потому на практике допускались уклонения

от него. Обычной практикой выработалось по сему предмету такое по-

ложение. Третье лицо не приобретает по договору сего рода прав, со-

единенных с

отягощением, с обязательством. Но если третьему лицу

предоставляется только право, то оно может приобресть такое право

вместе с правом иска по оному. Для сего достаточно, если третье лицо

выразит формальным или неформальным действием волю свою и согла-

сие на принятие этого права, и тем присоединится к установившему

оное соглашению. С этой

минуты право это крепко за ним и даже может

перейти от него к наследникам, а до этой минуты стороны, между кои-

ми заключено условие, могут и изменить его по своему усмотрению, без

нарушения прав третьего лица, им еще не приобретенных.

Первое законодательство, в коем выразился такой взгляд на отноше-

ние

третьего лица к договору, было прусское. В том же смысле высказа-

лось впоследствии саксонское законодательство, прочие же держатся на-

чал римского права (alteri neminem stipulari posse), не отрицая, впрочем,

возможности постановлять условия в пользу третьего лица, с тем, чтобы

право иска тому лишь и принадлежало, кем условие было постановлено.

Наш закон не содержит по этому

предмету никаких постановлений.

По общему его правилу, действие договора простирается исключительно

на участвовавшие в нем лица и их наследников; изменение договора с

уступкой права считается недействительным, если учинено во вред треть-

ему лицу (ст. 1543, 1547). Однако случаи условий в пользу третьих лиц

встречаются в актах нередко. Когда условия этого рода имеют

дарствен-

ное свойство, они могут быть подведены под общее правило о дарении,

что дар становится безвозвратным с той минуты, как принят, что одарен-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

265

ному предоставляется отказаться от дарственного назначения, когда оно

соединено с отяготительным условием (973–976). Но условия в пользу

третьего лица могут иметь основанием (causa) не только дарственную

волю, но и сознание и исполнение предшествовавшего обязательства или

существующей обязанности относительно третьего лица, либо перевод

долга. Очевидно, что и в этих случаях, равно как и

в случаях дарственно-

го свойства, постановление условия в пользу третьего лица само по себе

не связывает контрагентов безвозвратно, и они вольны изменить это ус-

ловие между собой так, как постановили его, по общему правилу 1545 ст.

Зак. Гражд., доколе право третьего лица, сим договором установленное,

не сделалось для него приобретенным правом.

С которых же пор оно ста-

новится для него приобретенным? Условие дарственное – со времени

принятия по правилу 974 ст. А условие всякого иного свойства – во вся-

ком случае с того времени, когда третье лицо, осведомившись о предос-

тавленном ему праве, приступает к осуществлению его, т.е. обращает

требование об исполнении к тому

, кто обязался к исполнению по догово-

ру. В самом деле лицо, повинное к исполнению по договору, вправе ли

возразить против такого требования, что претендент, как неучаствовав-

ший в договоре, не имеет личного права на иск? Едва ли такое возраже-

ние было бы основательно (разумеется, если стороны между тем не изме-

нили или не уничтожили постановленного между ними условия). Повин-

ное лицо приняло на себя обязательство, действием свободной своей воли

и с расчетом, в силу коего принятие условия казалось ему интересно или

выгодно, или прибыль и интерес были ему предоставлены под этим усло-

вием, причем совокупною волею сторон за третьим лицом утверждалось

право на действие или исполнение.

Вместе с тем, однако же, нельзя не признать, что третье лицо от

подобного договора не должно терпеть ни малейшего умаления прав

своих, существовавших прежде сего договора (если само не отступи-

лось от них положительным впоследствии изъявлением своей воли по

поводу договора), и положение его не

может стать менее выгодно, чем

было до сего договора.

Привожу примеры, чаще встречающиеся. Дарится имение на усло-

вии, чтоб одаренный уплатил третьему лицу положенную сумму, или

производил ему ежегодное содержание. Очевидно, что из сего акта про-

истекает для третьего лица право требовать исполнения, но если третье

лицо, и независимо от сего

условия, имело бы по закону право требовать

от дарителя платежей, еще в большем размере, то сохраняет при себе это

требование вполне, а если оно связано с имением, составлявшим предмет

дара, то может требовать и уничтожения дарственного акта. – Родители

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

266

делят благоприобретенное имение между взрослыми детьми и постанов-

ляют условие в пользу малолетних, не участвовавших в договоре. При

мировой сделке, в числе взаимных условий, полагается заплатить поло-

женную сумму третьему лицу. Третье лицо, если этот платеж основан на

самостоятельном его требовании, вправе не подчиняться этой сделке и,

помимо ее, обратить

свое требование на того, на кого оно по существу

своему относится. Подобный случай может встретиться при продаже

имения, когда, напр., покупщик, в учет продажной цены, принимает на

себя платеж личного долга продавца третьему лицу. Всего чаще встреча-

ются такие случаи при разделе имения, когда между наследниками, для

уравнения долей, происходит

распределение долгов, лежащих на наслед-

ственном имении. Такой раздел, совершенный без участия кредитора, ни

в каком случае не может служить ему во вред и в предосуждение прав

его. Для кредитора далеко не все равно, от кого и с какого имения прихо-

дится ему требовать удовлетворения. По закону долги лежат на имении

того лица, кем сделаны, и наследники ответствуют в долгах наследства

соразмерно с той долей, какая каждому досталась. Итак, если распределе-

ние долгов между наследниками невыгодно для кредитора и не соответ-

ствует законным правам его, он вправе опровергать раздел, или, не стес-

няясь его условиями, требовать удовлетворения из целого наследства:

против

такого требования никто из наследников не вправе возражать ус-

ловиями раздела. На основании сих условий они могут считаться друг с

другом, а не с кредитором умершего вотчинника (Зак. Гражд. 1259, 1547;

Зак. Суд. Гражд. 30). Однако же, когда наследник, добровольно приняв-

ший на себя обязательство, сам захочет учинить по оному полный расчет

с кредитором

, кредитор не вправе отказываться от этого расчета, т.е. от

принятия уплаты. С другой стороны, когда бы кредитору выгодно было

предъявить свое требование именно к тому, к кому оно отнесено усло-

виями раздела (напр., за несостоятельностью прочих наследников), нет

причины отказать ему в праве на иск, и ответчику нет основания

ссылать-

ся на необязательность условия, которое сам он принял. За всем тем, од-

нако, если бы от этого лица кредитор не получил полного удовлетворе-

ния, он не лишен права обратиться и к прочим наследникам, ибо право

кредитора, который сам не участвовал в распределении долгов, не долж-

но терпеть умаления вследствие сего

распределения.

Право третьего лица, в договоре не участвовавшего, на исполнение по се-

му договору есть во всяком случае условное и утверждается на отношении его к

одной из сторон, в силу коего постановлено в пользу его условие в договоре

между ними. Обязанность его также есть условная, проистекающая из отноше-

ний к одной из

сторон (как, напр. обязанность плательщика в переводном вексе-

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

267

ле). Посему третье лицо, встречая отказ в исполнении с той стороны, от которой

требует его на основании ее договора с другим лицом, должно искать себе опо-

ры в том лице, кем выговорено было в пользу его условие. В 1853 г. Лаворк

передал свое участие в откупе по 1865 г. Подольским, с тем, чтобы

они удовле-

творили кредиторов Лаворка, в том числе Ждановича, по заемным письмам, на

1800 руб. Сенат рассуждал, что Ждановичу следовало обратиться к Подольским

и, в случае отказа в уплате, требовать по заемным письмам удовлетворения

прямо от должника (2 Сб. Сен. реш. V, № 1182).

Вопрос о праве третьего лица предъявить самостоятельный иск по кон

тракту, в котором оно само не участвовало, но в коем установлено в пользу его

обязательство, разрешен, хотя и косвенно, в Касс. реш. 1873 г., № 1623. Сказа-

но: третье лицо, если права его положительно выговорены в контракте (между

двумя другими лицами), может требовать осуществления договора во всем, в

чем он касается его

интересов, самостоятельным иском. В данном случае от-

купщики нефтяных промыслов, по договору с казенной палатой, обязались

часть денег вносить ежегодно в пользу гренадерского полка, принимавшего

прежде участие в добывании нефти.

Лазарев, Данибегов и Барилусов состояли в товарищеской компании, при-

чем в договоре их постановлено было условие в пользу стороннего лица Сана

сарова, что Лазарев должен выделять ему положенную долю из своих барышей,

в пользу бедных. Через три года Лазарев вышел из компании, учинив с товари-

щами раздел. Тогда Санасаров начал искать с него положенной доли из бары-

шей за все время компанейской торговли. Главное возражение против иска со-

стояло в том,

что истец есть третье лицо и не имеет, на основании 569 и 570 ст.

Зак. Гражд., права иска по договору, в коем лично не участвовал. Сенат рассу-

дил, что право иска принадлежит ему. Приведенные статьи показывают, что

неисполнивший своей обязанности по договору может быть принужден к тому,

но не говорят, что право требовать этого принуждения зависит исключительно

от контрагента (?) и что третье лицо, в пользу коего выговорены права, почитая

права эти нарушенными, не имеет права на предъявление такого требования. В

предоставлении права третьему лицу побудительной причиной может служить

или удовлетворение третьего лица по прежнему обязательству, или дарственное

намерение. От третьего лица зависит в таком случае согласиться на принятие, и

с того времени, как согласие его изъявлено, оно является уже участником дого-

вора и не может быть, согласно 1547 ст., лишено своего права по односторон-

нему желанию первоначальных контрагентов (Касс. реш. 1877 г., № 372).

Родоконаки по письму запродал Горни 3 т. пудов меди по 9 руб. 60 коп., на

срок. Горни переуступил письмо Заку по 9 руб. 78 коп., получив от него разницу в

цене 555 руб. Зак, выдав по условию Родоконаки в задаток 6 тысяч руб., передал

письмо Маленбергу по 11 руб. 50 коп. за пуд, дал ему задаток 3 тысячи и обя-

зался неустойкой 3 тысячи руб., которую должен был заплатить и возвратить

задаток, когда оказалось, что Родоконаки не поставил меди в срок. Тогда Зак

стал искать с Родоконаки: 1) возвращения задатка, ему данного, 6 тысяч руб.;

2) переплаченных Горни 555 руб.; 3) заплаченной Маленбергу неустойки

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

268

3000 руб.; 4) неполученного от перепродажи Маленбергу интереса 5145 руб.

Решением ему присуждено только возвращение задатка 6000 руб. с процентами

и уплаченные Горни 555 руб. с процентами, в остальном же отказано, так как

Родоконаки в условиях его с Маленбергом не участвовал; от самого Зака зави-

село обязываться неустойкой, а сумма интереса, им утраченного, есть лишь

гадательная и не представляет действительно понесенных убытков (реш. Общ.

Собр. Сен. 1865 г., Ж. М. Ю. 1866 г., № 4).

По делу Хлебина и Яковлева (Касс. реш. 1878 г., № 257) Сенат признал,

что хотя договор имеет силу лишь для участвовавших лиц (1528 и 569 ст.), но

из сего не следует, чтобы лицо неучаствовавшее не могло получить известных

прав на основании такого договора. Стороны могут установить некоторые права

в пользу третьих лиц, и если третье лицо, принятием того, что в пользу его вы-

говорено, и выполнением тех условий, при которых оно вправе воспользоваться

выговоренным, выразит свое согласие на те обязательства по договору, которые

постановлены в его пользу, то,

конечно, получает право защищать приобретен-

ное таким образом, и может, в силу 693 ст., искать от своего лица удовлетворе-

ние по такому договору.

Иван обязался заплатить Петру 400 руб. неустойки, если к 1 января Федор

не очистит свою квартиру для Петра. За несдачею квартиры Иван уплатил Пет-

ру 400 руб. и потом стал взыскивать их

с Федора. Признано, что Федор, не уча-

ствовавший в договоре о неустойке, не обязан, хотя бы и повинен был в убыт-

ках, подчиниться тому размеру их, который выразился в сумме неустойки меж-

ду двумя другими лицами (Касс. реш. 1871 г., № 122; 1872 г., № 386).

По договору об отчуждении имущества (продажа леса на сруб), третье лицо

не может осуществить особых прав своих на то имущество, возникших из сделки

с одним из контрагентов (покупщик припустил к себе товарища), в которой не

участвовал своим согласием другой контрагент (Касс. реш. 1872 г., № 815).

____________

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

§ 34

Обеспечение договоров. – Виды оного. – Неустойка. – Двоякое

ее значение. – Пеня за неисправность и возмещение интереса. –

Отношение неустойки к дальнейшему исполнению договора.

В основании каждого договора лежит понятие о взаимном доверии

или кредите. В это понятие входит, во-первых, расчет на правильное

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

269

действие подлежащей общественной власти, уверенность в том, что эта

власть в свое время скоро и беспристрастно решит могущие возникнуть

недоумения и споры и принудит к исполнению договора уклоняющуюся

от оного сторону; во-вторых, доверие к личности, т.е. к честности и

состоятельности плательщика или обязанного лица в минуту исполне-

ния

. От большей или меньшей уверенности по этим предметам зависит

не только твердость договоров, но и самое содержание условий и упот-

ребление тех или других видов и форм договора. От нее же зависит и

большая или меньшая искренность в отношениях сторон между собою и

к власти общественной.

Где нет никакого доверия

или оно слабо, там стороны прибегают к

косвенным способам для обеспечения себя от риска; прибегают к фик-

тивным или мнимым сделкам, обеспечивают себя незаконными пре-

миями на случай риска и лихвенными условиями.

Но и в сфере открытого и законного действия невозможно избе-

жать риска и расчета на случайности, которые в минуту

исполнения

могут обессилить его, или на естественную наклонность обязавшегося

лица уклониться от исполнения или обессилить его, когда придет время

исполнять и исполнение окажется тяжким. В этом расчете лицо, кото-

рому принадлежит требование, может обеспечить себя дополнительным

договором, усиливающим необходимость исполнения для обязанной

стороны или привлекающим к ответственности особливые, заранее вы-

говоренные средства и способы исполнения. При сем имеется в виду,

или возбудить в стороне, повинной к исполнению, особого рода

страх за неисправность и надежды на выгоду от исправности, установ-

лением пени или премии, которые выговариваются за неисправность

или за умедление в исполнении договора (неустойка и задаток);

или – привлечь к ответственности за

исполнительное действие

третье лицо, с тем, чтобы кредитом и состоятельностью его усугубить

кредит лица, непосредственно обязанного (поручительство);

или утвердить кредит не на обязавшемся лице, но на имуществе

его, особо для сего определенном (залог и заклад).

Кроме поименованных, встречаются, по обычаю, и другие способы обеспе-

чения исправности. Так, напр. обеспечение перевозочного подряда чрез вольнона-

емных извозчиков делается посредством отобрания от извозчиков паспортов,

впредь до сдачи транспорта. Взамен паспортов, выдаются им свидетельства на

проезд от транспортных компаний (ср., напр. Уст. Общ. Двигатель 1869 г.).

Неустойка. Предметом договора и главным интересом его служит

исполнение того действия, ради коего договор заключен. Предполагает-

ся, что сторона, ожидающая исполнения, заинтересована именно в том,

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

270

чтобы оно последовало в том виде и в то время, как условлено: предпо-

лагать противное, т.е. связывать интерес этой стороны с неисполнением,

значило бы давать договору не тот смысл и полагать в нем не тот пред-

мет, какие в нем означены, а совсем противоположные.

К обеспечению исполнения, указанного в

договоре, неустойка име-

ет двоякое значение, но и в том и в другом смысле она необходимо свя-

зана с интересом того самого исполнения, которое в договоре означено.

Во-первых, можно разуметь, что кредитор желает, посредством неус-

тойки или заранее выговоренной денежной пени, обеспечить себе ис-

правное исполнение: противная сторона понуждается

к сугубому стара-

нию об исполнении, так как с исправностью соединена по условию о

неустойке сугубая невыгода (это воззрение на неустойку преобладает у

Савиньи). Во-вторых, кредитор, сознавая невыгоду себе и убыток от

возможной неисправности или замедления в исполнении, выговаривает

себе от противной стороны заранее определенную ценность этого убыт-

ка или

невыгоды. Очевидно, что в этом предположении интерес, опре-

деляемый неустойкой, есть особливый и соответствует не ценности и

интересу целого исполнения, составляющему предмет главного догово-

ра, но только оказавшейся в известный момент неисправности в испол-

нении, неоправдавшемуся расчету на неисправность

. Поэтому неспра-

ведливо было бы думать, что неустойка вообще служит возмещением

целого исполнения, так, как оно предполагалось в договоре. По воле и

намерению сторон может быть между ними такое соглашение, что обя-

занной стороне предоставляется в данную минуту или исполнить под-

лежащее действие во всю силу договора, или освободить себя

от испол-

нения и развязать договор взносом определенной суммы, имеющей зна-

чение штрафа или выкупа; но это будет уже особливый вид договора

(multa poenitentialis, Reugeld, Wandelpön), выходящий за пределы поня-

тия о простой неустойке. В этом виде неустойка служила бы (что несо-

образно с основною ее сущностью) не к усилению, но к ослаблению

действия

договора, ибо заранее предоставляла бы стороне, уклоняю-

щейся от исполнения, средство решительно от него избавиться. Тем не

менее и договоры этого рода причисляются обыкновенно к договору о

неустойке, составляя один из его видов.

В этом смысле неустойка совмещает в себе не убыток от неисполнения, следовательно

не замену исполнения, но тот интерес, который соединялся с исправностью исполнения

и нарушен неисправностью. Напр., рассчитывая на известный срок получить известное

количество пшеницы, я рассчитываю получить на нее известную прибыль и, вследствие

неисправности контрагента, теряю эту прибыль или

даже подвергаюсь потере своего

имущества (когда в расчете на своего контрагента вступил в обязательство с другим).

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

271

От воли и намерения сторон зависит дать условию о неустойке то

или другое особливое значение, и в таком случае определение силы ус-

ловия зависит от истолкования договора.

По содержанию договора можно бывает рассудить, в каком смысле

условлена неустойка, в смысле ли штрафа, понуждающего к исполне-

нию, или в смысле возмещения

интереса, содержащегося в исполнении,

или же в смысле выкупа, освобождающего от исполнения. Например,

когда предмет главного договора есть денежный платеж, а неустойка

положена незначительная в сравнении с целой суммой, явно, что она име-

ет значение пени за умедление. Когда главное дело состоит в передаче

имения, стоящего 100 000, и за неустойку положено 100 000,

естественно

думать, что в виду было не просто обеспечить исполнение пеней, но

обеспечить интерес передачи, на случай неисполнения. Когда сосед обе-

щается мне не строить у себя в саду бани, а за неустойку заплатить мне

1000, естественно думать, что платежом неустойки погашается все требо-

вание, и затем нет уже основания требовать

снесения бани.

Неисполнение договора может заключаться или в отсутствии, или

удержании целого исполнения, или, наконец, в умедлении исполнения,

в просрочке. В договоре о неустойке могут быть поставлены особливые

условия о соответствии взыскания с этими видами исполнения. Очевид-

но, что если неустойка имеет значение вознаграждения за ущерб или

невыгоду, то неисполнение частное

не может быть уравнено с неиспол-

нением в целом, и потому в иных законах (французский, 1231) поста-

новлено, что от усмотрения суда зависит уменьшить неустойку, когда

неисполнение было только в части, а не в целом.

Неустойка выражается в определенной заранее сумме; отсюда сле-

дует, что во взыскании неустойки нет различия меры

взыскания по мере

вины или небрежения ответственного лица; с неустойкой не может быть

совместно еще исчисление и взыскание убытков, и потому не зависит уже

от выбора требующего лица – искать неустойки, или вместо того искать

действительных убытков: требовать можно только неустойки. Но неус-

тойка покрывает убытки лишь по тому предмету, к которому

отнесена по

смыслу договора. Когда требующая сторона сама виновна в том, что ис-

полнения не последовало или последовало неисправно и недостаточно, в

таком случае и требование неустойки за неисполнение не имеет места.

Можно ли требовать вместе и исполнения по договору, и неустойки

за неисполнение? В римском праве этот вопрос решался

по содержанию

договора, интерпретацией, а в случае сомнения предполагалось, что мож-

но требовать либо исполнения, либо штрафа. В таком же смысле решает

вопрос французское законодательство. По французскому праву, когда не-

К.П. Победоносцев. Курс гражданского права. Часть третья

272

устойка положена исключительно за неисполнение, нельзя требовать вме-

сте и ее взыскания и действительного исполнения; в таком случае интерес

исполнения требовался бы вдвойне: одно требование несовместно с дру-

гим. Кредитор может требовать или исполнения по главному предмету

договора, или взыскания неустойки, – разве бы в договоре было выговоре-

но, что неустойка

не препятствует исполнению. Но если неустойка поло-

жена именно за умедление или просрочку, тогда можно требовать неус-

тойки и вместе с тем исполнения. От неустойки (clause pénale, ст. 1226)

французский закон отличает условие о платеже определенной суммы за

убыток (ст. 1152, forfait) от неисполнения договора; в последнем случае

кредитор должен довольствоваться условленной суммой вместо исполне-

ния по предмету главного договора. Напротив того, по смыслу прусского и

австрийского закона, повинное лицо не освобождается платежом неустой-

ки от исполнения по главному предмету обязательства. Но прусский закон

говорит, что если кредитор просто требует исполнения по главному пред-

мету договора, и притом не выговаривает себе права на взыскание неус-

тойки

, то считается отказавшимся от сего последнего права.

Вопрос о том, последовал ли в действительности убыток по тому

предмету, с коим связана по условию неустойка, не должен бы, кажется,

иметь места при требовании неустойки; однако же французская практика

допускает возражения сего рода против иска (Dalloz. Repertoire. Obliga-

tion. 1595). О крайнем размере неустойки закон умалчивает, и

прежние

правила по этому предмету (прусское, что неустойка не должна превы-

шать действительный интерес более чем вдвое; австрийское, что по займу

неустойка не должна превышать законные проценты) отменены в послед-

ние годы. Однако в австрийском законе остается еще правило, дозволяю-

щее суду уменьшать неустойку, когда она, по суждению сведущих людей,

чрезмерна в сравнении с действительным ущербом.

§ 35

Неустойка по русскому законодательству. – Законная и

добровольная. – Неустойка по договорам с казной.

У нас общее правило о неустойке то, что она взыскивается незави-

симо от взыскания по неисполнению самого договора. Договор и при

взыскании неустойки остается в своей силе, разве бы в содержании до-

говора было изъяснено, что платежом неустойки он прекращается

(1585). Вообще неустойка определяется за неисправность (1574). Стало

Первый отдел. Общая часть учения о договорах и обязательствах

273

быть, у нас неустойка есть вид пени за неисправность, а не вознаграж-

дения убытков, не обеспечение последствий неисполнения

. В этом

взгляде на неустойку наш закон не совсем согласуется со взглядом за-

падных законодательств. Так, напр., во французском праве главное зна-

чение неустойки состоит в вознаграждении ущерба, который терпит

сторона от неисполнения. От того там и соединение требований по су-

ществу договора и за неустойку вообще не допускается (le principal et la

peine. 1129 С

ode Napol.).

У нас взыскание по договору производится независимо от взыскания

неустойки, и иск об убытках от неисполнения может, смотря по обстоя-

тельствам, иметь место тоже независимо от взыскания неустойки (1585).

Неустойка у нас определяется или самым законом, или особым ус-

ловием, по взаимному соглашению частных лиц (1573).

Законная неустойка между частными лицами определяется

по за-

емным обязательствам, писанным на срок, без заклада и с закладом

движимого, за неплатеж на срок, по 3% единовременно, со всей суммы

капитала. От нее изъемлются только займы, обеспеченные недвижимым

имуществом (Зак. Гражд. 1575; Зак. Суд. Гражд. 365, 602, прим., 631;

Пол. Взыск. Гражд., ст. 451). Итак, займы у казны не соединены с за-

конной неустойкой

Неустойка или пеня за неисправность положена законом и по век-

селям, когда взыскание производится только полицией, по 2% не со все-

го долга, а с суммы, действительно взысканной полицейскими мерами;

когда дело перейдет в коммерческий суд и определение о взыскании

поставлено будет коммерческим судом, то по 4% со всей суммы долга.

Это

взыскание производится после всех других. Все это относится к

векселям простым. О неустойке же по векселям переводным закон не

говорит вовсе (Уст. Вексельн. 109).

Из 385 ст. Уст. Торг. можно заключить, что и по договору о бодме-

ре тоже полагается законная неустойка.

Закон упоминает еще о пене (двойная премия) за неисправность, со

страховщика

в договоре морского страхования (Уст. Торг. 587).

По договорам с казной с неисправного подрядчика или поставщика

взыскивается в штрафе за неустойку по

% в месяц с цены вещей, оп-

ределенной договором, а с перевозчикa

% с провозной платы, по мере

ее суммы. Штраф сей ни в каком случае не должен превышать 6%. Он

взыскивается невзирая и на отсрочку. Месяц полагается в 30 дней. С

В цертерпартии указан исключительный случай, когда платеж неустойки освобождает от

исполнения договора (Уст. Торг. 326).