Пуздрач Ю.В. История российского конституционализма IX-XX веков

Подождите немного. Документ загружается.

Зарождение

попытки

ограничения

самодержавия

вХУ1-ХУ11

вв. 161

ство никого из них не казнить, а в

случае

вины посылать в зато-

чение.

260

В то же время необходимо сказать, что Михаил интуитивно

понял,

что морально и материально разоренной Смутой стране

необходимы покой и доброта, и поэтому старался не обострять

противоречий в боярской среде, а напротив, примирить

всех,

объ-

единить русский народ. Он стремился к стабильности как в поли-

тике,

так и в жизни. Во времена Михаила значение Соборов уси-

ливается,

261

в первой половине

XVII

в Соборная деятельность

является постоянной.

262

После Смуты серьезной задачей стало укрепление

государст-

венного аппарата, в связи с чем произошло увеличение количест-

ва приказов, возросло число дьяков и их значение. Кроме того,

Смута смела аристократические пережитки и выдвинула вперед

простого дворянина и

«лучшего»

посадского человека. Они стали

реальной силой в обществе и успешно конкурировали с боярст-

вом. Словом, постепенно происходила смена господствующего

класса, исчезали остатки старого социального режима.

263

Н.

И. Костомаров, ссылаясь на мнение Беляева, пишет, что

Собор,

избравший Михаила Романова, оставался при царе до кон-

ца

1615 г. или

даже

до начала 1616 г. Это утверждение основано

на

том, что, во-первых, известна практика перерывов в работе

Земских соборов, и, во-вторых, царские грамоты этого периода

издавались от имени Земского собора.

264

Действительно, Земский

собор нужен был царю как фактор сдерживания боярского влия-

ния.

Костомаров также указывает на Псковскую летопись, где

260

По мнению

Котошихина,

Михаил

Федорович

ничего не мог делать без

совета

бояр и только с Алексея Михайловича, по причине его

кротости,

такой

записи

взято не было (Там же. С. 369).

^ Там

же.

С. 370.

См.:

Владимирский-Будвнов

М. Ф. Обзор

истории

русского

права.

С 188.

См.:

Платонов

С. Ф. Очерки по

истории

смуты в

Московском

государ-

стве

XVI-XVII

вв. М., 1995. С. 366.

См.:

Костомаров Н. И. Старинные

земские

соборы.

С. 27.

Впрочем,

этот вывод относится к политике

многих

избранных

царей,

которые

быстро находили в соборе опору и противовес в виде других со-

словных

представителей,

всегда готовых выступить против

притязаний

бояр-

ства

(см.:

Чичерин Б. Н. О

народном

представительстве.

С. 366).

3297

162

Глава

зафиксировано,

что бояре, пользуясь молодостью Михаила, взяли

у него под присягой

грамоту,

в которой царь обязывался никого

из

людей знатного происхождения не казнить смертью, а в

случае

преступлений ссылать виновных в заточение. В ней предусматри-

валась процедура и сроки ходатайства за сановных преступни-

ков.

266

Летописец также пишет, что бояре высокомерно обраща-

лись с молодым царем, не слушались, не покорялись ему и не

боялись его.

267

В подтверждение особой роли Земского собора в период на-

чала царствования Михаила Романова есть достаточное количест-

во источников. Во всяком случае, до нас дошли известия о том,

что после избрания Михаила Земский собор направил во все го-

рода-государства

грамоты о том, чтобы все принесли присягу

но-

вому царю об отказе Владиславу в московском престоле. Грамоты

эти

были соответствующим образом оформлены, что свидетель-

ствовало о том, что данное собрание земцев считало себя пра-

вильным государственным учреждением. Кроме того, в 1613-

1614 гг. акты по таким серьезным государственным делам, как

налоги и сборы денег, издавались не только от имени царя,

но и

от имени и «по приговору

духовных

и мирских всяких чинов лю-

дей».

268

Во время царствования Михаила Федоровича

(1613-1645)

деятельность Земских соборов была наиболее интенсивной за всю

их историю. Созывались Земские соборы, в которых или преобла-

дали выборные люди с мест

(«дети

боярские

всех

городов», «из

городов всякие выборные

люди»,

«торговые

люди

всех

городов»

т. д.), или предпочтение было отдано исключительно предста-

вителям находившихся в Москве служилых людей (дворянам-

воинам) и московским посадским верхам.

269

В это время Соборы,

по

крайней мере по многим внешним признакам, продолжали

традиции народных собраний, возобновившихся в годы Смуты и

польской интервенции. Действительно, в общественном сознани^

постепенно сложилось представление о Земских соборах как

266

См.: Полн. собр. рус. летописей.

Т. 5. С. 64.

267

Там же.

С. 66.

268

Цит. по:

Костомаров

Н.

И.

Старинные

земские соборы.

С. 29.

289

См,:

Шмидт

С. О.

истоков российского абсолютизма.

С. 1оТ'

Зарождение

попытки

ограничения

самодержавия

eXVI-XVII

вв.

163

государственных органах, деятельность которых основана на со-

участии в управлении дворянства и верхов посадского населения.

некая доля справедливости в этом суждении есть, особенно ко-

гда речь идет о правлении Михаила Романова, при котором пра-

вительством использовалась популярная в народе форма правле-

ния,

сочетающая в себе как элементы царского абсолютизма, так

определенный демократизм Собора. Этот демократизм основы-

вался на традициях, неизвестных в XVI в.: подаче коллективных

челобитных, что воспринималось в обществе как инициатива со-

зыва Собора; постепенно складывающейся практике выборов на

местах представителей для участия в работе Земских соборов;

расширении

представительства и обязательности участия в работе

Соборов

третьего

сословия и т. д. О силе и значении института

Земского собора во времена Михаила Романова говорит и тот

факт,

что по восшествии на престол Алексея Михайловича, за-

конного

наследника Михаила Федоровича, созывался Земский

собор, который и избрал на царство сына умершего государя.

270

Рассуждая о Земских соборах, все время находишь опреде-

ленные аналогии с западноевропейскими представительными уч-

реждениями. Известно, что в XVI в. в западноевропейских стра-

нах развитие парламентаризма сопутствовало развитию

абсолютистских начал в государственном правлении и что

путь

этот был неровным, с зигзагами и отступлениями. Это же наблю-

дается и в России, где в середине XVI в. первые сословные

учре-

ждения и в центре, и в провинции оформляются

тогда

же, когда

становятся заметными первые признаки российского абсолютиз-

ма.

271

О том, что это был по всем правилам созванный Собор,

говорит

его

состав.

«Патриарх, митрополиты и весь духовный чин

соборовали,

бояре,

окольничие,

и думные люди, и

дворяне,

и дети

боярские,

гости,

и торговые

всяких чинов люди, и чернь после смерти

прежнего

царя обрали на царство

сына

его нынешнего царя и учинили

коронование...

и было тех

дворян,

и де-

тей

боярских,

и посадских людей для

того

обрания человека по два от

горо-

да» (см.:

Котошихин

Г. О России в царствование Алексея Михайловича.

С. 4).

См.:

Шмидт С. О. У

истоков

российского

абсолютизма.

С. 283.

164

Глава

В своей борьбе с боярством московские государи опирались

на

содействие земли.

272

Инструментом этой опоры были Соборы.

Отсюда обширные избирательные права местных общин, и воз-

ложение на них определенных финансовых и полицейских обя-

занностей.

273

И в дальнейшем, уже в

XVII

в., правительство укре-

пляло абсолютизм посредством Земских соборов.

274

История

Соборов говорит о том, что они развивались как №

струмент царской власти: слаба она, не уверена в своих силах

—

Соборы признавались нужными и полезными институтами, у них

появлялось влияние; крепчает власть, сама может справиться с

внутренними врагами и соперниками и взять на себя ответствен-

ность за последствия тех или иных решений — Соборы представ-

лялись неким пережитком старины. Во всяком случае, последние

Соборы (например, Азовский или Собор кануна царствования

Михаила Федоровича) показательны с точки зрения упадка со-

борного устройства. Своей совещательной формой, разрозненно-

стью податных мнений, они напоминают времена, предшествую-

щие междуцарствию, отсутствием политической мысли, наивно

высказанными

эгоистическими стремлениями сословий не

делают

чести тогдашнему обществу.

275

Или, скажем, Собор по поводу

присоединения

Малороссии показал, что явление соборности вы-

мерло, осталась одна форма, которую сочли нужным исполнить

из

уважения к обычаю предшествующего царствования.

272

Действительно, опора власти

на

все население страны

—

достаточно

уникальная

ситуация

мировой

истории.

это

было

сделано для

того,

что

не допустить развития событий

по

литовско-польскому варианту.

Литвэ

Польше

собрания князей

панов, включив

себя простых дворян, незамет

перешли

сеймы (первая половина

XVI

в.),

Московском государстве таки

собрания признаны

не

вполне отвечающими цели;

само население,

и в р

ховная

власть

в XVI в.

пришли

мысли

необходимости присоединить

к о-

ярской

думе представителей всего населения. Тогда

явился

проект

не

вестного

лица

созвать «вселенский совет

со

всех градов

всех уездо

представители

должны

заседать постоянно

при

царе, сменяясь ежегод

•

При этом автор

не

устраняет Боярской думы

(см.:

Владимиры

Буданов

М. Ф,

Обзор истории

русского

права.

С.

189).

273

См.: Чичерин Б.

Н. О

народном представительстве.

С.

362-363.

274

Шмидт

С.

О. У

истоков

российского

абсолютизма.

С. 283.

275

См.:

Чичерин Б.

Н. О

народном представительстве.

С. 378.

276

См.:

Соловьев

С. М. Соч.

Т.

16.

С.

328-329.

Зарождение

попытки

ограничения

самодержавия

eXVI-XVII

вв.

165

Появление

пренебрежения к Соборам и степень усиления аб-

солютизма можно проследить на примере обряда освящения вла-

сти, совершенствование которого свидетельствовало об измене-

нии

самого принципа взаимоотношений власти и народа. Если

раньше в процедуре акта получения власти принимал

участие

на-

род, который вместе с вновь избранным князем приносил присягу

(целовал крест), то теперь присягать стали только подданные.

При

этом формулировка присяги была различной для

случаев

за-

конного

преемства (наследия) и избрания. Поскольку сам факт

избрания

еще не давал полноты власти, представлявшейся нена-

дежной и шаткой, в тексте присяги подробно перечислялись воз-

можные действия подданных, коих мог опасаться вновь избран-

ныи

государь.

Таким

образом, В. О. Ключевский совершенно прав, когда

говорит, что различие

между

российской и западноевропейской

формами сословных представительств состоит в том, что сослов-

ные собрания в Западной Европе возникали в

результате

полити-

ческой борьбы, в то время как в России они явились следствием

чисто административных

нужд

центральной власти. Действитель-

но,

на Западе

государство

постоянно сталкивалось с организован-

ными

«самородными» силами, подчиняя их себе, оно вынуждено

было входить с ними в сделки, позволять

участие

в общих

делах.

Общество в России не играло в управлении государством столь

важной роли, как это было, скажем, в Англии или

других

странах

Западной

Европы. Российское общество, его жизнь и развитие

было полностью обусловлено настроем

государства.

Более того, в

России

все общественное здание должно было воздвигаться ру-

кою власти; недостаток самодеятельности в народе восполнялся

избытком деятельности правительства.

278

В Московском

государстве

никакой борьбы не существовало;

власть царя объединяла вся и все. Все сословия были прикрепле-

ны

государству

службой или тяглом. Человек свободной про-

фессии

был явлением немыслимым в Москве (если не считать

277

См.:

Владимирский-Будвнов

М.

Ф. Обзор

истории

русского

права.

С. 173.

278

См.:

Чичерин Б. Н. О народном

представительстве.

С. 361.

166

Глава

разбойников).

Все посадские люди были обязаны

государству

на-

туральными повинностями, жили в принудительной организации,

перебрасываемые с места на место в зависимости от

государст-

венных нужд.

279

Таким образом, за государством неуклонно и

беспрекословно шло население страны, отдельные слои которого

борьбы

между

собой не вели: не за что было бороться в западно-

~ 280

европейском

понимании

этого слова.

Можно

ли усмотреть в подобной ситуации какое-либо соот-

ветствие Соборов и сословно-представительных учреждений за-

пада? Наверно, нет.

281

В связи с этим любопытную точку зрения

высказывает А. Н. Филиппов. Он сравнивает Соборы и их запад-

ноевропейские аналоги не столько по формальным признакам,

сколько с точки зрения причин, способствующих их появлению,

учитывая при этом состояние государственности на Западе и в

России

и анализируя идейную готовность общества воспринять

новации

государственного управления, использовать вытекающие

из

них возможности и извлечь для себя пользу. Так, А. Н. Филип-

пов

пишет, что Земские соборы не были враждебны монар-

хическому принципу, как, например, французские генеральные

штаты

XIV-XV

вв., стремившиеся расширить свою власть за счет

королевской власти, как и не было ничего похожего на западную

борьбу за политические гарантии. Российские Соборы никогда

не

были политической силой, с которой должны были юридически

считаться представители власти.

282

Более того, в России

сословное представительство не могло выработаться жизнью —

283

оно

возникло по призыву правительства.

279

См.:

Федотов

Г.

П.

Россия

свобода

Судьба

грехи России. СПб.,

1992.

Т.

С.

284.

280

См.:

Дитятин

И.

Из

истории местного управления.

С.

295-29ь.

281

Если

такое сравнение

уместно,

то

только

ранними видами пред-

ставительных учреждений Франции (генеральные штаты)

начальным

пр

ламентом Англии (см.:

Дитятин И.

И. Из

истории местного управлени

•

С. 295).

1912

282

См.: Филлипов А.

И.

Учебник по истории русского права. Юрьев,

С.

411-412.

„•,--.

283

Впрочем, примеры тому есть

и на

Западе. Точно так

же

ФилиппМФ

сивый собирает генеральные штаты, чтобы найти

них опору против пап

власти.

Зарождение

попытки

ограничения

самодержавия

eXVI-XVII

вв.

167

В то же время историки по-разному относятся к деятельности

опыту Земских соборов. В частности, они до сих пор спорят по

поводу того, являлись ли Соборы представительными

учрежде-

ниями?

Во всяком случае,

существует

очень устойчивое мнение,

что Земские соборы в Московском

государстве

указывают на

древний характер русского государственного права, который обо-

значается термином

«одиначества»

всех

форм власти.

284

По мне-

нию

М. Ф. Владимирского-Буданова — безусловно, ибо «Земский

собор есть не только представительное собрание... Земский собор

не

есть элемент власти, противоположной власти царской и

Бояр-

ской

думе;

он есть орган власти общеземский, включающий в се-

бя

и царя, и

Думу.

Эти три части Собора — существенные и орга-

нические,

отсутствие одной из них

делает

Собор и неполным, и

невозможным».

285

И, развивая эту мысль, уже освещенную в дан-

ной

работе, отдельные авторы пишут, что история Земских собо-

ров Московской Руси открывает удивительные формы

государст-

венного строительства, покоящиеся на политических, правовых и

духовных

началах, неведомых западному миру; редкое и орга-

ничное

сочетание национальных элементов с идеей мессианства,

столь свойственной православию, в частности русскому. Их пра-

вовой анализ позволяет со всей очевидностью удостовериться в

истинности

суждения о том, что в специфике Земских соборов

наглядно проявляются и основные правовые цели, свойственные

нашему

государству

этого времени, и их своеобразие.

286

Думаю,

что такое мнение не совсем верно. По-видимому, ни идеализиро-

вать Земские соборы, как это делали славянофилы, ни приписы-

вать им широкого представительства, наконец, противопостав-

лять их деятельность власти абсолютного монарха не

следует,

так

как

все это, по мнению С. О. Шмидта, очень похоже на дань ис-

ториографической легенде.

287

284

См.:

Владимирский-Будвнов

М.

Ф.

Обзор

истории

русского

права.

С 200.

зад

Там

же.

С. 193.

См.:

Величко А. М. Государственные идеалы

России

Запада.

ра

2в7

1ели

авовы

* культур. СПб., 1999. С. 142.

См.:

Шмидт С. О. У

истоков

российского

абсолютизма.

С. 283.

168

Глава

По

всей вероятности, прав Б. Н. Чичерин, который с большой

долей осторожности говорил о Соборах как о представительных

учреждениях. Если в западном

случае

сословные права считались

«главной пружиной развития представительных учреждений», где

начала свободы хотя и уступили единодержавию, все же не за-

глохли

совершенно,

288

то на Земских соборах, за исключением

случаев

выборов новых государей,

«нет

и помину о политических

правах... Характер Земских соборов остается именно совещатель-

ным...

Они созываются правительством, когда оно нуждается в

советах по известному

делу.

Мы не видим в них ни инструкций,

данных представителю от избирателей,

289

ни того обширного из-

ложения

общественных нужд, ни законодательной деятельности,

которой

отличались

даже

французские генеральные штаты. Мы

не

встречаем следов общих прений; часто нет

даже

никакого по-

становления,

а подаются только отдельные мнения по заданным

правительством вопросам».

290

И вообще, царь совещался с под-

291

данными

как помещик со своими крепостными.

Вместе с тем Земские соборы заняли свое место в

государстве

автократической системой правления, которая представляла

со-

бой

нечто среднее

между

азиатской деспотией и западноевропей-

ским

абсолютизмом.

При

российском варианте организации царской власти, при

полном

подавлении личной свободы не могла развиваться свобо-

да политическая. Россия знала личную свободу при отсутствии

государства,

а узнав государственный порядок, потеряла

свободу.

Это состояние несвободы земцев чрезвычайно интересно проил-

люстрировано приговором Собора 1566 г. По этому поводу

И.

А. Худяков пишет: «Желание

Иоанна

воевать было известно, и

вот все сословия дали вполне единодушное мнение, до такой сте-

пени

сходное в подробностях, что нельзя не видеть, что они счи-

тали себя не вправе "сметь свое суждение иметь"».

292

Это выска-

зывание

заставляет сомневаться в утверждении, что Собор,

См.:

Чичерин

Б.

Н. О

народном

представительстве.

С.

361.

288

289

Такой

порядок

существовал

Польше.

290

См.:

Чичерин

Б.

Н. О

народном

представительстве.

С. 364.

291

Там

же.

С.

381.

292

См.:

Худяков

И.

А.

Древняя

Русь.

СПб.,

1867.

С. 135.

Зарождение

попытки

ограничения

самодержавия

eXVI-XVII

вв.

169

представляющий собой некую массу несвободных людей, может

осознанно

ограничивать царскую власть. Когда же это все-таки

происходило, и решения Соборов вынуждали царя изменить свою

точку зрения, или земцы отказывали в просьбе царя

«дать

де-

нег», то приговоры соборов или отдельных групп земцев скорее

выглядели как извинения перед царем, чем реальные требования

тех или иных слоев общества.

294

Кроме

того, в русском человеке прочно укрепилась вера в то,

что царская власть непогрешима, что воля государя есть воля Бо-

жия

и он только исполнитель воли Провидения. Любое непони-

мание царского решения или несогласие с ним связывалось не с

возможностью его неправильности или некомпетентности, а с

простым незнанием всей информации,

295

ибо

«знает

то Бог, да ве-

ликий

князь (царь)».

296

Поэтому приговоры той или иной группы

земцев

зачастую

заканчивались следующими словами: «Как

госу-

дарь

укажет».

297

Цена несогласия с властью была очень велика —

жизнь

и право пользования землей или другими преимуществами,

получаемыми от самого факта приближения к власти и управле-

нию.

Реализуя решения Соборов на

местах,

земцы не считались ни

с чем и только потому, что олицетворяли собой власть, не могли

рассчитывать на уважение, которым в свое время пользовались

вечники.

Наконец, несправедливость решений центра в народе не

связывалась с именем царя, а воспринималась как факт злоупот-

реблений управленческого аппарата. Так воля и сила

государства

Российского покоились на жертвенности собственного народа, у

которого постепенно изымали то, что могло когда-нибудь привес-

ти его к политической самостоятельности и экономической неза-

293

См.: Сергеевич

В.

И.

Лекции

и исследования по древней

истории

рус-

ского^права.

С. 203.

См.:

Костомаров Н. И. Старинные

земские

соборы.

С. 44.

Официальная информация была чрезвычайно

скудна,

более

того,

до

января

1703 г. все внутренние

новости

и все

известия

из-за

границы счита-

лись

государственной

тайной.

Цит.

по: Соловьев С. М. Соч. Т. 3. С. 289.

Цит.

по: Костомаров И. И. Старинные

земские

соборы.

С.

38-44.

170

Глава

висимости, — собственность и

свободу.

298

Именно поэтому в Рос-

сии

в течение многих веков кристаллизовалось четкое осознание

того, что политика —

удел

узкого круга людей, в искренность и

бескорыстие поступков которых верить нельзя. Как тут не вспом-

нить

В. О. Ключевского, который писал, что Земские советы, соб-

рания

были только сделками, а не учреждениями, минутными

сборищами на всякий случай. Не нужно сделок, нужен прямой

договор.

Все это не могло создать условий для появления нового клас-

са — профессиональных политиков, парламентариев.

300

Наверное,

можно смело согласиться с мнением В. И. Сергеевича, писавшего,

что «вопрос о такой организации представительства, при которой

оно

служило бы верным отражением всего

государства,

и до сих

пор

еще не нашел удовлетворительного разрешения в науке

госу-

дарственного права.

Ввиду

этого мы не

будем

удивляться, что

при

первом своем возникновении он разрешился весьма несовер-

шенно

не только у нас, но и в

других

европейских

государст-

вах».

301

Наконец,

весь ход развития высших учреждений России,

краткий

анализ их полномочий и властных возможностей говорят

том, что все эти органы были приспособлены лишь к обеспече-

нию

самодержавной власти, не могли претендовать на роль пред-

298

связи

этим возникло мнение,

что

народ

XVI—XVII

вв.

лучше

по-

нимал нужды

общее положение государства,

чем

XVIII-XIX

вв.

после-

дующих (см.:

Федотов

Г.

П.

Россия

свобода.

Т. 2. С.

284).

См.:

Ключевский

В. О.

Афоризмы

мысли

по

истории.

С.

187-188.

300

При этом обращает

на

себя внимание то,

что

возможность появления

профессиональных политиков

России

мы

связываем только

с XVI

в.,

то

время

как

на

Западе этот процесс

начался

несколько ранее. Запад воспри-

нял практику Рима,

где

примерно

за

сто лет

до

наступления новой эры,

результате эволюции военно-крестьянского

уклада

появилась каста прирож-

денных политиков

—

нобилитет. Политическая карьера

реальное

(в

сенате

или

на

форуме) участие

политической борьбе

было

пределом мечтании

любого римского горожанина,

так как

политика

Риме,

да и

на

Западе вооо-

ще,

—

сфера всеобщего внимания

участия,

на

Востоке

—

деятельность,

презираемая обществом.

301

Сергеевич

В. И. Лекции

исследования по древней истории русскою

права.

С. 172.