Пуздрач Ю.В. История российского конституционализма IX-XX веков

Подождите немного. Документ загружается.

Реформы

Петра

lit их

значение...

191

корректировались, традиции и верования переставали

угнетать

мысль, рождалось вольнодумство и

«еретичество»:

люди пренеб-

регали храмами, иконами, постами, говением, порицали владык и

попов.

Все это было побочным продуктом европеизации и пла-

той за

знания,

умение, технику и

службу.

Но,

несмотря ни на что, нужно было учиться у Запада. Необ-

ходимость этого понимал уже Иоанн Грозный. Борис Годунов

мечтал основать в Москве не то Академию, не то университет.

При

нем утвердилась практика отправки за границу

«для

науки

разных языков и

грамоте»

молодых дворян. По официальному

свидетельству,

в Любек послали 5 человек, в Англию — 4, по не-

официальному — число отправленных равнялось 18.

Настоящее обучение началось при

Алексее

Михайловиче, од-

нако

проходило оно в мягких формах, чтобы не шокировать на-

родного самочувствия, ибо народ считал, что правоверному нече-

му учиться у еретиков и басурман.

Строго говоря, правление

Алексея Михайловича не внесло чего-либо нового в

государст-

венный

уклад. Монополия короны на политическую власть, ее

собственность практически на всю землю, торговлю и промыш-

ленность, плотный контроль над всеми классами общества и спо-

собность изолировать страну от нежелательных иностранных

влияний

— все эти обстоятельства гарантировали, казалось, бес-

конечный

застой.

Тем не менее правление Алексея Михайловича

создало в русском обществе

XVII

в. преобразовательное настрое-

ние.

Первый момент этого преобразовательного движения был

характерен тем, что его вожди не думали порывать с прошлым и

ломать существующее. Одной ногой, по образному выражению

В. О. Ключевского, царь опирался на православную старину, дру-

гую же занес за ее

черту,

да так и остался в этом нерешительном

переходном положении. Он искал в еретическом Западе средства

См.:

Платонов

С. Ф.

Москва

Запад.

С, 81.

Любопытно,

что

никто

из них в Смутное время не решился вернуться

родину,

кто-то

умер,

кто-то

оказался нерадив к учебе,

другие

же, усвоив

Учение,

навсегда остались за

границей.

Один из них в Англии перешел в

англиканство,

стал

священником

и даже

богословом

(см.:

Там

же.

С.

47-48).

См.:

Ильин

И.

А. Соч. Т. 7. С.

406-407.

4д

См.:

Пвйпс Р. Россия при

старом

режиме.

М., 1993. С. 151.

См.:

Ключевский

В.

О.

Исторические

портреты.

М., 1990. С. 117.

192

Глава

для

выхода

из домашних затруднений, однако не собирался отре-

каться от понятий и верований благочестивой старины.

Чтобы

не

выбирать

между

стариной и новшествами, он не разрывал с

первой и не отворачивался от последних. В. О. Ключевский ут-

верждает, что поколение Алексея Михайловича было единствен-

ным

в отечественной истории, которое

думало

подобным обра-

зом.

Во всяком случае, к временам Алексея Михайловича

выросло поколение, которое во

всех

отношениях было свободнее

предыдущего, оно

думало

и действовало свободнее. Даже среди

ближайшего окружения царя появились люди, которые могли от-

крыто и резко излагать ему свои взгляды.

Федор Ртищев, например, организовав в иноземском Андре-

евском монастыре просветительский центр,

рассуждал

о необхо-

димости организованного благотворения на основе свободы

духа

сознательного добра, тем самым направляя общественную

жизнь

Москвы в

русло

просвещения и мягкости нравов. А Афана-

сий

Ордин-Нащокин, один из высших государственных чиновни-

ков,

усвоивших основы европейского политического строя и

эко-

номического порядка, показал себя проводником западных идей

бюрократического абсолютизма и меркантилизма. Он во многом

предупредил Петра и высказал множество идей, которые в даль-

нейшем осуществил Петр Алексеевич.

В этом ряду можно на-

звать и А. С. Матвеева и В. В. Голицына, которые,

будучи

канц-

лерами, в своей политике ориентировались исключительно на

идеи и ценности Запада, однако никогда не пренебрегали интере-

сами России.

Сама процедура помазания Алексея Михайловича происходила п

иному: патриарх, вдобавок

прежним помазаниям, помазал

еще

царя

«и

браде,

и под

брадою».

Эта

добавка объясняется

тем, что в ту

пору

от

проявляться

Москве своего рода вольнодумство. Русские люди,

°АР°*

ние жившим

Москве иностранцам

преимущественно полякам,

нач

брить бороды,

патриарх Иосиф, вероятно

желая

предотвратить это

но

ство,

помазал царскую бороду

и под

бородою,

чем как бы

освятил

ее н v

косновенность,

поучение московским людям всяких чинов, решавшi

бритьем бород искажать подобие Божие

(см.:

Домашний

быт

русских

цар»

XVI-XVII

вв. М.,

1992.

С. 83).

См.: Ключевский В.

О.

Русская история.

Т. 2. С. 440.

Реформы

Петра I и их значение... 193

Таким

образом, конец

XVII

в. можно назвать временем, когда

Россия

установила постоянное общение с Западной Европой, за-

вязала с ней более тесные, чем ранее, торговые и дипломатиче-

ские

связи, использовала ее технику и науку, воспринимала ее

культуру

и просвещение. Но это было именно общение, а не

влияние.

Учась

и заимствуя, Россия брала только то, что было ей

нужно, и только

тогда,

когда это было необходимо.

(Так не ду-

мали и не поступали раньше, боясь что-либо заимствовать у Запа-

да; так перестали

думать

и поступать позже, беря у Запада все,

что казалось передовым и полезным, пренебрегая заветами стари-

ны.)

Увы, Алексей Михайлович не смог стать в полной мере во

главе

этого преобразовательного движения и

дать

ему определен-

ное направление. Однако своим мягким характером, умением

сглаживать и улаживать противоречия он помог движению, при-

ручив

пугливую

русскую

мысль к влияниям, шедшим с чужой

стороны. Он помог первым реформаторам выступить с новыми

идеями,

дал им возможность почувствовать себя свободно и про-

явить свои силы.

Таким образом, «реформа, предпринятая Пет-

ром Великим, была начата еще царем Алексеем Михайловичем.

Этот последний, — пишет Екатерина

II,

— уже приступил к из-

менению одежды

и многих

других

обычаев...»

. Петр лишь ус-

корил

уже начавшийся до него процесс европеизации России. Он

не

осуществлял приписываемый ему политический и социальный

переворот, не сокращал «пропасти»

между

старой и новой Росси-

ей;

обладая всей полнотой власти, он только дал волю восприня-

тым еще в

детстве

отношениям и взглядам. В

результате

нацио-

нальное превосходство и богоизбранность Москвы, которые так

долго культивировали идеологи русского самодержавия, рассмат-

ривались теперь как вредный оппозиционный элемент культуры,

носители которого как некое препятствие общего развития могли

См.: Мавродин В.

В.

Рождение новой России.

Л.,

1988.

С. 27.

См.: Ключевский В.

О.

Исторические портреты.

С.

107-117.

«Перерождение умов посредством штанов

кафтанов. Мистика» (см.:

)

Цит. по.: Шмурло

Петр Великий

оценках современников

потом-

ства. СПб., 1912.

С. 69.

Зак.

3297

194

ГлаваЗ

быть

подвергнуты

репрессиям. И, напротив, западноевропейские

формы жизни стали официальным образцом подражания для са-

мого царя, а

вслед

за ним и для высшего слоя

государственных

чиновников и

всего

государства

в целом. В этом, собственно, и

усматривается та огромная разница

между

царствованиями

Алек-

сея Михайловича и Петра. Первый «пропиливал окно в Европу,

тщательно и

мудро

отметая все национально и принципиально

неприемлемое, технически ненужное и морально опасное.

Петр,

с его нетерпеливостью,

рубанул

это окно так, что расшатались все

скрепы нации».

Здесь необходимо обратить внимание на еще одно обстоя-

тельство. Принципиальным моментом сравнения должно

служить

то, что дореформенная Европа была внутренне близка Руси,

чего

не скажешь о Европе времен Петра I: русский изменился не столь

сильно, а европеец

стал

другим.

Таким образом, отставание Руси

XVI и

даже

XVII

вв.,

если оно и было, носило чисто техниче^

ский и технологический, но отнюдь не культурный характер.

Надо сказать, что к 1676 г., когда умер Алексей Михайлович, старая

модель русского быта, основанная на восточных представлениях о власти и

государственном

устройстве, была уже достаточно повреждена.

Солоневич И. Белая

империя.

М., 1997. С. 175.

Этот процесс изменений стал особенно заметен в 1812 г., когда побе-

дители подпали под влияние западной культуры и политических идей. И во-

обще,

с каждой реформой, которую предполагали провести или проводили

русские

реформаторы, различие между правосознанием русского и европей-

ца все более усиливалось.

Н. М. Карамзин считал, что «немцы, французы, англичане были вп«

реди

русских, по крайней мере, шестью веками» (Карамзин Н. М. Письма ру

ского

путешественника. С. 254).

Говоря о культурном отставании, многие сводят его к банальностям

быту. Вот что пишет по этому поводу И. Солоневич: «Историки говорят ом

сковской

грязи и об европейской чистоте. Процент того и другого и в москв ,

в Европе сейчас установить довольно трудно. Версальский двор купатi .

конечно,

в роскоши, но еще больше он купался во вшах: на карточный ui ^

короля

ставилось блюдечко, на котором можно было давить вшей,

БЫЛИ

конечно,

и в Москве; больше их было или меньше — такой

статистики

ыМИ

нет.

Однако кое-что можно было бы сообразить и, так сказать,

косвен

методами:

в Москве были бани и Москва вся — городская и №Р

9Вв{

ГГ" „

мылась в банях, по крайней мере, еженедельно. В Европе бань не оь -

(СолонееичИ. Народная монархия. Минск, 1998. С. 441). Впрочем, оо *

же

пишут

многие,

например С. Герберштейн, Ф. Гринберг и др.

Реформы

Петра

Iuux

значение...

195

Впрочем, автор воздержался бы от термина

«культурное

отстава-

ние», поскольку сравнивать национально-религиозные

культуры

народов-соседей, находящихся на одной ступени развития, некор-

ректно.

Речь идет об изменениях сознания европейского человека, ко-

торые принесли с собой возрождение; развитии экономики и тор-

говли и появлении экономически независимых от

государства

слоев населения и самоуправляющихся территорий; реформации,

свободомыслии и плюралистических рассуждениях о проблемах

бытия, возникновении теоретического и практического либера-

лизма. Соответственно речь идет о консервации сознания русско-

го человека, основанной на всевластии

государства,

сохранении в

своем каноническом виде православия и союзе церкви и государ-

ства, наконец, на традиционном уважении русского народа к

правилам и обычаям старины. При этом нельзя забывать о том,

что Петр получил и «европеизацию» в наследство от предшест-

венников.

Пестрое и неоднородное, оно создавалось усилиями

двух

поколений и «грекофилов» (Епифаний Славинецкий, Евфи-

мий

Чудовский), и

«латинствующих»

(Симеон Полоцкий, Силь-

вестр Медведев), и людей, которых трудно причислить к той или

иной

группировке.

Таким образом, идейное развитие и противо-

борство идей, несмотря на жесткий контроль церкви и

государст-

ва, шло постоянно.

И все-таки

между

Западом и Москвой про-

Надо сказать, что режим отношений России со странами Запада на-

прямую

связан с положением русской православной церкви. Возвышение

Церкви

явилось одной из причин начала изоляционного развития Руси, и,

напротив,

ослабление значения церкви разрушало эту изоляцию. Отсюда и

своеобразие

отношений с Европой. Периоды постепенных и, может быть,

взаимных

заимствований тех или иных элементов культур сменялись интен-

сификацией

односторонних заимствований, которые почему-то названы ре-

форматорскими

периодами российской

истории.

Этот вывод чрезвычайно

жестко

подтверждает история

реформаторской

деятельности Ивана IV, когда

политика

окружавших царя церковников не исключала сближения с Европой,

Г1в

б^

К0Т0

Рый просто устранил церковь от власти.

См.:

Панченко А. М. Начало петровской реформы: идейная подопле-

ка

//XVIII

век. Л., 1989. Вып. 17. С. 15.

^ Дух

римского

права, пронизывающий византийские кодексы, оказал

воздействие

на читающее общество России. Именно из римской юридиче-

ской

сокровищницы взяты идеи естественного для человека права, которые

196

Глава

исходил информационный обмен. Пусть он не был равноценным,

западные идеи преобладали, однако идеи российские,

хотя

и ба-

зировались на положениях западных мыслителей, все же

сущест-

вовали и свидетельствовали о том, что сознание русского челове-

ка

развивалось.

Таким

образом, говоря о консервации сознания русского че*

ловека, автор считает, что при этом вполне уместно

рассуждать

геополитических проблемах взаимодействия

между

Западом и

Востоком; о глубинных сложностях развития правосознания за-

падных европейцев и русских; о намеренной политике Российско-

го

государства

и церкви блокировать распространение знаний в

народной среде.

Известно западное отрицание исторической и культурной

ценности всего того, что отлично от исторического и культурного

пути западной цивилизации. Началось это неприятие, по-

видимому, с Византии, которая представлялась многим исследо-

вателям неким

«двуглавым

чудовищем, именовавшимся светской

духовной властью, которое дразнило и подавляло

другие

наро-

ды и...

едва

может

отдать

себе спокойный

отчет

в том, для

чего

нужны людям религия и для

чего

правительство...

Отсюда

пошли

все пороки и жестокости омерзительной византийской исто-

рии...»

. Объясняется такое отношение очень просто: Византия

была единственной соперницей Запада. Россия, став наследницей

Византии, приняла на себя устоявшееся на Западе отношение к

последней.

Говоря же об особенностях западного типа правосознания,

необходимо помнить, что для средневекового европейца, как и

римлянина

времен античности, непременным и обязательным

элементом

культуры

являлась норма, а смысл жизни состоял во

всеобъемлющем порядке: в себе (в собственных мыслях, трезво-

выражают многие известные русские публицисты

XVI в.

(см.:

Виппер

Р.

Иван Грозный.

С.

118).

Гердер И.

Г.

Идеи

философии истории человечества,

м.,

Представления

равноценности различных культур

и Ч

иви

™

заЦИ

возникают

вначале

России

в XIX

в.

работах

Н. Я.

Данилввоког

К. Н.

Леонтьева

только

в XX

в.

на

Западе,

работах Шпенглера

i оии

Реформы

Петра

Iuux

значение...

197

сти и

рассудочности

поступков) и в

государстве

(справедливость,

разумность

авторитет

власти).

Как пишет В.

Шубарт,

такая

организованность

сверху

донизу

требует

людей,

которые не толь-

ко

умеют

организовывать, но и

поддаются

организации. Способ-

ности

повелевать

должна

соответствовать

самодисциплина под-

чиненных. Она

зиждется

на непоколебимом

убеждении

необходимости

внешнего порядка,

которое

вождю

дает

волю

приказу, а подчиненному —

выдержку

послушания.

Действительно, такое правосознание веками воспитывалось

властью,

ибо развитие западной

государственности

происходило

в границах решения определенных и постоянных целей. Во-

первых,

строго

упорядочивались отношения

между

сословиями,

во-вторых,

жестко

устанавливались

права и обязанности

предста-

вителей

каждого

сословия,

в-третьих,

в общественном сознании

устанавливалось

устойчивое

понятие о

долге

человека

перед

го-

сударством.

Однако параллельно с этим

утверждалась

другая

идея:

государство

еще и

несет

ответственность

за общество, кро-

ме того,

имеет

определенные обязанности

перед

ним.

чему

Именно эта идея всеобъемлющего порядка (тотального нормирова-

ния) привела к современному тотальному государству, которое, кстати ска-

зать, по своей форме может быть вполне демократическим. Таким образом,

общество нормативно ограничивается в своем развитии и, несмотря на все

современные постулаты демократии, остается по отношению к государству

на своем обычном, вернее сказать, привычном месте. И хотя нормативно

утверждены принципы естественного права и общественного договора, про-

возглашается социальный характер государства и его служебная роль по

отношению к человеку, государство с помощью демократически утвержден-

ных

норм,

по существу, секуляризует общество, освобождая его членов от

индивидуального осознания собственной значимости. В результате мы име-

ем общество, нормативно ограниченное в инициативе разнообразными ре-

жимами управления, и государство, которое, будучи инструментом власти,

все больше и больше напоминает демократически устроенное полицейское

Учреждение. Иначе говоря, целью политики становится устройство не госу-

дарства, а общества, в смысле обеспечения безопасности власти.

Любопытно, что одним из аргументов приглашения Рюрика было как

раз отсутствие порядка: «Земля наша велика и обильна, а порядка в ней

нет»

(Повесть временных лет по Лаврентьевской летописи // Федорова М. Е.,

Сумникова Т. А. Хрестоматия по древнерусской литературе. М., 1994. С. 4).

См.:

Шубарт

В. Европа и душа Востока. М., 2000. С. 94.

Напротив, восточная идея, в рамках которой государство нужно только

Для

того,

чтобы собирать налоги, поддерживать порядок и охранять безопас-

198

Глава

могли привести подобные идеи, наглядно показывает пример

Англии, наиболее передового

государства

того времени.

Во времена английского короля Генриха II

(1154-1189)

поли-

тические права феодалов были сведены до политических прав

простых граждан. В 1166 г. взамен

суда

феодала был введен суд

присяжных, который определял виновность выборными судьями

на

основании свидетельских показаний. Кроме того, у несоглас-

ного с решением

суда

появлялось право апелляции в королевский

совет. Лишенные начальственных военных и

судебных

государст-

венных обязанностей, английские феодалы превратились в про-

стых

сельских обывателей, которых все меньше занимали

госу-

дарственные проблемы и все больше частные. Параллельно с

этим

простое население обретало гражданские права и

государст-

венные обязанности. В течение нескольких десятилетий в Англии

исчезает крепостное право. Важно подчеркнуть, что этот перево-

рот произошел без мятежей и восстаний и был следствием

эконо-

мической эволюции и разумного законодательства. Дальнейшее

развитие приводит к появлению гражданского общества и воз-

никновению

парламента. И если парламент 1265 г. представляет

собой случайность, то с 1295 г. его заседания происходят почти

регулярно, наконец, в 1343 г. он приобретает свой законченный

вид — двухпалатного органа государственной власти. Постепенно

король становится исполнителем законодательной воли парла-

мента, при этом суд все более приобретает самостоятельность,

так

складывается система разделения властей. Подобное развитие

монархии является следствием борьбы народа за свои политиче-

ские

права на фоне роста экономического влияния

государства.

Как

уже говорилось, сначала исчезло крепостничество, а затем и

крупное землевладение, а результатом этого явилось появление

многочисленного среднего класса — зажиточного крестьянства.

Из

этого

следует,

что главное эволюционное опоздание Рос-

сии

заключалось в том, что развитие права и властных отноше-

ний,

а за ними и правосознания, происходило не только с сушест-

ность

власти,

хорошо

усвоена

российским

государством.

При

этом

данная

доктрина

не включала в

себя

ни ответственность

государства

за

людей,

ег

населяющих,

ни

обязанности

перед

обществом.

Реформы

Петра

Iuux

значение...

199

венным

отставанием, но и на основе иных юридических постула-

тов.

Сложный комплекс законов, объединенных названием

«Рус-

ская

Правда», расчленяется следующим образом. «Древнейшая

Правда», или «Правда

Ярослава»

(1015-1016

гг.). Есть все осно-

вания

считать, что этот документ был не первым законодатель-

ным

актом, так как в договорах с Византией 911 и 914 гг. есть

ссылки на «закон русский».

Дополнения

к «Правде Ярослава»:

«Устав

мостником», «По-

кон

вирный» (Положение о сборщиках

судебных

штрафов).

«Правда Ярославичей» («Правда Русской земли»).

Утвержде-

на

около 1072 г. сыновьями Ярослава Мудрого: Изяславом, Свя-

тославом и Всеволодом.

Устав

Владимира Мономаха (1113 г.).

Пространная

«Русская

правда»

(примерно

1120-1130

гг.; не-

редко ее

датируют

началом XIII в.). «Русская Правда» была не

всеобъемлющим и не застывшим сводом законов, а целой серией

разновременных юридических установлений, постепенно расши-

рявших круг вопросов, охватываемых ими. Основная тенденция

этой

эволюции заключалась в том, что от княжеского домениаль-

ного закона

«Правда»

постепенно разрасталась как сборник норм

русского права.

Помимо

светского законодательства, в Древней Руси сущест-

вовало и обособленное от него законодательство церковное, обя-

зательное как для людей церковных, так и светских.

Особый разговор о

«Судебнике»

1497 г. В нем мы можем

увидеть

несколько новелл, достойных внимания:

— установление центрального

суда

Русского

государства;

—•

запрещение отказывать в правосудии;

— введение опроса местного населения при отсутствии пря-

мых улик против подозреваемого;

Надо сказать, что правление Ярослава оставило в России памятник,

Достойный

великого правителя. Ярослав впервые издал письменные законы

На

славянском

языке.

В рамках же нашего интереса необходимо отметить,

что с «Русской Правдой» на место родов и племен пришли сословия (см.:

Карамзин

Н. М. История государства

Российского.

Т. 1. С. 201).

См.:

Рыбаков Б. А. Мир

истории.

С. 155-157.

200

Глава

— практическое уравнение

холопа

и крестьянина;

—

установление

права

ухода

крестьянина от помещика.

Кроме того,

хотя

«Судебник»

1497 г. и проникнут

духом

по-

литической централизации, все же он

допускал

участию

суде

выборных

представителей

населения:

старост,

сотских,

добрых

людей,

имевших возможность контролировать

судопроизводство.

Иностранцы, в частности Герберштейн и Чанслор, побывавшие в

Москве XVI в., обращали внимание на

«Судебник»

Ивана III и

вообще на

систему

русского

судопроизводства.

Их поражала идея

объединенного

свода

законов: ничего подобного на Западе не бы-

ло.

Людовик XI

перед

смертью

мечтал

собрать

и объединить все

обычаи Франции, что и

сумел

осуществить

Генрих

III,

хотя

в его

нововведении еще не

было

кодификации. Русские опередили в

этом Запад.

Наконец,

Уложение

царя

Алексея

Михайловича 1648-

1649 гг., новый законодательный кодекс, исполняло

преимущест-

венно пожелания

средних

классов

общества—

служилых

и по-

садских

людей.

В этом

была

определенная новация:

государство

постепенно поворачивалось к посадским

людям

и позволяло вла-

дельцу

употребить

силу

для

охраны

своего

имущества.

Кроме

того,

посредством

Уложения законодатель стремился поставить

Судьи в европейских странах изнывали под тяжестью запутанных, не

приведенных в систему правовых положений разных времен, которые они

напрасно стремились связать и осмыслить своими университетскими воспо-

минаниями из области изучения

римского

права. Особенно поразительным

казалось московское судопроизводство англичанам, у которых, как известно,

суд

построен на прецедентах, старых решениях, хранившихся в архивах.

Такой порядок требовал от судей и адвокатов обширной памяти и создавал

громадный

класс профессиональных ходатаев. В России, наоборот, юристы в

суде просто отсутствовали, каждый самостоятельно подавал челобитную и

писал ответы. Таким образом, наряду с определенной прогрессивностью

российской

системы судопроизводства, она не создавала условий для рас-

пространения юридических знаний населения; вместо юристов, защищавших

интересы своих клиентов в суде, русский человек сам обращался с жалобой

отвечал на нее, уповая при этом на справедливость и честность судейского

чиновника

(см.:

Виппер Р. Ю. Иван Грозный. С. 118).

См.:

Ввлишевский К. Иван Грозный, С, 165.

В развитие указанного положения Статья 185 Воинского артикула

Петра I позволяла без страха наказания умертвить татя, ворвавшегося ночью

в дом

(см.:

Законодательство Петра I. С. 787).