Пуздрач Ю.В. История российского конституционализма IX-XX веков

Подождите немного. Документ загружается.

Реформы

Петра

Iuux

значение...

181

узнать, как качественно укрепилось самодержавие и как измени-

лось российское

государство?

другой

стороны, этот период

русской истории интересует нас еще и потому, что именно во

времена Петра в Россию регулярно и без какого-либо серьезного

ограничения начали поступать передовые философские и свобо-

долюбивые идеи с Запада. Итак, были ли при Петре попытки ре-

формирования

власти с целью ослабления самодержавия? И если

были, то в чем их своеобразие, на основе каких общественно-

политических идей они планировались и с какими историческими

событиями связаны?

Напомню,

что именно к

XVIII

в. в Европе появляется множе-

ство всевозможных идеологических направлений, идеями кото-

рых пользовались не только Петр и его сторонники, но и люди,

размышляющие о конституционном направлении развития. Таким

образом, укрепив монархию, Петр одновременно создал условия

для ее ограничения, которые после его смерти привели к много-

численным,

ставшим практически регулярными попыткам изме-

нить

существующий порядок в России. Здесь,

думаю,

важно обра-

тить внимание на очень интересную мысль В. О. Ключевского.

Он

писал, что в процессе нашего культурного сближения с

Западной

Европой надо различать два момента:

культура,

почув-

ствовавшая себя слабейшей, сближалась с той, которую она при-

знавала более сильной; при этом сближении мы от одного влия-

ния

переходили к

другому.

Следовательно, опыт византийского и

монгольского влияния, который в свое время восприняла и сме-

шала в своей государственно-политической практике Россия, в

описываемое время активно, а при Петре

даже

насильственно до-

полнился

опытом Запада. В развитие этого положения позволю

себе сослаться еще и на мнение А. С. Пушкина, совершенно спра-

ведливо утверждавшего, что Россия никогда не имела ничего об-

щего с остальной Европой, что Европа в отношении России все-

Петр

ничего решительно не установил в пользу

политической

свободы,

он

только открыл обществу доступ к наукам и

торговле.

Без намерения дать

своему

государству политические понятия, он, тем не менее, посредством

просвещения

все к этому подготовил

(см.:

Сперанский

М.

М. План

государст-

венного

преобразования

графа М. М.

Сперанского.

М., 1905. С. 21).

См.:

Ключевский В. О. Афоризмы и мысли по

истории.

С. 177.

182

Глава

гда была столь же невежественна, как и неблагодарна/ наконец,

что история России

требует

другой

мысли,

другой

формулы,

т. е. не укладывается в рамки западной политической культуры.

Действительно, самосознание народа и изысканность власти

могут

развиваться как бы в

двух

режимах: консерватизма, осно-

ванного на различного рода замкнутости, и заимствования в ре-

зультате

столкновения с другими народами, — а в дальнейшем

творчески перерабатывать этот положительный и отрицательный

опыт развития.

Оба варианта совершенно естественны и обычны

для истории большинства народов, однако второй явно предпоч-

тительнее.

Соприкоснувшись с варягами, русские призывают

Рюрика,

ним

приходят норманнские и западно-прибалтийские порядки;

после столкновения с греками Россия принимает православие; с

кочевниками,

татарами приходит иная организация, в конечном

итоге приведшая к объединению России и появлению

государст-

ва, основанного на новых принципах. Следовательно, восприни-

мая

и заимствуя чужое, Россия училась. В дальнейшем же торго-

вые контакты и борьба с немцами и шведами в Прибалтике, а

также с литовцами и поляками на Западе привели не столько к

обмену информацией о различных

путях

развития или, скажем,

обмену в рамках культуры, теологии или технологий, сколько к

внутреннему обособлению.

Границы

государства

закрываются;

чтобы попасть за преде-

лы России, теперь необходимо обратиться с челобитной к царю.

Д. Флетчер в своей книге «О

государстве

Российском...» доста-

точно точно описывает отношения с Западом. Он, в частности,

пишет, что власти «стараются не допустить ничего иноземного,

См.:

Пушкин А. С. Поли.

собр.

соч.: В 10 т.

Л.,

1977-1979.

Т. 8. С. 93

Надо сказать, что Европа изначально ставила себя выше славянски

народов.

Не случайно

по-англ.

Slav — и

по-нем.

Slawe —

славянин,

раб.

См.:

Пушкин А. С. Поли.

собр.

соч. Т. 7. С. 100.

И. А. Ильин отмечает, что эти

столкновения

часто приводят к

прям"

;

заимствованию:

«А, ты

другой,

у тебя кое-что лучше, надо перенять», iил ^

обособлению:

«Да, ты

другой,

и мне твое не

нравится,

не

подходит,

ты чу^

я останусь сам собой»

(см.:

Ильин И. А. Соч. М.,

1998.

Т. 7. С. 405).

Как уже

говорилось,

практика запрета самовольного пересечения ж

ницы

началась в 1368 г. в Новгороде.

Реформы

Петра

Iuuxзначение...

183

что могло бы изменить туземные обычаи»,

русским людям «не

дозволяют путешествовать, чтобы они не научились чего-нибудь

чужих

краях

и не ознакомились с их обычаями»,

«все

грани-

цы охраняются чрезвычайно бдительно, а наказание за подобную

попытку, в случае, если поймают виновного, есть смертная казнь

конфискация всего имущества».

Такое положение продолжалось практически до

XVIII

в. В

частности, Уложение 1649 г. предусматривало, что россиянин,

уличенный в пересечении границы, должен быть допрошен о

причинах поездки. Изобличенных в государственной измене каз-

нили,

те же, кто уезжал на заработки, наказывались кнутом. При-

чина этой строгости достаточно проста — потеря людей влекла за

собой потерю

дохода.

Вот что писал по этому поводу князь Иван

Голицын: «Русским людям служить вместе с королевскими

людьми нельзя ради их прелести, одно лето побывают с ними на

службе, и у нас на

другое

лето не останется и половины лучших

русских людей, не только что боярских детей, останется кто стар

или служить не захочет, а бедных людей не останется ни одного

человека».

Кроме того, и об этом уже говорилось, до января

1703 г. все внутренние новости и известия из-за границы счита-

Любопытно, что даже политику Новгорода и Пскова, с их западной

ориентацией,

многие русские князья, в том числе Александр Невский и его

потомки,

воспринимали как изменническую (см.: Гринберг

Ф.

Рюриковичи,

или

Семисотлетие

«вечных»

вопросов.

М., 1997. С. 245.

Известно

несколько случаев, когда русских посылали за границу для

изучения

иностранных языков. Однако во второй половине XVI в. молодых

людей посылали на Восток для изучения греческого языка, поездки же на

Запад,

по-видимому, были тогда еще достаточно редки

(см.:

Платонов

С. Ф.

Москва

и Запад. Борис Годунов. М., 1999. С. 43).

Боялись

измены, латинской или иной

ереси,

безбожных обычаев ино-

странцев.

Но больше

всего,

видимо, боялись результатов сравнения жизни

ча Западе и в России

(см.:

Мулюкин А. С. Приезд иностранцев в Московское

государство.

СПб., 1909. С. 58).

См.:

О государстве Русском, или Образ правления русского царя

(обыкновенно

называемого царем

Московским)

с описанием нравов и обыча-

ев жителей этой страны // О государстве Русском. СПб., 1906. С. 55-57, 127-

Соловьев С. М. Соч. История России с древнейших времен. М., 1989.

Т. 5. с. 325.

184

Глава

лись государственной тайной.

Они излагались в особых сообще-

ниях, называемых курантами, которые предназначались для ин-

формации царю и его ближайшему окружению.

Подтвер-

ждением особой секретности любой информации является то, что

куранты представляли собой рукописный документ, изготовлен-

ный в единственном экземпляре.

При этом русские цари охотно пускали иностранцев к себе.

Брак Ивана Ш с Софьей освятил сам папа римский, его благосло-

вение открыло иностранцам

путь

в Россию, а с ними пришли не

только особая

культура,

техника,

архитектура,

но и идеи.

Началась

страсть ко

всему

иноземному.

Василий III, отец Ивана Грозного,

Решительный сторонник западных нововведений, А. Матвеев первым

в Москве открыл в своем доме нечто вроде журфиксов — собрания с целью

поговорить,

обменяться мыслями и новостями (см.: Ключевский

В.

О. Соч.

М.,

1957. Т. 3 С. 426).

См.: Малый энциклопедический словарь. Ф. А. Брокгауз—И. А.

Эфрон.

М.,

1997. Т. 3. С. 244.

И только в 1702 г. в России начала выходить первая газета «Ведомо-

сти», которая не только информировала читателей о новостях, но стала

пропагандистом

петровской политики (см.: Павленко Н. И. Петр Великий. М.,

1998.

С. 221).

Однако иноземцам легче было въехать в Россию, нежели выехать из

нее (см.: Карамзин Н, М. История государства

российского.

Калуга, 1993.

Т. 5-8. С. 408, 424).

Во второй половине XV в. по приглашению и без него в Москву ехали

итальянцы,

греки,

немцы, англичане, голландцы и другие западноевропейцы.

Мастера-иноземцы

(Антон

Фрязин,

Марко Руффо, Пьетро Соларио, Алевиз/

строили

кремлевские башни и стены, Аристотель Фиораванти возводил

церкви,

работал на пушечном дворе, чеканил монету. Зимой множество куп-

цов из Германии и Польши съезжались в Москву для покупки мехов. Однако

справедливости

ради надо сказать, что эти связи ограничивались потребно-

стями

политики и торговли и еще не разрастались в общую культурную

связь,

для которой почва не была готова и двумя столетиями позже (см..

Платонов

С, Ф. Москва и Запад. С. 21-23). _

Эта страсть стала наиболее заметна

во

времена Алексея Михаиловича,

этого

времени

армии становится больше наемников; царских детей воспит•'

вают иностранцы (Федора учит поляк Семион Ситиянович, Петра

—

MeHe3

бывший пленный шотландец, Алексея Петровича

—

немцы Нейгебауер

и по -

сен).

дальнейшем началась практика женитьбы

на

иностранках. Артамон

веев, фаворит Алексея Михайловича, глава Посольского приказа, человек

падного

воспитания

мышления,

был

женат

на

англичанке Гамильтон,

а же

( П I)

догое

время

воспитания

и мыня,

Алексея Михайловича, Наталья Нарышкина (мать Петра I), долгое время в

тывалась в семье Матвеевых. Петр женился на Марте Скавронскои, мле

Реформы

Петра

I и их

значение...

185

женившись на Глинской,

упрочил

еще

более

связи с Западом.

Он

первым из

русских

царей попрал обычаи старины и религиозные

традиции: брил

бороду

и пекся о своей приятной наружности, в то

время как считалось, что все любящие

Христа

должны

ходить

с уса-

ми и бородами, ибо

бреются

только

басурманы

и еретики.

Страх

широкого распространения западного образа жизни и

мысли был настолько велик, что иностранцам, официально при-

бывающим в Россию, запрещалось носить

русскую

одежду,

оста-

навливаться на

улице

и общаться с русскими без казенного тол-

мача.

Они должны были

жить

в специально

отведенных

помещениях,

чаще

за

городом,

«немецкой»,

«иностранной

слободе»,

и не приглашать

туда

русских.

Они могли передви-

Петровича женят на сестре супруги немецкого императора Карла VI, Софии-

Шарлотте,

которая окружает себя иностранцами, не терпит ничего русского

(см.:

Ключевский В. О. Соч. М., 1957. Т. 3 С. 426).

Супруга Василия была женщиной, воспитанной на западных понятиях,

ее ближайшие родственники, отец и брат, имели устойчивые связи с ино-

странцами:

Михаил Глинский провел всю юность в Германии и Италии.

Русский

человек считал бороду не украшением, а

признаком

достоинства

даже благородства. В древнерусской литературе бритье бороды называлось

«эллинским, блудным, гнусным делом». Безбородый напоминал иноземца, т. е.

поганого

еретика. В связи с этим в умах приверженцев старины указ Петра о

брадобритии воспринимался как предположение, что царь отрекся от право-

славной веры и подпал под власть Антихриста. Однако недовольство Петром не

шло дальше разговоров, и лица, желавшие сохранить бороду, покорно уплачи-

вали за нее ежегодную пошлину, получая «бородовой знак», обеспечивающий

сохранение признака их благочестия. Только крестьянству и духовенству было

Доставлено право беспошлинно носить бороду.

Однако к середине

XVII

в. брадобритие («скобление

рыла»)

и тяга к

немецкому

платью были всеобщими (см.:

Ппатонов

С. Ф. Москва и Запад.

С. 81).

В России долгое время все иностранцы, приезжающие с Запада, на-

зывались немцами.

Сначала местом их проживания было Замоскворечье, а затем — берег

реки

Яузы, где и выросла особая слобода, в которой в 1575-1576

гг.

была

построена

протестантская церковь. Окончательно же немецкая слобода как

место

постоянного проживания иностранцев оформилась осенью 1652 г.,

когда

после большого пожара, под предлогом новой застройки Москвы, жи-

тели добились выселения иностранцев за пределы города. Причиной такого

Решения была челобитная 1643 г. о строительстве иноверческих храмов во

Дворах домов, купленных иностранцами.

См.:

Мулюкин А. С. Приезд иностранцев в Московское государство.

СПб., 1909. С. 58.

186

Глава

гаться по Москве только до темноты, ночевать в городе им за-

прещалось. Как только темнело, стража окликала их: «Иностра-

нец,

пошел в свою

слободу»,

или, по-тогдашнему: «Эй, фрязин,

шиш

на Кокуй».

Как видно, режим жизни иностранцев в Москве

был достаточно строг, и любое его нарушение беспощадно нака-

зывалось. Известны

даже

случаи разорения слободы.

Ревностные охранители старины, создатели «немецкой сло-

боды»

предполагали сделать из нее резервацию для иностранцев,

однако она стала проводником западноевропейской культуры.

Московское население, вслед за высшим обществом, постепенно

стало привыкать к общению с иностранцами, рабочий люд Моск-

вы служил иностранным купцам и помогал мастерам,

перенимая

них не только навыки

труда,

но и нравы.

Наконец,

в бытность Бориса Годунова, который был сторон-

ником

распшрения контактов с Западом и твердо держался точки

зрения,

что московские гавани должны быть открыты для

всех

стран, присутствие иностранцев в Москве и

других

городах

зна-

чительно расширялось. Вообще, он сделал первую до Петра по-

пытку ликвидировать определенную отсталость России от

европейских стран. В страну приезжает значительно больше, чем

раньше, иностранных специалистов: военных и врачей, разведчи-

ков

полезных ископаемых

(«рудознатцев»)

и мастеров. Годунова

даже

обвиняли (как через сто лет Петра) в излишнем пристрастии

«немцам».

Во всяком случае, после смерти Грозного среди

иностранцев,

посещавших Россию, были и такие, которые не бы-

ли обременены практическим делом, не были купцами или масте-

Цит по: Ильин И. А. Соч.

Т.

7. С. 406-407.

Погром

разграбление Немецкой слободы были проведены

1580 гг. при личном участии Ивана Грозного (см.: Валишевский К. Иван

гроз-

ный.

М., 1993. С. 291).

Примером иностранного влияния

на

русские традиции

было

измене-

ние положения женщин.

Есть

масса свидетельств, что жены Ивана

III и

вао

лия

III

занимали уже иное положение

открыто вмешивались

дела упр

ления государством. Федор Иванович

1598 г.

«учинил»

после себя на тр°

жену Ирину,

Борису

«приказал»

царство

свою душу. Это

было

неслых

но:

женщина

на

Руси,

не

будучи опекуншей малолетнего царя, никогда

царствовала самостоятельно.

Путь

царской вдовы

лежал

монастырь,

См.: Юрзанов

А. Л. У

истоков деспотизма

История отечества:

идеи,

решения. Очерки истории России

IX-XX

вв. М,,

1991.

С. 170.

Реформы

Петра

Iuux

значение...

187

рами.

Ехали они с целью изучить язык,

«для

науки и посмотреть

государственных обычаев». Да и иностранная колония при нем

чувствовала себя достаточно свободно.

В 1605 г., после торжественного вступления Лжедмитрия в

Москву, московское население вначале было в восторге от нового

царя.

В дальнейшем же москвичи с удивлением замечали, что

царь совсем не похож на прежних царей: не посещает храмов, не

спит после обеда, запросто бродит по Москве, одевается по-

польски,

водится исключительно с поляками, пляшет на придвор-

ных вечерах и маскарадах, нарушает посты, не кладет поклонов.

В свою очередь, бояре были обижены тем, что царь предпочитает

им

иноземцев и называет их невеждами. Однако самое большое

недовольство вызывали окружавшие царя поляки. Они держали

себя в Москве как в завоеванном городе. Оскорбляя национальное

чувство, входили в церковь в шапках, нередко с собаками, громко

говорили, смеялись.

Женщинам

стало небезопасно показываться на улицах города.

Духовенство

тоже было недовольно равнодушием царя к

православной церкви. Кроме того, оно упорно не соглашалось на

брак царя с католичкой Мариной Мнишек. Лишь с большим

трудом

патриарху Игнатию

удалось

уговорить архиереев

согласиться на приобщение Мнишек к православной церкви не

через крещение, а только через миропомазание и причащение по

православному обряду. Свадьба самозванца вызвала новый

наплыв иностранных пришельцев в Москву. В

результате

очень

быстро

удалось

возбудить народ против Литвы и поляков, против

Царя,

не крестившего своей жены, которая не желает изменить

латинскую

веру

на истинную. Во время погрома было убито, по

польскому

счету

500, по частному московскому

счету—

около

3500

человек. Кроме поляков москвичи побили многих

иностранцев,

прибывших в Москву в последнее время, в том

числе и мирных купцов и мастеров, однако старые гости Москвы

из

«немецкой

слободы»

уцелели.

См.:

Ппвтонов

С. Ф.

Москва

Запад.

1999. С.

48-49.

См.:

Там же. С.

56-57.

188

Глава

Вообще говоря, история Смуты явно выявила давнишнее про-

тивостояние в России западной и восточной партий, которые ъ

течение уже многих лет боролись за власть. Признаки этой борь*

бы мы усматриваем с очень раннего периода русской истории.

ней

говорит ход интервенции и открытое вмешательство в рус-

ские

дела

соседних государств; планы раздела

государства

со

стороны Польши, Швеции и Англии, которые предполагали вз^гь'

под свой протекторат северные территории и весь водный

путь

до

Каспия;

наличие различных проектов приглашения на русский

престол иностранных принцев; призыв на военную

службу

М. В. Скопиным-Шуйским шведских ландскнехтов;

приглаше-

ние

многих иностранных военных инструкторов; избрание Ми*

;

хайла Романова

и многое

другое.

Надо сказать, что борьба эта

не

ослабевала и в дальнейшем. Кроме того, Смута, опрокинув ста-

рый

порядок, ясно показала тщетность стремления новой дина-

стии вернуть все к прежним отношениям, «как при прежних вели-

ких

государях

бывало». Новую жизнь необходимо было строить

заново,

сочетая старые основы с новыми элементами, которыми

были иностранцы, представители европейской общественности, с

их техникой, капиталами и культурой.

Как

уже упоминалось, русская история располагает большим

материалом для изучения культурных заимствований, однако

культурная эволюция верхушки московского населения, которая

наблюдалась в течение всего

XVII

в., была по прошлым меркам

беспрецедентной, так как затронула целый ряд сфер жизни

государства.

качестве примеров можно привести историю приглашения Рюрика

или конфликт Александра Невского (восточная партия), ратующего за долго-

срочные связи

Золотой Ордой,

князей Галицкой

Руси

(западная партия;,

сторонников союза

Западом.

По

некоторым

оценкам,

шведских

наемников

было

от

10 до 1о ты

что

вполне

соотносилось

силой

самозванца.

По

одной

из

версий

происхождения

рода

Романовых,

прародитель

да

Андрей Кобыла приехал в

Россию

из

Германии.

См.:

Платонов

С. Ф.

Москва

Запад.

С. 63.

Реформы

Петра

Iuux

значение...

189

После окончания Смуты и успокоения

государства

иностран-

цы

вновь потянулись в Россию.

Первыми были голландские и

английские купцы, которые почти

всегда

конкурировали

друг

другом.

30-40-е

гг.

XVII

в., после принятия решения о вер-

бовке за границей целых полков из иностранцев и формирования

полков иноземного строя,

государство

просто заполонили ино-

странцы. Уже к середине

XVII

в. служивших и торговавших в

Москве лютеран и кальвинистов было до тысячи человек.

крупных

городах

наблюдалась такая же картина. Кроме того, в

Москву стекались люди и иных вероисповеданий. Однако это бы-

ли по большей части православные с Балкан и Востока, скрывав-

шиеся

от турок, а также

духовные

лица и купцы, стремившиеся

провезти свои товары без пошлины и досмотра. Тех, кто прибы-

вал с намерением поселиться, как правило, определяли к книжно-

му

делу,

редактированию и исправлению книг, обучению моло-

дежи греческому и латинскому

языкам.

Много было переселенцев

из

Литвы и Польши, причем москвичи не

всегда

могли опреде-

лить

веру

этих пришельцев, которые

долгое

время скрывали при-

надлежность к католицизму, униатству или сектантству. Отсюда

возникало недоверие к «западным русским» и требование о пе-

рекрещивании

уже крещеных людей. Однако вскоре ученость

представителей Киевской духовной школы в вопросах догматики

была оценена московскими властями и

ученых

монахов с Украи-

ны

стали приглашать без каких-либо ограничений. К середине

XVII

в в Дудине, монастыре на Оке, собралось до сотни южно-

русских и западнорусских монахов, а монастырь слыл как «осо-

бый иноземский».

Известно,

что Михаил Романов уже на пути в Москву из

Костромы,

где

°н принял венец, встречался с

голландцами,

которые добились от царя льгот

преимуществ

в торговле

(см.:

Там же. С. 66).

Правительство

отворачивалось от местного торговца и все чаще де-

лало закупки товаров за

границей.

К середине

XVII

в. московская торговля

почти

полностью попала в руки иностранного капитала, который был уже

готов

захватить

добычу и обработку

русского

сырья.

Интересно,

что приглашались на службу представители различных

протестантских

толков: Москва не хотела иметь у себя католиков, которые,

впрочем,

все же имелись, однако это были люди, в силу каких-то обстоя-

тельств оставшиеся в Москве во время Смуты

(см.:

Там же. С. 70).

190

Глава

Таким

образом, в московском обществе появлялись не только

светские, но и

духовные

пропагандисты идей, сложившихся как

на

южных и западных границах России, так и в Западной Евро-

пе.

При этом немаловажным является то, что к идеям, источни-

ком

которых были православные монахи, прибывшие из-за

рубе-

жа, отношение было более терпимым и доверительным, чем к

идеям, распространителями которых были европейские купцы,

мастера или находящиеся на русской

службе

военные. Во всяком

случае, к середине

XVII

в. незначительные уклонения от тради-

ций

старинного московского быта были повсеместными.

Конеч-

но,

эти изменения бытового

уклада

не оставались незамеченными,

охранители старины, как могли, боролись с распространением

протестантской литературы, напечатанной в Польше и Литве.

«Литовские»

книги изымались из церквей, отбирались у частных

лиц

и часто сжигались. Кроме того, практиковалась и теологиче-

ская

полемика православных теоретиков с авторами «еретиче-

ских»

трактатов.

Вслед

за церковью роптать по поводу засилия иностранцев

стали русские купцы,

которые обвиняли правительство в про-

текции,

утверждая, что англичане

и голландцы

«сильны»

только

за счет правительственных

льгот

и привилегий. Однако процесс

«врастания» в Европу остановить было уже невозможно. Служеб-

ные,

торговые и бытовые связи русских с иностранцами не могли

не

влиять на умы русских людей. Взгляды сближались, нравы

Там же. С. 71-72.

Там же. С. 81.

жа.

1ам же. и. от.

До 1627 г. правительство

не

препятствовало притоку книг из-за

рУ°

Первая челобитная по этому поводу была направлена царю

1627

В дальнейшем жалобы на злоупотребления

«немцев»

направлялись царям

1642,

1646

1648 гг.

них русские купцы просили

не

пускать иностранцев

глубь России, отобрать

них дворы

освободить

от их

кабалы бедных

должных русских людей.

гг

Англичане традиционно первенствовали

торговле, однако

/м

*•

XVII

в. уступили

голландцам.

После революции в Англии и

казни

английск

короля

Карла (1649

г.),

Алексей Михайлович лишает англичан права

оеси

шлинной

торговли

и запрещает им жить во внутренних

городах

государот•

Царь

обращается с

протестом

ко

всем

европейским

королям

<<П

Р°

ТИВ

чинств

английских

немцев»

(см.:

Соловьев С. М. Соч. Т. 5. С.

590-592).