Пуздрач Ю.В. История российского конституционализма IX-XX веков

Подождите немного. Документ загружается.

Формирование просвещенного абсолютизма... 391

за оружейные, пушечные

пороховые заводы,

за

медицинские

факультеты

госпитали,

за

кадетские корпуса

училища море-

плавания,

за

гимназии

университеты,

за

промыслы

торговлю,

за крестьян, чиновников, дворян, духовенство,

за

воспитание

высшего сословия,

да и

прочие

не

лучше,

за

взятки, роскошь,

пенсии,

аренды,

за

деньги,

за

финансы,

за

все,

за

все... конститу-

ция

нам

не

нужна,

дельная, просвещенная диктаторская власть

необходима».

386

По

существу,

весь период правления Николая

общество рас-

суждало

различных механизмах «распруссачивания» России.

Толчком

возникновению такого рода рассуждений, по-види-

мому, послужил первый впечатляющий опыт знакомства

Евро-

пой.

Поддавшись

ему и

осознав отечественную общественную

отсталость, П. Я. Чаадаев

387

сформулировал чрезвычайно мрач-

ный

вывод

о том, что

Россия является страной

без

истории.

388

«Сначала дикое варварство,

—

писал он,

—

затем

грубое

суеве-

рие,

иноземное владычество, жестокое, унизительное,

дух

которого национальная власть впоследствии унаследовала...

Мы

живем лишь

самом ограниченном настоящем, без прошедшего

без

будущего,

среди плоского застоя...

все

словно

на

перепутье.

386

Погодин

М.

П.

Историко-политические

письма

записки

продолже-

нии

КРЫМСКОЙ ВОЙНЫ.

М., 1874. С. 315, 317,

335-338.

На философское становление Чаадаева, по-видимому, существенно

повлиял немецкий философ-мистик Ф. Баадер (1765-1841), который уделил

большое

внимание исследованию восточной ветви

христианства.

Им же,

как

говорили,

увлекался

Александр

Кроме

того,

известно,

что

Шеллинг

Гегель

сформулировали идею

вкладе наций

развитие

цивилизации.

Из-

вестно

то,

что

немецкие философы, считая славян «неисторической»

ра-

сой,

отрицали

их

вклад

культуру. Ответом

на

такое «немецкое» отношение

славянству были первые славянофильские

идеи,

суть которых можно крат-

ко

описать

следующим

образом:

«будущее

за

славянами». Славянофильство

поначалу возникло

странах, наиболее пострадавших

от

немецкого давле-

ния,

—

в Польше и Чехии.

И только

концу

жизни

П. Я.

Чаадаев изменил свое отношение

мис-

сии

России.

1837 г. он

писал:

«Я

полагаю,

что

мы пришли после других для

того,

чтобы делать лучше

их,

чтобы

не

впадать

в их

ошибки,

в их

заблужде-

ния

суеверия...

Больше

того:

меня есть глубокое убеждение,

что

мы при-

званы

решить большую часть проблем социального порядка, завершить

большую

часть

идей,

возникших

старых обществах, ответить

на

важнейшие

вопросы,

какие занимают человечество»

{Чаадаев

П.

Я.

Апология сума-

сшедшего

Чаадаев П.

Я.

Соч. М., 1989.

С.

139).

392

Глава

Ни

у кого нет определенного круга действий, нет добрых навы-

ков...

твердых

правил... Мы принадлежим к тем из народов, ко-

торые как бы не

входят

составной частью в человечество, а

суще»

ствуют

лишь для того, чтобы преподать великий урок

миру».

389

После публикации в 1836 г. в журнале

«Телескоп»

скандальной

статьи П. Я. Чаадаева

390

российское общество раскололось на две

идейно противостоявшие

друг

другу

группы.

Первыми

ясно и недвусмысленно выразили

русскую

нацио-

нальную идею славянофилы. Поначалу это идейное сообщество

было национально-культурным движением, имевшим целью соз-

дание свободного народного общества. В основе идеологии сла-

вянофилов

лежит различие в понимании религиозной

культуры

Запада и России. Западные ветви христианства, с их античными

корнями,

восприняли от античной

культуры

суетный индивидуа-

листический рационализм, делающий человека одиноким, замы-

кающимся

в своем маленьком мире желаний и раздумий. Право-

славие же, сохранив христианские идеалы, наоборот, сильно

своей соборностью, где человек черпает знания и опыт от людей

Бога, что, собственно, и порождает более высокий, чем на

Запа-

де, тип личности. Отсюда

следует,

что община, артель, т. е. есте-

ственно сложившаяся организация русских людей, не предпола-

гающая частной собственности,

391

является идеальной формой

русского общежития.

Так

в России развернулись поиски наиболее совершенных

форм

общественного устройства, которые продолжались в тече-

ние

всего XIX в. Однако в сороковых

годах

столетия эти искания

389

Там же.

С.

18-21.

390

После этой публикации журнал

был

закрыт, редактор

Н. И.

Надежди

сослан, цензор отстранен

от

должности,

сам

П. Я.

Чаадаев,

не

без участи

Николая, объявлен сумасшедшим.

391

Любопытно,

что

многие русские радикальные мыслители, отверга

шие идею частной собственности, будь

то

славянофилы, анархисты

ил .

скажем,

марксисты,

были

большинстве своем выходцами

из

зажиточны

семей.

то

же время крестьянин, всю жизнь находившийся

нищете и зав

симости

от

государства, помещика, мира

или

погоды, отчаянно стремило

получению этой самой собственности,

прежде всего

для

того, чтобы

пр

оритетом

ряду его зависимостей

были

результаты его труда

на

его со

венной земле.

Формирование просвещенного абсолютизма... 393

приобрели своеобразные формы: лучшие русские умы размышля-

ли над проблемой

так

называемого хорового принципа

думали,

как

связать свободу отдельной личности

единением всех.

И,

пока

А.

С. Хомяков

не

нашел формулу русской соборности как

«синтеза единства

свободы

любви», заявив,

что не

законы,

исключительно религиозное чувство

живая связь

Богом гаран-

тируют прочность человеческого общежития, славянофилы оста-

вались убежденными

в том, что

человек может быть свободен

только

за

счет свобод общественных,

власть сообщества может

быть устойчивой только

случае порабощения личной свободы

каждого человека. Таким образом, предполагалось,

что

истинное

сообщество может быть основано только

на

теократической фор-

ме,

когда человек

государственном строительстве опирается

на

божественную сторону своей души. Иное дело безбожники

—

им

нужны союзы, скрепленные общим интересом членов. Следова-

тельно, славянофилы воспринимали общество

как

духовное

со-

общество, «свободное многообразие

любовном единении»,

т. е.

как

Церковь.

392

Может быть, одним

из

основных элементов доктрины славя-

нофилов

было устойчивое представление

том,

что

русские

лю-

ди, получившие западное образование, должны вернуться

лоно

отечественной культуры

вернуть моральные долги обществу,

народу, земле. При этом отношения между государством

наро-

дом основаны

на

взаимодоверии

невмешательстве

дела

друг

Друга.

Народ доверяет

государству

управление, государство

не

Нечто

подобное формулировали

Фома

Аквинский,

говоривший

свя-

зи

человека

Богом

связи

людей между

собой;

сторонники

кооперативно-

сословного

строения

государства,

частности

А.

Мюллер (1779-1829)

в ра-

боте

«О

необходимости теологического обоснования общественно-

политических

наук

целом

экономики

государства

частности»;

Франц

фон

Баадер

«Философии эроса»,

где

говорится:

«Поскольку

любом

со-

циуме

правитель может объединить своих подчиненных

органично

свобод-

ный

союз

только при

посредстве

чего-то,

то

таким

посредником

может быть

лишь

более

высокая,

стоящая над

обеими

сторонами,

значит,

духовная или

моральная

сила,

каковой,

собственно,

является

религия.

Поэтому пустыми

никчемными

надо объявить

те

общественно-политические

теории,

которые

пытаются

объяснить первоначальное

современное

состояние

государства,

как

и его

восстановление,

—

натуралистически,

без

религии»

(см.: Шу-

берт

В.

Европа и душа

Востока.

М.,

2000.

С.

143).

394 ГлаваЧ

связывает его формальными юридическими ограничениями. Го-

сударство

не мешает обществу жить по его законам, но иногда

спрашивает у него совета относительно наиболее важных про

блем управления. Такой порядок вещей и есть русская конститу-

ция.

Стране необходимо вернуться в допетровское время,

393

вер*

нуть народу землю, былые вольности и отменить крепостное

право.

Поэтому не нужно добиваться принятия конституции пи-

саной,

учреждения парламента и требовать политических прав.

Думаю, что славянофилы, сформулировавшие эти идеи, очень

близки

английским радикалам того же периода,

394

и вообще анг-

лийскому опыту, поскольку они хотели

урегулировать

отношения

между

монархией и народом посредством неписаной конституции

неписаных

законов.

Их идеал — естественный порядок

вещей,

организационно

— народная монархия, обычаем которой должен

стать союз с народом, не стесненным силами малочисленной и

слабой бюрократии. Таким образом, обратившись к православной

святоотеческой традиции, призвав к восстановлению идеалов

Древней Руси, славянофилы стремились не только

духовно

обос*

новать отличие России от Запада, но и поначалу надеялись, что

этим

Россия оздоровит и возглавит европейскую цивилизацию.

Лишь поздние славянофилы, такие как Н. Я. Данилевский, взяли

за основу своих рассуждений непреодолимое противоречие ме>к-

ду русским и западным культурно-историческим типом, они при-

зывали создавать

отдельную

славянскую цивилизацию. Наконец,

появление и развитие славянофильства можно напрямую связать

еще с одним фактором — с реакцией высшего слоя русского об-

393

Именно Петр

I, по

мнению славянофилов,

был

повинен

том, что

си-

лой заставил измениться естественный

ход

событий.

394

Ирландский радикал О'Коннор, отказываясь

от

достижений промыш-

ленной революции, изображал картину восстановления мелкого землевла*

дения

крестьянского труда.

качестве земледельческого государств*

говорил

он,

Англия

была

счастливой страной, народ

жил в

довольстве.

качестве практических

дел он

предлагал даже скупить земли

крупных

в^"

ственников

распределить

ее

сообразно общей пользе (см.:

Виппер

г. •

История нового времени. Киев, 1997.

С.

417). -«мин,

393

Эта

идея

была

близка

некоторым западным мыслителям.

ви0Н

;"£

напр.,

высказывал предположение,

что для

создания цельного, совершенн^

го

человека необходимо совмещение восточного

западного типов

мир

нимания.

Формирование просвещенного абсолютизма... 395

щества,

правда

не

очень

широкой,

396

на

западничество

и на уси-

ление

антирусской

политики

Запада,

которая

стала

очевидной

ходе

Крымской войны.

Славянофилам

противостояли

так

называемые

западники.

Будучи

идейными

противниками славянофилов, они не без

успеха

разгромили

их

наиболее

популярные

тезисы

глубокой

397

осо-

бой

религиозности

русского

народа,

398

древнем

происхождении

396

Назвать движение славянофилов массовым невозможно. Славяно-

фильство

—

это история двух-трех гостиных

Москве

двух-трех дел

мос-

ковской

полиции

(см.:

Ключевский В.

О.

Афоризмы

мысли

по

истории.

С 199).

Жесткую картину положения

дел с

религиозностью нарисовал

ано-

нимный собеседник маркиза

А. де

Кюстина, названный

им

либеральным

русским

философом:

«В

православных церквах проповеди всегда занимали

очень скромное место, поскольку духовная

светская власти энергично про-

тивились богословским спорам.

Как

только появлялось желание обсуждать

спорные вопросы, разделявшие Рим

Византию, обеим сторонам предписы-

вали замолчать... Религиозные предметы

учебных заведениях только тер-

пят

время

от

времени запрещают. Факт покажется

вам

совершенно непо-

нятным

необъяснимым, но,

тем не

менее, это так: русский народ религии

не

учат.

результате появляется множество сект... Наши крестьяне поэтому

толкуют Библию

вкривь

вкось,

выхватывая

отдельные тексты... Поэтому

завидовать нашей религиозности может только

тот, кто, как вы,

судит

по

поверхности,

не

зная

нас на

самом

деле»

(см.:

Кюстин

А. дв. Николаевская

Россия.

С.

237-238).

398

Несмотря

на

то,

что

крестьянин

был

внешне очень набожен,

многих

авторов

его

религиозность вызывала, мягко говоря, недоверие.

Вот

мнение

В.

Г.

Белинского, высказанное

письме

к Н. В.

Гоголю: «По-Вашему, русский

народ

—

самый религиозный народ

мире: ложь! Основа религиозности есть

пиетизм,

благоговение, страх Божий.

русский человек произносит имя

Бо-

жие,

почесывая себе задницу. Приглядитесь пристальнее,

и вы

увидите,

что

это

по

натуре своей глубоко атеистический народ.

нем

еще

много суеве-

рия,

но

нет

следа религиозности. Суеверие проходит

успехами цивилиза-

ции;

но

религиозность часто уживается

и с

ними: живой пример Франции,

где

и теперь много искренних, фанатических католиков между людьми просве-

щенными

образованными

где многие, отложившись

от

христианства,

все

еще упорно стоят

за

какого-то Бога. Русский народ

не

таков: мистическая

экзальтация вовсе

не в

его натуре;

него слишком много для этого здравого

смысла, явности

положительности

уме:

и вот в

этом-то, может быть,

заключается огромность исторических судеб

его в

будущем. Религиозность

не привилась

нем даже

духовенству;

ибо

несколько отдельных исключи-

тельных

личностей, отличавшихся тихою, холодною, аскетическою созерца-

тельностью,

—

ничего

не

доказывают. Большинство

же

нашего духовенства

отличались только толстыми брюхами, теологическим педантизмом да диким

396

Гям4

общины, трагической роли Петра I в истории,

399

своеобразии Рее-

сии.

400

Либеральные западники времен Николая I, как и их пред-

шественники, ориентировались на опыт Франции и Англии. Каки

ранее, они воспринимали на русской земле французские идеи

1789 г., направленные прежде всего против монархии. Однако

если их идейные отцы не гнушались верхушечными, дворянскими

заговорами, сопряженными с убийством «венценосных тиранов»,

то либералы середины XIX в. ориентировались на мирный

исход

общественного прогресса, благодаря эволюции

буржуазного

по-

рядка.

Другую

группу

западников представляли революционные

демократы, среди которых особенно выделялся кружок во

главе

М. В. Буташевич-Петрашевским. Этот кружок объединял людей,

проповедовавших социалистические и утопические идеи. Объек-

тами их критики были самодержавие и лично Николай, олицетво-

рявший произвол и беззаконие; тотальный полицейский контроль

государства

над обществом, включая просвещение,

науку,

искус-

ство и

отсутствие

свобод; крепостное право; организация законо-

дательной и исполнительной деятельности

государства

и т. д. Как

невежеством.

Его грех обвинить в религиозной нетерпимости и фанатизме,

его

скорее можно похвалить за образцовый индифферентизм в деле веру.

Религиозность проявилась у нас только в раскольничьих сектах, столь про-

тивоположных, по

духу

своему, массе народа и столь ничтожных перед нею

численно» (Белинский В. Г. Эстетика и литературная критика. М., 1959. Т. 2.

Действительно, общину они считали порождением государства, кото-

рая с ее помощью легче собирало подати, своеобразие России относилось

за

счет ее отсталости от Запада, а Петр I, по их убеждению, — первый рус-

ский

царь, который, повернувшись к западной культуре, попытался хоть что-

нибудь изменить в России в

лучшую

сторону.

400

Западники просто высмеивали некоторые пассажи славянофилов^

Напр., Б. Чичерин писал о том, что само учение славянофилов имеет запад-

ноевропейские

корни,

а критика Запада основана на критике европейског

развития,

исходящей из немецкой философии. Даже высшее значение io_

точной церкви с точки зрения философской, начало, на котором славяноср -

лы строили все свое умственное здание, проповедовалось в то время

°Д

НИ

из

корифеев шеллинговой школы Баадером. Наконец, по мнению Б.

Чичер

на,

никакого самосознания славянофилы в русском обществе не пробуди

•

а, напротив, охладили патриотические чувства тех, кто возмущался

Herie

fl^.

превознесением

русского невежества над европейским образованием (°м-

Чичерин Б. Москва сороковых

годов.

М., 1929, С. 19, 225).

Формирование просвещенного абсолютизма... 397

декабристов

либералов, политические мечтания петрашев-

цев были навеяны французской

германской политической лите-

ратурой,

также революционным брожением

1789-1793

1848

гг.

401

Они

видели Россию

как

федеративную республику

однопалатным парламентом

проведением широких демократи-

ческих преобразований: свободные выборы, включая парламент

высшие правительственные должности; провозглашение основ-

ных гражданских прав

свобод; равенство, либерализация

судо-

производства; отмена крепостного права

предоставление

кре-

стьянам земли, которая ими обрабатывалась.

Как

видно, политическим идеалом для петрашевцев была бур-

жуазно-демократическая республика,

если ранее, говоря

про-

движении своих идей,

они

рассуждали

методах

пропаганды,

целях повышения

культуры

народа,

то

позже речь зашла

о соз-

дании тайного общества

революционных формах борьбы.

результате

члены кружка были арестованы

и 123

человека были

привлечены

судебной ответственности.

402

Иными

словами, западники, как либералы,

так и

революцио-

неры,

рассуждали

замене одной бытовавшей

России западной

традиции социального управления традицией другой,

по их

мне-

нию,

более подходящей. Таким образом, общим

для

всех

запад-

нических течений была слепая вера

во

всемогущество общест-

венных институтов гражданского общества

и в

возможность

их

быстрой пересадки на отечественную почву. Необходимо сказать,

что стройной

единой идеологии западники

так и не

создали,

основном

они пользовались тем,

что

было разработано

опробо-

вано

на

Западе. Идейная

практическая борьба славянофильства

западничества продолжается

по сей день.

Собственно

говоря,

откуда

же

вели свое происхождение

вое

новей-

шие

конституционные

затеи?

Следственная

комиссия

по

делу петрашевцев констатировала,

что

«на сходках

происходили

либеральные

разговоры,

читались лекции

речи

духе

социализма

коммунизма,

нападали

на

религию

верование

во все

святое,

осуждали наше

государственное

управление,

представляли

действия

административные

искаженном

виде, порицали

правительственные

лица

даже

священную особу государя императора» (см.: Петрашевцы: Сбор,

ма-

териалов.

М.;

Л.,

1934.

Т.

С.

281).

398

Гл<ш4

В конце жизни

Николай

открыто встал на

путь

реакции

и пуб-

лично отказался от многих своих намерений. Власть была

окончательно

отчуждена

от общества; недоверие к свободно вы-

сказанному мнению,

отсутствие

гласности привели к

тому,

что

лучшие представители общественных сил, которые могли при-

нести много пользы, гонимы и лишены доверия власти. Одник

обвиняли

в недопустимом свободомыслии,

других

в излишней

приверженности западным идеям. Право иметь собственное мне-

ние

имело одно лишь правительство. Наконец, после подавления

революции в Венгрии в 1849 г. Николая начинают называть жан-

дармом всей Европы.

Смерть Николая была неожиданной почти для

всех.

Человек,

достигший зрелости, богатырь, презиравший изнеженность и

спавший,

как и его великий предок, Петр, на походной кровати,

укрывшись шинелью, он управлял Россией железной рукой уже

30 лет

403

и пережил многих декабристов.

404

Существует

версия,

что скоропостижная смерть Николая I явилась следствием само-

убийства царя, признавшего тем самым пагубность всей своей

политики.

405

Адъютант

цесаревича Александра Николаевича, пол-

ковник

И. Ф. Савицкий, свидетель похорон императора, писал:

«Тридцать лет это страшилище в огромных ботфортах с оловян-

ными

пулями вместо глаз безумствовало на троне, сдерживая

рвущуюся из-под кандалов жизнь, тормозя всякое движение, без-

жалостно расправляясь с любым проблеском свободной мысли,

подавляя инициативу, срубая

каждую

голову,

осмелившуюся

подняться выше уровня, начертанного рукой венценосного деспо-

та. Окруженный лжецами, льстецами, не слыша правдивого сло-

ва, он очнулся только под гром орудий Севастополя и Евпато-

рии». И все-таки Николай был не таким простым, каким его

обычно изображают. Противоречивый в стремлениях и, как все

последние Романовы, ограниченный в возможностях, он, по-

403

Справедливости ради надо сказать, что

последние годы его уже

сравнивали

Петром, поняв, что Россия не

получила

лице Николая исти

•

ного

реформатора.

404

Из 121 осужденного декабриста Николай пережил 65 человек.

405

См.: Эпдельмвн Н.

Я.

Герцен против самодержавия. С. 9-29.

406

Жизнь тюремщика не

лучше

жизни заключенного.

Формирование

просвещенного

абсолютизма...

399

видимому, является одной из самых сложных и непонятых поли-

тических фигур российской истории.

Так

система государственного управления, учрежденная Пав-

лом, с ее особым консерватизмом, предельной централизацией

власти и сформулированной «народностью», была реализована,

но

в ином виде, на ином историческом уровне — в системе

управления Николая I. Идеи, отвергнутые дворянскими верхами в

1796-1801

гг., оказались вновь актуальными после 1825 г. Однако

между

двумя подобными явлениями пролегла целая историческая

эпоха: четверть века правительственного просвещенного либера-

лизма и конституционализма, великая эпопея 1812 г., десятилетие

тайных декабристских обществ, завершенное их неудачной по-

пыткой

взять власть. За это время менялись взгляды дворянства,

напуганного перспективой краха всего крепостнического

уклада;

развивались воззрения правящего класса на народ и самодержа-

вие.

Только при таких условиях могла иметь

успех

и продержать-

407

ся

тридцать лет жесткая николаевская система.

Умирая, Николай говорил своему наследнику:

«Сдаю

тебе

команду, но, к сожалению, не в таком порядке, как желал, остав-

ляя

тебе

много

трудов

забот».

408

Итак,

наступала эпоха великих реформ. Известный государс-

твенный деятель и публицист А. М. Унковский так определил то,

что «насущно необходимо для России»:

«Все

дело в гласности: в

учреждении независимого

суда;

в ответственности должностных

лиц

перед судом; в строгом разделении власти и в самоуправле-

нии

общества в хозяйственном отношении». Так и хочется допи-

сать за автором этих слов: в ограничении самодержавия, в

учреждении парламента и принятии конституции, но, увы, само

слово «конституция» еще долго

будет

вызывать острейшую

отрицательную реакцию при дворе.

См.:

Эйдельман

Н. Я. Грань

веков.

С. 345.

См.:

Корнилов

А. А.

Курс

истории

России

XIX

века.

М., 1993. С. 200.

Глава

НАЧАЛО

КОНСТИТУЦИОННОГО

РАЗВИТИЯ

ФОРМИРОВАНИЕ РЕАЛЬНЫХ

ПРЕДПОСЫЛОК

КОНСТИТУЦИОННОГО

РАЗВИТИЯ

В ПЕРИОД ПРАВЛЕНИЯ АЛЕКСАНДРА II

Александр

II,

сменивший на

престоле

Николая I и прозван-

ный в

народе

освободителем,

по-видимому,

совершенно

не по-

дозревал

своей

«освободительной»

миссии

своим

поведением

Сразу после воцарения Николая I к наследнику в качестве наставника

пригласили В. А. Жуковского, который написал

«План

учения»

Александра. В

этом

любопытном, во многом филантропическом документе есть такие стро-

ки:

«Уважай

закон,

научи уважать его своим примером:

закон,

пренебрегае-

мый царем, не будет храним и народом... люби и распространяй просвеще-

ние:

оно-славнейшая подпора благонамеренной власти; народ без

просвещения есть народ без достоинства... Люби свободу, т. е. правосудие,

ибо

в нем и милосердие царей, и свобода народов... Окружай себя достой-

ными тебя помощниками: слепое самолюбие царя... предает его на жертву

корыстолюбивым рабам». Режим подготовки будущего монарха был доста-

точно напряженным, во всяком случае, Александр как-то сказал, что не же-

лал бы родиться великим князем (см.:

Татищев

С. С. Император

Александр II. Его жизнь и царствование. М., 1996. Т. 1. С. 19-29).

Впервые освободителем царя назвал А. И. Герцен, и только затем это

титул стал упоминаться довольно часто. Надо сказать, что народ почит

Александра именно как освободителя крестьянства; известны случаи,

когд

царю устанавливали памятники на собранные народом деньги.

Думаю,

не ошибусь, если скажу, что любое реформирование в

услоЕi

•

ях абсолютной монархии невозможно без участия монарха, однако во

монарха, тем более в освобождении крестьян, недостаточно, даже деклар