Пуздрач Ю.В. История российского конституционализма IX-XX веков

Подождите немного. Документ загружается.

461^

шейся

в эпоху феодализма, характерны, с одной стороны, эволюция

определенных мировоззренческих идей, возникших на базе тех или

иных достижений отдельных территориально или национально обо-

собленных общностей прошлого, а с

другой

— переплетение много-

образных и противоположных по своей культурной и политической

ориентации

структурных моделей. Такой

подход

основан на разно-

образии культурных традиций, которые и сформировали общую

европейскую политическую

культуру.

Именно она оказала домини-

рующее влияние на развитие конституционализма в условиях Сред-

невековья.

К сожалению, все то, что составляло большинство эле-

ментов древнерусской политической культуры, было ликвидировано

ходе

становления российского самодержавия.

Итак,

говоря о феодальной модели конституционализма, кото-

рая

сформировалась на примере государственного развития Англии,

Франции,

Швеции, Польши и

других

государств,

следует

подчерк-

нуть, что в России отсутствовали почти все необходимые предпо-

сылки

для ее появления. В частности, не было экономически и по-

литически свободных людей, самоуправлявшихся торговых городов,

порабощенных в период становления самодержавия; длительное

время отсутствовала устойчивая система распространения знаний и

светское образование; отечественная история не знала института

договорного вассалитета, приведшего к появлению

судов

как сред-

ства разрешения тяжб

между

правителем и вассалом. Реформацион-

ные

процессы, которые так же, как на Западе, имели место в России,

не

закончились веротерпимостью и признанием идеологического

многообразия.

Россия не знала учреждений конституционного тол-

ка:

суда,

парламента или генеральных штатов, не подпадавших под

полную власть монарха и тем самым создававших в обществе уве-

ренность в возможности ограничения абсолютной власти.

Наконец,

при создании парламентских порядков и внедрении

конституционных идей в практику общество сталкивалось с необхо-

димостью решения гфестьянского вопроса. На Западе эта проблема

была решена загодя. В России же освободить крестьян или

даже

облегчить их

участь

значило задеть интересы дворян, составлявших

не

только военную силу, но и администрацию государства. Именно

здесь истоки двойственного состояния российского дворянства,

часть которого, являясь носителем идеи ограничения самодержавия,

462

Заключение

одновременно оставалась крепостниками, и робости коронованных

конституционалистов.

Что касается буржуазной модели конституционализма, то она

явилась результатом промышленной революции, для нее характерно

появление новых классов, которые на основе либерализма форми-

руют

абсолютно новые понятия и интересы. Свобода, равенство,

братство, веротерпимость, демократия, гуманизм — вот лозунги и

цели

буржуазных

конституционалистов Запада.

Эти и

другие

признаки

буржуазности в России также отсутство-

вали. Когда же появились предпосылки для развития капитализма,

то вслед за ними возникла общественная борьба за достижение бур-

жуазных идеалов, которая и привела к ограничению самодержавия

принятию

ряда

актов,

имевших конституционное значение.

Борьба за ограничение самодержавия и принятие монархиче-

ской

конституции наиболее интенсивно протекала в XIX

в.,

однако

конституционные реформы явились следствием развития капита-

лизма и революции 1905 г. И хотя революция не вылилась в разру-

шение социального порядка и не привела к полной реализации тре-

бований конституционалистов, тем не менее она дала начало

новому, уже конституционному периоду русской истории. Вместе с

тем революция 1905 г. проходила по совершенно иному, чем в Анг-

лии,

США и Франции, сценарию. Поэтому российская конституци-

онная

модель, декретированная

сверху,

не обладает тем радикализ-

мом и крайностью определений, как, скажем, французская. Отсюда,

по

одним признакам ее можно отнести к феодальной модели кон-

ституционализма, а

по

другим

— к буржуазной.

Российская

империя после принятия Основных законов и созы-

ва Государственной

думы

стала конституционной монархией, не

кодифицированную конституцию которой составляла совокупность

целого ряда законодательных актов. Среди них можно назвать Вы-

сочайший манифест «Об усовершенствовании государственного

порядка» от 17 октября 1905 г., Указ «Об изменении Положения о

выборах в Государственную

думу»

от 11 декабря 1905 г., Манифест

«Об изменении учреждения Государственного совета и пересмотре

учреждения Государственной

думы»,

Указы «О переустройстве уч-

реждения Государственного

совета»

«Учреждение

Государствен-

ной

думы»

от 20 февраля 1906 г., Свод Основных государственных

законов

в новой редакции от 23 апреля 1906 г. и др. Политический

порядок, установленный в России после конституционной реформы,

можно определить как конституционный режим, поскольку царь,

сохранив свое влияние на государство, перестал быть абсолютным

монархом. В то же время

Думу,

в силу характера представительства

ограничений полномочий, нельзя было назвать парламентом в

строгом смысле этого понятия, а

соответствующую

форму правле-

ния

— парламентарной.

Прежде чем говорить о зависимости современной российской

государственности от идей, приемов и методов управления россий-

ского самодержавия, необходимо кратко охарактеризовать совет-

скую модель конституционализма, получившую развитие после Ок-

тябрьской революции 1917 г., когда были приняты первые акты

советской власти, многие из которых имели конституционное зна-

чение.

Конституция

РСФСР

1918 г., став первой кодифицированной

Конституцией России, в дальнейшем использовалась в качестве эта-

лона и образца для подражания, по которому выстраивалось консти-

туционное строительство сначала автономий, а затем СССР и союз-

ных республик Союза ССР. Таким образом, она явилась

нормативным фундаментом для развития советской модели консти-

туционализма. Каждая последующая Конституция России закрепля-

ла устои общественной и государственной организации и те измене-

ния,

которые происходили в общественном развитии ко времени ее

принятия.

При этом все они несла в себе те или иные новации, под-

тверждающие определенное эволюционное движение.

принятием в 1978 г. Конституции

РСФСР,

по

существу,

за-

вершилось огосударствление общественной жизни. Существовав-

шая

организация политической системы не предполагала возможно-

сти возникновения гражданского общества, для развития которого,

как

известно, требуется признание идеологического, политического

экономического плюрализма. Именно

государству

была отведена

ведущая роль в осуществлении принадлежащей народу власти. Что

же касается положения самого

государства

структуре

власти, то

необходимо помнить, что оно выступало не

единственным

каналом

ее осуществления. Наряду с государством в политическую систему

входили такие субъекты, как

КПСС,

общественные организации и

трудовые

коллективы. При этом роль

КПСС

была, без сомнения,

главенствующей, а ее значение в принятии государственных реше-

464

Заключение

ний

—

первичным.

В то же время сложившаяся система управления,

несмотря на свою бюрократическую сложность и многоступенча-

тость, позволяла относительно быстро и эффективно проводить те

или

иные управленческие решения.

Дело

в том, что контроль осу-

ществлялся по

военной,

политической, административной, судебной

и,

главное, по партийной линии. Созданная в

годы

сталинизма, ад-

министративная система на

долгие

годы

явилась одним из опорных,

базовых,

цементирующих элементов страны. Таким образом, совет-

ская

модель конституционализма выполняла в определенном смыс-

ле роль ширмы для реально осуществлявшейся партийной власти.

Именно

с такой конституционной базой Россия подошла к очеред-

ному этапу конституционного строительства.

Здесь уместно сказать о ключевом наследии самодержавия,

про-

являвшемся как в деятельности Временного правительства, так

во

времена советской власти. Речь

идет

о реформаторских революциях

сверху,

которые были и до сих пор являются одним из главных ме-

тодов

развития российского

государства.

При этом практика

госу-

дарственного управления такова, что решения принимались и при-

нимаются без

учета

мнения народа, который в настоящее время

декларируется как источник власти.

принятием Конституции Российской Федерации 1993 г. страна

диаметрально изменила свои нормативно-конституционные ценности.

Необходимо уточнить, что к

тому

времени в теории конституциона-

лизма сформировались два достаточно ггоотивоположных взгляда иа

сущность и социальное назначение Конституции.

Во-первых,

Консти-

туция воспринимается с точки зрения социально-классовой борьбы,

происходящей в обществе, как нормативный

результат

победы одних

слоев общества над другими.

Другая

позиция

указывает

на

то,

что

кон-

ституция есть акт, нивелирующий эту

борьбу

до цивилизованных

пра-

вил-норм,

которые должны не только смягчать

существующие

в обще-

стве

противоречия, но и устанавливать возможные границы

взаимодействия различных социально-политических сил, нормативно

обеспечив

эволюционное

развитие общества.

По

существу,

первый взгляд— явное наследие прошлого, он

доминировал во времена классовых битв, второй — знак

будущего

развития общественных отношений.

Не

игнорируя эти

подходы,

но и не абсолютизируя ни один из

них, можно констатировать, что анализ современного состояния

465_

общественного правосознания в России свидетельствует о том, что

народ, включая представителей органов власти и управления, по-

видимому, тяготеет к первому, классовому, взгляду на анализируе-

мую проблему.

Как

и в далеком 1905 г., он воспринимает политическую борьбу

как

требование уступок со стороны оторванной от жизни общества и

во многом оппозиционной ему власти. При этом Конституция, яв-

ляющаяся,

по сути, договором власти и общества, зачастую воспри-

нимается

гражданами и властью как документ, нормы которого но-

сят скоре моральный, чем обязательный характер. Поэтому

Конституцию можно не знать, нормы ее выполнять не обязательно,

а часто и, увы, просто невозможно. А это значит, что общественное

правосознание

не содержит морального и фактического требования

выполнять

нормативные предписания вообще. В

результате

власть

не

выполняет своих обязательств перед народом, а народ — перед

властью.

Далее. Так же, как и ранее, скажем во времена Петра I, право-

сознание

носителей государственной власти во многом основывает-

ся

на идее, что одно лишь провозглашение того или иного положе-

ния

в нормативном акте равнозначно реализации сути этого

положения

в жизни. Это традиционное поведение самодержавной

власти. Сделав ту или иную

уступку,

власть уверена, что выполнила

свою

задачу,

и не предпринимает дальнейших шагов к развитию

обозначенных отношений. Однако реальная власть, как в самодер-

жавном, так и в современном

государстве

принадлежит бюрократии,

поэтому после провозглашения некоей нормы, улучшающей жизнь

общества, в

будущем

можно ожидать только возврат в исходное

состояние,

с той лишь разницей, что уступка властью провозглаше-

на,

а реализовать свое право человек как не мог, так и не может.

Примеров

соответствующих ситуаций множество: это и практика

«управляемой демократии», и прямое действие конституции, и не-

возможность реализации многих провозглашенных прав и свобод.

Еще одно наследие самодержавия — неумение и невозможность

длительного эволюционирования в политическом, социальном и

экономическом

развитии. Действительно, достижение абсолютной

власти— это достижение тупика в развитии, за которым только

борьба за выживание. В этих условиях любая уступка под нажимом

общества на какое-то время приводит к ослаблению государствен-

4бб

Заключение

ного

контроля,

а череда уступок ведет к ситуации, когда испуганная

бюрократия оказывается дезориентированной. Наступает относи-

тельно короткий период абсолютной свободы, когда абсолютной

власти наверху противостоит абсолютная анархия внизу. В резуль-

тате устойчивого развития не наблюдается, а успехи чередуются с

провалами.

Здесь уместно затронут один аспект этой проблемы — о готов-

ности общества воспринять крайние проявления уступок самодер-

жавной и современной государственной власти, как-то: заимство-

ванные за рубежами образцы, или «клоны» конституционных

документов, стандарты демократии, прав и свобод, режимы органи-

зации

взаимоотношений между обществом и государством и т. д.

При

этом возникает вопрос: какое государство можно считать

конституционным, демократическим и правовым? Если принять за

норму, что правовое государство — это такая форма организации и

деятельности государственных органов, при которой взаимоотно-

шения

между властью и человеком строятся на основе правовых

норм,

принятых в защиту интересов последнего; если демократиче-

ским

называть такое государство, в котором не на словах, а на деле

государственная политика адекватна воле источника власти — на-

рода, и это соответствие обеспечено конституционными возможно-

стями источника власти заменять ключевые институты этой власти

тем самым корректировать политику всего государства, тогда как

конституционное государство может рассматривать такую модель

государственной организации, для которой характерным является

набор черт как правового, так и демократического государства.

Ответ на вопрос, насколько нынешнее российское государство

отвечает этим параметрам, очевиден. Российская Федерация, про-

декларировавшая свою принадлежность к числу демократических,

правовых, социальных и светских государств, по существу, таковым

не

является. В данном случае, как и в начале XX в., провозглашена

лишь декларация о намерении. Таким образом, речь идет только о

движении в сторону заявленной формы государственности. Однако

мало кто рассуждает о том, насколько достижения государства на

этом пути соответствуют достижениям общества в его готовности

воспринять

те или иные самобытные или заимствованные идеи пра-

ва и демократии. Думаю, что без длительной и целенаправленной

совместной организационной и воспитательной работы органов го-

467

сударства

и институтов гражданского общества не обойтись. Только

положительные

результаты

этой работы

смогут

указать как на ис-

тинность намерений власти, так и на готовность самого общества к

позитивному совершенствованию.

Кстати,

в Конституции Российской Федерации нет упоминания

гражданском обществе, что также

свидетельствует

о нежелании

власти иметь жесткого и хорошо организованного соперника в лице

гражданского общества. Действительно, демократия предполагает,

что гражданин, реализуя свое избирательное право, должен голосо-

вать на основе собственных политических взглядов. Эти взгляды —

продукт

эволюционного развития. Однако вместо создания условий

для такого развития нам

предлагают

поразмышлять о проблемах

«управляемой демократии», о необходимости сокращения числа

политических партий и т. д.

Говоря об организации экономических отношений с точки зрения

влияния

на них приемов и методов управления, свойственных само-

державию, можно говорить о возвращении к естественному

ходу

раз-

вития,

который был прерван революцией 1917 г. Однако

следует

пом-

нить,

что в

результате

революции была создана так называемая

народная собственность, со временем превратившаяся в собственность

аппарата управления, которой тот безраздельно распоряжался. И это

никак

не противоречит модели вотчинного монархического

государст-

ва,

в котором все в границах государства-вотчины принадлежит

монар-

ху, с той лишь

разницей,

что управление этой собственностью осуще-

ствляет бюрократия. Когда же в Российской Федерации начался

процесс разгосударствления и приватизации, целью которых стало

появление класса собственников, то государственная (общенародная)

собственность была перераспределена в пользу представителей все

того

же аппарата управления.

Наконец,

влияние самодержавной власти сказывается и на

ходе

реализации принципов социальной государственности.

Государство,

основанное на принципах самодержавия, не заинтересовано в по-

вышении

социальной активности

населения.

К сожалению, политика

современной России в значительной степени основана на перерас-

пределении социально-экономических

благ

не просто в пользу по-

жилых,

инвалидов или временно не работающих граждан, а в пользу

социально неактивной части населения, что противоречит деклари-

руемому

Конституцией Российской Федерации принципу формаль-

468

Заключение

ного равенства. На практике это означает, что все общество делится

на

три группы. Первая группа — та его часть, за счет которой созда-

ется национальное богатство. Вторая — часть населения, имеющая

моральное право на справедливое перераспределение национально-

го

дохода

в свою пользу (пенсионеры, которые ранее работали в

народном хозяйстве, инвалиды и временно не работающие

гражда-

не).

Наконец,

третья— группа лиц, паразитирующих на усилиях

общества жить лучше.

При

всем этом социальное

государство

есть не что

иное,

как го-

сударство

постиндустриальное, имеющее возможность не только

обеспечить высокий уровень потребления для большинства своих

граждан, но и сохранить высокую степень прибыли для собственни-

ков

средств производства. Следовательно, перераспределение мате-

риальных благ в пользу социально обездоленных в

обход

деклари-

руемого социального компонента имеет цель оплатить лояльность

бедных и поэтому, по определению, самых агрессивных, в отноше-

нии

существующих в

государстве

порядков, слоев общества.

Поэто-

му многие социальные права, предоставляемые гражданам социаль-

ным

государством, можно назвать не правами, а привилегиями

экономически

неактивных слоев населения.

последнее. Одним из самых ярких наследий самодержавия

можно считать принятую

схему

разделения властей, в которой глава

государства

занимает надстроечное, абсолютное и доминирующее

положение в системе организации и исполнения государственной

власти. Кстати говоря, это положение чрезвычайно напоминает то,

которое занимал русский монарх после проведения конституцион-

ных реформ начала XX

в.

Здесь же уместно напомнить о таких чер-

тах самодержавия, как фаворитизм и клановость, при наличии кото-

рых демократические приемы и методы управления не работают, а

ложно толкуемая демократия используется для камуфлирования

подлинной

власти.

Таким

образом, остается признать, что по уровню общественно-

го сознания, которое влияет и на политику правительства, и на по-

ведение граждан, наша страна находится в самом начале пути

под-

линной

демократии, республиканской форме правления и конститу-

ционализму.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Грамота

Василия Шуйского

своем

избрании

(1606)

«Божиею милостию

мы,

великий

государь,

царь и великий

князь

Василий Иванович всея Руси, шедротами и человеколюбием слави-

мого Бога и за молением всего освященного собора, по челобитью и

прошению

всего православного христианства учинились на отчине

прародителей наших, на Российском

государстве

царем и великим

князем.

Государство

это даровал Бог прародителю нашему Рюрику,

бывшему от римского кесаря, и потом, в продолжение многих лет,

до самого прародителя нашего великого князя Александра Яросла-

вича Невского, на сем Российском

государстве

были прародители

мои,

а потом удалились на суздальский

удел,

не отнятием или нево-

лею, но по

родству,

как обыкли большие братья на больших

местах

садиться. И

ныне

мы,

великий

государь,

будучи

на престоле Россий-

ского царства, хотим того, чтобы православное христианство было

нашим

доброопасным правительством в

тишине,

и в покое, и в бла-

годенстве, и поволил я, царь и великий князь всея Руси, целовать

крест на

том:

что

мне,

великому

государю,

всякого человека, не осу-

дя истинным

судом

с боярами своими, смерти не предать, вотчин,

дворов и животов у братьи его, у жен и детей не отнимать, если они

ним в мысли не были; также у гостей и торговых людей,

хотя

ко-

торый по

суду

и по сыску

дойдет

и до смертной вины, и после их у

жен

детей

дворов,

лавок и животов не

отнимать,

если

они

ними

этой

вине

невинны.

Да и доводов ложных

мне,

великому

государю,

не

слушать, а сыскивать

всякими

сысками

накрепко

и ставить с очей

на

очи,

чтобы в том православное христианство

невинно

не гибло; а

кто

на кого солжет, то,

сыскав,

казнить его, смотря по

вине,

которую

взвел

напрасно.

На том на всем, что в сей записи

писано,

я, царь и

Печатается

по:

Соловьев

С.

М.

Соч. М., 1989. Кн. IV. С. 446-447.

470

Приложение

великий

князь Василии Иванович всея Руси,

целую

крест всем пра-

вославным христианам, что мне, их жалуя,

судить

истинным, пра-

ведным

судом

и без вины ни на кого опалы своей не класть, и не-

другам

никого в неправде не подавать, и от всякого насильства

оберегать».

Условия избрания на Московский престол

Владислава

(1610)

1) Владислав должен был венчаться на царство в Москве от рус-

ского патриарха, по старому обычаю.

2) Чтобы святая вера греческого закона оставалась неприкосно-

венною,

чтоб

учители римские, люторские и

других

вер раскола

церковного не чинили. Если люди римской веры захотят приходить

церкви греческие, то должны приходить со страхом, как прилично

православным христианам, а не с гордостию, не в шапках, псов с

собою в церковь не водили бы и не сидели бы в церкви не в поло-

женное время.

3) Король и сын его обязались чтить гробы и тела святых, чтить

русское

духовенство

наравне с католическим и не вмешиваться в

дела

суды

церковные.

4) Обязались не только не трогать имений и прав

духовенства,

но

и распространять их.

5) В том же самом обязались относительно бояр, окольничих,

всяких

думных,

ближних и приказных людей.

6) Служилым людям, дворянам и детям боярским жалованье бу-

дет выдаваемо, как при прежних законных

государях.

7) Так же точно

будет

поступаемо с ружниками и оброчниками.

8) Судам быть по старине, перемена законов зависит от бояр и

всей земли.

9) Между Московским государством, Короною Польскою и Ве-

ликим

княжеством Литовским быть оборонительному и наступа-

тельному союзу против

всех

неприятелей.

Печатается

по:

Соловьев

С.

М.

Соч.

М.,

1989,

кн.

IV. С.

540-541.