Смирнова Л.Н., Гальперина Г.А., Дятлева Г.В. Популярная история театра

Подождите немного. Документ загружается.

склада: решительным, бескомпромиссным, принципи-

альным, не позволял неприятностям, невзгодам и жиз-

ненным мелочам брать над собой верх. Чувство долга

перед театром, перед страной было у него весьма обо-

стренным, а желание «взять курс на современность» –

вполне естественным.

Как и все актеры, Баталов любил успех, но удовле-

творение испытывал редко. Он говорил: «Вот если бы

новый сценарий был менее поверхностен, вот если бы

ему досталась роль человека, который ведет за собой

людей…»

Николай Петрович очень хотел встретиться с Шоло-

ховым. Но этой встрече не суждено было состояться,

как не суждено ему было закончить сценарий, также

названный «Встреча». Баталов был болен туберкуле-

зом.

Природа, наделив актера талантом, рано отняла у

него здоровье. Виной этому были несытая и необутая

юность. Болезнь заставляла его уезжать из Москвы на

Кавказ, в Польшу, в Италию, она же удерживала его

в клиниках и санаториях, вдали от жены и дочери, от

сцены и киносъемок. Ему было всего 24 года, когда он

начал болеть. Баталов подал заявление об уходе из

Второй студии. Он считал, что актер, который по полго-

да болеет, никому не нужен. Его не отпустили, и он про-

должал работать в периоды, когда болезнь ненадолго

отступала.

В последние годы своей короткой жизни Баталов

увлекся режиссурой. Он начал ставить спектакли в те-

атре, вести репетиции в Театре рабочей молодежи. В

его записных книжках того времени можно найти за-

писи о презрении к полуискусству, раздумья о художе-

ственной форме, о ритме роли, эпизода и произведе-

ния. Он не хотел быть похожим на тех режиссеров, ко-

торые не умели образно думать и чувствовать. Он счи-

тал, что в искусстве такие принципы убоги и опасны.

В 1933 году Николаю Петровичу Баталову было при-

своено звание заслуженного артиста республики. В

этом же году он начал преподавать актерское мастер-

ство во ВГИКе. 18 февраля 1935 года Баталов в по-

следний раз выступил на сцене в роли Фигаро. С осени

1935 года и по весну 1937 года он лечился в Польше

и в Италии. 3 мая 1937 года Николая Петровича награ-

дили орденом Трудового Красного Знамени.

Летом 1937 года он работал на даче под Москвой,

писал сценарий о Пушкине. Осенью этого же года Ба-

талов вынужден был лечь в клинику на лечение. Но

оно не дало уже никаких результатов, и 10 ноября 1937

года Николай Петрович умер.

Пашенная Вера

Николаевна (1887—1962)

Откуда же к юной девушке, почти девочке, пришли

мысли о сцене, которые вытеснили прочное, давнее,

не раз обдуманное решение стать врачом?

Ее мать, Евгения Николаевна, и отчим предсказыва-

ли Вере блистательную врачебную карьеру. Но ника-

кая карьера в то время ее не интересовала, она только

пыталась заглянуть в свое будущее.

Вероятнее всего, намерение Веры посвятить себя

театру было бессознательно воспринято ею от отца –

крупного русского актера. Тяга к театру возникла у Па-

шенной еще в ранние гимназические годы. Она проры-

валась сквозь все запреты и условности, сквозь холод-

ный педантизм тогдашнего воспитания. Классные да-

мы старались «выровнять» нравственный облик сво-

их воспитанниц, добиваясь тем самым благоприлич-

ной безликости и одинаковости характеров, уничтожая

человеческие особенности и задатки натуры.

Вера, внешне очень похожая на своего отца, унасле-

довала от него и артистический талант. Николай Пе-

трович Пашенный, по сцене Рощин-Инсаров, был из-

вестным русским провинциальным актером и пользо-

вался у публики огромным успехом. Играть он начинал

в небольших любительских театрах Москвы: «Секре-

таревском» на Кисловке и «Немчиновском» на Повар-

ской. Это были маленькие, но настоящие театры, в ко-

торых родились многие будущие актерские имена.

В молодости играла на сцене и мать Пашенной – Ев-

гения Николаевна. Она пробовала свои силы во мно-

гих спектаклях и всегда удачно. Евгения Николаевна

жила сценой, и с мужем ее связывал общий интерес –

творчество.

Но потом Евгения Николаевна увидела, что театр

стал все больше отнимать у нее близкого человека, а у

двух дочек – отца. И тогда она восстала против театра,

против поездок и частых отлучек мужа, против обид,

недоверия и отчуждения, которые неизбежно появля-

лись из-за частых разлук. Но этот протест оказался на-

прасным и поздним – семья распалась.

В 1904 году Вера Пашенная окончила гимназию. Го-

товясь стать врачом, она зубрит на даче у подруги ла-

тынь и химию. Но однажды, приехав в Москву, она в

глубоком раздумье остановилась перед зданием Теа-

трального училища. Домой Вера вернулась в смяте-

нии. Нет, она не будет врачом. Она будет артисткой!

Сопротивление матери и отчима было стойким, но

бурный натиск будущей актрисы сломил его. От ее все-

гдашнего послушания не осталось и следа. Отчим Па-

шенной – Николай Петрович Кончаловский – имел на

приемную дочь огромное влияние: она с доверием от-

носилась к нему, уважала и ценила его советы. Но в

этот период она твердила только одно, что он должен

согласиться с тем, что она станет актрисой. И Николай

Петрович только развел руками.

Среди 24 учеников первого курса по классу А. П.

Ленского первой была Вера Пашенная. Она получила

пятерки по всем предметам: дикции, декламации, сце-

ническим испытаниям, русской и иностранной литера-

туре, истории драмы.

Незадолго до выпускных экзаменов Вера Николаев-

на обручилась с актером Витольдом Полонским. Летом

1905 года Пашенная и Полонский обвенчались. Они

сняли комнатку на Петровке. Вера Николаевна была

полностью занята театром, а кроме того, готовилась

стать матерью. Молодой муж был недоволен этим, и

они стали ссориться. 9 сентября 1906 года у Веры Па-

шенной родилась дочь Ирина. Но рождение ребенка

не смогло укрепить разваливающуюся семью. Дочери

было 3 года, когда супруги разошлись.

В 1913 году Вера Николаевна Пашенная вышла за-

муж за актера В. Ф. Грибунина. В это же время бы-

ла возобновлена постановка пьесы В. И. Немирови-

ча-Данченко «Цена жизни», в которой Пашенная игра-

ла свою первую роль. После этого она получила роль

в пьесе А. Н. Толстого «Насильники». Оба этих обра-

за, следуя один за другим, каждый по-своему дают Па-

шенной счастливое ощущение творческой самостоя-

тельности и уверенности.

К 1919 году Пашенная освоила практически весь

классический репертуар. Казалось, что ни Горький, ни

Чехов, ни Шекспир, ни Островский уже не могли по-

ставить актрисе непреодолимых преград – таких, ка-

кие возникли перед ней в пору обучения в Театральном

училище. Она тогда должна была сыграть Джульетту и

Катерину.

Но у Веры Николаевны, как и у всех творческих лю-

дей, были свои взлеты и падения. А причины неудач

были те же, что и успеха. Если актриса находила для

себя возможность размахнуться во всю свою русскую,

ширь и удаль, то к ней приходили успех, признание и

победа. Если же она не находила подходящих условий

для своеобразного решения роли, то все в ней меркло,

блекло и «смазывалось», как говорила она сама.

В зрелые сценические годы актриса научилась спра-

вляться с собой, подчинять всю себя образу. И все-та-

ки самое ничтожное давление на собственные симпа-

тии неизбежно тянуло вниз стрелку на этой необычай-

но чуткой шкале эмоций.

В 1922 году Вера Николаевна вместе с мужем и

всеми «стариками» Художественного театра уехала на

гастроли в Америку. Такая, словно с неба сваливша-

яся, поездка представлялась переутомленной, измо-

танной, недосыпающей и недоедающей Вере Никола-

евне буквально подарком судьбы. Пригласил Пашен-

ную лично К. С. Станиславский.

В гастрольной поездке Пашенной не удалась ни

Ирина из «Царя Федора Иоанновича», ни Ольга из

«Трех сестер», ни Варя из «Вишневого сада». Более

того, даже Василиса – эта могучая, талантливая, за-

губленная женская судьба в горьковской пьесе «На

дне», кажется, написанная специально для Пашен-

ной, – прошла, не оставив следа. Что же мешало Па-

шенной играть? Как говорила сама актриса: «На сцене

играть – не сапоги тачать. Что хочешь делай – не вы-

ходит, да и все тут. Хоть совсем со сцены уходи!»

Все эти героини, какими рисовала себе их Вера Ни-

колаевна, не подходили к актерскому ансамблю. По-

лучалось нечто среднее – ни рыба ни мясо. Внутрен-

нее торможение, которое возникало у Пашенной все-

гда, если режиссер вел ее по пьесе, вместо того что-

бы, доверившись ее дарованию, дать актрисе возмож-

ность самостоятельно искать сущность роли, дало се-

бя знать и в поездке с МХАТом. И хотя внешне все вы-

глядело как нельзя лучше, Станиславский, казалось,

был доволен и любезен, роли репетировались, спекта-

кли игрались, сама Пашенная лучше всех понимала,

что ожидаемого «слияния» с МХАТом не произошло. И

только ее муж, актер МХАТа Грибунин, все еще продол-

жал надеяться, потому что театр и Пашенная являлись

двумя его святынями. Втайне от всех он страдал от то-

го, что они разобщены. Впрочем, сам он как раз луч-

ше всего умел осуществлять задачу приобщения Па-

шенной к мхатовской системе. Его уроки всегда прино-

сили нужный результат. Будучи на 15 лет старше же-

ны, имея ровный, уступчивый характер, Владимир Фе-

дорович был во всех жизненных ситуациях – и творче-

ских, и бытовых, и семейных – незаменимым советчи-

ком и для Веры Николаевны, и для падчерицы Ирочки,

которую он любил всем сердцем, так же, как и она его.

Для всех троих домашняя жизнь была продолжени-

ем жизни в театре. Все свободное время они говорили

о пьесах и ролях, живо обсуждали все новое, спорили

до хрипоты, смеялись шуткам. Это был самый счаст-

ливый период в жизни Веры Николаевны; как всякой

счастливой поре, ей не суждено было продлиться дол-

го. Но след она оставила очень глубокий, потому что

Вера взрослела не одна, а рядом с любимым и род-

ным человеком. Ее счастье было еще и в том, что Вла-

димир Федорович умел понимать жену гораздо лучше,

чем она сама себя понимала. Многое он подсказывал

Вере так, что вспыльчивая и гордая Пашенная даже и

не догадывалась об этом.

В 1925 году Вере Николаевне Пашенной присвои-

ли звание заслуженной артистки республики. Казалось

бы, теперь уже до конца сценической жизни сосредо-

точится внимание актрисы, создающей своеобразную

летопись эпохи, на образах передовых женщин, све-

тлых и жизнеутверждающих, которые отмечены силь-

ной и радостной творческой фантазией Пашенной. В

них она не знает себе равных.

Но Вера Николаевна играет на сцене Малого театра

еще многостороннее, еще шире. Она не только про-

славляет свою страну, свое время, но еще и воюет за

них, обличая все помехи и преграды, стоящие на пу-

ти нового. При этом она не старается затушевывать

приметы зла, а, наоборот, фокусирует на них внимание

зрителя.

В шекспировских пьесах Пашенная играла совсем

немного. Это было странно, потому что талант Веры

Николаевны был создан как раз для воплощения мо-

гучих шекспировских характеров. Сценическая жизнь

складывалась таким образом, что за все годы только

три шекспировские роли стали близки и дороги Пашен-

ной: Паулина, леди Анна, Эмилия в «Отелло». Послед-

няя из них больше всего полюбилась и запомнилась

зрителям.

Без малого 30 лет проработала Вера Николаевна на

сцене Малого театра (с 1907 по 1937 год) и получила

звание народной артистки СССР. К этому времени она

уже действительно была народной. Ее знали не только

театральные критики, продолжавшие спорить о нюан-

сах трактовки образа Любови Яровой. Ее знала стра-

на.

Во время Второй мировой войны Малый театр по-

ставил много разных пьес, но все они звали народ на

борьбу с врагом. После окончания войны на сцене Ма-

лого преобладали пьесы мирного характера. В них Па-

шенная играла женщин из народа.

В 1961 году в Малом театре шли репетиции пьесы А.

Софронова «Честность». В этой пьесе Пашенная по-

лучила роль старой коммунистки Колесовой. Ставил

этот спектакль И. В. Ильинский. Театр хотел подгото-

вить пьесу ко дню открытия ХХII съезда КПСС, поэто-

му все торопились и нервничали. Больше всех волно-

валась Пашенная.

В это лето она вдруг почувствовала себя больной,

ей было плохо, как никогда. Каждый день она чувство-

вала вялость, разбитость и недомогание. Сначала не-

заметно, а потом уже и открыто дали о себе знать гроз-

ные симптомы неизлечимой болезни, которая до поры

до времени ничем не напоминала о себе, но, видимо,

давно уже таилась в организме. Тогда еще Вера Нико-

лаевна долго сопротивлялась.

Превозмогая тяжелую усталость, она работала как

обычно, т. е. много и без отдыха. При всей своей пере-

груженности и нездоровье она ни на один день не оста-

вляла работу над книгой «Ступени творчества», кото-

рую задумала уже давно.

Обычный распорядок дня внезапно был нарушен

резким ухудшением состояния. Врач «скорой помощи»

необдуманно назвал вслух страшную болезнь: рак.

Пашенная сначала согласилась лечь в больницу, но