Смирнова Л.Н., Гальперина Г.А., Дятлева Г.В. Популярная история театра

Подождите немного. Документ загружается.

ческого мастерства у актеров и режиссеров.

Постановка чеховской «Чайки» в 1916 году сопро-

вождалась негативной оценкой театральных критиков,

многие из них объясняли выбор этой пьесы стремле-

нием «Гилда» во всем походить на «старшего брата»

– Московский Художественный театр, при этом реаль-

ные возможности труппы не учитывались.

Стремление повысить уровень мастерства застави-

ло коллектив «Гилда» обратиться к опыту других те-

атров. Из «Эбби-тиэтр» был приглашен талантливый

режиссер и актер Дадли Диггс. Проповедником тради-

ций немецкого реалистического искусства в этом теа-

тре стал прославленный мастер немецкой сцены Эм-

мануил Райхер, а первые сведения о работе К. С. Ста-

ниславского и актеров Московского Художественного

театра коллектив «Гилда» получил от Ф. Ф. Комиссар-

жевского и Р. Милтона.

Особую роль в жизни театра сыграл Эммануил

Райхер, на протяжении ряда лет руководивший дея-

тельностью труппы. Именно этот человек привнес в

режиссуру и мастерство актеров принципы зрелого

психологического реализма. По инициативе Райхера в

1920 году на сцене театра «Гилд» была поставлена

«Власть тьмы» Л. Н. Толстого, ставшая на долгие годы

школой актерского мастерства.

Со временем коллектив выдвинул своих талантли-

вых режиссеров – таких, как О. Дункан, Ф. Мёллер и др.

Огастин Дункан проработал в театре «Гилд» всего

два года (с 1918 по 1920), но за это время он сумел

многое сделать для утверждения традиций реалисти-

ческого искусства в национальном американском теа-

тре. Дункан был очень требовательным, порой даже

жестоким режиссером, всегда знающим, чего он хочет,

но актеры с уважением отзывались о его работе. Ста-

вя перед труппой определенные задачи, Дункан всегда

добивался их верного решения.

Постановка в 1919 году пьесы Сент Ирвина «Джон

Фергюссон» принесла режиссеру широкую извест-

ность. Это был первый успех театра, способствовав-

ший росту его авторитета среди зрительской аудито-

рии.

Однако слишком разноплановый репертуар театра

не удовлетворял требованиям режиссера, и в 1920 го-

ду он покинул стены «Гилда». Это была большая по-

теря как для театрального коллектива, так и для само-

го Дункана, которому многие критики прочили большое

будущее: «Он сделал больше всех других для утвер-

ждения реалистических пьес… С постоянной труппой

и возможностями для длительной творческой рабо-

ты он мог бы дать Америке коллектив, сравнимый с

московским коллективом Станиславского и Немирови-

ча-Данченко».

Не менее талантливым деятелем сцены был и Фи-

лип Мёллер, ставший руководителем театра «Гилд»

после смерти Э. Райхера. Этот человек был не толь-

ко талантливым режиссером и актером, но и одарен-

ным художником-декоратором, автором ряда драма-

тических произведений. Мёллер, влюбленный в искус-

ство родного театра, отказывался осуществлять поста-

новки где-либо, кроме сцены «Гилда».

В отличие от многих других режиссеров, считавших,

что актерское мастерство есть результат упорных тру-

дов, Мёллер верил в интуитивное искусство. Важнее

всего для него было бессознательное начало, не под-

чиняющееся логике и трезвому расчету и являющееся

источником вдохновения для талантливых актеров.

По мнению Мёллера, для достижения наивысшего

результата во время репетиций той или иной пьесы

следовало сохранять свежесть восприятия произведе-

ния. При этом, практически ничего не объясняя своим

актерам, режиссер требовал от них ощущения атмо-

сферы и настроения происходящего. Наиболее удач-

ными постановками Мёллера были те, в которых при-

нимали участие опытные актеры, работать с молоды-

ми исполнителями он не умел.

Многие современники называли Филипа Мёллера

«темпераментным художником с неистощимой фанта-

зией». Кроме того, он был тонким психологом, умею-

щим читать в душах людей и остро чувствующим все

оттенки и полутона, что оказало ему огромную помощь

при постановке произведений Юджина О’Нила.

Под руководством Мёллера на сцене театра «Гилд»

были осуществлены постановки «Счетной машины»

Райса, «Святой Иоанны» и «Андрокла и льва» Шоу,

«Поющих гимн» Лоусона, «Странной интерлюдии» и

пьесы «Траур – участь Электры» О’Нила. Все они бы-

ли признаны лучшими художественными достижения-

ми труппы «Гилда».

«Странная интерлюдия» оказалась одним из наибо-

лее трудных для постановщика произведений: рассчи-

танную на два вечера девятиактную пьесу пришлось

играть в один, затратив время с половины шестого ве-

чера до полуночи с полуторачасовым перерывом.

Пытаясь решить задачу передачи «монологов мы-

слей», использованных О’Нилом для раскрытия глубо-

ких душевных переживаний и характерных сущностей

действующих лиц пьесы, Мёллер предложил несколь-

ко вариантов. Во-первых, определить на сцене особые

зоны, своеобразные островки одиночества для произ-

несения монологов, при этом слова следовало выде-

лять либо сменой голосовой тональности, либо изме-

нением освещения. Но, убедившись, что все это будет

отвлекать зрителей от основного действия и быстро

надоест им, режиссер отказался от этого приема.

Вторым вариантом решения проблемы стал метод

остановки движения, предусматривающий прекраще-

ние во время произнесения «монологов мыслей» ка-

ких-либо физических действий и диалогов. В резуль-

тате возникало пространство физической неподвиж-

ности, и «неслышимый ток мыслей» становился до-

ступным зрителям. Эта режиссерская находка оказа-

лась настолько удачной и столь точно отражала стиль

о’ниловской драмы, что постановка «Странной интер-

людии» была отмечена шумным успехом.

Вторая половина 1920-х годов стала временем рас-

цвета театра «Гилд», на это время пришелся наи-

высший подъем его художественного и коммерческого

успеха.

В 1925 году труппа перебралась в новое, выстроен-

ное по специальному проекту здание, зрительный зал

в котором был рассчитан на 1000 человек. Кроме то-

го, увеличилось количество держателей абонементов:

в Нью-Йорке их насчитывалось около 20 тыс., а в де-

сяти крупнейших городах Америки, по которым гастро-

лировала актерская труппа, – 30 тыс.

Постепенно в «Гилде» формировалась новая актер-

ская школа. Руководители театра прекрасно осознава-

ли, что для осуществления успешных постановок не-

обходима постоянно действующая труппа. Она должна

была работать под руководством постоянного режис-

сера, а репертуар театра следовало сделать достаточ-

но объемным.

Таким образом, коллектив «Гилда» старался во всем

следовать совету К. С. Станиславского, полученному

во время гастролей Московского Художественного те-

атра в США.

В сезон 1926/1927 годов в театре начали работу 10

приглашенных актеров, которые и составили основное

ядро труппы: Э. Уэстли, Д. Диггс, Ева Ле Гальенн, Л.

Фонтанн, А. Лант, М. Карновский и др.

Ева Ле Гальенн, сыграв роль Юлии в «Лилиоме»

Мольнара и получив признание зрительской аудито-

рии, ушла из «Гилда» в один из бродвейских теа-

тров. Именно «Гилд» позволил ей обрести «звездный»

успех.

Супружеская пара Линн Фонтанн и Альфред Лант

проработала в «Гилде» с 1924 по 1929 год. На протя-

жении всех этих лет актеры входили в состав посто-

янной труппы, ими было сыграно большое количество

главных ролей, в том числе в «Пигмалионе» и «Ору-

жии человека» Б. Шоу, «Братьях Карамазовых» М. Ф.

Достоевского, «Странной интерлюдии» О’Нила и мно-

гочисленных комедиях.

Сцена «Гилда» позволила этим людям в полной ме-

ре раскрыть свои многогранные актерские способно-

сти, повысить уровень мастерства. Даже после ухода

на Бродвей Л. Фонтанн и А. Лант принимали участие

во многих этапных постановках театра «Гилд», напри-

мер, в «Укрощении строптивой» У. Шекспира, «Чайке»

А. П. Чехова и др.

К сезону 1928/1929-х годов в составе театральной

труппы насчитывалось уже 35 человек, при этом все

актеры были разделены на три группы, каждой из кото-

рых поручалось выступление с двумя пьесами из ре-

пертуара «Гилда» в Нью-Йорке и двух крупнейших го-

родах Соединенных Штатов Америки. Постепенно по-

становки театра «Гилд» стали считаться эталоном вы-

сокого художественного мастерства, достичь их уров-

ня стремились многие малые театры США.

Однако небывалый успех стал причиной перерожде-

ния театра: к середине 1930-х годов среди директоров

«Гилда» главную роль начали играть коммерсанты, за-

ботившиеся лишь о получении больших прибылей. Эти

обстоятельства привели к существенным изменениям

в репертуаре театра: особое внимание стало уделять-

ся кассовым спектаклям, а постановки менее прибыль-

ных пьес встречали серьезные препятствия со сторо-

ны руководства. Таким образом, к началу 1940-х годов

«Гилд» утратил свое былое художественное и обще-

ственное значение, превратившись в обыкновенный

коммерческий театр. Лишь в первые годы Второй ми-

ровой войны театр «Гилд» приобрел утраченное зна-

чение, тогда на его сцене были поставлены «Пятая ко-

лонна» Хемингуэя, «Русские люди» Симонова, «Три

сестры» Чехова и «Отелло» с участием Поля Робсона.

Семь сезонов подряд, с 1926 по 1932 год, работал

в Нью-Йорке Гражданский репертуарный театр, осно-

ванный популярной в те годы актрисой Евой Ле Га-

льенн. Предназначался он для американской публики,

считающей литературу и искусство неотъемлемой ча-

стью жизни, важной духовной потребностью, а не сред-

ством для развлечений.

Гражданский репертуарный театр создавался как

постоянно действующий театр со своей труппой и

разнообразным, периодически меняющимся репер-

туаром. Е. Ле Гальенн считала, что смена репертуа-

ра является залогом процветания театра, подобная си-

стема чрезвычайно важна для художественной рабо-

ты, поскольку длительный показ на сцене одного и то-

го же спектакля уменьшает его истинное значение, со-

здает впечатление «линии конвейера, которая все сво-

дит на нет и уничтожает».

Пьесы, включаемые в репертуар Гражданского теа-

тра, должны были отличаться не только высокими ху-

дожественными достоинствами, но и иметь большую

смысловую нагрузку. Многие современники называли

этот театр библиотекой живых пьес, в которой основ-

ное внимание уделялось шедеврам мировой драма-

тургии (творениям Шекспира, Мольера, Гольдони и

прочих классиков), а также литературным достижени-

ям Нового и Новейшего времени (произведениям Иб-

сена, Чехова и др.).

Примечательно, что за время существования театра

на его сцене было поставлено 34 пьесы, причем ав-

торство трех из них принадлежало Ибсену, а четырех –

Чехову. Таким образом, мечта Евы Ле Гальенн сыграть

роли в пьесах любимых драматургов стала реально-

стью.

В день открытия на сцене Гражданского репертуар-

ного театра была поставлена «Субботняя ночь» Х. Бе-

навенте, на следующий день состоялась премьера че-

ховских «Трех сестер». Одну из главных ролей в этой

пьесе сыграла сама основательница театра.

Увлечение Ле Гальенн творчеством А. П. Чехова бы-

ло очень велико, она даже изучала русский язык, что-

бы заниматься самостоятельными переводами произ-

ведений любимого драматурга, ибо, как считала актри-

са, только через знакомство с первоисточниками воз-

можно истинное понимание характерных образов.

Ле Гальенн была не только замечательной актри-

сой, но и талантливым режиссером, поэтому нет ни-

чего удивительного в том, что пьесы Чехова, поста-

вленные на сцене Гражданского репертуарного театра,

имели небывалый успех и стали значительным явле-

нием в художественной жизни США.

Кроме «Трех сестер», в театре Евы Ле Гальенн бы-

ли показаны «Вишневый сад», «Дядя Ваня» и «Чай-

ка», первая постановка которой состоялась еще в теа-

тре «Гилд», но оказалась весьма неудачной. Прекрас-

ная актриса создала в этих спектаклях незабываемые

образы чеховских героинь – Раневской и двух Маш

(«Три сестры» и «Чайка»).

Практически во всех работах Ле Гальенн прослежи-

вается влияние мхатовских традиций. И многие крити-

ки, оценивая постановки чеховских пьес на сцене ее

театра, обращались к русскому эталону сценическо-

го воплощения драматургии Чехова. Неоднократно ре-

цензенты отмечали режиссерское мастерство и искус-

ство актеров создавать на сцене правдивую атмосфе-

ру, умение заставлять зрителей поверить в реальность

происходящего.

Наивысшей оценки была удостоена постановка в

Гражданском репертуарном театре пьесы «Вишневый

сад», многие критики высказали тогда удовлетворение

по поводу того, что американцы наконец-то увидели не

суррогат, а настоящего Чехова на английском языке.

Не менее восторженными отзывами встречала пу-

блика и критика ибсеновские постановки театра. За

роль Эллы Рентхейм в пьесе «Йуна Габриела Борк-

ман» Ева Ле Гальенн была даже удостоена звания

главной ибсеновской актрисы Соединенных Штатов

Америки.

Однако коллектив Гражданского репертуарного теа-

тра был неравнозначным. Рядом с ведущими актера-

ми, успешно справлявшимися со стоящими перед ни-

ми задачами, работали неудачники, пожизненные ис-

полнители второстепенных ролей, для которых даже

небольшие эпизоды в чеховских или ибсеновских пье-

сах оказывались слишком сложными. Такие люди не

могли справиться с задачами, выдвигаемыми новой