Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права

Подождите немного. Документ загружается.

было, что никому за себя крестьян не примати. А будет кто с сего государева уложения

учиет беглых крестьян и бобылей, и их детей и братью и племянников принимать", тот не

только должен возвратить их "со всеми их животы, и с хлебом стоячим и молоченым и с

земленым, без урочных лет", но и уплатить 10 руб. за год. - Уложение не только

констатирует совершившийся факт, но и расширяет его: а) укрепление простирается не

только на старинных крестьян, но и на всех; б) оно распространяется не только на тяглых,

записанных по писцовым книгам, но и на бобылей, подчиненных членов семьи; в)

давностные сроки исков о беглых уничтожаются *. Зато государственный характер

прикрепления выступает уже со всей ясностью. Крестьянин не может дать на себя

служилую кабалу стороннему человеку (Улож. XX, 6). Землевладелец не имеет права (под

угрозой наказания) обратить своего крестьянина в кабального холопа: "А что тот их

боярин взял на них (крестьянах) служилые кабалы, и ему за то, что государь укажет, для

того, что по государеву указу никому на крестьян своих и на крестьянских детей кабал

имать велено" (Улож. ц. А. М., X, 113). Помещик не имеет права освободить крестьянина

с поместной землей, и даже приобретатели вотчин считали себя вправе искать на прежних

владельцах за освобождение крестьян (Улож., XV, 3). Котошихин говорит, что у

помещиков, которые разоряли своих крестьян, имение отбиралось (Гл. XI, ст. 3).

_______________________

* См. дополн. К.

_______________________

Значение прикрепления и положение крестьян после прикрепления. Выше была указана

сущность разницы между крепостным состоянием (Horigkeit) и холопством

(Leibeigenschaft). Крестьяне были прикреплены по писцовым книгам и затем по общему

закону, а не по кабалам. Государство заменило частные меры зависимости

прикреплением, общей государственной мерой ради целей государства, ради службы ему;

оно руководствовалось не частной пользой землевладельцев, а своими интересами.

Прикрепление крестьян имеет совершенно тот же смысл, что и прикрепление служилых и

посадских людей. "Крестьянин не был прикреплен ни к земле, ни к лицу; ор был, если

можно так выразиться, прикреплен к государству; он был сделан государственным

работником при посредстве помещика (Хлебников. "О влиянии общ. на орг. госуд.", стр.

273).

По идее государственного прикрепления, крестьяне не только, могли, но и должны были

сохранить все общегражданские права (личные и имущественные). И действительно, в

XVII в. крестьяне еще заключают договоры со своими землевладельцами, сохраняют

права вещные (на движимость) и все личные (кроме права избрания местожительства); в

государственном праве они граждане полноправные (пользуются избирательным правом в

судебных и административных учреждениях и на земских соборах) *. Однако фактически

из прикрепления уже в XVII в. возникло (в частных вотчинах) право помещика

наказывать крестьян, усилилось старое право судебной власти первого над последними;

начались отдельные случаи (сначала как злоупотребления) продажи крестьян (отдельно от

вотчины).

______________________

* Почти всеми этими правами пользуются не только черноволостные крестьяне, но и

частновладельческие; см. проф. Куплеваского: "Состояние сельской общины в XVII в."

______________________

Но полный переход крепостного состояния в новый вид холопства (основанный на

сословном признаке) относится ко временам империи. Тогда же в Московском

государстве все население призвано было служить государству; всякие интересы лиц,

классов и обществ бесконечно ниже интересов государства: человек, жил гораздо менее

для себя, семьи и ближайшего общества, чем для государства. Только при этом крайнем

направлении всех сил населения к одной цели это государство смогло сохраниться при

своей громадной территории и при малочисленности и бедности населения. Это же

обстоятельство предрешило формы и характер государственной власти.

В. ВЛАСТЬ

Формы власти. Отличительная черта московского государственного права есть торжество

в нем неограниченной (или самодержавной) монархической власти; именно этой чертой

оно отличается как от права 1-го периода, так и от современного ему Литовско-Русского

государства. Однако и остальные две формы власти, действовавшие в земском периоде, не

исчезли вполне в московскую эпоху; они лишь подчинились преобладающему влиянию

монархической формы: московская боярская дума есть непосредственный преемник

боярской думы Древней Руси. Вече исчезает в Московском государстве весьма рано, но

взамен его в XVI в. появляются земские соборы.

а) Великий князь и царь

Титул. Монарх в XIV и XV вв. титуловался великим князем, с XVI в. (окончательно - с

середины XVI в.) стал называться царем. Титул "великий князь" присваивался уже в

первом периоде старшим князьям Суздальской земли; в XVI и XV вв. он присваивался и

старшим князьям прочих самостоятельных земель (Рязанской, Тверской, Смоленской,

даже Суздальско-Нижегородской и Ярославской). Но с того времени, как усиливавшееся

Московское великое княжество начало стремиться к установлению единодержавия на

всем севере Руси, к титулу "великий князь" присоединяется "всея Руси" (первоначально

при Иване Калите - см. ак. арх. эксп., I, № 3,4, окончательно при Иоанне III - во всех

внешних сношениях) Старинный предикат, означающий вообще власть (dominimum,

manits, umperium - "господин") сменяется теперь в отношении к великому князю титулом

"государь"*.

______________________

* Хотя оба термина в сущности означают и власть частную (господин в отношении к

холопу - см. в Рус. Правде Кар., 123-124, 127-132; государь - землевладелец к крестьянину

- см. Пек. Судн. гр., ст. 84, 87, 103 и др.), но с XIV в. название "государь" приурочивается

к лицу, владеющему по отношению к принадлежащим ему несвободным людям (см. Суд.

1497. ст. 9); слову же "господин" приписывается власть над людьми свободными.

Усвоение термина "государь" или "господарь" в публичном праве означает развитие

неограниченной власти. Новгородцы до покорения их Иоанном III именовали великого

князя господином и долго противились обязанности титуловать его государем (это было

поводом к окончательному их покорению). Бытовое присвоение этого титула великим

князьям (в грамотах церковных властей) начинается с середины XV в. ("великий государь

земьский великий князь Василий Васильевич", - в грам. Ростов, архиеп. Ионы 1455, см. ак.

ист., I, №57; "великий государь русьский" - в грам. митр. Ионы 1455-1461, так же, № 60).

Но как прежде "господин", так и теперь "государь" употреблялось лишь в обращении

подданных к князю а не от его собственного лица. В последнем смысле официально этот

титул принят Иоанном III (см. ак. ист., I, № 111, грам. 1500 г., №383 и др.).

______________________

В середине XV в. в титул была принята формула "Божиею милостию"*. В актах

внутреннего управления такая формула титула встречается с начала XVI в. (ак. арх. эксп.,

I, № 383). Она указывает на источник власти теократический, т. е. происхождение ее из

воли Божией (а не из воли подданных). Но так как все государи присвоили себе подобную

же форму титула, то для означения, что только власть православных государей истекает

из воли истинного Бога, стали употреблять в титуле со времени Иоанна Грозного так

называемое богословие, т. е. изложение православной веры.

_____________________

* В первый раз в сношениях с Литовским государством - в дог. грам. Василия

Васильевича Темного с королем Казимиром; вероятно, по примеру этого государства

появилась такая прибавка и в московском титуле; на Западе еще в начале XV в.

употребляют ее князья Галицко-Волынские, например Юрий, и вел. кн. Литовские со

времен Гедимнна и Ольгерда (см. Данилович. Skarb, Dypl, I, № 289, и след., 352). В

Москве в конце XIV в. употребляется в грамотах прибавка "Божиею милостию и

Пречистый Его Богоматери" (см. ак. арх. эксп., I, 14) не в виде титула, а как призвание

имени Божия для укрепления и освящения акта.

_____________________

Все указанные свойства власти совмещены в титуле царь, который бытовым образом

присваивался более значительным князьям и в 1-м периоде (в литературных памятниках),

а еще чаще в Московском государстве в XIV в. (особенно с Куликовской битвы). Это

почетное наименование превратилось в титул при Иоанне III в сношениях с Ливонией и

небольшими немецкими государствами (Пам. дипл. снош., I, стр. 87); вскоре этот титул

признан германским императором и Данией (там же, стр. 129); при Василии Иоанновиче,

по свидетельству Герберштейна, "царский титул употребляется в сношениях с римским

императором и папой, с королями шведским и датским, с магистрами прусским и

ливонским и, как я слышал, с государем турецким" (пер. Аноним, стр. 29). Для всех

прочих внешних сношений и для внутренних актов этот титул принят Иоанном IV (после

венчания на царство 1.6 января 1547 г.) и утвержден грамотой цареградского патриарха

1561 г. Признанию этого титула дольше всех государств противились Польша и Литва.

Термин "царь" имеет византийское происхождение и представляет собой сокращение

титула "цезарь" (в Остромировом евангелии в молитве Господней читается: "да приидет

цесарствие твое"); так титуловались государи у болгар и сербов. Хотя русские постоянно

титуловали так татарского хана, но этот титул дали они ему сами в ознаменование его

власти над другими государями. С титулом царя действительно соединяется

международное значение полной независимости от других государств, и наоборот,

признание за царем Московским значения единственного истинного государя и некоторых

преимущественных прав над прочими государями. Римское понятие о всемирной

империи, усвоенное на Западе с Карла Великого, переносится теперь в Москву (особенно

после падения Византии в 1453 г.): "вся христианская царства преидоша в конец и

спадошася во едино царство нашего государя, по пророческим книгам (т. е. Российское

царство); два убо Рима падоша (Рим и Византия), а третий стоит (Москва), а четвертому

не быть" (поел, старца Филофея). Подобно титулу царя, титул "самодержец" сначала

присваивался великому князю от лица подданных (в писаниях духовных лиц и в

летописях; это перевод греч. (...); но от лица самого царя в официальных актах начинает

употребляться со времени Лжедмитрия I.

Способы усвоения и передачи власти. Из двух способов преемства - наследования и

усвоения - первый преобладаете Суздальской земле и потом в Московском великом

княжестве (что обнаружило большое влияние на успех единодержавия и характер власти).

Однако с конца XVI в. большое значение приобретает и принцип избрания.

Наследование как исключительное основание преемства господствует в XIV и XV вв.

(пожалование от хана есть лишь утверждение прав наследства и внешняя инвеститура, как

сказано выше). Здесь разумеется наследование по закону (обычаю), а именно родовое в

порядке старшинства, что строго соблюдалось в XIII в. и признавалось в принципе в XIV.

Но в Москве в XIV в. фактически (по неимению других сыновей) утверждается преемство

семейное (от отца к сыну); в XV в. этот порядок утверждается принципиально и потому

вступает в борьбу с началом родового преемства; последняя и решительная борьба дяди

(Юрия Дмитриевича - сына Донского) с племянников (Василием Темным - сыном

Василия Дмитриевича) кончилась победой семейного начала. Семейное преемство могло

бы снова привести государство к полному уничтожению, если бы оно получило тот вид,

какой свойственен русскому частному праву наследования (т. е. разделу наследства

поровну между всеми сыновьями и с участием дочерей и жен). В государственном праве

утверждается противоположный порядок - единонаследия. Первоначально (в конце XIV

в., со времени Дмитрия Донского) устанавливается лишь преимущественное право

наследование старшего сына (майорат); ему дается лишь больший удел "на старший

путь"; затем к концу XV в. и в 1-ой половине XVI в. ему одному вручается

государственная власть, хотя и другие сыновья получают уделы с властью в них,

зависимой от князя (сыновья Вас. Вас. Темного, кроме старшего - Ивана III: Юрий,

Андрей, Борис, Андрей Меньшой; а также и сыновья Ивана III: Юрий, Андрей, Семен -

все получили уделы). Наконец во второй половине XVI в. (при Грозном) окончательно

утверждаются право первородства и единонаследие (см. Ист. Рос. Соловьева, IV, 177 и

след, и статью В.И. Сергеевича "Как образовалась территория Моск. государства"? в

журн. "Новь", 1886, кн. 6 и 7).

Наследование по закону соединяется в московском государственном праве с

наследованием по завещанию; оба способа исключают друг друга взаимно, а действуют в

совокупности и одновременно (как и в частном праве): вел. кн. Андрей "благослови его

(Михаила Ярославича) на свой стол, ему же по старейшинству дошел бяше степень

княжения великого" (Воскр. лет., 1319 г.). В XV в. завещательное начал оберет некоторый

перевес перед наследованием по закону; именно этот способ преемства дает победу

семейному наследованию над родовым, принципу первородства и единонаследия над

удельным: "государь наш кн. вел. Весилей Дмитриевичь великое княжение дал своему

сыну в. кн. Василию", - говорили московские бояре в доказательство преимуществ прав

племянника пред дядей. В начале XVI в. завещательное право вступило в конкуренцию и

с принципом первородства: Иоанн III, когда умер его старший сын Иван (при жизни отца),

следуя порядку первородства, "Божиим изволением пожаловал и благословил великим

княжеством" внука своего Дмитрия (сына упомянутого сейчас Ивана) в 1498 г. и даже

венчал его на царство: но затем (1502) "наложил на внука своего опалу... и не велел

нарицати великим князем", а "пожаловал сына своего (от Софьи) Василия, благословил и

посадил на великое княжение Володимирское и Московское и всея Руси самодержцем"

(Воскр. лет.). Чистое применение завещательного права к преемству ни разу не было

осуществлено (ибо Ирина, которой завещал престол ее муж, царь Федор Иоаннович,

отказалась от принятия власти).

Как при родовом наследовании, так и при первородстве начало власти преемника

совпадало не с моментом смерти предшественника, а со времени совершеннолетия

наследника; в первом случае ему назначался удел, во втором он призывался к

соправительству *.

______________________

* Вас. Вас. Темный правит вместе с сыном Иваном III, и оба именуются великими

князьями (в дог. 1456 г. с В. Новгородом новгородцам предписывается "посольство

правити обема великим князем и неправы просити у обеих"). Иоанн III и его сын Иоанн

правят вместе и титулуются оба великими князьями. Объявляя потом наследником

Дмитрия и венчая его, вел. князь-дед говорил ему: "благословляю (тебя) при себе и после

себе великим княжением". Хотя Грозный не привлекал к соправительству детей, но и в

XVII в. старинный отголосок родового усвоения власти воскрес снова: царю Алексею

Михайловичу соправительствует его сын царевич Алексей (см. доп. к "к. ист. IV, № 20,39,

67 и др.). Двоецарствие Иоанна и Петра Алексеевичей хотя возникло по особым

обстоятельствам, но возможно было лишь при привычке смотреть на правящую фамилию

как на цельный орган соправителей.

______________________

Избрание. Участие народа в передаче власти (существовавшее в 1-м периоде вместе с

наследованием) не осуществлялось в XIV и XV вв., когда унаследованная власть

укреплялась ханским ярлыком. Однако и тогда "посаженье на стол" хотя и совершалось

ханским послом, но при участии духовенства и множества людей, по древнему обряду. По

освобождении от татар непрерывное законное преемство от отца к сыну, с

предварительным участием наследника во власти, не оставляло места проявлению

избирательного начала. Лишь во время борьбы Василия Темного с дядей и двоюродными

братьями (1425 г. и след.) победа первому была доставлена духовенством, боярами и

народом Москвы, которые не желали Юрия; когда побежденный и бежавший великий

князь явился в Коломну, то "отовсюду начали стекаться к нему князья, бояре, воеводы,

слуги, откладываясь от Юрия, потому что не привыкли они служить Галицким князьям".

С конца XVI в. избирательное право начало опять оживать, и не в качестве способа

чрезвычайного, при пресечении династии, а в виде способа постоянного, как добавочный

способ при наследовании. В 1584 г., перед вступлением Федора Иоанновича на престол,

был созван земской собор, который, по свидетельству Горсея, выбрал его, а по нашим

летописям, "умолил его" быть государем. В 1598 г., по прекращении династии со смертью

Федора, Борис Годунов был избран сначала народом Москвы (по предложению

патриарха), а потом - земским собором. Сын и законный преемник Бориса - Федор - был

избран думой и народным вечем ("всенародным множеством Российского государства).

Оставив в стороне узурпацию царской власти Лжедмитрием I (1605), освященную будто

бы всенародным избранием (судя по его окружной грамоте), вспомним, что по убиении

его (1606) дума собрала народ Москвы звоном колокола на Красную площадь и с лобного

места предложила избрать нового царя, которым был избран князь Василий Иванович

Шуйский. Каждый раз при таком избрании посредством веча в грамотах объявлялось, что

новый царь избран "всякими людьми Московского государства". Но именно избрание

Шуйского не считалось вполне правильным потому, что он "сел не по выбору всей

земли"; впоследствии (1610) провинциалы свергли его, однако опять при участии

народного собрания на поле за Серпуховскими воротами, с участием думы и патриарха.

Избрание королевича Владислава состоялось в думе и собрании (под открытым небом)

высшего служилого класса. В 1613 г. знаменитое избрание родоначальника дома

Романовых - Михаила - состоялось в полном земском соборе. Сын и законный преемник

Михаила - Алексей - был избран (1645) также на земском соборе: "всяких чинов люди

после смерти прежнего царя на царство обрали сына его нынешнего царя" (Котош. I, 6).

После смерти Алексея дума рассуждает, кому быть царем - старшему ли его сыну,

больному Федору, или малолетнему Петру. Но по смерти Федора дума сама не

осмеливается решить вопрос о преемстве и определяет: "это должно быть решено людьми

всех чинов Московского государства"; в действительности вопрос решен так: патриарх

оповестил с крыльца народу о собрании на обычном месте и, выйдя туда с духовенством и

думой, спросил: кому из двух царевичей быть царем? Народ отвечал: Петру Алексеевичу.

Призвание к соправительству Иоанна (1682 г) в официальных актах также приписано

решению патриарха, духовенства, бояр, дворян, гостей и чернослободцев (Поли, собр.

зак., № 920). Избрание каждый раз укрепляется "утвердительной грамотой", т. е. актом

избрания за подписью избирателей.

Утверждение и религиозное освящение власти. Активное выражение воли населения в

деле преемства престола не есть, разумеется, основной способ преемства; необходимая же

форма участия населения в этом акте - крестное целование (присяга), которое из

обоюдной присяги князя и народа в 1-м периоде теперь (за исключением одного случая

присяги царя Василия Шуйского) переходит в присягу подцаных по предписанной форме

- "подкрестной записи", неодинаковой для разных классов - служилых и тяглых; для

первых излагались специальные политические (членов думы) и служебные, для вторых -

общегражданские. Форма присяги изменялась также в зависимости от того, наступало ли

законное преемство или избрание (иногда ненадежное и шаткое); в последнем случае

подробнее перечислялись действия, которых мог опасаться против себя новый государь

(особенно в форме присяги Борису Годунову).

Религиозные обряды, несомненно, совершались при вступлении нового князя уже с

древних времен; в начале XIV в. в обряде посажения на стол участвует митрополит; в

1319 г. "прииде благоверный кн. Михаиле (Ярославич Тверской) в Русь (из Орды) и

посажен бысть на столевел. княжения в Володимери... митрополитом Киевским и в. Руси

Максимом" (Воскр. лет.); посажение совершалось тогда в церкви (сначала во Владимире,

потом в Москве - в Успенском соборе). В 1498 г. в первый раз проводится венчание,

совершенное Иоанном III над своим внуком Димитрием, т. е. возложение "венца"

(короны) и брам и (со времени Федора Иоанновича) вручение скипетра; при Василии

Ивановиче Шуйском введена новая регалия - держава; при Федоре Алексеевиче -

облечение в порфиру и произнесение исповедания веры. В церковном отношении

важнейшим актом было возложение барм (перед которым совершалось "рукоположение",

как и при посвящении в церковный сан), в государственном - возложение венца. В XVII в.

к венчанию присоединилось миропомазание. Обряд венчания совершается не непременно

митрополитом или патриархом: он может быть совершен и собором иерархов, однако это

не дает повода к мысли о зависимости светской власти от духовной.

Права власти великого князя и царя. Власть великого князя и царя именуется в этом

периоде самодержавием, чем обозначается не только ее единоличность, но и

неограниченная полнота прав. Эта черта власти коренится в древнем стремлении русского

народа к "одиначеству" с властью, т. е. в предположении тождества верховной воли с

интересами населения; в 4-м периоде лишь новгородское государственное устройство

перешло к зачаточным ограничениям княжеской власти. В Московском государстве, с

установлением единодержавия, параллельно и постепенно устанавливается и

самодержавие, что особенно заметно со времени Дмитрия Донского, при значительном

участии политических учений духовных писателей (Иосиф Волоцкий, Вассиан). Оно

складывается фактически при Иоанне III и его сыне Василии (о котором Герберштейн

пишет: "он имеет власть как над светскими, так и над духовными людьми и свободно

распоряжается жизнью и имуществом всех"), а теоретически при Иоанне IV, который

писал: "Российское самодержавство изначала сами владеют всеми царствы, а те бояре и

вельможи. Какоже самодерже наречетя, аще не сам строит"?; "Имею нужду в милости

Божией... наставления человеческого не требую" (из писем Грозного к кн. Курбскому). Но

и тогда самодержавной власти приходилось еще выдерживать борьбу с остатками

старинных притязаний бояр и удельных князей, чем особенно ознаменовалось

царствование Иоанна IV (который решился выделить себя из "земли" в опричнину), сына

его Федора, Бориса Годунова (который при венчании дал клятву, удивившую народ, об

уничтожении смертной казни), Василия Шуйского (который дал при воцарении "запись",

ограничивающую его право по отношению к жизни и имуществу подданных; ем. Собр.

госуд. гр. и дог., II, № 141, и ак. арх. эксп., II, 44) и Смутное время вообще (см. договор,

продиктованный боярами при избрании Владислава, в ак. арх. эксп., II, № 165).

Нормальный порядок, свойственный Московскому государству, установился при

царствовании дома Романовых, когда самодержавная власть указала известную долю

участия во власти боярской думе и земским соборам как необходимую помощь в делах

правления для нее самой. Впрочем, существо самодержавной власти не выражено было в

законе до самого конца существования Московского государства. На основании фактов и

отдельных узаконений извлекаются следующие черты прав царской власти в отдельности.

По отношению к церкви (теократический характер государства). Историю отношений

церкви к государству в Московский период можно рассматривать по трем эпохам: в XIV

в. церковь и государство находятся в равновесии; церковь помогает образованию

государства. С середины XV в. и в XVI в. государство берет перевес над церковью. Так

как русская православная церковь (со времени отделения Киевской митрополии)

совпадала с границами государства, то все высшие чины церкви были подданными

великого князя и царя. Тесная связь церкви с государством усилилась особенно с того

времени, когда русские митрополиты посвящались уже не в Царь-граде, а в Москве из

русских людей. Но с установлением патриаршества в России (1589) наступает 3-я эпоха:

значение церкви начинает уравновешиваться с значением государства. Некоторые

патриархи, стремясь к независимости в делах церкви, считают себя даже равными во

власти с царями и титулуются "великими государями" (Филарет - при Михаиле

Федоровиче, Никон - при Алексее Михайловиче); тогда обнаруживается обратное влияние

церкви на дела государственные. Со времени падения Никона равновесие опять

восстанавливается.

Делая общие выводы из этих эпох, можем установить, что великому князю и царю

принадлежало право участия в выборе и низложении высшего представителя церкви

(митрополита и патриарха) и местных епископов. Когда центр церковного управления

последовал за устанавливающимся центром государства (митрополит Петр с 1305 г.

большую часть времени жил уже в Москве, при Калите), старинное право рекомендации

кандидата на митрополитский престол, принадлежавшее князю, перешло к вел. кн.

Московскому.

Флонентийская уния ослабила прежнюю тесную связь русской церкви с Византией; в

Москве решились поставить митрополита (Иону) собором собственных епископов; тогда

церковь становится в ближайшую связь с государством; великий князь (Василий

Васильевич) выразил уже следующее общее начало: "Старина наша, которая ведется со

времен прародителя нашего Владимира, крестившего русскую землю, состоит в том, что

выбор митрополита принадлежал всегда нашим прародителям, в. кн. русским, а теперь

принадлежит нам... кто будет нам люб, тот и будет у нас на всей Руси (ак. арх. эксп., 1,80).

В правление вел. кн. Василия Иоанновича наступает порядок, описанный Герберштейном:

"нынешний государь обыкновенно призывает известных ему (кандидатов) и сам из числа

их избирает одного по своему усмотрению" *.

_____________________

* Следующие митрополиты, по-видимому, назначались вовсе без соборного из. бранна:

Варлаам - 1511, Даниил - 1522, св. Филипп - 1566; последний низложен и получил

мученеческий венец от царя Иоанна Грозного.

_____________________

При введении патриаршества порядок выбора патриарха установился такой: царь избирает

несколько кандидатов, тайно запечатывает в воск их имена и пересылает церковному

собору для избрания (по жребию); избирающие иерархи не знают имени избранного

(вынутый восковой жребий для вскрытия и объявления имени отсылается к царю).

Впрочем, фактически и выбор патриарха также большей частью зависел только от воли

царя (избрание Филарета и Никона).

Великому князю и царю принадлежит, далее, право инициативы церковного

законодательства и участия в самом обсуждении законов; примером может служить

деятельность Грозного на Стоглавом соборе 1551 г. В среднюю эпоху государи вступают

непосредственно в решение обрядовых и догматических вопросов (таковы действия

правительства относительно ереси "жидовствующих"). По учению Грозного, главная

задача государственной власти есть религиозное воспитание подданных: "тщюся с

усердием людей на истину и на свет наставити, да познают единого истинного Бога и от

Бога данного им государя"; т. е. государственная власть имеет вместе с тем и духовные

цели.

По отношению к территории (вотчинный характер государства). Власть великого князя

именуется вотчиной (термин, введенный в науку К.Д. Кавелиным). Происхождение

вотчинного налога (см. выше) объясняется различно: С.М. Соловьев выводил его из

наследственности уделов после Андрея Боголюбского; К.Д. Кавелин - из прежней

коллективной власти целого княжеского рода над всей русской землей, Н.И. Костомаров -

из татарского государственного права, говоря: "Верховный владыка, завоеватель Руси,

хан, называемый правильно русскими царем, роздал князьям уделы в вотчины". Мы знаем

уже, что явление это естественно объясняется из смешения государственных и частных

начал, свойственного древним временам истории всякого народа. Из этого не следует, что

сущность вотчинного начала состоит (так думает Б.Н. Чичерин) в замене

государственного права частным *.

_____________________

* Время особенного господства вотчинного начала относится к XIII - XIV вв., т. е. не

совпадает с полным развитием неограниченной великокняжеской и царской власти (XV,

XVI и XVII вв.), что указывает на различие оснований этих двух явлений. Признаки

вотчинного начала следующие: князья (великие и удельные) отчуждают свои уделы по

купчим и дарственным, завещают их сторонним лицам в целом и в частях. Более

характерные из этих актов суть духовные грамоты князей (см. духов. Калиты во II вып.

Хрест. по ист. русского права); в них отказывают части территории сыновьям, вдовым

княгиням, матерям и дочерям (Семен Ив. Гордый отказал все свое княжество своей жене

Марии); в завещательные распоряжения о государственной территории включаются и

выделы частного имущества - недвижимого и движимого (вел. кн. Иван Данилович

Калита завещает старшему сыну 18 волостей, 9 сел, 4 золотых цепи, 3 золотых пояса, 2

золотых чаши и т. д.). Но вотчинные права на территорию отличаются от прав на частное

имущество (в самих духовных грамотах того времени) как объектом этих прав, так и

сущностью их. В первом отношении "села" (частное имущество князей) отделяются от

"волостей". Владение волостями означало государственное управление ими и суд в них,

вознаграждаемые доходами от того и другого (а не хозяйственное пользование ими);

отсюда государственные пошлины именуются волостями; князья распоряжаются "тамгою

и иными волостями", а также и мыты"

_____________________

Сущность вотчинного начала состоит в распоряжении путем частных сделок

государственными правами. Отсюда, из вотчинного начала, нельзя выводить право

государей Московских на имущество их подданных.

По отношению к населению власть великого князя и царя имеет патриархальный

характер, т. е. истекает из древних оснований власти домовладыки и отца; общее

наименование подданных в отношении к государю (кроме служилых, именуемых

холопами) есть "сирота". Исходя из этого распоряжение свободой, здоровьем, жизнью и

имуществом подданных осуществляется не в личных интересах государя, а в

общественных (за преступления), причем, однако, преступления и наказания измерялись,

как правило, личным усмотрением государя ("что государь укажет"). Государю

принадлежало право устраивать браки своих подданных (относительно бояр -

непосредственно; относительно прочего населения эта власть передана наместникам). К

концу существования Московского государства власть заметно изменяет свои основания,

принимая все более полицейский характер.

По отношению к самой власти. Царь иногда отрекается от власти, поручает ее временно

или постоянно другому лицу, разделяет власть. Иоанн IV разделил власть на земскую и

опричную, назначил русским царем татарского князя Симеона Бекбулатовича.(а себе

оставил титул Ивана Московского), причем все государственные акты действительно

исходили от имени царя Симеона; отняв потом власть у этого последнего, он сделал его

великим князем Тверским. Впрочем, такие действия совершались только Иоанном IV в

эпоху болезненного напряжения его борьбы за неограниченную власть; из сущности же

теократического и патриархального начал не вытекают такие права: власть есть

обязанность, возлагаемая Богом на его носителя; он не может уклониться от ее тяготы, как

бы неподсильна она ни казалась. В смысле обязанности власть понята северорусскими

государями весьма рано. Когда в 1319 г. бояре убеждали вел. князя Михаила Ярославича

не ездить в Орду из самосохранения, то он отвечал: "Аще аз где уклонюся, то вотчина моя

вся в полону будет, множество христиан избиени будут: аще ли после того умрети же ми

семь, то лучше ми есть ныне положити душу свою за многия души" (Воскр. лет.). Он

действительно сделался мучеником государственных обязанностей власти. Об этих

обязанностях напоминала церковь во время венчания царя и в отдельных случаях: когда,

например, Иоанн III хотел бежать пред сражением с крымским ханом Ахматом, то

архиепископ Вассиан назвал его в послании "бегуном и предателем христианства".

б) Боярская дума

Место боярской думы в ряду других государственных учреждений определяется ее

отношениями к самодержавной власти. Это не есть учреждение административное или

судебное, т. е. высший центральный приказ. Дума (равно как и земские соборы) является

вспомогательным учреждением при самодержавной власти, которая чрез нее

осуществляется в частных проявлениях государственной жизни.

Основные моменты в истории боярской думы Московского государства определяются

именно отношениями ее к верховной власти. Можно различать три эпохи в ее истории.

1) В первую эпоху, т. е. в XIV и XV вв., замечается бытовое совпадение деятельности

думы с действиями княжеской власти, основанное на единстве интересов. Возвышение

Московского княжества было вместе с тем возвышением могущества и богатства

московских бояр. Отсюда успехи московского единодержавия (кроме поддержки

духовенства) главным образом объясняются содействием бояр; в истории единодержавия

были моменты ослабления, которыми могли легко воспользоваться другие княжества и

уничтожить все плоды предшествующих усилий. После Ивана Калиты и Симеона Гордого

княжил малоспособный и бездеятельный Иван Иванович; однако дело, начатое первым,

было продолжено при нем боярами (и митрополитом Алексеем) как относительно Орды и

других княжеств, так и при усмирении внутренних смут: московский тысяцкий,

соперничавший с великокняжеской властью, был убит; по слухам, убили его бояре, между

тем как народ стоял за тысяцкого и взволновался, так что многие бояре уехали на время в

Рязань. Поэтому недаром Симеон завещал братьям слушать старых бояр. По смерти Ивана

(1359) его наследником остался малолетний Дмитрий, и, разумеется, не ему, а боярам (и

св. Сергию) принадлежала победа над его соперником - князем Суздальским (1361).

Дмитрий, умирая, дал такое завещание детям: "бояре своя любите, честь им достойную

воздавайте противу служений их, без воли их ничтоже не творите" (Воскр. лет., 1389 г.).

Преемник его Василий оставил (1425) наследника Василия (Темного) 10 лег от роду;

опять дело единодержавия было спасено боярами (и митрополитом Фотием); процесс в

Орде между московским князем и его соперником-дядей выигран в пользу первого

московским боярином - Всеволжским (1431), затем, после изгнания Василия из Москвы

его соперником, последний должен был бежать из Москвы, потому что в Коломну, где

укрылся великий князь Василий, стали стекаться к нему князья, бояре, дворяне и слуги из

Москвы. Наоборот, падение других княжеств объясняется изменой местных бояр и

переходом их в Москву; Московский великий князь нарочито теснил удельных бояр,

чтобы принудить их к переходу к себе. И по установлении единодержавия в первое время

полное согласие деятельности бояр с действиями великих князей продолжалось. При

Иоанне III все важнейшие акты государственной деятельности совершались по

соглашению с боярами; женитьбу на Софье Палеолог Иоанн III предпринял так: "подумав

о сем с митрополитом, матерью своею и бояры... послал к папе" (Воскр. лет. под 1469).

Перед походом на Новгород "князь великий разосла по всю братию свою, и по все

епископы земли своея, и по князи и по бояре свои... и мысливите о том не мало, и

конечное упование положили на Господа Бога", т. е. решили войну (там же, 1471 г.).

2) Во вторую эпоху, в XVI в., происходит борьба между самодержавной властью и

боярами, начатая великим князем и продолженная боярами. Установившееся

единодержавие собрало изо всех княжеств местные боярские силы в одну Москву; кроме

того, здешнее боярство усилилось огромной массой служилых князей, лишенных уделов,

которые хотели вознаградить потерянную первую роль в деревне второй в столице. С

другой стороны, уничтожив уделы и лишив бояр права перехода и превратив их в

служилых людей, великий князь более не нуждался в их содействии для укрепления

власти (современники видели начало и причину перемены в отношениях к боярам в

прибытии византийской царевны Софии и в ее влиянии). Но Иоанн III еще допускал

возражения себе в думе, даже любил их и награждал за них. Его сын начал решать дела

сам-третей у постели, в чем видели тогда нарушение обычая (т. е. беззаконие). "Которая

земля (писал Берсень Максиму Греку) переставливает обычьи свои, и та земля не долго