Бемер Г. Иезуиты. Ли Г.Ч Инквизиция

Подождите немного. Документ загружается.

402

УПАДОК, ВОЗРОЖДЕНИЕ И РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОРДЕНА

Если иезуиты плохо повиновались генералу, то еще

менее они повиновались верховному командиру сво-

ей армии – папе. Во время столкновения Людовика

XIV с Иннокентием XI французские иезуиты стали на

сторону не курии, а короля. Когда французское духо-

венство решительно высказалось против учения о не-

погрешимости папы и его неограниченной власти над

церковью, они отнюдь не выступали в защиту этих

принципов, которые некогда защищал Ленец со всей

силой своей железной логики, а, напротив, присоеди-

нились к противникам этих принципов и осмелились

даже писать в защиту так называемых галликанских

идей, так что в 1687 году в Риме пришлось сжечь ру-

кой палача несколько иезуитских произведений.

Подобные проявления открытого возмущения повто-

рялись все чаще и чаще. Когда в 1705 году папский ле-

гат Турон запретил китайским христианам культ пред-

ков и Конфуция, иезуитские миссионеры не только не

подчинились, но стали вести против Турнона интриги,

пока китайский император не изгнал из Небесной им-

перии этого близорукого и нетактичного человека, ко-

торый все же был папским легатом. Они поступили точ-

но так же, когда курия торжественно запретила в 1715

и 1735 годах так называемые «китайские обряды»

. В

Ничто не доказывает, чтобы изгнание легата Майара де Тур-

нона было результатом иезуитских интриг. Когда Климент XI в

1715 году торжественно осудил китайские обряды, большинство

отцов подчинилось, хотя и неохотно: они знали, что это запреще-

ние приведет к гибели китайских миссий. В 1720 году они восполь-

зовались посылкой Меззабарбы, чтобы опять добиться терпимос-

ти к китайским обрядам. Но когда Климент XII в 1735 году и

Бенедикт XIV в 1742 году безусловно запретили обряды, иезуиты

примирились с этим, и некоторые из них были даже замучены во

время преследования, разрушившего их работу – Прим. Моно.

403

Внутренняя борьба и упадок

ордене нельзя было найти и следов той безграничной

и величественной в своем роде самоотвержености,

которая некогда заставила Игнатия посвятить себя и

своих учеников служению папскому престолу. Орден

повиновался теперь только тогда, когда повиновение со-

ответствовало его интересам. Во всех остальных слу-

чаях он вел себя по отношению к папской власти напо-

добие преторианцев. Лишь только папа, как, например,

серьезный и энергичный Иннокентий XI, осмеливался

идти наперекор его намерениям, орден немедленно про-

являл готовность начать борьбу с самим папой.

На другие церковные власти и на старые монашес-

кие ордена иезуиты обращали еще меньше внимания,

чем на курию. Они, казалось, приняли за правило не

допускать никаких соперников. Когда они проника-

ли в миссионерскую территорию, где до них пропо-

ведовали Евангелие другие ордены, они боролись со

своими соперниками до тех пор, пока те не уступа-

ли им своего места. Там, где, как, например, в Ки-

тае, другие ордена позволяли себе вмешиваться в

сферу их деятельности, иезуиты вступали даже в

союз с языческими властями, чтобы избавить себя от

этих смутьянов. Так же они поступали и с неугодны-

ми для них епископами. Не следует удивляться, что

в значительной части церковных сфер и особенно сре-

ди старых орденов иезуиты возбуждали не только за-

висть, но также ненависть и отвращение.

Корыстолюбие и властолюбие, полное презрение

к обетам и отказ от старых идеалов можно было бы

еще перенести, если бы иезуиты значительностью

своих услуг доказали, что церковь не может обойтись

без них. Но с конца XVII века об этом уже не могло

быть и речи. Действительные успехи орден делает

только в области языческих миссий. Напротив, в дру-

гих отраслях деятельности ордена проявляется поис-

404

УПАДОК, ВОЗРОЖДЕНИЕ И РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОРДЕНА

тине печальный недостаток в талантах, и даже в иезу-

итских школах проявляется вызывающий беспокой-

ство упадок.

В то время как в Западной и Центральной Европе

в школьное дело всюду проникали новые идеи и но-

вые идеалы, иезуитские школы упорно сохраняли

учебные планы, составленные по Ratio Studiorum 1599

года. Они не могли отказаться даже от старой пагуб-

ной системы беспрерывной смены учителей, не гово-

ря уже о дурных педагогических приемах, заимство-

ванных у гуманистов. Иезуитская школа не только не

развивалась, она приходила в упадок. В XVIII веке не-

вежество духовенства нигде не было так велико, как

в тех странах, где учителями семинарий были иезуи-

ты; нигде умственная деятельность не была так сла-

ба, как в тех странах, где ордену принадлежала абсо-

лютная монополия преподавания; нигде университеты

не пали так низко, как там, где читали лекции отцы.

Дисциплина в их учебных заведениях, пользовавша-

яся некогда широкой известностью, также пришла в

упадок, и даже латынь их учеников уже не отличалась

прежним бесспорным превосходством, хотя латынь все-

гда оставалась единственным предметом, который изу-

чали во всех иезуитских коллегиях. Понятно, что авст-

рийское, баварское и в конце концов даже испанское

правительства пытались бороться с этим печальным по-

ложением вещей. К сожалению, орден не имел ни силы,

ни желания приступить к радикальной реформе. С это-

го момента стало очевидным, что роль иезуитов как

преподавателей и воспитателей пришла к своему кон-

цу. Действительную пользу в этом отношении он про-

должал приносить лишь в Южной и Центральной Аме-

рике. Но, принимая во внимание невысокий уровень

умственного развития населения этих стран, мы долж-

ны признать, что это не слишком большая заслуга.

405

Падение иезуитского ордена

Упадок ордена в конце XVII века и в начале XVIII

был настолько глубоким, что Игнатий едва ли смог

бы узнать свое создание. Породивший его энтузиазм

угас; дисциплина, бывшая одной из основных причин

его успехов, была серьезно потрясена; конституция,

которой он более всего был обязан своими блестя-

щими победами, была расстроена и уничтожена. У

тех, кто судил о нем не по отдельным исключениям,

а по всей его деятельности в целом, не могло уже

быть сомнения в том, что час его пробил. Ибо для

проведения реформы собственными силами у орде-

на уже не хватало благоразумия и энергии, а о при-

нудительной реформе, навязанной ему извне, нельзя

было и думать.

Падение иезуитского ордена

Ни один монашеский орден со времени своего воз-

никновения не возбуждал таких живых симпатий и

антипатий, не занимал так постоянно общественно-

го мнения Европы, не породил стольких легенд, не

заставил так много писать о себе, как Общество

Иисуса. Если мы просмотрим огромную массу сочи-

нений, критическая оценка которых далеко еще не

сделана, если мы прибавим к этому суждения, слу-

чайно высказанные выдающимися государственными

деятелями, философами, поэтами

по поводу той или

иной стороны деятельности ордена, то нам придется

констатировать, что оценка ордена, даваемая обще-

Среди них мы находим даже великого поэта английского Воз-

рождения Шекспира. По поводу порохового заговора он высказал

ряд едких замечаний относительно иезуитского учения о двусмыс-

ленных выражениях. Ср.: Макбет, акт II, сцену с привратником. –

Прим. Моно.

406

УПАДОК, ВОЗРОЖДЕНИЕ И РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОРДЕНА

ственным мнением, с течением времени становилась

все более и более негативной.

В первые годы существования Общества Иисуса даже

протестанты восхваляли иезуитов как преподавателей. В

среде католической церкви каждый успех его встречали

с почти единодушным восхищением и радостью. Но в

начале XVII века положение вещей резко меняется.

Вильям Шекспир.

Портрет драматурга, подаренный английской нации

в 1856 году лордом Эллесмером

407

Падение иезуитского ордена

Даже в католическом лагере на орден обрушиваются с

памфлетами, которые, как, например, «Anti-Coton» и

«Monita secreta», по своей враждебности превосходят

все, что написали против него протестанты. Прежде чем

он успел оглянуться, просвещенные люди почти всюду

отвернулись от него, объявив ему войну во имя цивили-

зации, и в конце концов орден остался изолированным.

Почти всюду, даже в католических странах, его стали

считать опорой обскурантизма и испорченности, почти

всюду начали желать его гибели и добиваться ее всеми

средствами.

Быстрее и сильнее всего поворот общественного

мнения произошел во Франции. С самого начала ор-

ден имел здесь двух могущественнейших врагов: па-

рижский парламент и Парижский университет. Оба,

как мы знаем, всеми средствами старались помешать

его упрочению во Франции. Оба впоследствии почти

всегда были его непримиримыми противниками. Но

после 1640 года к этим двум врагам присоединился

еще третий – янсенисты, благочестивые отшельники

Пор-Рояля, стремившиеся к углублению и возрожде-

нию религиозной жизни в духе Августина. Уже того,

что янсенисты находили почитателей и приверженцев

среди наиболее высокопоставленных и образованных

людей, было вполне достаточно, чтобы вооружить

против них иезуитов.

Как только выяснилась огромная внутренняя раз-

ница, существовавшая между иезуитами и новым бла-

гочестивым движением, отцы начали борьбу с ним и

не прекращали ее до тех пор, пока не побудили ку-

рию и абсолютную монархию раздавить янсенизм без

всякой пощады.

Однако эта победа обошлась им очень дорого. В

1656 году янсенист Паскаль, один из самых мощных

и глубоких умов, который когда-либо порождала

408

УПАДОК, ВОЗРОЖДЕНИЕ И РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОРДЕНА

Франция, выпустил сатиру на теологию и нравствен-

ное учение иезуитов, которая получила широкую из-

вестность не только благодаря своему содержанию,

но и благодаря своей форме. Вся образованная Фран-

ция зачитывалась и восхищалась «Письмами провин-

циала». Напрасно иезуиты доказывали, что богато

одаренный автор работал часто слишком поспешно

и иногда неправильно истолковывал теологов-казуи-

стов. Они не могли доказать, а это и было самым су-

щественным, что Паскаль извратил общую тенден-

цию их нравственного богословия, и еще менее могли

они противопоставить этому классическому шедевру

французской прозы столь же утонченный, остроум-

ный и пламенный ответ. И тогда им впервые при-

шлось испытать на себе истину, что во Франции

смешное убивает. То, что начал Паскаль, продолжа-

ли философы XVIII века. Они возбудили против ор-

дена ненависть и презрение образованных людей. В

середине XVIII столетия орден имел во Франции

только двух друзей – короля и высшее духовенство.

Но эта дружба принесла ему скорее вред, чем пользу,

и, что еще хуже, она исчезла при первом натиске об-

щественного мнения.

Если бы орден имел врагов только во Франции, он

мог бы еще спокойно смотреть в будущее. Но тогда

Франция определяла общественное мнение всей Евро-

пы. Объявление войны со стороны друзей просвеще-

ния во Франции имело значение не для одной только

Франции. Оно было равносильно провозглашению

войны иезуитам во всей Европе. В каком положении

застала их эта война? Общество Иисуса пришло в упа-

док, было поколеблено до самого своего основания,

лишено талантов, энтузиазма, нравственной силы! Не

будучи пророком, можно было сказать с увереннос-

тью, что оно должно было пасть, пасть без долгой

409

Падение иезуитского ордена

борьбы, лишь только самая могущественная и самая

грубая из сил эпохи, монархическая власть, соединит-

ся против него со свободными мыслителями.

Любопытно, что катастрофа произошла ранее все-

го не во Франции, а в том государстве, которое обще-

ство завоевало быстрее всего и где его господство

было наиболее продолжительным и наиболее пол-

ным,– в Португалии. Оно пало здесь не под ударами

какого-либо старого противника, а под ударами свое-

го бывшего ученика, на которого оно полностью по-

лагалось и которому оно поэтому помогло прийти к

власти,– Иосифа Карвальо, маркиза де Помбаль. На-

конец, поводом к падению ордена послужили не те

бесспорные злоупотребления своей властью, в кото-

рых он был повинен и в Португалии, а вполне закон-

ное сопротивление желанию разрушить одно из самых

прекрасных его созданий – иезуитское государство в

Парагвае.

15 января 1750 года, еще до вступления Помбаля в

министерство, между Испанией и Португалией был

заключен договор о разграничении американских вла-

дений, по которому первая из этих держав передава-

ла Бразилии семь редукций иезуитского государства

в Парагвае, расположенных на востоке от Уругвая. На

основании этого договора испанское правительство

приказало отцам этих редукций покинуть вместе с на-

селявшими их 30 000 индейцев в течение одного года

свои прекрасные, цветущие поселения и основать но-

вую колонию на другом берегу реки, на испанской тер-

ритории, то есть начать все заново в пустыне.

Этот приказ не только доказывал, что иезуиты по-

теряли свое преобладающее влияние в Мадриде и Лис-

сабоне, но показывал также, что в колониальной

политике испанского правительства одержала верх си-

стема бессмысленного, грубого насилия, которая гро-

410

УПАДОК, ВОЗРОЖДЕНИЕ И РЕОРГАНИЗАЦИЯ ОРДЕНА

Император Иосиф I незадолго до своей кончины в

традиционном испанском придворном наряде (XVIII в.)

411

Падение иезуитского ордена

зила худшими катастрофами для его огромной коло-

ниальной империи. Случилось то, что должны были

бы предвидеть оба правительства заранее. Не только

индейцы, но и некоторые отцы оказали сопротивление

португальской комиссии, которой было поручено про-

вести новые границы. Когда обе заключившие договор

державы ввели в 1756 году на территорию Уругвая две

небольшие армии, краснокожие христиане выступили

при Сан-Жуане с оружием в руках против солдат, на-

ходившихся под командованием коррегидора Николая

де ла Концепцион.

Произошла настоящая битва, в которой, как и сле-

довало ожидать, победа досталась европейцам. Одна-

ко индейцы начали упорную партизанскую войну, от

которой пострадали главным образом португальские

войска. Истощенные, деморализованные, с сильно

поредевшим составом, они в конце концов были вы-

нуждены отступить, а так как оба правительства были

по другим причинам недовольны условиями догово-

ра, то в 1760 году они отказались от несчастной по-

пытки урегулировать границы, и территория уругвай-

ской миссии была возвращена Испании.

Эти события составляют исходный пункт круше-

ния не только иезуитского государства в Парагвае, но

и самого иезуитского ордена.

Помбаль, давно уже возмущенный влиянием отцов

на двор и правительство, решил уничтожить орден в

Португалии. 19 сентября 1756 года он приказал изг-

нать всех находившихся при дворе иезуитов. Неко-

торое время спустя, в 1757 году, он опубликовал свой

знаменитый «Краткий отчет о государстве иезуитов

в Парагвае», представлявший собой, несмотря на

официальную сдержанность стиля, объявление вой-

ны опасному обществу, которое осмелилось основать

собственное государство вне всякого контроля свет-