Гаркавец А.Н. (Сост. и ред.) История Казахстана в произведениях античных авторов в 2-х томах. Том 2
Подождите немного. Документ загружается.
ми, Красным морем и сценитскими арабами, которых позднее
прозвали сарацинами; на юге он имеет перед собой Месопота
мию, а прямо к востоку простирается до реки Ганга, который
прорезает земли индийцев и впадает в южное море. (14) Важ
нейшие провинции Персии, которыми управляют витаксы, т.
е. командиры конницы, цари и сатрапы, – перечислять множе
ство меньших было бы затруднительно, да и излишне – следу
ющие: Ассирия, Сузиана, Мидия, Персия, Большая Кармания,
Гиркания, Маргиана и земли бактрийцев, согдианов и саков,
далее Скифия по ту сторону Имая и до этой горы, Серика,
Ария, Паропамисады, Дрангиана, Арахозия и Гедрозия.
(27) С левой стороны простирается Мидия, соприкасающая
ся с Гирканским (Каспийским) морем. Эта страна, как можно
прочитать об этом в книгах, до правления Кира Старшего и воз
вышения Персии, была царицей всей Азии после покорения ас
сирийцев: значительное число их областей, взятых силой ору
жия, получило общее имя Атропатены. (28) Мидяне народ
очень воинственный, самый страшный после парфян, которые
одни одерживают над ними победу. Страна имеет вид четыре
хугольника. Население этих земель занимает на широком про
странстве равнины, над которыми высятся крутые горные
хребты: Загр, Оронт и Иасий. (29) Обитатели западного склона
высокого хребта Корона имеют в изобилии хлебные поля и ви
ноградники; почва у них весьма плодородна и земля изобилует
реками и родниками чистой воды. (30). Зеленеющие луга кор
мят благородную породу коней. Древние писатели рассказыва
ют о них, и я сам видел, как вельможи в начале сражений гор
до разъезжают на этих конях. Зовут их мезейскими. (31) Ми
дия в равной степени изобилует богатыми городами, поселка
ми, выстроенными наподобие городов и многочисленным насе
лением. Короче говоря, страна эта – богатейшее обиталище ца
рей.
(39) В этих местах разбросано много городов. Наиболее изве
стны из всех Зомбис, Патигран и Газак; по величине и богатст
ву выделяются Гераклея, Арзакия (Рей), Европ, Кирополис,
Экбатана. Все они лежат у подошвы Иасонийского хребта в
земле сиромидийцев. (40) Много рек протекает через эти земли;
самые большие из них Хоасп [Карун], Гинд, Амард [Кизил
Узень], Харинда, Камбиз и Кир. Название последней реке, до
вольно широкой и значительной, дал древний царь, любимец
народа, Кир, предав забвению старое, когда он выступал на за
воевание Скифского царства, потому что эта река имеет стре
230
мительность, качество, которым и он сам отличался. С такой
же порывистостью, которую проявлял Кир, она сама пробивает
себе путь и впадает в Каспийское море.
(50) Внутрь материка от Кармании живут гирканы, область
которых омывает море с тем же названием. Так как в их тощей
почве семя замирает, то земледелию уделяется мало внимания.
Они живут охотой, которая у них удивительно разнообразна.
Здесь тысячами водятся тигры и множество диких зверей. Вы
ше, помнится, я уже рассказывал, к каким разнообразным спо
собам прибегают для их ловли. (51) Тем не менее местные жи
тели не лишены знакомства с плугом: некоторые местности,
где почва плодороднее, засеиваются; есть и древесные насажде
ния, где имеются для этого подходящие условия; многие живут
здесь также и морской торговлей. (52) В этой области есть две
очень известные реки: Окс [Амударья] и Максера, через кото
рые иногда переплывают тигры, когда их томит голод, и произ
водят неожиданные опустошения в соседних местах. Кроме
многих незначительных городов, гирканы имеют два значи
тельных, расположенных на берегу моря: Соканда и Сараман
на; другие лежат внутри страны: Асмурна, Сала и более извест
ный чем эти – Гиркана.
(53) Напротив этого народа к северу живут, как рассказыва
ют, абии, весьма благочестивый народ, равнодушный ко всему
человеческому, на которых, как говорит Гомер, Юпитер взира
ет с горы Иды
33
.
(54) Местности за гирканами выпали на долю маргианам,
которые почти со всех сторон окружены высокими горами и по
тому отрезаны от моря. Хотя большая часть их земель пустын
на, вследствие недостатка влаги, есть у них, однако, несколько
городов; более известны, чем другие Ясоний, Антиохия (Мерв)
и Нигэя (Никея). (55). Соседние области занимают бактрийцы,
в прежние времена воинственный и весьма могущественный
народ, всегда враждовавший с персами, пока те не покорили
все соседние племена и не распространили на них своего имени.
А в древности там правили цари, которые были страшны даже
Аршаку. (56) Бульшая часть тех земель, также как Маргиана,
далеко находится от моря; но там водится множество живот
ных и скот, что пасется там как по низким, так и по горным ме
стам, очень крепок и силен; доказательством может служить
то, что Митридат оттуда привел верблюдов, которых римляне
впервые увидели при осаде Кизика. (57) Бактрийцам подвласт
но много народов, первые среди них тохары. Страна эта, напо
231
добие Италии, орошается многими реками; из них Артамис и
Зариасп, соединившись в одно русло, а также Ох [Теджен] и
Даргоман, после слияния между собою, преумножают своими
водами громадную реку Окс [Амударья]. (58) Есть и здесь горо
да, расположенные на реках, меньших, чем выше названные:
Хатрахарта, Аликорда, Астакана, Менапия и сама Бактра
[Балх], откуда пошло имя народа и царства.
(59) ...у самой подошвы гор, называемых Согдийскими (жи
вут согдианы). В их земле протекают две реки, вполне удобные
для судоходства: Араксат [=Araxates, Сырдарья] и Димас [Мар
гинан]. Стремительно стекая через горы и долины на равнину,
они образуют Оксийское озеро, имеющее большую протяжен
ность в ширину и длину. Из городов более известны Александ
рия, Киресхата и столица страны Дрепса [Андераб].
(60) С согдианами смежны саки, дикий народ, населяющий
невозделанные земли, годные только для скотоводства. Поэто
му нет там и городов. Над этой страной высятся хребты Аскани
мия и Комед, у подошвы которых через селение, именуемое Ка
менная башня (Lithinos pyrgos), проходит большой торговый
путь, по которому ведутся сношения с серами [китайцами].
(61) В местах, где оканчиваются горы, называемые Имав
скими и Апурийскими, живут в пределах Персии скифы, кото
рые граничат с азиатскими сарматами и соприкасаются с край
ними пределами земли аланов. Заброшенные в отдаленный
угол земли, привычные к пустыне, они живут в далеко отстоя
щих одно от другого обиталищах и довольствуются скудным и
бедным пропитанием. (62) Эти пределы населяют различные
народы, перечислять которые считаю в данном случае излиш
ним, так как спешу перейти к другому предмету. Но следует от
метить, что среди этих народов, почти не доступных изза их
чрезвычайной дикости и грубости, есть кроткие и благочести
вые люди, каковы яксарты и галактофаги, о которых упомина
ет поэт Гомер в следующих стихах:
...дивных мужей гиппомолгов,
Бедных, питавшихся только млеком,
справедливейших смертных
34
.
(63) Из множества рек, которые в этих землях природа или
соединяет с более важными или доводит в собственном течении
до моря, знамениты Римм [Газури], Яксарт [Амударья] и Даик
[Урал]. Из городов известны только три: Аспабота, Хавриана и
Сага.
232
(64) За этими землями обеих Скифий с восточной стороны
высокие горные хребты, образуя округлую линию, охватывают
область серов, которые известны плодородием своих обширных
земель. С запада граничат они со скифами, с севера и востока
примыкают к снежной пустыне, а с юга простираются до Ин
дии и Ганга. Горные хребты тех мест носят имена: Анниба, Ан
закий, Асмира, Емод и Опорокорра. (65) В этой стране, кото
рая, будучи ограждена крутыми горами, постепенно переходит
в огромную низменность, медленно протекают две реки: Эхард
[Селенга?] и Баутис [Гоанго]. Природные условия различных
местностей здесь не одинаковы: в одном месте – ровная низмен
ность, в другом – невысокая горная страна, и потому земля эта
обильна хлебом, скотом и древесными насаждениями. (66)
Плодородные земли населяют различные народы: в сторону се
вера и снегов – антропофаги, аннибы, сизиги, харды; к востоку
– рабанны, асмиры и самые знаменитые из всех есседоны, к ко
торым с запада примыкают афагуры и аспанары; с юга под кру
тыми склонами гор живут бэты. В этой стране городов хотя и не
много, но они велики и богаты. Наибольшие из них: Асмира,
Есседон, Аспакара и Сера; все они красивы и очень известны.
(67) Серы живут в глубоком мире, не знают оружия и войны, и
так как тихие и мирные люди более всего дорожат спокойстви
ем, то они не причиняют никаких затруднений своим соседям.
Климат у них приятный и здоровый, небо ясное, ветры легкие
и приятные. Во многих местах растут редкие леса; плоды с де
ревьев они обрабатывают частым обрызгиванием, как скорня
ки шкуру, и из похожей на шерсть, размягченной водой массы
вычесывают тонкие нити, ткут основу и изготовляют материю
“серик” [шелк]; раньше эту ткань использовали только вельмо
жи, а в настоящее время она пошла в ход даже у самых простых
людей. (68) Отличаясь удивительной умеренностью и дорожа
спокойной жизнью, серы избегают общения с другими народа
ми. Если же чужеземцы переправляются через реку ради по
купки ткани или чегото другого, то оценку предложенного то
вара производят только глазами, не произнося ни одного сло
ва
35
. Они настолько воздержаны, что, обмениваясь собственны
ми продуктами, сами не покупают ничего чужеземного.
(69) За серами живут ариане, открытые дуновениям Борея
(к северу). Через их земли протекает судоходная река Ария, ко
торая образует огромное озеро с тем же названием. В этой стра
не много городов; из них известны – Витакса, Сарматина, Соти
233
ра, Нисибис и Александрия; от этого последнего города водным
путем до Каспийского моря 1500 стадий
36
.
Книга XXVI
4. (1) Итак, Валентиниан был провозглашен императором в
Вифинии, как я об этом рассказал. Он отдал приказ выступать
на следующий день, а пока созвал к себе на совет лиц высшего
ранга и, выставляя напоказ свою мнимую готовность следовать
хорошим советам других, а не своим единоличным решениям,
поставил вопрос о том, кого ему следует избрать соправителем.
Все молчали, а Дагалайф, бывший тогда командиром конницы,
дал такой прямолинейный ответ: “Если ты, добрейший госу
дарь, любишь своих родных, то есть у тебя брат, а если отечест
во, то ищи, кого облачить в пурпур”. (2) Император разгневал
ся на эти слова, но промолчал и, скрывая свои мысли, прибыл
ускоренным маршем 1 марта в Никомедию. Здесь он назначил
своего брата Валента начальником императорской конюшни в
ранге трибуна. (3) Оттуда он прибыл в Константинополь. Обду
мав различные обстоятельства и сознавая, что государственные
дела огромной важности, и притом неотложные, превосходят
его силы, он решил далее не откладывать. И вот 28 марта он вы
вел Валента в предместье и при всеобщем одобрении, – по край
ней мере никто не смел возразить, – провозгласил его Авгус
том. Облачив его в императорские одежды и повязав диадему
на его голове, он привез его во дворец в одной колеснице с собой
как законного соправителя, но в действительности, как станет
ясным это из моего дальнейшего изложения, подчинявшегося
ему во всем настолько, как будто он был его подчиненным.
(4) Едва устроилось благополучно это дело, как оба импера
тора заболели тяжелой и продолжительной лихорадкой, а ког
да они оправились от болезни, то, будучи вообще более склон
ными к сыскам и следствиям, чем к упорядочению всяких дел,
– поручили магистру двора Урзацию, грубому далматинцу, и
Вивенцию из Сисции
37
, который тогда состоял квестором, про
извести строжайшее следствие о возможных причинах постиг
шей их болезни. Настойчиво ходившие слухи истолковывали
это в том смысле, что целью было вызвать вражду к памяти им
ператора Юлиана и к его друзьям, поскольку, мол, болезнь на
ведена на императоров колдовством. Но все это развеялось само
собой, так как не нашлось ни малейшего намека на какиелибо
тайные замыслы. (5) В это время по всему римскому миру,
словно по боевому сигналу труб, поднялись самые свирепые на
234
роды и стали переходить ближайшие к ним границы. Галлию и
Рецию одновременно грабили аламаны, сарматы и квады – обе
Паннонии; пикты, саксы, скотты и аттакотты терзали непре
рывными бедствиями Британию; австорианы и другие племена
мавров сильнее обычного тревожили Африку; Фракию грабили
разбойнические шайки готов. (6) Царь персидский пытался на
ложить свою руку на армян и прилагал все усилия к тому, что
бы опять подчинить эту страну своей власти под тем несправед
ливым предлогом, что после смерти Иовиана, с которым он за
ключил мирный договор, ничто не должно препятствовать ему
завоевать все то, на что он указывал, как на принадлежавшее
его предкам.
Книга XXVII
4. (10) С возрастанием силы римского государства, еще при
консулах, Марк Дидий одолел после упорного сопротивления
эти племена, которые оставались до тех пор неукрощенными и
бродили в диком состоянии, не зная никаких законов; Друз за
ставил их ограничиваться пределами своей земли, Минуций
разбил их в битве у реки Гебра, которая стекает с крутых гор
одрисов, а затем остатки их были истреблены проконсулом Ап
пием Клавдием. Римский флот захватил города, расположен
ные на Босфоре и Пропонтиде. (11) После этого явился туда
полководец Лукулл. Он первый сразился с диким племенем
бессов и в том же самом походе раздавил гемимонтанов, несмо
тря на их жестокое сопротивление. Под его угрозами вся Фра
кия перешла во власть наших предков, и таким образом после
опасных походов приобретены были шесть провинций.
(12) Первая из них, передняя, которая граничит с Иллири
ком, называется Фракией в собственном смысле слова. Ее укра
шают большие города Филиппополь, именовавшийся в древно
сти Евмольпиалой, и Берея. Далее – Гемимонт с большими го
родами Адрианополем, который раньше назывался Ускудама,
и Анхиалом. Затем – Мезия, где лежит Маркианополь, назван
ный так от имени сестры императора Траяна, Доростор [Силис
трия], Никополь и Одисс [Варна]. Рядом с ней лежит Скифия,
более известные города которой – Дионисополь, Томы [Кюстен
дже, Констанца] и Калатис. Крайняя провинция – Европа, в
которой помимо небольших городов находятся известные два –
Апры и Перинф, впоследствии названный Гераклеей. (13) При
мыкающая к этой провинции Родопа имеет города Максимиа
нополь, Маронею и Энос. Последний город был основан Энеем,
235
который, оставив его, после долгих странствий, под непрестан
ным воздействием благих предзнаменований, поселился в Ита
лии.
Книга XXIX
6. (8) Квады с сарматами, племена, отличавшиеся особой
умелостью в деле грабежей и разбоев, распространяя все шире
и шире круг своих набегов, уводили в плен мужчин и женщин,
угоняли скот, злобно радуясь грудам пепла от сожженных се
лений, страданиям убитых жителей, и без всякой пощады из
бивали последних, нападая на них врасплох. (9) Страх перед
подобными бедствиями распространился по всем соседним ме
стностям, а находившийся тогда в Сирмии префект претория
Проб, совершенно не знакомый с ужасами войны, до того был
поражен печальным зрелищем, что едва смел поднять глаза. Он
долго пребывал в нерешительности, недоумевая, что ему пред
принять, и приготовил уже на ближайшую ночь быстрых ло
шадей для бегства из Сирмия. Но он внял, однако, лучшим со
ветам и остался на месте. (10) Ему сказали, что все находящие
ся в городе немедленно последуют его примеру, чтобы укрыть
ся в подходящих убежищах, а если это случится, то город, без
всякой попытки защищаться, попадет в руки врага. (11) Поэто
му, уняв малопомалу свой страх, он с решимостью принялся за
необходимые настоятельные меры: вычистил рвы, заваленные
мусором, принялся за ремонт стен, которые в большей своей
части пришли вследствие продолжительного мира в запущение
и завалились, снабдил их грозными башнями. Он имел прист
растие к постройкам, ускорению же дела содействовало то об
стоятельство, что он нашел готовый материал, собранный уже
давно для сооружения театра и оказавшийся теперь достаточ
ным для возведения построек, с которыми приходилось спе
шить. К этим мероприятиям он прибавил еще одно: с ближай
шего поста призвал в город когорту стрелков, чтобы в случае
осады она могла защитить его.
(12) Эти предосторожности отвратили варваров от осады го
рода: они не были достаточно искусны в этом роде войны, их об
ременяла к тому же добыча, и они стали выслеживать Экви
ция. Узнав из показаний пленных, что Эквиций ушел в очень
отдаленные места Валерии, они поспешно направились туда,
сердясь на него и злоумышляя на его жизнь за то, что, как они
думали, он обманул их ни в чем не повинного царя. (13) Пока
они в озлоблении спешили туда, двинуты были им навстречу
236
два легиона, Паннонский и Мезийский, достаточно большая
боевая сила. Если бы между ними было единодушие, то без вся
кого сомнения, они оказались бы победителями. Но у них вы
шли раздоры, они спорили о чести и достоинстве и спешили по
отдельности напасть на разбойников. (14) Хитрые сарматы по
няли это и, не ожидая формального сигнала к битве, напали
сначала на Мезийский легион и, пока солдаты в смятении хва
тались за оружие, многих убили. Возгордившись от успеха и
воспрянув духом, они прорвали боевую линию Паннонского ле
гиона и, разделив силы отряда, вторичным ударом едва не ис
требили всех; лишь немногих спасло от смерти поспешное бег
ство.
(15) Во время этих несчастий дука Мезии Феодосиймлад
ший, тогда еще юноша с едва пробивавшейся бородой, а впос
ледствии славный император, несколько раз изгонял свобод
ных сарматов, называемых так в отличие от восставших против
них рабов, и наносил им поражения во время их вторжений в
наши пределы на другой стороне. Стекавшиеся их полчища,
несмотря на храброе сопротивление, он разбил в многократных
стычках так решительно, что насытил диких зверей и хищных
птиц кровью множества павших. (16) Остальные, когда уже ос
лабел задор, стали бояться, что этот полководец, проявивший
такую энергичную доблесть, разобьет или обратит в бегство их
вторгающиеся шайки на самой границе или устроит засаду в
глуши лесов. После многих тщетных попыток прорваться, ко
торые они предпринимали время от времени, они оставили
свой бранный задор, просили о забвении прошлого и, чувствуя
себя в данное время побежденными, не делали ничего противо
речащего условиям предоставленного им мира. И тем более ох
ватил их страх, что для охраны Иллирика прибыли большие
силы из галльской армии.
Книга XXX
2. (5) По возвращении нашего посольства, прибыл сурена,
второе лицо в государстве после царя, и предложил императору
те самые округа, которые, не задумываясь, приняли наши по
слы. (6) Ему был устроен любезный и пышный прием, но отпу
щен он был, не добившись того, чего требовал, и вслед за тем
были начаты большие приготовления к военным действиям.
Имелось в виду, что когда дело пойдет к весне, император
вторгнется в Персию с тремя армиями, и для этого с величай
237
шей поспешностью нанимали вспомогательные отряды ски
фов
38
.
5. Валентиниан, намереваясь начать военные действия про
тив сарматов и квадов, опустошавших Паннонии, отправляет
ся в Иллирик. Перейдя Дунай, он опустошает области квадов,
предает огню поселки и истребляет варваров без различия воз
раста.
(1) С наступлением весны Валентиниан выступил из Треви
ров и быстрым маршем двинулся по обычным дорогам. Когда
он уже подходил к тем областям, куда направлялся, к нему
прибыли послы сарматов. Распростершись у его ног, они обра
щали к нему миролюбивые моления, чтобы он в милостивом и
кротком настроении шел к ним, так как он найдет их земляков
невиновными ни в чем ни советом, ни делом. (2) На их много
кратные повторения одного и того же император, внимательно
обдумав это дело по соображениям данного момента, дал им от
вет, что приписываемые им поступки должны быть расследова
ны на месте их совершения самым тщательным образом и при
вести к денежному взысканию. Затем он вступил в иллирий
ский город Карнунт
39
, находящийся в настоящее время в запу
стении и в развалинах, но представлявший собой весьма удоб
ный пункт для командира армии, так как с этой близкой к гра
нице стоянки, когда случай или расчет даст такую возмож
ность, легко было задерживать варварские набеги.
Книга XXXI
1. (1) Между тем Фортуна со своим крылатым колесом, веч
но чередуя счастливые и несчастные события, вооружала Бел
лону вместе с Фуриями и перенесла на Восток горестные собы
тия, о приближении которых возвещали совершенно ясные
предсказания и знамения. (2) Помимо многих вещих предска
заний, изреченных прорицателями и авгурами, были еще та
кие знамения: метались собаки под вой волков, ночные птицы
издавали жалобные крики, туманный восход солнца омрачал
блеск утреннего дня, а в Антиохии в ссорах и драках между
простонародьем вошло в обычай, если ктото считает себя оби
женным, дерзко восклицать: “Пусть живым сгорит Валент”;
постоянно раздавались возгласы глашатаев, приказывавших
сносить дрова, чтобы протопить бани Валентина, которые были
сооружены по приказанию самого императора. (3) Все это чуть
ли не прямо указывало, какой конец жизни грозит императо
ру. Кроме того, дух убитого армянского царя и жалкие тени
238
лиц, недавно казненных по делу Феодора, являлись многим во
сне, изрекали страшные зловещие слова и наводили ужас. (4)
Нашли както мертвого орла, лежавшего с перерезанным гор
лом, и смерть его знаменовала собой громадные и всеохватные
бедствия общегосударственного значения. Наконец, когда сно
сили старые стены Халкидона, чтобы построить баню в Кон
стантинополе, сняв ряд камней, нашли на квадратной плите,
находившейся в самой середине стены, следующую высечен
ную надпись, которая совершенно определенно открывала бу
дущее:
(5) Но когда влажные Нимфы по граду закружатся в пляске,
В резвом веселье вдоль улиц несясь хорошо укрепленных,
И когда стены со стоном оградою станут купанья:
В эту годину толпа несметная бранных народов,
Силой прошедши Дуная прекрасно текущего волны,
Скифов обширную область и землю мизинцев погубит.
В дерзком и диком порыве вступивши в страну пеонийцев,
Там же и жизни конец обретет и жестокую гибель.
2. (1) Семя и начало всего этого несчастья и многообразных
бедствий, вызванных яростью Марса, который своим пожаром
сотрясает мир, восходит, как выяснено, вот к какому событию.
Племя гуннов, о которых древние писатели осведомлены очень
мало, обитает за Меотийским болотом в сторону Ледовитого
океана и превосходит своей дикостью всякую меру. (2) Так как
при самом рождении на свет младенца ему глубоко прорезают
щеки острым оружием, чтобы тем задержать своевременное по
явление волос на зарубцевавшихся надрезах, то они доживают
до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Чле
ны тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, они имеют
чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за
двуногих зверей, или уподобить тем грубо отесанным наподо
бие человека чурбанам, которые ставятся на краях мостов. (3)
При столь диком безобразии человеческого облика, они так за
калены, что не нуждаются ни в огне, ни в приспособленной ко
вкусу человека пище; они питаются корнями диких трав и по
лусырым мясом всякого скота, которое они кладут на спины
коней под свои бедра и дают ему немного попреть. (4) Никогда
они не укрываются в какие бы то ни было здания; напротив,
они избегают их, как гробниц, далеких от обычного окружения
людей. У них нельзя встретить даже покрытого камышом ша
лаша. Они кочуют по горам и лесам, с колыбели приучены пе
реносить холод, голод и жажду. И на чужбине входят они под
239