Мишель А. Идея государства. Критический опыт истории социальных и политических теорий во Франции со времени революции

Подождите немного. Документ загружается.

231

¢_gk` ld`£

публицисты, отождествляя счастие с одной свободой, не переставали

дискредитировать правительство, смотря на последнее «как на искон-

ного врага свободы». Они утверждают, что страна тем счастливее, чем

менее ей управляют; что правительство, подобно налогу, лишь «не-

обходимое зло», и что усилия либералов «должны быть направлены

к его возможному ослаблению»

³⁹⁸

. Необходимо, поэтому прежде всего

противодействовать этой тенденции, необходимо «призывать» пра-

вительственное вмешательство столь же решительно, сколь решитель-

но Адам Смит его устраняет

³⁹⁹

, и возвратить ему «силу», несправедли-

во «отнятую» у него

⁴⁰⁰

Но раз сила правительства будет восстановлена и его кредит воз-

обновлен, на что оно должно будет употребить его? Оно должно будет

прежде всего перестать «содействовать индустриализму»

⁴⁰¹

, уничто-

жить безграничную конкуренцию, способствовать «организации тру-

да»

⁴⁰²

, которая, не вводя вновь цехового строя

⁴⁰³

—

Сисмонди говорит,

однако, о последнем с признательностью, но не желает его «восста-

новления», так как «мир никогда не надевает сброшенных оков»

⁴⁰⁴

—

обеспечила бы трудящимся главные выгоды «старой системы»

⁴⁰⁵

Это не все: Сисмонди касается также основ собственности. Он по-

казывает, что к земле не следует относиться так же, как к остальным

предметам. Почему право собственности на землю санкционируется

обществом? Потому, что оно приносит обществу выгоду. Человек, ко-

торый огораживает поле и говорит: «это мое», оказывает услугу всем.

Он дает возможность существовать также и тому, кто не имеет свое-

го поля и кто не мог бы жить, если бы поле первого не доставляло из-

лишка продуктов. Таким образом, узурпация в данном случае «благо-

детельна», и общество «хорошо делает, гарантируя ее». С другой сто-

роны, из вышеприведенного рассуждения не следует, что земельная

собственность опирается на какое-то «предшествующее естественное

право». Она

—

«общественный дар». Для подтверждения этого взгля-

да Сисмонди, во-первых, доказывает, что «земельная собственность

не является полным созданием промышленности, как собственность

³⁹⁸

Études sur les Sciences sociales (Т.

С. 193).

³⁹⁹

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

. С. 336).

⁴⁰⁰

Études sur les Sciences sociales (Т.

С. 48).

⁴⁰¹

Ibid (Т.

iii

. С. 365).

⁴⁰²

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

С. 407, 414

–

415).

⁴⁰³

Ibid (Т.

С. 428).

—

Ср. Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 338

–

339).

⁴⁰⁴

Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 361).

⁴⁰⁵

См. подробности в Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

. С. 344).

232

`_dg hgi]^j

на какое-либо произведение человека», а во-вторых, ссылается на ис-

торию, которая показывает, что очень многие народы не знали «при-

своения земли». Но если это так, то общество, которое «берет под

свое покровительство» земельных собственников, должно поставить

делаемое им пожалование в зависимость от «условий», вытекающих

из «духа самого этого пожалования». Оно должно подчинить земель-

ную собственность законодательству, «при котором она существова-

ла бы на благо всем»

⁴⁰⁶

Таким образом, Сисмонди требует от государства вмешательства

в промышленность, торговлю, организацию труда, порядок землевла-

дения. Он требует от него, кроме того, заботы о том, чтобы «класс,

живущий умственным трудом… чрезмерно не размножался», так как

страдания развитых и образованных людей в случае недостатка хлеба

гораздо более мучительны, чем страдания всякого другого разряда лю-

дей»

⁴⁰⁷

. Это не недоверие к просвещению, а сочувствие к страданиям

людей и желание счастия наивозможно большему числу из них. Чтобы

добиться такого результата, Сисмонди не колеблясь обращается с мно-

гократными призывами к власти.

Он приписывает себе или своим противникам

—

например,

Ж. Б. Сэю

—

два довода, которые, по его мнению, превосходно оправ-

дывают его принцип. Первый

—

тот, что в числе вольностей, всегда

столь достойных уважения

—

Сисмонди высказывает уважение к сво-

боде, даже уничтожая ее,

—

многие являются «дарами общества», ко-

торые не могли бы существовать у «дикого человека» и могут быть

«изменены тою же самою публичною властью, которая их гарантиру-

ет»

⁴⁰⁸

. Второй

—

тот, что в действительности правительство никогда

«не оставалось нейтральным». Поэтому, когда требуют его вмешатель-

ства в настоящее время, это не значит, что его хотят втянуть в дела, ко-

торые ему были до сих пор чужды, а хотят побудить его «уничтожить

сделанное им зло… изменить созданное им положение вещей»

⁴⁰⁹

«Все, что является результатом нашей деятельности,

—

говорит он

также, счастливо формулируя свою мысль,

—

подчинено нашей кри-

тике, и власть законодателя простирается главным образом на злоупо-

⁴⁰⁶

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

С. 159

–

160 и 203).

Правительство должно благоприятствовать развитию земледелия, следить

за способами эксплуатации и путем ряда законодательных актов ограничить

самое право собственника. (См. Ibid. Кн.

iii

⁴⁰⁷

Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 256).

⁴⁰⁸

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

. С. 339).

⁴⁰⁹

Nouveaux principes d’Économie politique. Пояснение (Т.

. С. 463).

233

¢_gk` ld`£

требления, являющиеся результатом его законов»

⁴¹⁰

. Напоминая эту эле-

ментарную, но слишком часто забываемую истину (т. е., что государ-

ство стоит не пред лицом совершенно нового и чуждого ему мира, чем

можно было бы объяснить требование не касаться этого мира и в на-

стоящее время, а напротив того, пред лицом мира, ему близкого и тре-

бующего поэтому его воздействий), Сисмонди пускает в обращение

принцип чрезвычайной важности.

Тот же самый человек, который в политической экономии борет-

ся против laissez faire и проповедует постоянное вмешательство го-

сударства, в политике выступает решительным противником народ-

ного верховенства в духе Руссо. Все по тем же самым основаниям, он

отдает предпочтение фактам пред абстрактными теориями. Но народ-

ное верховенство, «необходимым» следствием которого, по мнению

Сисмонди, является всеобщее избирательное право

⁴¹¹

, и есть не что

иное, как абстракция самой чистой воды. В действительности каждая

нация представляет из себя «целое, составленное из разнородных ча-

стей». Каждая часть обладает своей волей. Роль законодателя состоит

в том, чтобы «гармонически слить эти воли в одну», считаясь с народ-

ным желанием

⁴¹²

. Сисмонди выставляет против всеобщего избира-

тельного права массу возражений. Оно «принижает» все, что стремит-

ся возвыситься

⁴¹³

, и, «смотря на людей, как на простые цифры, как

на равные единицы, считает их, вместо того чтобы взвешивать»

⁴¹⁴

На подчинение меньшинства большинству нельзя смотреть, как на ес-

тественное право

⁴¹⁵

. Оно

—

лишь результат спорного соглашения. Кро-

ме того, всеобщее избирательное право имеет противореволюцион-

ный характер

⁴¹⁶

Каким же образом, по мнению Сисмонди, народное желание за-

меняет всеобщее избирательное право? «Существом свободы» следу-

ет считать скорее право «возвышать голос», чем право подавать его.

⁴¹⁰

Ibid (Т.

. С. 347).

⁴¹¹

Études sur les Sciences sociales (Т.

С. 90).

⁴¹²

Études sur les Sciences sociales (Т.

С. 90).

⁴¹³

«Управлять должны люди мыслящие… Вводить невежд в национальные сове-

ты значит выпускать на арену для борьбы с гладиаторами безоружных людей»

и проч. Ibid (Т.

С. 312).

⁴¹⁴

Ibid (Т.

С. 54).

⁴¹⁵

Ibid (Т.

С. 303, 74).

⁴¹⁶

«Если бы гражданская и религиозная свобода во Франции стояли в связи с все-

общим избирательным правом, то духовенство и короли выиграли бы от этого

и свобода скоро была бы потеряна». Ibid. (Т.

С. 87).

234

`_dg hgi]^j

Истинное народное верховенство

—

«это господство народного разу-

ма»

⁴¹⁷

. В политике Сисмонди сходится с доктринерами. Подобно им,

он верит в верховенство разума

⁴¹⁸

. Подобно им, он хочет организо-

вать представительство интересов, а не представительство партий

⁴¹⁹

и, подобно им, смотрит на представительство интересов не только как

на гарантию хорошего строя, но и как на гарантию «политической сво-

боды», в высшей степени благоприятствующей развитию нравствен-

ности народов

⁴²⁰

. Разница между ним и доктринерами в том, что по-

следние хоть отчасти индивидуалисты, тогда как он, безусловно, нет.

Если Сисмонди хочет создать политическую свободу, опираясь

на представительство интересов, на выражение народного желания

и на господство народного разума, то причиной этого служит не мысль

о праве народа вмешиваться в свою собственную судьбу, а мысль

о «праве народа освещать с возможной ясностью все вопросы, под-

лежащие его решению»

⁴²¹

—

говоря иначе, о праве наилучшим обра-

зом руководить своими интересами. По тем же соображениям власть

должна быть сильной. А так как цель общества

—

забота о всеобщем

счастии, то его права «ограничены самой этой целью». «Между обще-

ством и его членами существует своего рода молчаливый договор, со-

гласно которому каждый ставит границы своему повиновению, или,

что то же, границы власти правительства по отношению к нему». Об-

щество ни в каком случае не имеет права «на совесть и добродетель»

своих членов. Но того же самого нельзя сказать об их счастии и жизни.

Ибо «какова бы ни была цена жизни отдельного индивидуума, жизнь

государства еще драгоценнее, и общество имеет поэтому право жерт-

вовать частью для целого»

⁴²²

. За исключением «нравственной обла-

сти», где, по сильному выражению Сисмонди, «добродетель индиви-

дуума

—

самостоятельное целое», государство выше гражданина.

В общем, по мнению Сисмонди, следует противодействовать двум

важным «заблуждениям»

⁴²³

: в политической экономии

—

заблуждению,

вызываемому индустриализмом; в политике

—

абстрактной теории на-

родного верховенства

⁴²⁴

. Он является, таким образом, одновременно

⁴¹⁷

Ibid (Т.

С. 111).

⁴¹⁸

Ibid (Т.

С. 84).

⁴¹⁹

Ibid (Т.

С. 137).

⁴²⁰

Études sur les Sciences sociales (Т.

С. 23).

⁴²¹

Ibid (Т.

С. 143, 132).

⁴²²

Ibid (Т.

С. 36

–

37).

⁴²³

Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 226, 234).

⁴²⁴

Ibid (Т.

С. 73).

235

¢_gk` ld`£

противником и Смита, и Руссо, противопоставляя требованию без-

граничной экономической свободы право и обязанность государства,

требованию всемогущества большинства

—

такой общественный поря-

док, который способен (по крайней мере, по его мнению) предотвра-

тить всякие эксцессы власти.

Сходясь в своих выводах, политическая экономия и политика Сис-

монди не чужды все же некоторых кажущихся разногласий. Чтобы

установить между той и другой гармонию, нужно обратиться к руко-

водящей идее Сисмонди, к преобладающему у него утилитаризму, к за-

боте о счастии. В его глазах политическая экономия

—

«подробно раз-

работанная теория благотворительности» и «все то, что, в конечном

счете, не касается человеческого счастия, не относится к области этой

науки»

⁴²⁵

. В политике критерием служит также общее счастие. Чело-

век отказывается от известных «прав», чтобы обеспечить себе извест-

ные «выгоды». Если человек поймет, что «равное распределение по-

литических прав, всеобщее избирательное право… должно доставить

торжество невежеству и нерадивости»; что «равный раздел имуществ

должен привести не к избытку, а к нищете и всеобщему варварству»,

то он будет искать «не равенства политических прав, а мудрости на-

родных советов», не равного раздела приобретенных богатств, а обес-

печения постоянного общественного труда и повсеместного изобилия

его продуктов

⁴²⁶

. Не следует говорить, прибавляет Сисмонди, «того

требует принцип», а «того требует польза»

⁴²⁷

. Таким образом, в свою

очередь, Сисмонди по-своему подрывает доверие к абстрактному по-

нятию права, не доходя, однако, подобно сен-симонистам, до отрица-

ния свободы совести.

Отличительной чертой Сисмонди следует считать, кроме того,

стремление сохранить равновесие между крайностями. Он соединя-

ет чувство свободы с живейшей склонностью к государственному вме-

шательству. Он постоянно обращается к человеческой воле и относит-

ся с высоким уважением к фактической необходимости, к историче-

ским условиям. Наконец, он признает, что власть, которой он охотно

готов предоставить все, «представляет, вообще говоря, продукт стече-

ния обстоятельств», что «ей можно пользоваться и располагать, когда

она существует, но нельзя ее создать»

⁴²⁸

. Сисмонди и очень осторожен,

⁴²⁵

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

. С. 250). Ср. Études sur les Sciences sociales

(Т.

iii

. С. 226).

⁴²⁶

Études sur les Sciences sociales (Т.

. Предисловие. С.

–

⁴²⁷

Ibid (Т.

С. 71).

⁴²⁸

Ibid (Т.

С. 235).

236

`_dg hgi]^j

и очень смел. Смел до того, что им произнесены некоторые из тех ре-

шительных выражений, которыми впоследствии воспользовались со-

циалисты

⁴²⁹

. Осторожен как политик до того, что боится всякой ре-

волюции и заявляет, что народы должны стремиться к постепенно-

му прогрессу «в согласии даже с самыми дурными правительствами»

⁴³⁰

;

до того, что отказывается от выводов из своего собственного принци-

па и чистосердечно признается, что, указав, «в чем состоит справедли-

вость», он не чувствует себя способным «указать средства к ее осуще-

ствлению»; до того, что, по его словам, почти выше человеческих сил

представить себе такой строй собственности, который абсолютно от-

личался бы от существующего

⁴³¹

Впрочем, Сисмонди искренен в этом смешении смелости и осто-

рожности. Он задается вопросом, насколько он приближается и в чем

расходится с Оуэном, Фурье и всеми теми, кто, подобно ему самому,

хотя и с другой точки зрения, стоял за ассоциацию

⁴³²

. Он много раз

извиняется, что нападает на Адама Смита и, выступая против эко-

номистов, тщательно оговаривается, что «события промышленного

мира создаются не экономистами», а потому последним нельзя «при-

писывать страданий» трудящихся

⁴³³

Он хорошо сознает и не скрывает этого, что им сказано достаточно

для возбуждения всеобщего недовольства и слишком мало для полно-

го удовлетворения кого-либо. С ним не могут примириться ни чистые

экономисты, так как он неоднократно осуждает laissez faire, ни рево-

люционеры, так как, даже требуя вмешательства закона, он ожидает

от него не непосредственных результатов, а медленного и прогрессив-

ного воздействия

⁴³⁴

⁴²⁹

Многие из них я уже приводил. Вот, например, еще одно. Изучая экономиче-

ские чудеса

xix

века, говорит он, «мы повсюду видим материальный прогресс,

повсюду видим страдания людей». Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 220).

А вот еще. Этими словами заканчивается Nouveaux principes d’Économie politique

(Т.

. С. 464). «Новое явление, представляемое богатыми нациями, где народ-

ная нищета постоянно возрастает вместе с материальным богатством и где

класс, производящий все, с каждым днем приближается к полной нищете».

⁴³⁰

Ibid (Т.

С. 376).

⁴³¹

Nouveaux principes d’Économie politique (Т.

. С. 364).

⁴³²

Ibid (Т.

. С. 365).

⁴³³

Études sur les Sciences sociales (Т.

iii

. С. 211).

⁴³⁴

Ibid (Т.

iii

. С. 336).

237

¢_gk` ld`£

ii.

Христианская политическая экономия Вилльнев-Баржемона

⁴³⁵

имела

в глазах современников такое важное значение, в котором нам доволь-

но трудно дать себе отчет. Социалисты цитируют этого писателя как

авторитет

⁴³⁶

. Экономисты отводят ему почетное место

⁴³⁷

. Его книга

длинна и переполнена цифровыми данными, не отличающимися но-

визной. Но его полемика против промышленной конкуренции отлича-

ется живостью, и у него впервые выступает христианский социализм.

Подобно Сисмонди, которого он хвалит и без достаточного осно-

вания выдает за своего единомышленника

⁴³⁸

, Вилльнев-Баржемон по-

лагает, что экономическая проблема сводится прежде всего к «спра-

ведливому распределению богатства»

⁴³⁹

. Английская политическая

экономия, по его мнению, не способна разрешить этой проблемы.

Но между тем как Сисмонди не обвинял экономистов в бедствиях про-

мышленного пролетариата, Вилльнев-Баржемон склонен думать, что

порождаемые конкуренцией бедствия «с полным правом могут быть

приписаны самой науке»

⁴⁴⁰

Решение проблемы может быть дано лишь новой наукой, содержа-

щей «теорию счастия народов»

⁴⁴¹

. Но счастие не состоит лишь в об-

ладании материальными благами. Важную роль играют здесь «нрав-

ственные добродетели». Нельзя поэтому искать разрешения загадки

счастия в науке, «видящей смысл человеческой жизни в узкой сфере

грубых чувств и физических наслаждений»

⁴⁴²

; разрушающей «связи,

которые должны соединять богатых с бедными»; лишающей труд «его

моральной цели и справедливой надежды; иссушающей источники

довольства рабочих классов, т. е. трезвость, экономию, предусмотри-

тельность и довольство своим заработком»

⁴⁴³

. Теории Адама Смита,

годные, быть может, для «будущих веков», для времен, когда «любовь

к покою не будет более присуща человеческой природе», когда земля

⁴³⁵

Économie politique chrétienne, ou Recherches sur la nature et les causes du paupérisme en

France et en Europe, et sur les moyens de les soulager et de les prévenir (1834).

⁴³⁶

Louis Blanc

. Le socialisme, droit au travail (С. 46).

⁴³⁷

Blanqui

. Histoire de l’Économie politique (Т.

. С. 241).

⁴³⁸

Économie politique chrétienne (Т.

С. 131).

⁴³⁹

Ibid (Т.

iii

. С. 582).

⁴⁴⁰

Ibid (Т.

Введение. С. 81).

⁴⁴¹

Ibid (Т.

Введение. С. 81).

⁴⁴²

Ibid (Т.

iii

. С. 582).

⁴⁴³

Ibid (Т.

iii

. С. 582).

238

`_dg hgi]^j

станет «обширной всемирной монархией», в настоящее время не мо-

гут привести к «общественному строю, обеспечивающему мир и сча-

стие человеческому роду»

⁴⁴⁴

Вилльнев-Баржемон не ограничивается лишь этими общими жало-

бами. Он направляет свои усилия на два пункта: во-первых, он также

требует новой организации труда, признавая выгодные стороны той,

которую уничтожила революция, но не добиваясь ее восстановления

в чистом виде

⁴⁴⁵

; затем вместе с «законодательством для предупреж-

дения нищеты» он требует «официальной и публичной» организации

благотворительности

⁴⁴⁶

. В этом именно, собственно говоря, и заклю-

чается оригинальность его книги и ее настоящая задача. «По нашему

мнению, правительственное вмешательство в дела благотворительно-

сти требуется как религией, так и политикой»

⁴⁴⁷

. Правители

—

это «ви-

димые исполнители воли Провидения». Их назначение

—

«обеспечи-

вать всем членам общества справедливость, защиту и свободу». Автор

прибавляет, что они должны простирать свои заботы «более на бед-

ных, чем на богатых, на слабых еще более, чем на сильных». И он на-

брасывает план публичной организации благотворительности, по ко-

торому правительство «должно делать все»

⁴⁴⁸

. Разве оно не «центр

просвещения, силы и власти, лучи которого могут проникать до отда-

леннейших окраин государства?»

⁴⁴⁹

Пламенный призыв к государственному вмешательству, одушевлен-

ный протест в пользу обездоленных, живые нападки на любимцев сча-

стья

⁴⁵⁰

—

таково содержание идей Вилльнев-Баржемона. Говоря о нем,

как о предтече христианского социализма, мы делаем это потому, что

он сам старается отделить себя от других реформаторов своего време-

ни, и в особенности от сен-симонистов. Он упрекает их в том, что они

⁴⁴⁴

Économie politique chrétienne (Т.

Введение. С. 81).

⁴⁴⁵

Ibid (Т.

iii

. С. 183).

⁴⁴⁶

Ibid (Т.

iii

. С. 154 и сл.).

⁴⁴⁷

Ibid (Т.

. С. 395).

⁴⁴⁸

См. подробности этой организации. Ibid (Т.

iii

. С. 132 и сл.).

⁴⁴⁹

Économie politique chrétienne (Т.

iii

. С. 11).

⁴⁵⁰

Он, в свою очередь, говорит о «финансовом феодализме… более деспотиче-

ском, в тысячу раз более жестоком, чем феодализм Средних веков». Ibid (Т.

С. 389).

Вилльнев-Баржемон, впрочем, ссылается на книгу, написанную ранее его

и в том же духе, где это выражение также употребляется,

—

именно книгу баро-

на d’

Haussez

: La Grande-Bretagne en 1833.

239

¢_gk` ld`£

вдохновляются Спинозой

⁴⁵¹

; но, главным образом ссылаясь на их сло-

ва о присущих им религиозных потребностях, он приглашает их, вме-

сто того, чтобы стремиться к обновлению христианства, присоеди-

ниться к католической церкви

⁴⁵²

. Он сам отмечает свое место в ис-

тории социальных теорий, когда, отозвавшись с похвалой о «новой

школе», начинающей образовываться во Франции и «более нравст-

венной и гуманной», чем школа Смита, он приглашает ее сделать еще

один шаг вперед и «слить в одно нераздельное целое науку о матери-

альных богатствах с наукою о моральных богатствах, положив в осно-

вание великую цивилизующую стихию

—

христианство»

⁴⁵³

iii.

Поток идей, увлекший Вилльнев-Баржемона и Сисмонди, отличает-

ся такой силой, что захватывает даже экономистов, принадлежащих

к господствующей школе

—

укажу хотя бы на Бланки,

—

и вызывает появ-

ление книги, принадлежащей перу Бюре, в которой социалисты най-

дут впоследствии весь свой запас оружия для борьбы с политической

экономией, хотя Бюре и не был, собственно говоря, социалистом.

Бланки связывают с ортодоксальной политической экономией ты-

сячи нитей

⁴⁵⁴

. Он даже доводит оптимизм этой школы до крайних

пределов. Если разделение труда осуждает рабочего приготовлять всю

жизнь булавочные головки и только

—

что, несомненно, должно дейст-

вовать на него отупляющим образом,

—

то в этом не следует, как мож-

но было бы думать, винить разделение труда, в настоящее время еще

«не вполне» осуществившееся, а напротив того, ожидать всего от его

дальнейшего развития

⁴⁵⁵

. Однако, проявляя столь безусловное дове-

рие к будущему, Бланки не закрывает глаз на то, что настоящее остав-

ляет желать многого.

Теория народонаселения Мальтуса или, по крайней мере, ее выво-

ды и приложения кажутся ему очень спорными. Он одобряет попытку

Сисмонди «снова ввести в недра общества тот многочисленный класс,

у которого Мальтус хотел отнять место за общим столом»

⁴⁵⁶

. По по-

⁴⁵¹

Économie politique chrétienne (Т.

С. 429).

⁴⁵²

Ibid (Т.

С. 442).

⁴⁵³

Économie politique chrétienne (Т.

Введение. С. 82

–

83).

⁴⁵⁴

Histoire de l’Économie politique en Europe (1837). Cours d’Économie industrielle.

⁴⁵⁵

Cours d’Économie industrielle (Т.

С. 70).

⁴⁵⁶

Cours d’Économie industrielle (Т.

С. 75).

240

`_dg hgi]^j

воду разногласия между Сисмонди и английской школой он принима-

ет сторону Сисмонди, если не во всех отношениях, так как взгляды

последнего ему кажутся иногда слишком крайними

⁴⁵⁷

, то, по крайней

мере, в смысле их общей тенденции, которую он считает более гуман-

ной. В Истории политической экономии он сам настойчиво указывает

на «горькие плоды», принесенные теорией Адама Смита, и считает

для себя честью принадлежать к «французской школе», у которой бо-

лее внутренней теплоты, чем у английской»

⁴⁵⁸

Кроме того, Бланки склонен расширять промышленную деятель-

ность государства в области общественных работ. Ж.-Б. Сэй видел

в этом нарушение принципов школы. Бланки восстает против этого

мнения

⁴⁵⁹

—

и это имеет значение, если обратить внимание на то, в ка-

кой резкой и определенной форме был поставлен тогда вопрос. Дело

шло о проведении железных дорог, этом характерном эпизоде в исто-

рии государственной идеи в течение

xix

века. В данном случае Блан-

ки поддерживает мнение демократической партии, которое с ожесто-

чением оспаривали либералы, во имя и при помощи того, что они на-

зывали принципами здравой политической экономии.

Книга Бюре

⁴⁶⁰

была, как мы сказали выше, арсеналом, откуда раз-

личные социалистические школы добывали себе оружие. Луи Блан,

Пьер Леру и многие другие часто цитируют его, и историк социализ-

ма, сам социалист, считает автора этой книги предвозвестником со-

циалистических идей

⁴⁶¹

Бюре не ограничился очень энергичной критикой loissez faire

⁴⁶²

или наименованием промышленного строя своего времени «Сред-

ними веками промышленности»

⁴⁶³

с указанием на то, что в смутную

и варварскую эпоху Средневековья правительства, собственно гово-

ря, не существовало и что то, «что потом стали называть социальным

гнетом и несправедливостью, было лишь выражением избытка сво-

боды некоторых ко вреду всего общества, злоупотреблением laissez

⁴⁵⁷

«Он вышел из границ истины». Ibid (Т.

С. 76).

⁴⁵⁸

Histoire de l’Économie politique (Т.

. С. 126

–

127).

⁴⁵⁹

Cours d’Économie industrielle (Т.

. С. 35).

⁴⁶⁰

De la misère des classes laborieuses en Angleterre et en France (Bruxelles, 1842). Не безын-

тересно отметить, что отрывок этого сочинения, представленный в 1840 году

в Институт для конкурса по вопросу о нищете, был удостоен награды.

⁴⁶¹

B. Malon

. Socialisme intégral (Т.

С. 79).

⁴⁶²

Misère des classes laborieuses. Введение (Т.

С. 16).

⁴⁶³

Ibid (Т.

С. 17).