Мишель А. Идея государства. Критический опыт истории социальных и политических теорий во Франции со времени революции

Подождите немного. Документ загружается.

481

k^`` d]j£

СОЗНАНИЕ СОВРЕМЕННОГО КРИЗИСА.

ФУЛЬЕ И РЕНУВЬЕ

Фулье и Ренувье

—

вот два философа, которые в высшей степени ясно

сознавали современный кризис социальных и политических идей

и пытались разрешить его. Прежде чем закончить наш труд, нам оста-

ется рассмотреть эти две попытки, построенные на совершенно раз-

личных основаниях.

Фулье подходит к вопросу с трех сторон. Как должно в настоящее вре-

мя понимать право, общество и собственность

²⁰⁹

Относительно права были выставлены три основных тезиса: пра-

во сливается с силой, право представляет собою господствующий ин-

терес, право является выражением внутренней свободы человеческой

души. Каждый из этих тезисов, по мнению Фулье, отчасти правилен,

отчасти ложен. Каждый из них, следовательно, составляет при усло-

вии исправления частицу полной и абсолютной истины.

К чему приводит отождествление права и силы? Оно приводит

к междоусобной войне, затем

—

к «поглощению индивидуума нацией,

расой, человечеством, наконец, массой»

²¹⁰

. Но из этого не следует,

что право и сила не имеют ничего общего. Из этого не следует в осо-

бенности, что для дела самого либерализма была безразлична возмож-

ность оценки свободы «с точки зрения власти и эволюции»

²¹¹

. Пред-

²⁰⁹

L’Idée moderne du Droit (1878), La Science sociale contemporaine (1880), Critique des Systèmes

de morale contemporains (1883), La Propriété sociale et la Démocratie (1889).

²¹⁰

L’Idée moderne du Droit (2-е изд. С. 135).

²¹¹

Ibid (С. 139).

482

`_dg hgi]^j

варяя будущее, Фулье дополняет «при помощи чисто произвольной

гипотезы» механическую теорию «так, как она сама дополнит себя

когда-нибудь»

²¹²

. Он допускает, что мир управляется механически,

но спрашивает, «какие механизмы являются наиболее совершенны-

ми и наиболее богатыми живыми силами». Не те ли, очевидно, кото-

рые, «будучи предоставлены самим себе, всего дольше движутся само-

стоятельно»

²¹³

С этой точки зрения, идеалом «социальной механики» является

предоставление индивидуумам наибольшей свободы. Таким образом,

либерализм находит себе место в мире, подчиненном механике. Прав-

да, пока это либерализм чисто внешний, и если бы его оставить в та-

ком виде, то он представлял бы из себя не столько реальность, сколь-

ко «полное подражание истинно либеральному режиму»

²¹⁴

Доктрина, которая сводит право к господствующему интересу,

также приводит в своей грубой форме или к анархии, или к деспотиз-

му. Она приняла, однако, уже более совершенную форму, благодаря ви-

доизменениям, которые испытала утилитарная теория. Сторонники

этой теории поняли, что первым условием всеобщего счастья служит

«всеобщая свобода»

²¹⁵

. Это большой шаг вперед. Однако и с такой по-

правкой утилитаризм не свободен от затруднений. Если право пред-

ставляет из себя власть, «которую общество в своих интересах уступа-

ет индивидууму», то всякое право в конце концов зависит от доброй

воли общества

²¹⁶

. Чтобы избежать этого вывода, нужно расстаться

с утилитаризмом и найти в другом месте принцип, основанный на бес-

корыстии, без которого не может обойтись теория права

²¹⁷

Таким образом, мы приходим к третьему взгляду, который кладет

в основу права внутреннюю свободу. Здесь сейчас же возникают бесчис-

ленные возражения, наиболее интересные из которых приводят к сле-

дующей дилемме: или чистая свободная воля служит основой права, без

всякого отношения к вопросу о благе, и тогда, так как свободная воля,

согласно определению, абсолютно неограниченна и способна к проти-

воположным решениям, каждый имеет право на все, в теории нет гра-

ницы для прав индивидуума, а на практике торжествует сильнейший,

или же примешивается рассуждение о каком-либо благе, составляющем

²¹²

Ibid (С. 139).

²¹³

Ibid (С. 139).

²¹⁴

Ibid (С. 143).

²¹⁵

L’Idée moderne du Droit (С. 170).

²¹⁶

Ibid (С. 184).

²¹⁷

Ibid (С. 212).

483

¢_gk` £`£

цель самой свободной воли, и тогда наше уважение должно обратить-

ся на это благо, на эту цель, и человек в силу того лишь, что он сущест-

во свободное, не может более иметь никакого права

²¹⁸

. Невозможно

избегнуть этой дилеммы, если не принять коррективы к теории, кото-

рая основывает право на внутренней свободе. Фулье дает формулу этих

корректив. Право, как и свобода, не естественно

²¹⁹

. Напротив, подобно

свободе, оно лежит вне природы. Оно идеально

²²⁰

. Но этот идеал может

стать реальностью в силу закона, по которому всякая идея стремится во-

плотиться в жизнь, раз она постигнута. Этот закон, как известно, слу-

жит для Фулье высшим объяснением явлений, и теперь он доказывает

«его плодотворность» в применении к социальному строю, как раньше

доказал в применении к чисто философским вопросам

²²¹

Так что, если кто хочет дойти до коренной метафизической осно-

вы права, то должен искать ее там, где находят свое объяснение как

индивидуальное сознание, так и сама индивидуальность,

—

в идее от-

носительности знания, идее, которая связана с «несомненным сущест-

вованием неизвестного и возможным существованием непознаваемо-

го»

²²²

. Непознаваемое находится не только в объекте, но и в субъекте.

Сознание «само для себя непостижимо». За пределами психики лежит

область метапсихики, которая, не являясь областью внешней и транс-

цендентной, а имманентной, тем не менее столь же непроницаемо,

как лежащая за пределами физики область метафизики

²²³

. Этим объ-

ясняется, почему сознательная воля каждого должна сдерживать себя

перед сознательной волей другого, когда последняя не посягает на нее.

Мы встречаемся здесь с принципом, ограничивающим одновремен-

но и действие, и мысль, с принципом, который ставит препятствие

как «практическому», так и «интеллектуальному» догматизму

²²⁴

. Как

вне нас, так и в нас лежит «проблема»

²²⁵

. И в этом заключается «при-

сущая человеку загадка», которая, облекаясь в различных философи-

ях разными именами, «придает понятию права его сверхфизический

характер»

²²⁶

²¹⁸

L’Idée moderne du Droit (С. 225

–

226).

²¹⁹

Ibid (С. 234).

²²⁰

Ibid (С. 244).

²²¹

Ibid (С. 248).

²²²

Ibid (С. 265).

²²³

L’Idée moderne du Droit (С. 267).

²²⁴

Ibid (С. 268).

²²⁵

Ibid (С. 269).

²²⁶

Ibid (С. 273).

484

`_dg hgi]^j

Дойдя до этого пункта, Фулье не без труда заканчивает свое доказа-

тельство. Ему остается показать, что преобразованная таким образом

идеалистическая теория права согласуется с двумя другими преобразо-

ванными теориями. Свобода и воля, понимаемые так, как он их пони-

мает, отождествляются, по его мнению, с властью par excellence и ин-

тересом par excellence

²²⁷

. Через это он достигает того, что «все док-

трины путем надстройки одна над другой образуют из себя цельное

здание с фундаментами различной высоты»

²²⁸

. Причем он льстит себя

уверенностью, что такая надстройка является результатом не «произ-

вольного эклектизма», а «настоящего научного и метафизического

синтеза»

²²⁹

Всегда верный своему методу, Фулье пытается дать новое понятие

«общества», более содержательное, чем имеющиеся налицо,

—

такое

понятие, которое поглощает и заменяет идеалистическое и натурали-

стическое понятия

²³⁰

И против идеалистической, и против натуралистической теории

права были сделаны важные возражения, которые, однако, не опро-

вергают их окончательно

²³¹

. В самом деле, предположим, что общест-

во не возникает из договора, но следует ли из этого, что договор не яв-

ляется идеальной целью и наиболее моральной формой общества

²³²

Предположим доказанным, что чисто индивидуалистическая доктри-

на чересчур ограничивает роль общества, следует ли из этого, что «со-

циальное право» представляет собою реальность?

Нельзя отрицать, что самый факт жизни в обществе порождает

«новые отношения». Но «посредством какой алхимической операции

индивидуумы, соединясь в общество, могут создать совершенно новое

право, и притом противоположное их собственному»

²³³

Вместо того чтобы абсолютно противополагать друг другу теории

общественного договора и социального организма и считать их не-

примиримыми, Фулье, как известно, создает поглощающую их теорию

договорного организма. Человеческое общество представляет «организм,

²²⁷

Ibid (С. 284

–

285).

²²⁸

Ibid (С. 288).

²²⁹

L’Idée moderne du Droit (С. 288).

²³⁰

Ibid (С. 288). Ср. (С. 290

–

292, изд. 2-е) письмо автора к Ренувье, в котором он

защищается против некоторых возражений и точно определяет характер

своей задачи.

²³¹

См. резюме этих возражений в la Science sociale contemporaine (С. 3).

²³²

Ibid (С. 7).

²³³

Ibid (С. 26).

485

¢_gk` £`£

который осуществляется путем самосознания и самоопределения»

²³⁴

В этом синтезе находят место целесообразность и механизм. Развива-

ется некоторый зародыш, но этот зародыш

—

идея

²³⁵

Политические последствия новой теории гораздо значительнее,

чем последствия тех двух соперничающих доктрин, которые она устра-

няет. Герберт Спенсер ошибался, упорно отстаивая чистый индивидуа-

лизм, но точно так же ошибался и Егер, отстаивая противоположную

точку зрения

²³⁶

. В действительности «полная децентрализация совме-

стима с полной централизацией»: чем свободнее граждане, тем лучше

понимают они пользу ассоциации, т. е. «умножения силы, ума и самой

свободы, вытекающего из соединения сил, умов и свобод»

²³⁷

. Но ассо-

циации не только будут развиваться, они будут стремиться к федера-

лизации

²³⁸

. Государство будущего явится «ассоциацией ассоциаций»,

«свободной централизацией, вытекающей из децентрализации». Так

примиряются элементы, считавшиеся противоположными,

—

«инди-

видуальность и коллективность, свобода частей и крепость целого»

²³⁹

Индивидуализм

—

необходимое условие возрастающей деятельности

государства, притом деятельности желательной и неизбежной.

Я не намерен вносить больше единства, чем то сделал сам автор

между приведенными взглядами и теорией искупительной справедливо-

сти, которой заканчивается его книга. Понятно, однако, что, отво-

дя государству очень широкую сферу деятельности,

—

причем он охот-

но возвращается к этому пункту,

—

Фулье подготовил умы к признанию

существования справедливости, задача которой не состоит только

в том, чтобы воздавать каждому по заслугам, которая уже не сливает-

ся с христианским братством, но задается целью искупить «правона-

рушения», завещанные нам историей и до сих пор еще живущие в сво-

их последствиях

²⁴⁰

Природа, «создавшая роковую борьбу за существование»,

—

вот пер-

вый источник этих правонарушений. Человеческая свобода, «несовер-

шенная и всегда способная ошибаться», служит вторым их источни-

ком. Государство обязано совершить искупительную деятельность, ко-

²³⁴

La Science soc. contemp. (С. 115).

²³⁵

Ibid (С. 118).

²³⁶

Ibid (С. 180

–

182).

²³⁷

Ibid (С. 179).

²³⁸

Ibid (С. 180).

²³⁹

La Science soc. contempor. (С. 180).

²⁴⁰

Ibid (С. 359).

486

`_dg hgi]^j

торой не в состоянии выполнить индивидуум

²⁴¹

. Государство должно

понять, что граждане не суть члены «общества, условия жизни которо-

го неизменны»

²⁴²

. Государство должно сделать так, чтобы обиженный

получил удовлетворение. Впрочем, государство не обязано «исправ-

лять все социальные и политические несправедливости прошлого».

Его деятельность может и должна заключаться в известных границах.

«Нельзя касаться всего того, что не может быть проверено и оценено»

²⁴³

Кроме того, даже там, где государство имеет обязанности, индивиду-

ум еще не имеет необходимых прав

²⁴⁴

. Наконец, государство

—

высший

судья своих обязанностей

²⁴⁵

. Впрочем, Фулье говорит очень осторож-

но о путях и средствах искупительной справедливости. Как на ее ору-

дия, он указывает на всеобщее обязательное и бесплатное образова-

ние

²⁴⁶

и на справедливые законы, заставить полюбить которые зада-

ча образования

²⁴⁷

Так примиряются между собой,

—

причем становится непонятен

их предшествующий антагонизм,

—

политическая метафизика и соци-

альная физика, идеализм и натурализм

²⁴⁸

. Это чудо творят договорный

организм и искупительная справедливость; они творят и много других чу-

дес: я имею в виду страницы, не входящие в круг моего исследования,

на которых Фулье развивает до бесконечности космологические след-

ствия своей доктрины

²⁴⁹

Этюд о Социальной собственности и демократии написан по тому же

плану, но менее глубок по содержанию. Попытка синтеза, сделанная

в двух предыдущих работах, здесь совершенно отсутствует. Противо-

положные доктрины сталкиваются, не сливаясь друг с другом.

Фулье осуждает и абсолютный коллективизм

²⁵⁰

, и абсолютизм част-

ной собственности

²⁵¹

; последний потому, что он пренебрегает соци-

альной стороной нашего существования и принципиально отрицает

все, чем мы обязаны материально, интеллектуально и морально об-

²⁴¹

Ibid (С. 362).

²⁴²

Ibid (С. 364).

²⁴³

La Science soc. contemp. (С. 370).

²⁴⁴

Ibid (С. 372).

²⁴⁵

Ibid (С. 373).

²⁴⁶

Ibid (С. 374).

²⁴⁷

Ibid (С. 377).

²⁴⁸

Ibid (С. 384, 387).

²⁴⁹

Ibid (С. 411 и сл.).

²⁵⁰

La Propriété sociale et la Démocratie (С. 27

–

40).

²⁵¹

Ibid (С. 11

–

25).

487

¢_gk` £`£

ществу себе подобных; первый

—

потому, что общество как таковое

«не создает целиком землю и орудия труда», а также потому, что, строго

говоря, он заключает в себе не только право всех французов на Фран-

цию или всех немцев на Германию, но всех людей вместе на террито-

рию каждой нации и даже право «человечества будущего» на все, чем

обладает современное человечество. Фулье отвергает также чистый

социализм и чистый индивидуализм на том основании, что они возво-

дят в сущность или индивидуума, или общество, прибегая к одинако-

вой абстрактной диалектике, ложной в обоих случаях

²⁵²

Индивидуальная и социальная собственность могут и даже долж-

ны, по мнению Фулье, существовать одновременно. Роль государства

заключается в том, чтобы помогать их совместному развитию, исправ-

ляя дурные стороны одной хорошими другой

²⁵³

. Впрочем, коллектив-

ная собственность уже существует в значительных размерах (берега,

леса, дороги, каналы, общественные памятники и проч.) и постоянно

возрастает. Фулье считает вполне законным увеличивать ее известны-

ми средствами: предоставлением во временное пользование свобод-

ных земель для получения наибольшего земельного дохода

²⁵⁴

, льго-

тами для учреждений дешевого кредита

²⁵⁵

, изменениями в законах

о наследовании

²⁵⁶

. Кроме этого материального фонда существуют со-

циальные фонды другого характера,

—

социальный фонд политиче-

ской власти, в которой все участвуют посредством всеобщего голо-

сования

²⁵⁷

, социальный фонд знания, в котором все участвуют через

всеобщее обучение

²⁵⁸

. Государство должно благоприятствовать «про-

грессу земельной, движимой, политической и интеллектуальной кол-

лективной собственности»

²⁵⁹

. И первая из всех его обязанностей за-

ключается в организации социального и политического воспитания,

способного внедрить эти истины во все умы

²⁶⁰

Изучая теории Фулье сами по себе и с точки зрения допускаемых

ими приложений, нельзя не признать, что они носят согласительный

и примирительный характер. Государство, организованное сообразно

²⁵²

Ibid (С. 2).

²⁵³

Ibid (С. 64).

²⁵⁴

La Propriété soc. et la Démocratie (С. 56).

²⁵⁵

Ibid (С. 58).

²⁵⁶

Ibid (С. 59

–

61).

²⁵⁷

Ibid (С. 155 и след.).

²⁵⁸

Ibid (С. 195 и след.).

²⁵⁹

Ibid (С. 283).

²⁶⁰

См. L’Enseignement au point de vue national.

488

`_dg hgi]^j

принципам его философии, не обладало бы ни недостатками социали-

стического государства, ни недостатками государства, соответствую-

щего ходячей и урезанной индивидуалистической формуле. Но следу-

ет ли отсюда, что Фулье нашел выход из кризиса? Думать так не позво-

ляет много оснований.

В этой попытке примирить крайности мы напрасно стали бы ис-

кать точной, ясно обозначенной границы, которую сам Фулье называ-

ет «справедливой границей»

²⁶¹

прав государства по отношению к ин-

дивидууму и, обратно, индивидуума к государству. Принцип искупи-

тельной справедливости соблазнителен, но как он неопределен! Фулье

сам видит это, и, желая помешать его слишком широкому примене-

нию, что могло бы послужить угрозой для приобретенных прав, огова-

ривает случаи, когда его не следует применять. Нельзя, говорил он, ка-

саться всего, чего «нельзя проверить и оценить». Но чего же «нельзя

проверить и оценить» в отношении вековых несправедливостей? До-

пустить, что где-то существует несправедливость, или просто подозре-

вать ее существование, не значит ли уже оценить ее в известной мере?

Придерживаясь формулы Фулье, мы рискуем постоянно признавать

справедливыми, по крайней мере, в глубине души, требования, в удов-

летворении которых затем должны будем отказывать.

Мало того. На каком основании Фулье утверждает, что обязанно-

стям государства по отношению к его членам, пострадавшим от исто-

рических несправедливостей, не соответствуют права этих потерпев-

ших индивидуумов? Почему это так? На это нам не дают ответа, огра-

ничиваясь установлением принципа, что государство

—

высший судья

своих обязанностей. Но этот принцип заимствован не у моралиста

и не у метафизика: он заимствован у публициста, который, в свою оче-

редь, опирается на максиму публичного права

²⁶²

. Другими словами,

ответом на вопрос морального характера служит положение публич-

ного права. Государство считается высшим судьей своих обязанностей

в силу старой идеи абсолютизма государственной власти. Но не сле-

дует ли считать его в силу той же самой идеи единственным судьей

и о своем праве?

Мы упрекаем Фулье не за умеренность, с которой он стремится при-

мирить крайности, не за то, что он смотрит на вопрос о приложени-

ях своего принципа, как на «вопрос меры, благоразумия, удобства»

²⁶³

а лишь за то, что он взял из области, совершенно чуждой социальной

²⁶¹

La Science sociale contemporaine (C. 370).

²⁶²

Фулье обращается здесь к L’Individu et l’État (С. 86)

Дюпон-Уайта

²⁶³

La Propriété sociale et la Démocratie (С. 39).

489

¢_gk` £`£

морали, мотивы, которые приводят его к оговоркам по поводу практи-

ческого значения и следствий «искупительной справедливости»

—

это-

го кульминационного пункта его политики. Хотя Фулье удалось впол-

не осветить разнообразные и сложные стремления нашего времени,

хотя он очень живо чувствует кризис наших политических и социаль-

ных концепций, тем не менее ясно, что он не дает нам того незыбле-

мого принципа, в котором так нуждаются наши умы.

Рождаются также сомнения и относительно ценности того син-

теза, которым гордится Фулье. Возникает опасение, что этот синтез

не представляет из себя единства и что в произведениях Фулье мы на-

ходим лишь новый эклектизм, хотя и построенный на более глубоких

метафизических основах, чем эклектизм Кузэна, и располагающий

всеми средствами превосходной диалектики и очень богатым науч-

ным аппаратом. Этот эклектизм выдает себя формулами, вроде сле-

дующей: «Всякое абсолютное положение

—

ложно»

²⁶⁴

. Из дальнейше-

го будет видно, что мы не отказываем мыслителю в праве выбирать,

т. е. высказываться и решать. Мы полагаем, напротив, что всякое убеж-

дение есть результат выбора. Беда эклектизма, в наших глазах, заклю-

чается поэтому не в том, что он делает выбор, а в том, что он руково-

дится при этом мотивами не чисто рационального характера, в осо-

бенности же в том, что он объединяет при этом элементы, входящие

в системы непримиримых между собою идей.

Таковы, по нашему мнению, по основаниям, которые уже были

указаны и которые будут развиты далее, идея «моральной личности»

и идея «общества», рассматриваемого как реальность. Фулье сам дает

доказательство непримиримости этих идей, так как ему с трудом уда-

стся избежать необходимости признать существование общего сенсо-

риума

²⁶⁵

. Он хорошо понимает, что в случае такого признания, все

было бы кончено с индивидуумом и его правом. Тогда он прибегает

к самому хитроумному и, в сущности, самому неудовлетворительному

из distinguo. Не существует социального сознания индивидуальности,

т. е. общество не представляет собой «огромного индивидуума», живу-

щего своей собственной жизнью

²⁶⁶

, но индивидуальное сознание обя-

зательно имеет коллективную сторону, т. е. индивидуум, полагая, что

сознает самого себя, сознает главным образом общество, к которому

принадлежит

²⁶⁷

. Необходимо, следовательно, признать существова-

²⁶⁴

La Propriété sociale et la Démocratie (С. 1).

²⁶⁵

La Science soc. contemp. (С. 245

–

246).

²⁶⁶

Ibid (С. 227).

²⁶⁷

Ibid (С. 241). См. оговорки автора (С. 242

–

243).

490

`_dg hgi]^j

ние трех видов организмов: у одних сознание «смутно и рассеянно»

—

зоофиты, кольчатые, у других оно «ясно и централизовано»

—

высшие

позвоночные животные, у третьих оно «ясно и рассеянно»

—

челове-

ческие общества

²⁶⁸

Чтобы надлежащим образом охарактеризовать эту концепцию, до-

статочно, по нашему мнению, привести выражения, в которые обле-

кает ее сам Фулье: «Это только гипотезы, утонченность которых мы

не скрываем от себя»

²⁶⁹

; «Для подтверждения этой гипотезы мож-

но было бы придумать доводы, аналогичные следующим, и т. д.»

²⁷⁰

;

«В этой концепции есть доля истины, однако не следует ее преувели-

чивать»

²⁷¹

. Понятно, что Эспинас, мало удовлетворенный этой кри-

тикой, делал возражения на нее, и не соглашался покинуть своей соб-

ственной точки зрения, считая ее гораздо более устойчивой: «Если

я есть мы, то мы по тем же самым основаниям есть я»

²⁷²

Если обратиться к источникам доктрины Фулье, то его эклектизм

становится еще очевиднее. У него были предшественники. В Герма-

нии и во Франции не один философ и юрист пытались аналогичны-

ми способами примирить спор между государством и индивидуумом,

сближая между собой то, что Блюнчли называет историческим и фи-

лософским методами

²⁷³

Не восходя к Краузе

²⁷⁴

, следует указать на Аренса, одного из наибо-

лее ярких представителей этикоорганической школы

²⁷⁵

. Между «иде-

альным организмом» Краузе, «моральным организмом» Аренса и «до-

говорным организмом» Фулье разница только в словах. Идея искупи-

тельной справедливости также до известной степени аналогична той

задаче, которую Аренс ставит государству, обязывая последнее к вме-

шательству с той целью, чтобы, смотря по надобности, побуждать или

сдерживать элементы социального развития, получающие исключи-

тельное значение или оказывающиеся отсталыми, и призывая его пре-

кращать «очевидные уклонения и эксцессы»

²⁷⁶

. Наконец, когда Фулье

²⁶⁸

Ibid (С. 245).

²⁶⁹

Ibid (С. 245).

²⁷⁰

Ibid (С. 244).

²⁷¹

Ibid (С. 242).

²⁷²

Письмо, цитируемое Фулье (La Science soc. contemp. С. 246, примеч. 2).

²⁷³

Allegemeine Staatslehre,

²⁷⁴

О политических теориях Краузе и о влиянии руководящих идей этого филосо-

фа см. у

Аренса

Cours de Droit naturel (7 изд. Т.

С. 78 и сл.).

²⁷⁵

Так называет ее сам Аренс. Ibid (Т.

. С. 369).

²⁷⁶

Ibid (Т.

. С. 353).