Найдыш В.М. Мифология

Подождите немного. Документ загружается.

284

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. МИФ В БРИТАНСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ XX В.

Кроме того, в «новой этнологии» необходимо изменить харак-

тер научного объяснения. Оно не должно сводиться к гипотети-

ческим суждениям о генезисе тех или и иных отдельных явлений.

Этнологическое объяснение должно указывать на те функции, ко-

торые исследуемое явление выполняет в структуре единого со-

циокультурного организма. Для этого нужно перенести основной

акцент с рассмотрения общества в его развитии (диахронии) на

изучение его синхронии, т.е. структурных и функциональных за-

кономерностей. Не отрицая важности идеи эволюции, они упре-

кали своих предшественников в преувеличении значимости эво-

люционных выводов, в претензиях на выявление всеобщих законов

истории. По их мнению, «общие законы, лежащие под явлениями

культуры»

, — это не законы эволюции общества, а законы струк-

турной организации и функционирования его компонентов.

В результате сокрушительной критики эволюционизма в на-

уке о первобытности сложились две новые школы — функциона-

лизм и структурализм. Эти школы разработали методологию (а так-

же методику и технику) полевого этнографического исследования,

научили этнографов скрупулезно выявлять любые детали, черты

изучаемых архаических культур, кардинально продвинули изуче-

ние первобытной мифологии.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. На каких идеях и принципах построена концепция Дж. Фрэ-

зера о магии?

2. Каковы, по Фрэзеру, принципы магического мышления?

3. Как Фрэзер оценивал связь магии и науки?

4. Что такое ритуализм?

5. Как Фрэзер трактовал связь мифа и ритуала?

6. Каковы исторические и практические основания ритуальных

действий?

7. Как осуществлялся в науке о первобытной культуре переход

к «полевым исследованиям» мифотворчества?

Radcliff-Brown A.R. Method in Social Anthropology. Cambridge. 1953.

P. 8.

ГЛАВА 15

ФУНКЦИОНАЛИЗМ

О СУЩНОСТИ МИФА

15.1. ПРИНЦИПЫ, ПОНЯТИЯ И ПРЕДСТАВЛЕНИЯ

ФУНКЦИОНАЛИЗМА: Б. МАЛИНОВСКИЙ

Культура и ее компоненты

Основоположник функционализма Б. Малиновский профес-

сионально сложился в школе британской социальной антропологии.

Он обладал качествами не только внимательного и скрупулезного

«полевого исследователя», но и масштабного теоретика и методоло-

га. Это позволило ему создать школу функционализма, имевшую вли-

яние во многих университетских центрах Европы и Америки. Эта

школа ориентировала этнологию на изучение функциональных

аспектов общественных институтов. Функционализм быстро вы-

теснил принципы и методы классической эволюционистской эт-

нографии и был господствующим направлением в британской

социальной антропологии вплоть до середины XX в. В функцио-

нализме стержневой является категория культуры.

Малиновский представлял культуру как динамическое, цело-

стное и структурно организованное явление. Культура, писал он,

«это некоторое интегрированное целое», состоящее «из частично

автономных, а частично кооперированных институтов»

; это це-

Malinowski

В.

А Scientific Theory of Culture and other

Essays.

N.Y., I960.

P. 39—40.

286

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. МИФ В БРИТАНСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ XX В.

лостная система материальных предметов, технических процессов,

идей, привычек, представлений, ценностей, социальных и духов-

ных образований. Культура находится вне индивидов и навязыва-

ет им в императивной форме нормы, знания, цели, ценности, уста-

новки поведения и др. В системе культуры ее элементы имеют свои

специфические функции, зависят друг от друга и все вместе обес-

печивают жизнедеятельность ее как целого. Культура целостна

в силу общности происхождения ее элементов, единства связей

и др. Структурные элементы культуры связаны друг с другом

и выполняют определенные функции по поддержанию и сохра-

нению целостности и жизнеспособности системы культуры. По-

этому элементы культуры должны объясняться через те функции,

которые они выполняют в составе целого.

Малиновский много внимания уделял проблеме связи культур-

ного и природно-биологического в обществе. В биологических

потребностях он усматривал ту основу, которая придает культуре

смысл, целостность и единство. По его мнению, формообразова-

ния культуры следует выводить из биологических потребностей

человека

, «теория культуры должна базироваться на биологиче-

ских данных»

Ядро теории культуры — теория потребностей. Именно базо-

выми биологическими потребностями (обмен веществ, воспроиз-

водство, телесный комфорт, безопасность, движение, рост, здоро-

вье и др.) определяются основные культурные доминанты

(снабжение, родственные связи, защита, трудовая деятельность,

гигиена, кров, одежда и др.). А там, где нет изменений биологиче-

ских потребностей, там нет и не может быть значительных изме-

нений социально-культурных факторов; «нет новаций, революций,

социальных или интеллектуальных изменений»

. Хотя Малинов-

ский подчеркивал, что культура обладает собственной специфи-

кой, тем не менее у него неоднократно проявлялся редукционист-

ский крен в биологизацию культуры.

В оистеме культуры ее элементы и объекты организованы в со-

циальные «институты, такие, как семья, клан, локальные группы,

племена; социальные институты организуются средствами эконо-

мической кооперации, политической, законодательной и образова-

тельной деятельностями»

. В теории функционализма категории

Malinowski В. А Scientific Theory of Culture and other Essays. P. 38.

Ibid. P. 36.

Ibid. P. 41.

Ibid. P. 150.

ГЛАВА 15. ФУНКЦИОНАЛИЗМ О СУЩНОСТИ МИФА

287

социального института отведена ключевая роль. Социальный ин-

ститут — «конкретная единица анализа культуры»; «организо-

ванная система целенаправленных деятельностей»

, которая

обеспечивает удовлетворение потребностей общества в целом

и отдельных его членов, реализует жизненно важные функции.

По Малиновскому, функция — это способ удовлетворения неко-

торых человеческих потребностей (основных или производных)

«соответствующим актом»

. Функция — это та роль, которую игра-

ет в культуре данный социальный институт. Для того чтобы опреде-

лить функцию социального института, необходимо оценить поло-

жение такого института по отношению к обществу как целому.

Структура социального института включает в себя: хартию (т.е.

набор ценностей, представлений, общих и императивных для всех

членов социального института); персонал; нормы (т.е. правила по-

ведения, которые в императивной форме предлагаются персона-

лу); материальные приспособления; процесс деятельности; функ-

ции — некоторый интегрированный результат организованной

деятельности, который призван удовлетворять определенные по-

требности общества и его членов. Отношения между этими ком-

понентами социального института Малиновский схематически

представляет следующим образом

Malinowski

В.

А Scientific Theory of Culture and other Essays. Ibid. P. 52.

Ibid. P. 83.

Ibid. P. 53.

288

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. МИФ В БРИТАНСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ XX В.

Хартия — совокупность некоторых общих потребностей и цен-

ностей, в той или иной форме осознаваемая обществом (напри-

мер, в виде «общественных идей»). Содержание хартии первобыт-

ных социальных институтов определяется комплексом верований

(догм), обрядов, мифов, и др.; все это неотделимо от эмоциональ-

ных реакций, проявляющихся в поведении людей.

Хартия директивно определяет «нормы» — правила поведе-

ния, общие для всех членов института (персонала). Персонал реа-

лизует эти нормы с помощью материальных приспособлений через

те или иные виды деятельности. В ходе реализации верования (дог-

мы) претерпевают интерпретации (от ортодоксальных установок до

индивидуальных гипотез и спекуляций). Вся эта цепь активностей

завершается достижением главной цели — выполнением опреде-

ленной функции, которая выступает здесь как «интегрированный

результат организованных деятельностей»

Большое внимание уделил Малиновский анализу религии как

социального института.

Религия как социальный институт

Малиновский одним из первых поставил вопрос о том, что рели-

гия и ее формы должны быть поняты как некоторые функциональ-

ные ответы на вызов общественной прагматики. В религии он видел

социальный институт, который выполняет две важнейшие функции.

Во-первых, иллюзорно-компенсаторную функцию, т.е. утвер-

ждение веры человека в торжество надежды над страхом перед

явлениями природы и социальной действительности, непредска-

зуемостью окружающего мира. В такой вере он видел огромную

биологическую ценность.

Во-вторых, функцию интеграции человеческой культуры

Интегративной силой религия выступает потому, что несет не зна-

ния или переживания, а лишь «особые типы поведения, прагмати-

чески§ установки, построенные в равной мере на здравом смысле,

чувстве и воле. Это и образ действия, и системы верований, и со-

циальные феномены, и личные переживания»

Не мифы, а ритуалы й верования считал Малиновский наибо-

лее фундаментальными элементами духовной жизни человека. Вся

Malinowski В. А Scientific Theory of Culture and other Essays. P. 53.

Malinowski B. The Dynamics of Cultural Change. An inquiry into race

relations in Africa. New Haven, 1958. P. 48.

Малиновский Б. Магия, наука и религия. М., 1998. С. 26.

ГЛАВА 15. ФУНКЦИОНАЛИЗМ О СУЩНОСТИ МИФА

289

человеческая жизнь, и в особенности ее переломные моменты (за-

чатие, беременность, рождение, половая зрелость, вступление

в брак, смерть и др.), пронизаны бесчисленным количеством ри-

туалов и верований, которые могут быть условно разделены на две

существенно различающиеся между собой группы.

1. Обряды и ритуалы, цель которых всем ясна, явно опреде-

лена, практическое назначение которых ни у кого не вы-

зывает сомнения; этот тип обрядов выражает магическую

тенденцию в сознании.

2. Обряды, цели которых для участников не ясны; в них вы-

ражаются чувства, эмоции, экспрессивность, но нет таких

определенных событий, которым эти обряды служат пред-

знаменованием; этот тип обрядов воплощает собой

иную — религиозную, сакральную тенденцию в первобыт-

ном сознании.

Сакрально-религиозная деятельность сознания, по Малинов-

скому, характеризуется отсутствием осознанной направленности

на непосредственную результативность — здесь цель достигается

самим процессом совершения обряда. (В качестве типичного при-

мера религиозного обряда он называл инициации.) Истинный

смысл религиозных обрядов — превращать природный (биологи-

ческий) факт (рождение, смерть, достижение половой зрелости

и др.) в сакральное событие и тем самым утверждать (и воспроиз-

водить) традиции первобытного коллектива. А традиции играют

очень важную роль в первобытной культуре. Благодаря им коллек-

тив сплачивается и сохраняется, в нем преодолеваются дезинте-

грирующие, центробежные тенденции (порождаемые страхом, от-

чаянием, неверием в будущее, разногласиями), индивид получает

ощущение душевной гармонии, целостности.

Традиция — бесценный опыт первобытного коллектива —

складывается в течение многих поколений. За нее заплачена непо-

мерно высокая цена. Поэтому общество, чтобы укрепить свою це-

лостность и единство, провозглашает свои традиции священными,

конституируя тем самым религию как социальный институт. Этот

социальный институт утверждает ве/ѵичайшие ценностные установ-

ки — уважение к традиции, гармония с окружающей средой, сме-

лость и уверенность в борьбе с трудностями, перед лицом смерти;

выступает как «постоянный проводник морального контроля»

Малиновский Б. Магия, наука и религия. М., 1998. С. 43.

10- 10856

290

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. МИФ В БРИТАНСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ XX В.

Таким образом, по Малиновскому, первобытные религии

меньше всего являются суевериями, болезненными фантазиями,

персонификациями или протофилософствованием. Они выступа-

ют главным средством цементирования коллектива, гарантом его

стабильности. Сакрализация определенных сторон жизни являет-

ся формой творческого ответа на потребность в интеграции, спло-

ченности первобытного коллектива, придании ему того внутрен-

него стержня, который обеспечивает единство его культуры.

15.2. ПРАГМАТИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ МАГИИ

Характеристики первобытной магии

Много страниц в трудах Малиновского посвящено первобыт-

ной магии. Малиновский рассматривает магию с точки зрения ее

функциональной роли в первобытной культуре. Прежде всего он

отмечал, что неправильно сводить первобытную духовную куль-

туру только к формам религиозной жизни (мифологии, магии).

Первобытный человек в повседневной жизни, в борьбе С приро-

дой накапливал значительный массив стихийно-эмпирических

знаний, «основанных на опыте и систематизированных разумом»

Его повседневная хозяйственная жизнь, ремесло, искусство во

многих своих сферах опираются на опыт, эмпирические знания,

руководствуются правилами логики

Малиновский приводит много убедительных доводов в пользу

убеждения в том, что «ум туземца функционирует по тем же прави-

лам, что и наш: его способности к наблюдению весьма высоки, если

он испытывает острый интерес к предмету, да и сами понятия «при-

чины» и «следствия» отнюдь не чужды ему»

. Хотя с нашей точки

зрения стихийно-эмпирические познания первобытного человека

выглядят весьма ограниченно, тем не менее в системе его жизнен-

ньіх потребностей «они тверды и противостоят мистицизму»

Вместе с тем в своей жизненной практике, в том числе и в земле-

делии, первобытный человек прибегает не только к опыту, навы-

кам, твердым знаниям, логическим рассуждениям, но и к магиче-

Малиновский Б. Магия, наука и религия. С. 28.

Там же. С. 29.

Там же. С. 222—223.

Там же. С. 30.

ГЛАВА 15. ФУНКЦИОНАЛИЗМ О СУЩНОСТИ МИФА

291

ским процедурам. Малиновский собрал огромный материал о ма-

гических процедурах аборигенов Тробрианских островов, у кото-

рых окружены магией все те виды хозяйственной деятельности,

которые «связаны с выраженными элементами случайности, рис-

ка или опасности»

. Он показал, что каждому виду хозяйственной

деятельности соответствует свой магический обряд.

Магические обряды носят сложный, комплексный характер.

Составные части магии — заклинание (формула; определенные

слова, произносимые нараспев, относящиеся к мифологии; миф

придает заклинанию смысл и обоснованность), обряд (ритуальные

действия), исполнитель (колдун и др.), получающий способность

к магии, как правило, по наследству. Заклинание — основа магии,

именно в нем заключается главная ее сила, определяемая связью

с мифическими существами, а ритуал лишь «запускает» его.

Сверхъестественность, таинственность заклинания обеспечивают-

ся фонетическими аффектами, имитациями природных звуков (рас-

каты грома, завывание ветра и др.), словесным описанием желае-

мого события, апелляциями к предкам, от которых магия получена.

Поскольку такие предки часто являются мифологическими персо-

нажами, постольку «некоторые из заговоров связаны с мифами»

Для первобытного человека магия является частью наследства

времени творения мира; она «никогда не "рождалась", не создава-

лась и не изобреталась; она всегда просто "была"»

. Магия пред-

стает как принадлежность человека и «никогда не воспринимает-

ся как природная сила, которая пребывает в вещах, действуя

независимо от человека»

. Она действенна только при абсолютно

безукоризненной передаче, без каких-либо изменений, любые

отклонения от исходного варианта для нее губительны. Магия яв-

ляется важным средством организации труда, трудовой коопера-

ции. Это — мощная социальная сила, придающая коллективу чув-

ство солидарности, единства, общности.

Магия — «великое безрассудство надежды»

Чем вызывается появление магии? Малиновский объясняет

это следующим образом. В первобытном обществе практические

возможности человека ограниченны. В своей борьбе с природой

Малиновский Б. Магия, наука и религия. С. 182.

Там же. С. 202.

Там же. С. 75.

Там же. С. 77.

292

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. МИФ В БРИТАНСКОЙ СОЦИАЛЬНОЙ АНТРОПОЛОГИИ XX В.

человек часто оказывается в безвыходных ситуациях. Он посто-

янно ощущает свою ограниченность и стремится найти средства

ее преодоления. Это вынуждает его искать такие модели поведе-

ния, которые могли бы восполнить в критические моменты жизни

его бессилие. Одной из таких моделей поведения и является ма-

гия, придающая первобытному человеку уверенность, сохраняю-

щая стабильность и целостность коллектива в частых ситуациях

бессилия перед стихией природных и социальных воздействий.

«Если человеком достигнут полный контроль над каким-нибудь

процессом, — пишет Малиновский, — то магия никогда не привле-

кается для осуществления этого процесса. Зато магия неизбежно

вторгается в любые типы активности, где случайные и бесконтроль-

ные силы легко опрокидывают человеческие расчеты. В войне, в по-

гоне за дождем и засухой, ветром и морем остро требуются магиче-

ская вера и магический ритуал»

Малиновский подчеркивает, что не следует преувеличивать

роль магии в первобытной культуре. Магия используется только

там, где велик фактор риска, случайности, где страх и надежда не-

отрывны друг от друга. Если же процесс вполне контролируется

человеком, то в магии нет необходимости. Можно сказать, что по-

средством магии человек обеспечивает себе некое иллюзорное

убеждение в возможности достижения успеха в тех формах дея-

тельности, которыми он пока еще рационально не овладел. Магия

опирается не на логику, а на ассоциацию идей, которые непосред-

ственно порождаются игрой эмоций. Магия возникает в ситуаци-

ях особого эмоционального накала, жизненных кризисов, психо-

логических переломов, стрессов, неутоленных желаний. В основе

магии — эмоциональные переживания; в магии человек постигает

природу не разумом, а игрой эмоций.

Психологические истоки магии — в способности эмоций час-

тично умещать те или иные потребности человека, снимать на-

пряженность мотивационных воздействий. Поэтому магические

процедуры нередко сопровождаются сценическим артистизмом,

драматизмом, требуют особых личностных качеств. Ведь «магия

всегда совпадает с личными удачами, мастерством, отвагой и си-

лой ума»

. И если еще окажется, что среди отрицательных резуль-

татов магии появился хотя бы один положительный исход (разу-

Malinowski В. The Dynamics of Cultural Change. P. 49.

Малиновский Б. Магия, наука и религия. С. 82.

ГЛАВА 15. ФУНКЦИОНАЛИЗМ О СУЩНОСТИ МИФА

293

меется, по чисто объективным причинам), то в памяти коллектива

свидетельство положительного исхода сохранится надолго. Оно

будет затмевать отрицательные результаты, усиливая тем самым

магическую традицию.

Магия внушает веру в удачу во всех случаях, позволяет чело-

веку в любой жизненной ситуации сохранять спокойствие, пси-

хологическое равновесие. Ее функция состоит в «ритуализации че-

ловеческого оптимизма, в укреплении его веры в победу надежды

над страхом»

. Первобытный человек уверен, что надежда не мо-

жет не сбыться. В магии Малиновский видит «воплощение высо-

кого безрассудства надежды, которое и сегодня остается наилуч-

шей школой человеческого характера»

. Магия неотделима от

мифологии.

15.3. МИФ КАК ХАРТИЯ

Малиновский считал малоперспективным изучение мифов по

текстам и пересказам, древним священным книгам. Он призывал

«миф изучать живым», т.е. таким, каким он существует в реаль-

ной повседневной жизни первобытных народов. Важен не текст

мифа, а его контекст. Смысл мифа раскрывается из его контекста,

из знания и понимания социальной и культурной организации пер-

вобытной общины. Этим самым функционализм значительно рас-

ширил эмпирическую базу науки о мифе.

В своих работах Малиновский показал, что в первобытных

культурах широко распространены различные жанры повество-

вательного творчества. Среди них сказки (из жизни рассказчика,

своей общины, а также других общин, далеких стран и народов

и др.), в реальность которых ни исполнители, ни слушатели не ве-

рят; рассказы очевидца о событиях, свидетелем которых он был

и достоверность которых могут подтвердить другие; легенды об ис-

торических картинах прошлого, а также мифы.

Мифы — это лишь одна из форм повествовательного перво-

бытного творчества народа. Миф — не сказка, не художественная

фантазия, не протофилософское объяснение мира; в мифе нет ни-

какого символизма. Особенность мифа в том, что он представляет

собой священное сказание и «вступает в действие, когда обряд,

Малиновский Б. Магия, наука и религия. С. 89.

Там же. С. 90.