Найдыш В.М. Мифология

Подождите немного. Документ загружается.

ГЛАВА 25. МИФОТВОРЧЕСТВО В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

417

ски и иначе) через отдельных медиумов, пророков и преследуют

цель информировать человечество о возможных катастрофах, сти-

хийных бедствиях, космических катаклизмах и др.

Квазинаучное мифотворчество порождает вокруг себя токи

высокой духовной напряженности, особую эмоциональную атмо-

сферу, сочетающую одновременно и страх перед будущим, и на-

дежды на то, что мир более благосклонен к человеку, чем это сле-

дует из современной его научной картины; нацеленность на

постоянное ожидание чего-то необычного и внешне вторгающе-

гося в судьбу человека...

Квазинаучные мифологии базируются на размывании границ,

диффузии различий между субъектом и объектом познания, иг-

норируют важнейшее познавательное условие — принципиальное

различие между знаниями человека о мире и реальными объек-

тивными чертами мира, между объектом и его образом. Квазина-

учная мифология онтологизирует любые продукты творческого

воображения субъекта. И потому в ней синкретически сочетают-

ся элементы, принадлежащие к разделенным громадной истори-

ческой дистанцией и далеким друг от друга формам сознания —

науке и мифологии.

«Первопроходцы» квазинаучной мифологии (а среди них не-

мало людей, прошедших определенный тренинг в системе науч-

но-исследовательской деятельности, имеющих научные степени и

звания) пытаются выдать свою деятельность за особую, высшую

форму познания, которая будто бы в самое ближайшее время дол-

жна заменить собой науку как систему экспериментального и те-

оретического исследовательского поиска. Ими все чаще подчер-

кивается, что такая наука уже «отжила свой век». Так ли это?

В науке есть свои исторические этапы развития. Она периодиче-

ски изменяет свои формы. Историки науки выделяют: античную

науку, классическую науку, неклассическую науку, постнекласси-

ческую науку. Активно обсуждается наука будущего. Но это не

значит, что в будущем наука должна быть заменена мифологией.

Кроме того, надо иметь в виду, что если бы в обществе, допус-

тим, победили идеалы квазинаучной мифологии и антинауки, то

это означало бы выбор исторического пути назад в Средневеко-

вье (или к уровню жизни, быта, на котором находятся еще некото-

рые племена Экваториальной Африки или Амазонии). Ведь наука,

рациональное познание мира — основа нашей материальной ци-

вилизации, в том числе и привычных для нас удобств повседнев-

ной жизни (электроэнергии, быта, транспорта, связи и др.).

418

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. НАУКА О МИФЕ В НАЧАЛЕ XXI В.

Средства массовой информации и неомифология

Неомифологические формы культуры, демонстрирующие

творческие возможности духа, в любом их содержании можно

было бы приветствовать, если бы их творцы не выдавали свою де-

ятельность за высшие проявления духовности, которыми следует

заменить «устаревшие» формы науки, политики, искусства, мора-

ли и пр. По их мнению, чем быстрее неомифология заменит «класси-

ческие» формы культуры, тем лучше для человечества. Творцы нео-

мифологем сами себя представляют деятелями «новаторского» типа.

Результаты своей деятельности, часто объявляемые ими «беспреце-

дентными», они относят к «подлинному» культурному творчеству.

И все такие претензии замешиваются на шумной саморекламе, на

навязчивой антуражности, на явных симпатиях бульварных средств

массовой информации, подчас сочетаются с анекдотическими за-

явлениями и претензиями, а нередко и с откровенными мистифи-

кациями.

Средства массовой информации играют крайне негативную роль

в пропаганде современной мифологии. Газеты, радио, телевидение

намного чаще предоставляют свои страницы, эфир и экран бесцере-

монным, а часто и просто совершенно необразованным колдунам,

экстрасенсам, «пиратствующим витиям от антинауки», чем настоя-

щим ученым и деятелям культуры. Серьезные научно-технические

и социально-политические проблемы в средствах массовой инфор-

мации нередко освещаются крайне поверхностно, сопровождаются

легкомысленными толкованиями комментаторов и журналистов.

Представители средств массовой информации любят рассуж-

дать о том, что они — носители «четвертой власти». Но власть —

это всегда ответственность. А вот своей ответственности перед об-

ществом многие представители средств массовой информации,

к сожалению, не осознают. Часто складывается впечатление, что

они вовсе лишены всяческих тормозов. Наши средства массовой

информации постоянно нагнетают страсти вокруг антинаучных

и квазгіЬаучных «открытий», не отдавая себе отчета в том, что та-

кая сенсационность нередко выходит за рамки здравого смысла.

Понятно, что здесь — и недостаточная образованность, и мировоз-

зренческая бедность редакторов, и стремление привлечь любыми

средствами аудиторию, и спекуляция на интересе людей к чудес-

ному, и рекламно-финансовые интересы, и прочие факторы.

Но за всем этим нет главного: культурно-воспитательной и об-

разовательной роли средств массовой информации. Скорее наобо-

рот, активной пропагандой иррационализма и неомифологии сред-

ГЛАВА 25. МИФОТВОРЧЕСТВО В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

419

ства массовой информации оглупляют наше общество, привива-

ют людям представление о том, что все их жизненные проблемы

можно решить в одно мгновение, одним махом, чудесным обра-

зом. Носитель такого сознания — это не здравый и критически

мыслящий представитель гражданского общества, которое мы с та-

кими трудностями строим; это человек, не способный к рациональ-

ной, критической, сознательной, целенаправленной деятельности;

не субъект творческой деятельности, а пассивный «винтик», зве-

но социальных манипуляций, он слепо верит во все, что ему навя-

зывают «свыше». И тогда закономерно возникает вопрос: а чем,

собственно говоря, такая идеология отличается от тоталитарной?

В нашем полном острейших противоречий и потому особенно

ранимом и стремящемся к устойчивости и равновесию обществе

остро ощущается несомненный дефицит спокойного, трезвого по-

нимания неомифотворчества, потребность в выработке адекват-

ного мировоззренческого отношения к нему. Уроки истории нуж-

но усваивать. Одна из важных черт гражданского общества —

господство в массовом сознании принципов рационализма, раци-

оналистического критицизма. Только в этом случае создаются ре-

альные условия для достижения баланса интересов общества и лич-

ности — основы гражданского общества.

25.2. НЕОМИФОЛОГИЯ В ДИНАМИКЕ КУЛЬТУРЫ

Основания неомифологии

В качестве причин, порождающих неомифотворчество, обычно

указывают экономические, социальные, политические, институци-

ональные и др. К ним относят: общественный кризис, снижение

престижа науки и образования, утрату общественных ориентиров,

устранение цензуры, государственного контроля, господство рыноч-

ных механизмов в практике средств массовой информации, экс-

плуатацию безграничного доверия публики к печатному слову, тра-

дицию упрощенной популяризации науки, моду на научную

фантастику и др. Все эти причины, безусловно, имеют отношение

к возникновению неомифологии. Но есть и более глубокие, духов-

но-культурные основания. Ведь она — не случайный продукт со-

знания и проявляет некоторые глубинные стороны духовной дея-

тельности.

Какие? Те, которые выражают личностную модальность ми-

фотворчества (см. главу 24). Духовная культура не является чем-

420

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. НАУКА О МИФЕ В НАЧАЛЕ XXI В.

то застывшим и неизменным; она находится в состоянии постоян-

ного изменения. Это — направленная в будущее динамическая си-

стема. Во взаимодействие человека с миром включаются новые

опосредующие звенья (как в сфере деятельности, так и в сфере

общения), которые не охватываются когнитивной стороной созна-

ния, не рефлексируются, а лишь переживаются субъектом.

В сложной динамической системе духовной культуры посто-

янно появляются новые и исчезают старые элементы (образы,

представления, понятия и пр.), устанавливаются новые и отми-

рают старые связи и отношения между элементами. В этой дина-

мике калейдоскопически сменяются ценностные ориентиры

и предпочтения, диверсифицируются потребности и интересы,

осуществляются многообразные синтезы и отпочкования и др.

Причем процессы дифференциации неизбежно дополняются ин-

тегративными, синтезирующими тенденциями. Синтезирующие,

интегративные процессы осуществляются как по магистральным,

так и по девиантным линиям развития в системе культуры.

Магистральные линии культуры — это такие ее направления,

которые закономерно и необходимо вырастают из оснований той

или иной формы культуры. Магистральные области культуры —

те, которые опираются на основания данной формы духовной куль-

туры, на ее исторические пласты, подпитываются ими, вырабаты-

вают с ними устойчивые структурообразующие связи и отноше-

ния. Это гарантирует применение в таких областях культуры

высоких творческих профессиональных критериев, эталонов, при-

дает им черты элитарности, рациональности и др.

Девиантные линии порождаются в результате взаимодействия

вторичных, побочных, часто флуктуационных, в конечном счете

случайных факторов. Девиантные линии культуры (в искусстве —

разные формы поп-арта; в науке — различные формы квазинауч-

ных мифологий, псевдонаучных построений и др.; в религии — раз-

личного рода нетрадиционные секты) характеризуются отсутстви-

ем глубинной исторической укорененности, утерей связей со

своими культуротворческими основаниями, что выражается зани-

женными критериями профессионализма, сиюминутными, часто

утилитарными, ценностями, «популизмом» и др.

Один из важнейших культурных синтезов — синтез истории

культуры и ее новейших форм. Каждый новый существенный шаг

культурного творчества осуществляется при условии освоения не

только новейших достижений культуры, но и глубинных истори-

ческих пластов культуры. История культуры во все больших мае-

ГЛАВА 25. МИФОТВОРЧЕСТВО В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ 421

штабах вовлекается в культуротворчество нашего времени, ста-

новится его непосредственной предпосылкой. Глубинные пласты

культуры не остались в прошлом, а в виде различных идей, смыс-

лообразов, процессов и тенденций обогащают современное состо-

яние культуры в ее развитии. Мы все больше ощущаем, что исто-

рия не осталась в прошлом, она живет в настоящем и вместе

с настоящим определяет будущее.

Неомифотворчество — одна из форм в девиантнОй линии син-

теза истории культуры и ее новейших форм. Конечно же, наплас-

тование исторических типов сознания существенно трансфор-

мировало первобытное мифотворчество, но ни в коем случае не

«растворило», не устранило самого мифотворчества. Первобытное

мифотворчество трансформировалось в универсальную способ-

ность сознания продуцировать неинтерпретируемые формы на-

глядно-чувственной образности. Неомифотворчество и является

современным продуктом такой способности сознания.

Такой подход позволяет прояснить и истоки квазинаучной

мифологии.

Фольклорная природа квазинаучного мифотворчества

Представители квазинаучной мифологии выдают свою дея-

тельность за «высшую форму познания мира». Однако анализ ква-

зинаучного мифотворчества показывает, что оно принципиально

чуждо познавательному, субъект-объектному отношению к миру.

Квазинаучное мифотворчество не нацелено на познавательное

освоение мира. Оно определяется совершенно иными целевыми

ориентирами — ценностными факторами, функционирующими

в системе субъект-субъектных отношений, межличностного обще-

ния, в конфигурациях повседневного взаимодействия людей и др.

Другими словами, квазинаучное мифотворчество вовсе не явля-

ется разновидностью познавательной (пусть даже вне (до) научной)

деятельности. Оно представляет собой некий вид духовного осво-

ения мира, в котором познавательный момент носит вторичный,

антуражный характер. К какой же в таком случае сфере духовной

деятельности следует относить квазинаучного мифологического

кентавра?

Для ответа на этот вопрос следует обратиться к истории ду-

ховной культуры и попытаться выявить в ней протоформы совре-

менных квазинаучных мифологем. Это оказывается возможным.

И приводит к несколько неожиданным, на первый взгляд, резуль-

татам: современные квазинаучные мифологемы обнаруживают

422

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. НАУКА О МИФЕ В НАЧАЛЕ XXI В.

идейное, структурное и генетическое родство с таким жанром уст-

ной народной несказочной прозы, как быличка.

Былички — это устные народные рассказы (воспоминания, ме-

мораты) о якобы имевших место в действительности встречах чело-

века со всевозможными сверхъестественными существами, главным

образом из пантеона «низшей мифологии» (домовой, банник, кики-

мора, водяной, русалка и др.), или с людьми, обладающими сверхъ-

естественными способностями, надчеловеческой силой (ведьмы, кол-

дуны); это также истории о привидениях, оборотнях, вампирах,

о невероятных находках, кладах и т.п. Такие встречи и находки мо-

гут быть как опасными, губительными, так и, наоборот, благодатны-

ми, спасительными для их героя. В основе быличек лежит установка

на полную достоверность фантастических событий, сверхъестествен-

ное представлено в них как подлинное и реально существующее вне

человека и наряду с ним.

Слишком велико структурное, сюжетное сходство быличек

и квазинаучных мифологем и незначительна мера их различий, по-

рожденных культурно-исторической дистанцией, для того чтобы

не высказать предположение о том, что именно та фольклорная

сюжетообразующая (возможно, архетипическая) структура, кото-

рая заложена в быличке, послужила основой для возникновения

форм современного квазинаучного мифотворчества. Такая фольк-

лорная сюжетообразующая основа, в свое время непосредственно

проявившая себя в жанре былички, в своем дальнейшем историче-

ском развитии претерпела множественные метаморфозы и, впитав

в себя элементы научной картины мира, ценности и установки ра-

ционалистического мировосприятия, образы популярной научной

фантастики, философские представления об универсуме, трансфор-

мировались в жанр квазинаучного мифотворчестра.

Таким образом, быличка как жанр фольклора является прото-

формой многих современных квазинаучных мифологем. Поэтому

квазинаучное мифотворчество является не познавательным, а цен-

ностно-эстетическим феноменом, выражает эмоционально-эсте-

тические состояния субъекта. Значит, результаты квазинаучного

мифотворчества — квазинаучные мифологемы — должны интер-

претироваться не в системе категорий «истинно—ложно»,

а в принципиально иной плоскости: через оценку меры их поэтич-

ности.

Следует отказаться от представления, что в условиях техно-

генной цивилизации фольклорное творчество — удел узких слоев

ГЛАВА 25. МИФОТВОРЧЕСТВО В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

423

населения, тяготеющих к крестьянско-патриархальным традици-

ям. Любая культура, и соответствующее ей сознание, множествен-

на и целостна одновременно. В любой культуре, в том числе и со-

временной, существуют разные качественно своеобразные

уровни, слои, пласты. В любую эпоху все индивиды, вовлеченные

в систему воспроизводства и развития культуры, в своем созна-

нии содержат компоненты всех имеющихся в данной культуре

уровней, слоев, пластов. В полной мере это относится и к фолькло-

ру, к пластам народных верований, мифопоэтических образов,

предрассудков и пр. Пласты фольклорного сознания не чужды и об-

разованным слоям общества, ученым, прошедшим выучку, тренинг

в системе научно-рационального, познавательного освоения мира.

Фольклорное сознание по самой своей природе способно катали-

зировать интеграционные процессы в системе духовной культуры,

торить новые пути, устанавливать новые связи между различными

формами сознания и тем самым способствовать возникновению

новых формообразований культуры, в том числе и таких «дико-

винных», как квазинаучный мифологический кентавр.

Итак, будем наслаждаться художественной образностью рас-

сказов об НЛО, о снежном человеке, лох-несском чудовище и Бер-

мудском треугольнике. Но не следует спешить снаряжать экспе-

диции для их исследования. То, что все такие экспедиции до сих

пор оказывались безрезультатными, вовсе не случайно, иначе быть

и не могло...

25.3. РЕКЛАМА И МИФОТВОРЧЕСТВО

Современный человек в своей повседневности буквально ок-

ружен миром рекламы. Особенно это бросается в глаза в условиях

городской жизни. Здесь реклама навязчива и повсеместна. На каж-

дом шагу на улицах и зданиях больших и малых городов наш взгляд

вольно или невольно останавливается на броских, обращающих

на себя внимание рекламных щитах, вывесках, плакатах. Они ин-

формируют и призывают, завлекают, мотивируют наше поведе-

ние, заставляют нас осуществить тот или иной поступок, пытают-

ся формировать наши потребности и наши мнения. И часто им это

удается. Бывают случаи, когда под влиянием рекламных призывов

люди меняют свои жизненные планы, а иногда и свои судьбы. В

чем загадка эффективности рекламы, тайна ее действенности?

Если кратко ответить на этот вопрос, то можно сказать, что тайна

424

ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. НАУКА О МИФЕ В НАЧАЛЕ XXI В.

рекламы — в ее мифологичности. Возможность рекламы коренит-

ся в самой природе мифотворчества.

Как мы отмечали выше (глава 24) миф (неомиф) — это всегда

некий наглядно-чувственный обобщенный образ в неразрывном

единстве с его личностным смыслом. Образ — это сложно струк-

турированный феномен. Как продукт сознания он заключает в себе

двойственное отношение: к отображаемому предмету и к субъек-

ту, условиям отражения. Отношение к отображаемому предмету

представлено знанием. Знание есть всегда осознание мира, находя-

щегося вне самого сознания. Отношение образа к субъекту и усло-

виям отражения представлено в смысловой составляющей сознания.

Личностный смысл связывает потребности, интересы, цели субъек-

та с отраженной в образе действительностью и эмоционально-во-

левой, аффективной сферой сознания.

В любой форме мифотворчества связь образа и личностного

смысла субъектом не осознается, не интерпретируется. Такая связь

устанавливается внешними объективными обстоятельствами его

жизнедеятельности. Они могут складываться в ходе естественно-

го расширения жизненного мира (появления новых обстоятельств

в структурах повседневности, общении), но могут быть вызваны

искусственно другим субъектом (личностью, коллективом, соци-

альным институтом), обычно отвечая его интересам. Среди соци-

альных институтов, искусственно формирующих связи образов

и личностных смыслов (наряду с политической идеологией, сред-

ствами массовой информации и др.) реклама занимает важное ме-

сто. Это и понятно, ведь личностный смысл теснейшим образом

связан с потребностями человека.

Жизненный мир человека центрируется потребностями.

Потребности — база жизненного мира человека. (Разрушение сфе-

ры потребностей рано или поздно приводит к смерти.) Все осталь-

ные связи жизненного мира проявляются, выявляются и осваива-

ются человеком в связи с реализацией потребностей. Жизненный

мир приобретает характер целостной системы именно благодаря

потребностям и деятельности по их реализации.

Для регуляции поведеция в среде психика должна воспроиз-

водить как конкретные особенности пространственно-временной

ситуации, в которой находится организм, так и потребности орга-

низма. Особенности среды отражаются не сами по себе, а в их от-

ношении к потребностям организма. Человек не только познает

мир, но и оценивает его свойства с точки зрения их значимости

для удовлетворения своих потребностей. Функции же оценки все-

ГЛАВА 25. МИФОТВОРЧЕСТВО В СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЕ

425

гда признавались за эмоциями, которые выступают субъективной

формой представления потребностей.

Отдельные вещи, предметы, явления, попадая в систему жиз-

ненного мира человека, приобретают особое объективное систем-

ное свойство. Таким свойством является некий смысл, выражаю-

щий отношения элементов жизненного мира к потребностям

субъекта (личности, коллектива). Элементы жизненного мира

наделяются смыслами в той мере, в какой они соотносятся с акту-

альным удовлетворением потребностей субъекта в процессе его

жизнедеятельности.

Таким образом, потребности и смыслы в жизнедеятельности

личности теснейшим образом взаимосвязаны. И хотя в конечном

счете потребности являются определяющими по отношению

к смыслам, тем не менее и смыслы (как относительно самостоя-

тельные структуры сознания) могут воздействовать на потребно-

сти, в определенных границах их изменяя, вызывая, порождая.

В этом коренится природа рекламного мифотворчества: наглядно-

чувственный образ => личностный смысл => потребность. А если

потребность сформировалась, то рано или поздно будет соверше-

но и действие по ее реализации. В результате рекламный образ

в той и иной мере и в том или ином качестве изменит ваш жизнен-

ный мир.

Таким образом, реклама — это, по сути, одна из форм мифо-

творчества. Любая реклама — это мифологема. Но мифологема

особая. Она нацелена не на построение наглядно-образной карти-

ны объективного мира, а на самого человека, жизненный мир его

потребностей. Задача рекламы в том, чтобы через построение не-

которого образа действительности актуализировать в духовном

мире субъекта определенные смыслы, которые в свою очередь спо-

собны сформировать необходимые рекламодателю потребности

человека или (в случае социальной рекламы) новые мотивы и иде-

алы личности.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Что такое неомифотворчество?

2. Что такое квазинаучная мифология?

3. Каковы фольклорные истоки квазинаучной мифологии?

4. Как связаны неомифология и современная реклама?

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вокруг мифа, мифологического никогда вполне не исчезал

ореол таинственности. В течение тысячелетий миф был тайной для

человека. Но вместе с тем и любая человеческая тайна всегда ок-

рашена в цвета мифотворчества. Тайна мифа и мифотворчество

тайны были неразрывны в течение тысячелетий. Историческим

развитием философии и науки были подготовлены решения мно-

гих великих тайн бытия. Пришла очередь и для тайны мифотвор-

чества.

Формирующаяся на наших глазах единая теория мифа имеет

значительные перспективы. В такой теории мифотворчество яв-

ляется фундаментальной когнитивной способностью сознания, не-

обходимой закономерной фазой в логике развития мышления от

образа к мысли (как в филогенезе, так и онтогенезе). Особенность

этой фазы в том, что мысль здесь формируется в результате опе-

раций над образами, отношения вещей вычленяются через связи

наглядно-чувственных образов, операндами системы мышления

здесь выступают исключительно чувственные (первичные и вто-

ричные) образы объектов, но не операции над ними.

На^этом этапе налаживается устойчивое взаимодействие сен-

сорно-перцептивного и операционального уровней мыслительной

системы. Операции над образами позволяют выявлять отдельные

отношения вещей, впаянные в образы, т.е. судить о тех сторонах

действительности, которые в образе представлены не непосред-

ственно, а опосредованно. Такие отношения выражаются через ряд

несистематизированных абстракций, которые выделяют отдель-

ные свойства в содержании образа, но еще не способны двигаться

по «внутренней логике» сущностных связей объекта.