Бемер Г. Иезуиты. Ли Г.Ч Инквизиция

Подождите немного. Документ загружается.

1113

Приговор

рекладину; если он был Совершенный, то нашивался

третий крест на шапке. В других случаях узник, отпу-

щенный на поруки, должен был носить молот. Мы уже

говорили о красных языках, нашиваемых на лжесвиде-

телей, и о листах, которые носили подделыватели до-

кументов, но было еще много других знаков унижения,

до которых мог додуматься инквизитор. Эти клейма ка-

ющийся должен был носить как дома, так и вне его, и

должен был заменять их новыми, когда они приходили

в ветхость. Во второй половине XIII века отправляв-

шимся в крестовый поход за море разрешалось снять

эти кресты на время похода с условием снова нашить

их по возвращении. В начале деятельности инквизиции

это унизительное наказание обыкновенно ограничива-

ли сроком от одного год до восьми лет; но впоследствии

наказание это накладывалось постоянно на всю жизнь,

хотя инквизитор имел право всегда сложить его ввиду

хорошего поведения кающегося. Так, например, на

аутодафе 1309 года Бернар Ги разрешил Раймунде,

жене Этьена Го, снять кресты, носить которые она была

осуждена лет сорок перед этим Понсом де Пуайэ и Эть-

еном де Гатин

Нарбоннский собор 1229 года предписал ношение

крестов всем обращенным, которые добровольно от-

реклись от ереси, как доказательство того, что они пи-

тают отвращение к своим прежним заблуждениям. По-

Conc, Biterrens. ann. 1246, Append. c. 26.– Lib. Sentent. Inq.

Tolos. 8, 13, 130, 228.

В Италии кресты, по-видимому, делались из красного сукна

(Аrchiv. di Firenze, Prov. S. Maria Novella, 31 oct. 1327).– В XIII в.

есть отдельное упоминание о другой poena confusibilis, состояв-

шей в том, что кающийся носил деревянный воротник. Она упо-

минается в Шаритэ, в 1233, но другого подобного примера не

встречается (Ripoll, I, 46).

1114

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

видимому, эту епитимию находили тяжелой, и дела-

лись попытки освободиться от нее, так как статуты

Раймунда от 1234 года и собора в Безье того же года

грозят конфискацией имущества тем, кто откажется

носить эти видимые знаки позора или будет скрывать

их. Другие соборы, подтверждая это постановление,

распространили его на всех, кто воссоединится с цер-

ковью. Валанский собор 1248 года постановил, что

ослушники без всякого сожаления должны быть при-

нуждены загладить свою вину, а в случае повторения

ее с ними должно быть поступлено как с бежавшими

из тюрьмы, и к ним должны быть применены все те

наказания, которым подлежат нераскаявшиеся ерети-

ки. В 1251 году один кающийся, собираясь отплыть в

крестовый поход, решил, что может снять с себя кре-

сты раньше выступления в поход; за это он попал под

суд, ему присудили всякое первое воскресенье каждо-

го месяца приходить в Каркассон босиком, в одной

рубашке и штанах и обходить все городские церкви,

подвергаясь бичеванию; и это наказание должно было

продолжаться до тех пор, пока он не сядет на корабль

Эти суровые меры показывают, до чего невыносимо

было ношение крестов. Петр Селла приговаривал к это-

му наказанию только за тяжелые прегрешения и всегда

на определенное число лет; позднее это наказание ста-

ли применять при каждом случае и на всю жизнь. Не-

счастный кающийся был предметом всеобщих насме-

шек, и ему было очень трудно зарабатывать себе

дневное пропитание. В первые времена инквизиции,

Concil. Narbonn. ann. 1229. c. 10.– Statut. Raymondi ann. 1234

(Hardouin, VII, 205).– Concil. Biterrens. ann. 1234, c. 4. – Concil.

Tarraconens. ann. 1242.– Concil. Narbonn. ann. 1244, c. 4.– Concil.

Valentin. ann. 1248, c. 13.– Concil. Albiens. ann. 1254, c. 4.– Mss.

Bib. Nat., fon. lat., nouv. acquis., 139, fol. 2.

1115

Приговор

когда большинство населения Лангедока состояло из

еретиков, и когда людей, отмеченных крестами, было

так много, что даже боялись их появления в Палести-

не, то собор в Безье в 1246 году счел нужным объяс-

нить населению, чтобы оно оказывало хороший прием

кающимся; он запретил насмехаться над ними и отка-

зываться от сношений с ними, так как, пояснил собор,

наглядное выражение покаяния должно у всех верных

вызывать чувство удовлетворения и служить поводом

к приветствию. Но хотя кающиеся и находились под

особым покровительством церкви, тем не менее, она

настолько ревностно проповедовала ненависть к ереси,

что не могла смягчить отношений массы к тем, кото-

рых она клеймила. В 1252 году каркассонская инкви-

зиция вызвана на суд Раймунду Манифасье за то, что

она сняла с себя кресты; она оправдывалась, говоря, что

ее плащ изорвался, и что она не могла сделать нового

за неимением средств; что же касается креста на пеле-

ринке, то его запретила носить ей хозяйка, давшая ей

новую пелеринку без креста. Более поучителен случай

с Арнольдом Изарном, о котором мы уже упоминали:

промучившись год, он увидел, что ему не заработать

себе куска хлеба с этими знаками унижения

Инквизиция прекрасно понимала, что положение

кающихся было ужасно, и иногда она милостиво об-

легчала его. Так, например, в 1250 году в Каркассо-

не было разрешено Петру Пельга снять кресты на

время поездки во Францию. Бернар Ги свидетельству-

ет, что молодым девушкам часто разрешалось сни-

мать кресты, так как с ними они не могли выйти за-

муж. В одном из образцов его «Practica», касающихся

освобождения кающихся от ношения крестов, пере-

Coll. Doat, XXI, 185 и след.– Concil. Biterrens. ann. 1246, c. 6.–

Molinier, «L’Inquis. dans le Midi», 412.– Lib. Sent. Inq. Tolosan. 350.

1116

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

числяются разнообразные мотивы, обыкновенно при-

менявшиеся в этом случае: преклонный возраст или

слабость (несомненно потому, что старик или боль-

ной не могли заставить молчать насмешников), или

наличность у кающегося семьи, которую нужно кор-

мить, или дочерей, которых нужно выдать замуж.

Еще более внушительны формулы воззваний, угрожа-

ющие преследованием за помеху действиям инквизи-

ции и осуждением на ношение крестов всем, кто бу-

дет издеваться над кающимся, будет гнать их или

мешать им следовать их призванию; но бесплодность

этих обращений засвидетельствована указами светс-

ким властям, которым предписывалось искоренять

подобные злоупотребления. В конце концов, подоб-

ные напоминания сделались обязательной частью всех

аутодафе. Все это показывает, что ношение креста,

этой эмблемы христианства, было одним из самых тя-

желых наказаний. Санбенито позднейшей испанской

инквизиции происходит от наплечника с крестами

шафранного цвета, который надевали на приговорен-

ных к тюремному заключению, когда в известные праз-

дники их выставляли у дверей церкви, чтобы их ужас-

ный вид и унижение поучали народ

В первое время возникновения инквизиции вопрос

о том, могут ли инквизиторы налагать штрафы, был

спорным. Обет бедности, даваемый нищенствующими

монахами, которым было поручено святое дело инк-

визиции, еще не пришел в забвение, и трудно было

примириться, видя, как они богатеют благодаря закон-

ному или незаконному применению своей почти без-

Molinier, op. cit. 404, 414– 15.– Bernard. Guidon. «Gravamina»

(Doat, XXX, 115).– Ejusd. «Practica», P. II (Doat, XXIX, 75).–

Arch. de l’Inq. de Carcass (Doat XXXVII, 107, 135, 149).– Eymerici

«Direct. Inq.», 496– 99.

1117

Приговор

граничной власти. Мы уже приводили приговор от

1237 года, которым некто Понс Гримоарди, доброволь-

но обратившийся, был присужден уплатить инквизи-

тору десять ливров morlaas. В 1245 году приговор,

вынесенный во Флоренции неутомимым инквизитором

Руджиери Кальканьи, показывает, что штрафы стали

там обычным наказанием. И не без основания Нарбон-

нский собор 1244 года в своих инструкциях инквизи-

торам предписывает им не приговаривать к денежным

наказаниям как в интересах доброго имени ордена, так

и ввиду того, что им надлежало выполнить много дру-

гого. Сам орден чувствовал, что эти замечания спра-

ведливы. Так как инквизиторы, по крайней мере, в те-

ории не вышли еще из-под надзора своих старших, то

провинциальный капитул в Монпелье в 1242 году пы-

тался применить на деле правила ордена и запретил

монахам налагать на будущее время штрафы и взыс-

кивать наложенные ранее. Но на это постановление

мало обратили внимания, как это видно из буллы Ин-

нокентия IV от 1245 года, в которой папа, желая со-

хранить доброе имя инквизиторов, повелевает, чтобы

штрафы получались двумя лицами, избранными епис-

копом и инквизитором, с тем, чтобы они шли на по-

стройку тюрем и на содержание заключенных. Чтобы

согласоваться с буллою Иннокентия IV, собор в Безье

в 1246 году отменил постановление Нарбоннского со-

бора и постановил, чтобы штрафы шли на тюрьмы и

на покрытие необходимых расходов инквизиции. Не-

сомненно, епископы охотно приняли это постановле-

ние, чтобы не платить из своего кармана тех издержек,

которые проистекали из их епископской юрисдикции.

В современном наставлении инквизиторам назначение

штрафных денег определялось в указанном смысле, но

злоупотребления не замедлили возникнуть, и уже в

1249 году Иннокентий IV жестоко упрекал инквизи-

1118

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

торов за их лихоимство к ущербу обращенных, к сты-

ду Св. Престола и к соблазну верных. По-видимому,

этот упрек не оказал желанного действия, так как в

1251 году папа совершенно запретил инквизиторам на-

кладывать штрафы во всех тех случаях, когда можно

было наложить другое наказание. Но инквизиторы до-

бились отмены этого запрещения и присвоили право

накладывать денежные наказания по своему усмотре-

нию. Суммы, собранные таким путем, само собой ра-

зумеется, должны были идти на добрые дела, подра-

зумевая под этим и расходы св. Инквизиции; а так как

все деньги поступали в руки лично инквизиторам, то,

вероятно, их не тратили на посторонние нужды, а рас-

ходовали «благоприлично, не вызывая соблазна сре-

ди мирян», как советовал это Эмерик. В приговорах,

вынесенных братом Антонио Секко по делу крестьян

вальденских долин в 1387 году, осуждение на ноше-

ние крестов обыкновенно сопровождалось штрафом от

5 до 10 флоринов золотом, уплачиваемых инквизиции

«на покрытие расходов по делу». Государство попы-

талось было получить себе часть этих денег, но его

притязания были отвергнуты собранием экспертов, со-

званным в Пиаченце в 1276 году ломбардскими инк-

визиторами, братом Никколо да Кремона и братом Да-

ниелэ да Джуссано. Первый тулузский инквизитор

Петр Селла накладывал денежные наказания, назначе-

ние которых было более разумно: кроме паломничеств

и других наказаний, осужденный обязывался содер-

жать на свой счет, несколько лет или целую жизнь,

священника или одного бедного из своей страны

Vaissete, III. Pr. 386.– Lami, «Antichitв Toscane», 560.– Concil.

Narbonn. ann. 1244, c. 17.– Innoc. PP. IV. Bull. «Quia te», 19 jan. 1245

(Doat, XXXI, 71).– Molinier. po. cit. 23, 390.– Concil. Biterrens. ann.

1246, Append. c. 27.– Practica super Inquis. (Mss. Bit. Nat. ton. lat.,

1119

Приговор

В позднейшую эпоху выставляли на вид, что штраф

принципиально не допустим, так как, если обвиняе-

мый – еретик, то все его имущество должно быть

конфисковано, если же он невиновен, то он не дол-

жен быть наказан. На это инквизиторы возражали,

что кроме еретиков есть еще сторонники и защитни-

ки ереси, люди, вся вина которых состояла в том, что

они произнесли неосторожное слово; на этих людей

можно было и даже следовало накладывать штрафы.

Таким образом, злоупотребление осталось, так как

оно было выгодно для инквизиции

От штрафов нельзя отделять замену наложенных на-

казаний уплатой известной суммы. Мы уже говорили,

как был распространен и прибылен обычай «слагать»

с крестоносцев обеты; неминуемо аналогичное злоупот-

ребление должно было запятнать и отношение церкви

к кающимся, которых инквизиция передавала ей в руки.

Скоро было найдено оправдание, а именно, что день-

ги, собранные таким образом, должны идти на дела бла-

гочестия, а какое дело было более благочестивым, чем

удовлетворение нужд тех, кто ревностно трудился над

сохранением веры в ее чистоте. Примером здесь слу-

жил Св. Престол. Мы уже видели, что в 1248 году пап-

ский духовник Альгизий приказал от имени Иннокен-

тия IV освободить десять заключенных, сознавшихся в

ереси, на том основании, что они пожертвовали круп-

ные суммы на Св. Землю. В том же году Иннокентий

№ 14930, fol. 222).– Onnoc. PP. IV. Bull. «Cum a quibusdam», 14

maii 1249 (Doat, XXXI. 81, 116).– Coll. Doat, XXXIII, 198.– Ripoll.

I, 194,– Eymerici «Direct. Inq.», 648– 9, 653.– Zanchini «Tract. de

Haeret.». c. XIX, XX, XLI.– Archiv. Storico Italiano, № 38, стр. 27,

42.– Campi, «Dell. Hist. Eccles. de Piacenza», P. II, 309.– Coll. Doat,

XXI, 185 и след.

Bernardi Comens. «Lucerna Inquisit.» s. v. «Poenam».

1120

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

официально разрешил Альгизию сложить наказание

нескольким еретикам без согласия инквизиторов, и он

предоставил полное право архиепископу Оха заменить

«благотворительностью» духовные наказания, наложен-

ные на воссоединенных с церковью еретиков. В это вре-

мя Раймунд готовился к крестовому походу, и предлог

был хороший. Еретики желали только одного – спасти

свою жизнь ценой имущества, и проект обещал хоро-

шие доходы. Ввиду этого в 1249 году Альгизий был по-

слан в Лангедок с широкими полномочиями заменять

наложенные инквизиторами наказания штрафами, пред-

назначаемыми на нужды церкви и Св. Земли, и разда-

вать все необходимые разрешения грехов, не обращая

внимания на привилегии инквизиции. Не трудно дога-

даться, что инквизиторы не замедлили последовать доб-

рому примеру. В известных нам случаях обыкновенно

определяется, на какое благочестивое дело должны пой-

ти деньги; так, например, в 1255 году тулузские инк-

визиторы отменили наказания, наложенные ими на две-

надцать главных граждан Лавора, под условием, чтобы

они внесли известную сумму на сооружение храма, ко-

торый впоследствии стал кафедральным собором это-

го города; в 1258 году они то же сделали и в пользу цер-

кви в Нажаке. Мосты были предметом общественного

пользования, и поэтому постройка мостов была подве-

дена под растяжимое понятие «благочестивых дел». В

1310 году в Тулузе Матье Эйшар был освобожден от

ношения крестов и от паломничеств под условием де-

нежного взноса сорока турских ливров на постройку

моста на Тоннесе. В формуле подобных мировых сде-

лок, составленной Бернаром Ги, говорится, что поми-

лование, сложение паломничеств или других духовных

наказаний допускаются при уплате 40 ливров на пост-

ройку известного моста или известной церкви, или «на

дела благочестия по нашему усмотрению». Последняя

1121

Приговор

оговорка показывает, что деньги, взносимые взамен на-

казания, не всегда шли на общественные дела. Так, на-

пример, до нас дошли бумаги нарбоннского инквизито-

ра от 1264 года, который дал прощение Гильему де Пюи

ввиду пожертвования им 150 турских ливров на пользу

инквизиции. Величина этих сумм показывает, как силь-

но желали кающиеся покончить дело миром, и как ве-

лика была у инквизиторов власть вымогать деньги. Если

инквизитор был человеком честным, то он мог, конеч-

но, устоять против соблазна; но если это был человек

алчный, то он пользовался почти безгранично легкой

возможностью вымогать деньги у несчастных, безза-

щитных жертв. Эта система сохранилась до последних

дней инквизиции. Во время Николая V брат Мигель,

инквизитор арагонский, смертельно оскорбил несколь-

ко видных сановников, действуя согласно инструкциям

папы; они за это схватили его и продержали девять ме-

сяцев под замком. Это было возмутительное нападение

на инквизицию. В 1458 году Пий II приказал архиепис-

копу Сарагоссы выкопать кости одного из виновных и

послать их в Рим на суд; но он добавил при этом, что

архиепископ по своему усмотрению может заменить

это наказание штрафом на нужды войны против турок

и переслать эти деньги в папскую канцелярию. Само

собой разумеется, что смертный приговор законным

путем никогда не мог быть выкуплен деньгами

Когда кающийся умирал, не вполнив своей епити-

мии, то случай для подобных сделок был особо благо-

Arch. de l’Inq. de Carcass. (Doat, XXXI, 152).– Arch. Nat. de

France, J. 430, № 1 – Berger, «Les Registres d’Innoc. IV», № 4093.–

Vaissete, III, 460, 462.– Molinier, op. cit., 173, 283–4, 391, 396–7.

Lib. sent. Inq. Tolos., 40.– Bern. Guidonis «Practica» (Doat, XXIX,

83).– Coll. Doat, XXXI, 292.– Arch. de l’Inq. de Carcass. (Doat,

XXXV, 192).– Zanchini «Tract. de Haeret.», c. XIX.

1122

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И УСТРОЙСТВО

приятен. Смерть не освобождала людей от инквизиции

и отнюдь не смягчала ее преследований. На практике

здесь могло быть различие между теми, кто умирал,

смиренно выполняя свою епитимию, но не успев дове-

сти ее до конца, и между теми, кто добровольно не за-

хотел подчиниться ей; но по букве закона невыполне-

ние духовного наказания влекло за собой обвинение в

ереси безразлично как для живого, так и для мертвого.

Так, например, в 1329 году каркассонская инквизиция

приказала вырыть и сжечь кости семи лиц, которые, не

исполнив наложенных на них епитимий, умерли в ере-

си; это естественно влекло конфискацию их имущества

и грозило их потомкам, кроме разорения, еще извест-

ными ограничениями прав, о которых мы говорили

выше. Соборы Нарбонны и Альби предписали инкви-

зиторам требовать удовлетворения от наследников тех,

кто умер до суда, если они должны были быть осужде-

ны на ношение крестов, а также от наследников тех, кто

сознался и был осужден, но умер раньше, чем мог на-

чать или выполнить епитимию. Ги Фукуа высказывает

предположение, что в подобном случае кающийся по-

падает в Чистилище, и он приходит к выводу, что с его

наследников ничего не следует требовать; но его авто-

ритет должен был клониться перед более прибыльным

учением соборов, и современное руководство предпи-

сывало инквизиторам требовать «приличного удовлет-

ворения». Есть что-то особенно отталкивающее в той

алчности, с которой преследовали за пределами моги-

лы тех, кто смиренно сознался, раскаялся и был при-

нят в лоно Матери-церкви; но инквизиция не знала

жалости и отбирала все до последнего гроша. Так, на-

пример, инквизитор Каркассона предписал пятилетнее

паломничество в Св. Землю некоему Жану Видалю; но

он умер, не успев выполнить этого. 21 марта 1252 года

его наследники, вызванные на суд, показали под при-