Докучаев И.И. Ценность и экзистенция. Основоположения исторической аксиологии культуры

Подождите немного. Документ загружается.

польза и ценность — состояния или свойства субъ

екта, а не объекта, которым является вещь. Особым

случаем оказываются в этой связи деньги. Их мож

но принять за ценное как таковое постольку, по

скольку они есть выражение духовного состояния

вещи, а именно — ее так называемой материальной

ценности. В некотором смысле это правильно.

Деньги оказываются знаками, означаемое кото-

рых — мера ценности вещи. Однако следует напом-

нить, что деньги — знаки-посредники, обеспечи-

вающие обмен вещами, производимый между

людьми. Деньги есть мера ценности вещей, однако

они же — и мера их полезности. Деньги сами по себе

не транслируют ценностей, но позволяют соотно-

сить ценность одной вещи с ценностью другой. И

постольку, поскольку ценное и полезное в данном

случае невозможно отделить друг от друга, зачастую

деньги помогают приобретать полезное, хотя нель-

зя не отрицать и того факта, что ценные вещи тоже

приобретаются путем товарно-денежного обмена.

Нельзя путать меру ценности и саму ценность. Цен

ность есть идеал вещи, которому в той или иной

мере вещь соответствует, и можно сравнить степени

соответствия различных вещей между собой, уста

новив сложную шкалу измерения его (одним из ва

риантов которой и оказываются деньги). На осно

вании этой шкалы можно обмениваться вещами и

знаками-эквивалентами ценности вещей. Обмени

ваться ценностями невозможно. Ценность в про

цессе ее признания не переходит из одного кармана

174 И. И. ДОКУЧАЕВ

в другой, она растет в душах людей, как и любое ду

ховное явление. Еще Норберт Винер указывал на

это как на специфику информационного обмена, в

результате которого количество информации, по

крайней мере, удваивается, но это касается любого

обмена духовными артефактами, в том числе цен

ностями.

Деньги, таким образом, не есть ценности,

они представляют собой знаки оценок ценности и

пользы вещей. Утилитарная оценка вещи, так же

как и научная, объективна, а ценностная оценка —

субъективна. Некоторые вещи нельзя купить имен-

но потому, что их ценность субъективна, т. е. с точки

зрения утилитарной пользы может оказаться ни-

чтожной, а с точки зрения субъекта оценки — безмер-

ной. В этом смысле ценности не продаются, однако,

если субъектом их оказывается социум, можно об-

менивать ценные вещи между представителями

этого социума, даже используя при этом деньги.

Потребление вещей также ценностный и преоб

разовательный процесс. В процессе потребления

вещь, как правило, изнашивается, но изменяется

при этом не ее ценность, а только оценка. Потреб

ление вещи происходит под контролем соответст

вующих ценностных моделей, и, если изнашивание

вещи оказывается недопустимым с их точки зрения,

возникают сложные ритуалы перенесения ценно

сти из одной — износившейся — вещи в другую —

новую. Распределение вещи также может рассмат

ЦЕННОСТЬ И ЭКЗИСТЕНЦИЯ 175

Винер Н. Кибернетика и общество. М., 2002.

риваться не просто как посредник между производ

ством и потреблением, но как вид последнего. Рас

пределить вещь между членами социума уже озна

чает оценить ее ценность. Первую, или лучшую,

или хотя бы большую часть получают наиболее цен

ные люди, а остальные части — менее ценные люди,

причем в определенной все теми же ценностными

моделями последовательности. Вещь (используе-

мая или хотя бы просто имеющаяся в наличии) все-

гда была ценностным показателем социальной

стратификации, иерархии ценностных статусов

членов социума. То, что полезное при этом допол-

няло ценное, не изменяет принципиального поло-

жения дел, согласно которому ценное первичнее

полезного.

Преобразование человека. Телесный и психиче

ский предмет преобразования человека (физическая и

психическая культура).

Теперь обратимся к преобразованию человека.

Здесь ценностные аспекты выражены еще более по

176 И. И. ДОКУЧАЕВ

Ценность и человек — очень разработанная проблема

в современной науке. Из последних публикаций отметим

книги Л. М. Смирнова, Е. В. Бабаевой, З. В. Фоминой,

А. Б. Невелева, В. П. Барышникова (Смирнов Л. М. Базовые

ценности — поиск истоков. Волгоград, 2005; Бабаева Е. В.

Дискурсивное измерение ценностей. Волжский, 2003; Фо



мина З. В. Ценности человеческого бытия. М., 2001; Неве



лев А. Б. Ценностное бытие человека. М., 2002; Барышни



ков В. П. Аксиология личностного бытия. СПб., 2005).

следовательно, чем в ходе преобразования приро

ды. В самом деле, преобразование человека проис

ходит не ради внешней цели, но ради него самого, и

эта цель — прежде всего ценностная, польза же все

гда здесь находится на втором плане. Даже наш ути

литарный век не стал бы с этим спорить. Человек

есть объект и субъект преобразования, но, как пра

вило, человек не есть его средство, а только цель.

Полная объективация человека возможна лишь то-

гда, когда речь идет, например, о научном исследо-

вании его специфики или о медицинском преобра-

зовании. Все остальные формы отношения к чело-

веку предполагают ограниченную объективацию, в

этом случае человек оказывается особенным объек-

том — ценностью. Особенность этого объекта

именно в его целевом характере.

Рассмотрим подробнее модели преобразования

человека. В отличие от моделей преобразования

природы они фактически ничем не отличаются от

ценностных моделей. Польза человека настолько

зависит от его ценностей, что сложно говорить о

ней в чистом виде. Все же и такая польза имеется, а

поэтому существуют и преобразовательные модели

человека. Эти модели касаются, прежде всего, его

тела. Тело человека как часть природы подчинено

объективным ее законам, поэтому можно с точно

стью определить, что полезно для него, а что вред

но. Тип индивидуальности человека или тип лично

сти таких объективных свойств фактически лишен,

и поэтому модели, используемые для формирова

ЦЕННОСТЬ И ЭКЗИСТЕНЦИЯ 177

ния подобных артефактов, сугубо субъективные,

т. е. ценностные.

Человек формируется в раннем детстве, и поэто

му общество играет в этом формировании чрезвы

чайно важную роль. Преобразовательные модели

человека даже в условиях креативной культуры в

значительной степени имеют социальный харак

тер, отвечают социальному заказу, формирующему

полноценного члена общества, хотя постольку, по-

скольку социальная значимость уникальной лич-

ности в этих условиях повышается, зависимость

преобразовательной модели человека от его собст-

венных усилий растет вместе социальной рефлек-

сией этого процесса.

Рассмотрим более подробно материальные и ду-

ховные стороны преобразовательной модели чело-

века.

Материальная сторона этой модели — человече-

ское тело. Тело человека не есть только естественный

феномен. Оно возникает в результате преобразова

тельной деятельности, направленной на этот фено

мен. Вне этой деятельности человек не становится

человеком даже телесно. Сегодня феномен Маугли

вряд ли кто-либо в состоянии подвергнуть сомне

нию и признать теорию врожденных идей, скорее

можно говорить о врожденных способностях, кото

рые станут реальными действиями только после со

ответствующих социокультурных преобразований.

Преобразование человеческого тела носит ха

рактер модификации, оно пока не является ради

178 И. И. ДОКУЧАЕВ

кальным. Это означает, что естественная сущность

человеческого тела не заменяется искусственной,

но лишь корректируется. Однако, по-видимому, не

за горами и более радикальные операции с челове

ческим телом. Уже сегодня стало возможно изме

нить пол, выносить ребенка мужчиной, продлить

молодость и т. п. Очень скоро геномика человека

предоставит возможности практически ничем не

ограниченных генетических изменений человече-

ского тела, по сравнению с которыми клонирова-

ние покажется просто мелочью. Вопрос о том, ка-

ковы границы подобных преобразований, упирает-

ся как раз в их ценностные модели. Если человек

признается целью, а не средством преобразования,

именно это обстоятельство и должно оказаться его

границей. Однако вполне допустимы и другие цен-

ностные модели, оказывающие влияние на реше-

ние данной проблемы. Так, совершенно не допус-

тимо ограничивать человеческий разум в его науч

ных поисках, ибо это также противоречит ценности

познания. Компромисс между ценностными уста

новками сложно искать, но, скорее всего, придется.

Все же пока еще можно не говорить всерьез о

подобных трансформациях телесности, ибо они —

артефакты будущего. На сегодняшний день нам из

вестны только традиционные способы преобразо

вания тела. К таковым относят его незначительные

модификации. Во-первых, речь идет о деятельност

ном влиянии на тело. То, чем занимается человек, а

занимается он и физическим, и умственным тру

ЦЕННОСТЬ И ЭКЗИСТЕНЦИЯ 179

дом, в огромном многообразии их вариантов, ока

зывает влияние на его внешний или внутренний

вид, т. е. на его физиологию. Изменяются не только

рельефы мышц, но и нервной ткани головного моз

га. Во-вторых, речь идет о целенаправленном воз

действии на морфологию тела, осуществляемом с

помощью различных практик, таких как занятия

спортом, косметика, шрамирование, пирсинг, уве-

личение площади мочек ушей, растягивание шеи с

помощью специальных ободов, уменьшение разме-

ров стопы с помощью обуви, прекращающей ее

рост, диета и т. п. Совершенно очевидно, что боль-

шинство этих технологий подчиняются ценност-

ным моделям, будь то ритуальные практики или

мода. И только немногие, да и то не всегда, можно

отнести к чисто преобразовательным, как напри-

мер занятия спортом или диету.

Преобразовательная модель типа личности и во-

все почти лишена собственно праксеологических ас

пектов, а состоит исключительно из ценностных. О

чем же идет речь. Имеются в виду те свойства лично

сти, которые признаны в обществе социально значи

мыми. Так, для традиционной культуры — это соот

ветствие социальным стандартам, непосредственно

проверяемое ритуально и опосредованно доказывае

мое повседневно. Для креативной культуры — это

социальная значимость творческих способностей

личности, учет социальных приоритетов, моды и т. п.

Крайне сложно говорить о том, что полезно

индивидуальности человека и его личности, а что

180 И. И. ДОКУЧАЕВ

вредно. История клиники М. Фуко показывает,

насколько субъективно-ценностными всегда

были эти представления, а не объективно-прак

сеологическими. Но допустим, что современная

психология нащупала здесь что-то объективное.

Это объективное, если под ним не скрываются

опять же коллективное бессознательное суперэго

и тому подобные ценностные модели социально-

го происхождения, своими корнями уходит в

толщу человеческой телесности, физиологии.

Поэтому подлинную картину преобразователь-

ных моделей личности и индивидуальности чело-

века может дать не физиологическая (анатомиче-

ская) психология, а историческая аксиология

психики (ее иногда последователи Г. Тарда и

Г. Лебона называют исторической социальной

психологией).

Каждый исторический тип культуры будет

иметь либо свой тип индивидуальности (в традици

онных культурах нет личности, поскольку только

социальное обладает ценностью, а индивидуальные

особенности человека редуцируются, что превра

щает его в социофора или, точнее, этнофора, т. е.

носителя социальных, в данном случае этнических,

ценностей), либо свой тип личности (социально

значимой индивидуальности, рожденной креатив

ной культурой и в свою очередь рождающей ее). Та

ЦЕННОСТЬ И ЭКЗИСТЕНЦИЯ 181

Тард Г. Социальная логика. СПб., 1996; Лебон Г. Пси

хология народов и масс. СПб., 1995.

ких типов может быть много или мало, они могут

иметь ценностный или антиценностный характер.

Это герои и обыватели античности, святые и греш

ники средневековья, популярные и опустившиеся

персонажи современного общества. Более ней

тральные ценностные модели — тип мещанина или

священника средних веков, революционера или

аристократа нового времени, современного интел-

лектуала или бизнесмена. Каждая субкультура

(ориентированный на определенную социальную

группу, существующую внутри более обширного со-

циума, вариант культуры) формирует свой ценност-

ный и антиценностный тип индивидуальности

(личности).

Процессуальный аспект преобразования чело

века: медицина, воспитание, образование, исправле

ние.

Теперь поговорим о технологиях преобразова

ния человека. Употребление слова «технология» в

данном контексте кажется не вполне стилистиче

ски уместным. Это именно потому, что преобра

зование человека не столько утилитарно-праксео

логический, сколько ценностный процесс. Моде

ли этого процесса имеют преимущественно

ценностный характер, однако имеются среди них

и сугубо праксеологические. Преобладание того

или иного аспекта зависит от объекта, на который

направлено преобразование. Понятно, что чело

веческая телесность может быть преобразована

182 И. И. ДОКУЧАЕВ

праксеологически, а человеческий дух — ценност

но. В первом случае окажутся факультативными

ценностные компоненты, во втором — праксеоло

гические.

Прежде всего, следует сказать, что любая преоб

разовательно-антропологическая технология имеет

два варианта: формирующий и корректирующий. В

принципе эти варианты имеются и у технологий

преобразования природы, и у технологий преобра-

зования общества. Но принципиального различия

между этими вариантами нет. Корректирующие

технологии оказываются незначительной частью

формирующих в ходе преобразования природы и

фактически основой формирующих технологий в

ходе преобразования общества. Ремонт вещей —

незначительный эпизод в их преобразовании, на-

правленный на то, чтобы продлить и поддержать их

функционирование. Никакой специфики у ремон-

та по отношению к производству нет. Другое дело —

социальные реформы. Это не просто часть преобра

зования общества, это — важнейшее содержание

этого преобразования. Простое управление обще

ством невозможно на протяжении значительного

временного периода, оно приведет к его гибели, по

этому требуется постоянный контроль, монито

ринг, чуткое реагирование на социальные пробле

мы, что и выражается в постоянном реформирова

нии общества. Реформированию противостоят

революции — социальные потрясения, в которых и

выражается формирующее социальное преобразо

ЦЕННОСТЬ И ЭКЗИСТЕНЦИЯ 183