Найдыш В.М. Мифология

Подождите немного. Документ загружается.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АНТИЧНЫЕ УЧЕНИЯ О МИФЕ

существование богам, демонам, ангелам, героям, душам людей,

звездам, животным и др.).

В процессе становления Мировая Душа, исчерпывая самое

себя, переходит в такую форму, которая движется уже не сама

собой, а только от внешнего источника, от души. Эта форма —-

Космос, телесность. Через Космос Мировая Душа созерцает себя.

Полное исчерпание эманации, угасание исходной идеальной ос-

новы завершается образованием материи. Материя — это прин-

ципиальная неопределенность, она не способна к самостоятельно-

му существованию, это момент и условие инаковости бытия.

Сила света Единого на уровне материи становится тьмой. Ма-

терия исключительно потенциальна. Логос как чуждое материи

входит в нее, придает ей смысл и образует тело.

Неоплатонизм — предельно символическое мировоззрение.

Конкретная действительность — это мир сплошных символиче-

ских форм. Прояснить их содержание (смысл) можно только пу-

тем расшифровки тех символов (логосов), которыми она представ-

лена в чувственном мире.

Миф как мировой смысл

Все души связаны между собой мировой симпатией, соощу-

щением, мировым сочувствием, эмпатией. Любое индивидуальное

творчество, в том числе и мифотворчество, — это созерцание ду-

шой поэта логосов Мировой Души. Поэт-мифотворец не привно-

сит в свое творчество никакого нового содержания; оно задано

Мировой Душой. Поэт только переводит это содержание в форму

текста. Поэтому миф — это модель Мировой Души.

Как и стоицизм, неоплатонизм онтологизирует содержание

мифа. Причем мифологические боги трактуются не телесными су-

ществами огненного Космоса, задающими его структуру, как

у стоиков, а идеальными логическими категориями. Все боги, де-

моны,^герои — это логические структуры, воспроизводящие

иерархическую организацию бытия, а мифология в целом — мо-

дель, абрис философско-мифологической картины мира. Мифо-

логия для неоплатонизма•— это громадный массив образов, за-

ключающих первичные принципы смыслового структурирования

бытия. Через развернутые во времени образы богов миф выража-

ет смыслы, которыми Душа наделяет определенные сферы бытия.

Каждый мифологический образ, сюжет — не случайность,

а символическое выражение неких затаенных абстрактных (и, как

правило, множественных) смыслов. Неоплатоники не уставали

ГЛАВА 3. КОНЦЕПЦИИ МИФОТВОРЧЕСТВА ЭПОХИ ЭЛЛИНИЗМА

подчеркивать, что «за выдумкой мифа скрываются образы боже-

ственного мира»

; иначе говоря, того, о чем рассказывают мифы,

«никогда не было, но всегда есть» (Саллюстий, IV в.). Не Логос,

а Миф определял у неоплатоников логику духовного постижения

бытия, декодирования символов и аллегорий мира как текста. Ло-

гико-диалектическую реставрацию древней мифологии неоплато-

ники рассматривали как путь к познанию, воспроизведению и пе-

реживанию божественных уровней разделения Единого.

Органичной частью такого понимания мифотворчества было

учение о демонах (демонология). Мир демонов лежит между миром

богов и миром душ людей и вещей. Демоны — это «вторичные боги».

Они примыкают к богам, но во многом богам уступают. Весь чув-

ственно-предметный мир демоничен. Мир демонов иерархически

организован. Демон — это бессмертное, эфирное, разумное, наде-

ленное определенной мерой чувственности существо, которое во-

площает

в себе

тип земного существования вещи. Демон есть внутрен-

нее (в том числе для человека) руководящее, организующее начало.

В эпоху поздней античности страх перед демонами в массовом со-

знании приобретает характер психоза. Люди были уверены, что все ок-

ружающие

вещи,

явления переполнены

демонами.

Демон

стал

неотъем-

лемой стороной повседневного быта. Христианское мировоззрение

использовало такое отношение к демонам для укрепления негативного

отношения к язычеству: все языческие боги объявлялись демонами.

Демон — существо реальное; с ним можно вступать в контакт,

общаться, советоваться. Одна из функций философии, как ее по-

нимали неоплатоники, состоит в осуществлении такого контакта че-

ловека и его демона, философ — это прежде всего чародей и маг.

По мере исторического развития неоплатонизма в нем все более уси-

ливалась такая магическая, «теургическая» составляющая. Философ

должен быть еще и магом, уметь общаться (через демонов) с богами

и заимствовать у богов частицы их возможностей. Теургия — это

философское умение «божественного действия», Теурги в отличие

от теологов способны не только познавать богов, но и взаимодей-

ствовать с ними, даже целенаправленно воздействовать на них.

Появляются инструкции по магическому призыванию богов, пе-

ремещению души человека за пределы его тела и последующему ее

возвращению в тело. Идет поиск средств оживления статуй богов

Порфирий. О гроте нимф // Человек. 1993. № 3. С. 70.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. АНТИЧНЫЕ УЧЕНИЯ О МИФЕ

с целью получения от них оракулов, а также инкарнирования бога

в человеческое тело. В инкарнировании бога в человека по просьбе

самого человека усматривалась высшая цель теургии. Формируется

доктрина «белой магии», ведь демоны «все несовершенное присо-

единяют к себе согласно идее совершенства»

Таким образом, античность в познании сущности мифотвор-

чества накопила начальный опыт. Прежде всего, она научилась

трактовать миф как продукт сознания, который может быть или

воображением, выдумкой, фантазией или деформированным от-

ражением реального (в том числе исторического) события, или

сознательным замыслом. Были разработаны способы рефлексии

над мифом, логического расчленения его на отдельные элементы

(образы, сюжеты, смыслы и др.). Кроме того, античность научи-

лась анализировать, систематизировать, типологизировать мифы,

выявлять их смыслы, конструировать производные от мифов (ли-

тературные, философские, социально-утопические и др.) художе-

ственно-образные системы. Все это пригодилось в дальнейшем.

КОНТРОЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

1. Каковы хронологическое рамки эпохи эллинизма?

2. Как можно определить понятие «эллинистическая культура»

3. Как изменился духовный мир личности в эпоху эллинизма?

4. Каковы направления развития мифографии в эпоху эллинизма ?

5. Каковы основные философские направления эпохи эллинизма ?

6. В чем различие мифологического и философского понима-

ния богов, по Эпикуру?

7. В чем особенности эпикурейского атомизма?

8. В чем Эпикур усматривал сущность мифотворчества?

9. Что такое эвгемеризм?

10. Как аллегорическая концепция мифа трансформировалась

в стоицизме?

11. Чем была вызвана мощная волна ремифологизации культу-

ры в эпоху заката античного общества?

12. Каковы мифологические истоки христианства?

13. Каковы мировоззренческие принципы неоплатонизма?

14. Как неоплатонизм трактовал сущность мифотворчества?

15. Каковы идейные основания неоплатонистской демонологии?

Ямвлих. Ответ учителя Абаммона на письмо Порфирия к Анебону,

содержащий решение высказанных в этом письме сомнений // Зна-

ние за пределами науки. М. 1996. С. 249.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ПЕРЕЖИВАНИЕ И ПОНИМАНИЕ

МИФА В КУЛЬТУРАХ

СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ВОЗРОЖДЕНИЯ

ГЛАВА 4

МИФОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТИНУУМ

СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

4.1. ОСОБЕННОСТИ СРЕДНЕВЕКОВОЙ КУЛЬТУРЫ

Деятельность и общение в эпоху Средневековья

Эпоха Средневековья — один из величайших и колоритней-

ших периодов истории человечества. Он зародился на развалинах

и пожарищах эллинистически-римского мира, рухнувшего под без-

жалостным натиском полчищ варварской, все сметающей на сво-

ем пути конницы, а завершился спустя более чем через тысячеле-

тие крушением феодально-крепостнического режима под ударами

буржуазных революций XVI—XVIII вв. «Закованное в латы»

Средневековье — эпоха одновременно и мрачная, и яркая.

Она насыщена драматическими эпизодами многовековой

борьбы государств и народов, церкви и светской власти, пап и им-

ператоров, Востока и Запада, ортодоксии и еретизма, классовыми

и национально-освободительными восстаниями. Она полна изувер-

ства, подавления малейших проявлений свободной человеческой

мысли в пламени костров; ужасных памятников человеческого бе-

зумия — вроде крестовых походов, в том числе детских. В то же

время она несла с собой самобытный, неповторимый и даже сей-

ГЛАВА 4. МИФОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТИНУУМ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

час не во всем нами понятый тип культуры. Причем культуры в сво-

ей сущности высокодуховной, часто личностно-бескорыстной,

а также импровизационной, с празднично-игровой, маскарадной

формой радости и ликования, такой культуры, которая умела и воз-

высить человека, и приземлить его.

Но Средневековье — это еще и эпоха высокого взлета рацио-

нальности, первых успехов научной, правовой, моральной и поли-

тической мысли, выдающегося прорыва теоретического разума

в область универсальных отношений человека и мира. Средневе-

ковье дало ^истории целую плеяду выдающихся мыслителей, фи-

лософов, практиков, политиков, ученых, многие из которых отне-

сены к сонму мучеников человечества. История Средневековья —

это история необыкновенных людей и событий.

Исторические исследования второй половины XX в. убеди-

тельно опровергли идущий от эпохи Просвещения взгляд на

Средневековье как на культурно-исторический провал, «темные

века», потерянные для всемирно-исторического прогресса. Конеч-

но, в Средневековье многое из достижений античной культуры

оказалось либо забытым, либо попросту утерянным. Тем не менее

оно нашло в себе силы для качественных сдвигов в формах дея-

тельности (технике, производительных силах и др.), общения (раз-

делении труда, производственных, технологических, социальных,

межличностных отношениях), в духовной культуре.

Деятельность стала более сложной, многозвенной, многосту-

пенчатой. Технически средневековье более оснащено, чем антич-

ность. Все шире используются железные орудия труда. Появились

орудия труда, состоящие из многих элементов (плуг, охотничьи за-

падни, мельницы, метательные устройства и др.), более совершен-

ная, удобная упряжь. Широко распространился хозяйственно-

культурный тип пашенных земледельцев, сочетающих ручное

земледелие и животноводство. Разнообразились отрасли домаш-

него производства, ремесел, промыслов и т.п. Росла площадь об-

рабатываемой земли, внедрялись новые сельскохозяйственные

технологии и культуры, разнообразилось питание.

Вместе с тем не следует переоценивать технологический про-

гресс средневековья. Преобразующее воздействие человека на

природу оставалось незначительным. Орудия труда в целом оста-

вались простыми, они лишь продолжали и дополняли естествен-

ные органы труда человека, но не заменяли их. Энергетическим

источником процесса труда был человек с его мускульными уси-

лиями или домашние животные. Использование энергии ветра

4- 10856

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МИФ В КУЛЬТУРАХ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ВОЗРОЖДЕНИЯ I

и воды было спорадическим. Человек как главная производитель-

ная сила общества медленно накапливал новые знания, опыт, на-

выки, был привязан к земле, слабо защищен от природных

и социальных стихий. Становление материальной культуры шло

медленно и противоречиво, со множеством отступлений, перио-

дами деградации, упадка.

Качественные сдвиги претерпела и сфера общения. Способ

производства был феодальным. Земля и труд прикрепленных к ней,

зависимых от феодала крестьян оставались главным источником

богатства. Господствовало патриархальное натуральное хозяйство.

Товарное производство, а вместе с ним абстрактный труд и аб-

страктное мышление были развиты недостаточно. Социальные

связи строились на личной зависимости и внеэкономическом при-

нуждении. Все общество, снизу доверху, от крепостных крестьян

до короля, пронизано отношениями личной взаимозависимости.

Стержнем средневековой культуры было религиозное миро-

воззрение, в котором истолкование всех явлений природы и об-

щества, их оценка, а также регламентация поведения человека обо-

сновывались ссылками на сверхъестественные силы, которые

полностью господствуют над материальным миром, способны по

своему произволу, как угодно, изменять ход естественных собы-

тий и даже творить бытие из небытия. Высшей сверхъестествен-

ной силой выступал Бог.

Ценностно-эмоциональный характер

средневекового сознания

Привязанность к земле, малая подвижность населения, под-

чиненность образа жизни ритмике природных процессов, слабость

отношений общения — характерные черты средневековья. Сред-

невековое мироощущение существенно определялось чувственно-

эмоциональным отношением (переживанием) к своему дому,

к своей усадьбе, к семье, общине. Как и в древности, человек в сво-

ем сознании наделял себя природными качествами, а природу —

человеческими. Все это наделяло средневековое сознание весомы-

ми моментами первобытного мифологизма. Наследие первобыт-

ного, мифологического мышления здесь еще сильно. Античный

опыт во многом утерян или попросту еще не усвоен. Потому в сред-

невековом сознании еще слабо устанавливаются различные гра-

ницы между вещами, а любая ассоциация на основе какого бы то

ни было сходства может легко превращаться в представление

о мистической сущностной связи; мир сплошь символизирован,

ГЛАВА 4. МИФОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТИНУУМ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

вещи придается прежде всего сигнификационное, знаковое зна-

чение.

Средневековому сознанию были свойственны повышенная

эмоциональность, экзальтированность. Средневековый человек

быстро и легко переходит из одной крайности в другую: от слез

к смеху и от смеха к слезам, от суровой, лишенной радости, рели-

гиозной аскезы к пестрому, развлекательному, зрелищному, на-

сыщенному игрой образов празднику

; он все время допускает сме-

шение фарса и трагизма и т.д. Мир средневекового сознания —

это мир амбивалентности, воспроизводящий атмосферу мистиче-

ского полифонизма. Мифологическое время еще не дифференци-

ровано на качественные характеристики прошлого, настоящего

и будущего. Историческая дистанция с древностью не определи-

лась, временные границы весьма подвижны и текучи.

Преобладающие настроения средневекового человека — не-

уверенность, постоянный страх перед настоящим и еще больше

перед будущим, поскольку в будущем маячило осуждение на веч-

ные муки, на пребывание в аду. Ощущение неуверенности допол-

нялось слабым осознанием границ между земным и божественным

мирами, объективной и субъективной реальностью. В средневе-

ковом сознании мир земной и мир божественный разделены еще

не настолько, чтобы не допускать возможности взаимопереходов

одного в другой, т.е. визитов небожителей на землю и землян на

небо. Средневековое миропредставление — это подлинное «цар-

ство грез». Средневековый человек часто не может дать себе от-

чет в том, в каком, собственно, мире он находится — в земном или

небесном. Его сознание экстатически наполняют образы потусто-

роннего бытия — видения крестных мук, адских мучений, наказа-

ний за грехи и т.п. Здесь земное, человеческое и божественное,

небесное взаимно превращаются друг в друга. Мир мифологиче-

ских грез для средневекового человека столь же реален, как и мир

реальных вещей. Фундаментальные свойства первобытной мифо-

логии (неразличение материального и идеального, природного

и культурного, объекта и его образа в сознании, антропоморфиза-

Ция мира) явственно дают о себе знать и в эпоху Средневековья.

Как на обыденном (во многом еще мифологизированном, на-

глядно-образном), так и на идеологическом (выраженном систе-

мой религиозных монотеистических представлений) уровнях сред-

Бахтин М.М. Творчество Франсуа Рабле и народная культура Сред-

невековья и Ренессанса. М, 1965.

100

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. МИФ В КУЛЬТУРАХ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ И ВОЗРОЖДЕНИЯ I

невековое сознание было по преимуществу оценочным. Точкой от-

счета в духовном освоении мира выступали ценностные противо-

положности —Добро и Зло, небесное и земное, божественное и че-

ловеческое, святое и грешное, горнее и дольнее и др.

Средневековое сознание не было ориентировано на выявление

объективных закономерностей природы. Основоположник церков-

ной истории Евсевий писал: «Мы придаем мало значения этим ве-

щам (познанию природных явлений. — В.Н.) не от незнания предме-

тов, возбуждающих удивление

людей,

но от презрения к бесплодному

труду, связанному с ними; мы обращаем внимание на предметы луч-

шие»

. Свою главную функцию средневековое сознание видело в со-

хранении ценностного равновесия человека и мира (Бога). Способ

приобщения к божественному — не знания, а вера (в том числе фор-

мы чувственно-эмоциональной экзальтации, связывавшие человека

с божественной первосущностью). И потому, например, Кассиодор

глубоко уверен, что «не только ученые, но даже те, кто и читать не

умеет, получают от Бога премудрость»

, ребенок, искренне и наивно

верующий в Бога, постигнет то, чего не способны понять напичкан-

ные ученостью «книжники». Средневековье вере отдает предпочте-

ние перед знанием: «Не следует осуждать науку или какое-либо зна-

ние, — отмечал Фома Кемпийский, — (ведь) знание само по себе есть

добро и предписано Богом, но знанию следует предпочитать чистую

совесть и добродетельную жизнь... Ведь когда придет Судный День,

у нас не спросят, что мы читали, но спросят нас, что мы сделали; не

спросят нас, хорошо ли мы умели излагать (свои мысли), а спросят

нас, жили ли мы по вере»

Средневековье не рассматривало знание как главную цель

познания, а трактовало его как побочный продукт познания. По-

знавательная деятельность была по преимуществу герменевтиче-

ской, толковательной, значит, опиралась на иерархизированную

систему ценностей. Поэтому большую роль в этом сознании игра-

ло понятие чуда.

Средневековый человек не формулирует своего отношения

к природе как к самостоятельной сущности. В качестве определя-

ющего у него выступает отношение к Богу. Отношение к природе

Евсевий. Введение в Евангелие. XV, 61.

Кассиодор. Об изучении наук божественных и человеческих // Опыт

тысячелетия. Средние века и эпоха Возрождения: быт, нравы, идеа-

лы. М., 1996. С. 325.

Фома Кемпийский. О подражании Христу. 1, III, 4—5.

ГЛАВА 4. МИФОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТИНУУМ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ

101

вторично и производно от отношения к Богу. Природа лишь про-

водник воздействия на людей божьей воли. Она является прежде

всего арсеналом символов. Значение любой вещи усматривалось

не в ее субстрате и функциях, а в тех смыслах, которые ей прида-

ны Богом. Символизация как переход от чувственного образа вещи

к идее ее универсально-божественного смысла — здесь одна из

самых распространенных мыслительных операций. Она дополня-

лась операцией аллегоризации, т.е. придания символу, идее неко-

торого зримого образа.

4.2. ПРОТИВОРЕЧИВОСТЬ СРЕДНЕВЕКОВОГО ОТНОШЕНИЯ

К МИФУ

Христианско-языческое двоеверие

Отношение к мифотворчеству в средневековье было проти-

воречивым, исторически переменчивым, определялось многими

обстоятельствами. Мифология — пьедестал и исток религии. В ми-

фологии еще отсутствует божественная самость, но уже так или

иначе присутствует идея сверхъестественной активности, которая

является отчужденным выражением человеческой самодеятель-

ности. В религии мифологическое сознание в определенной (и су-

щественной) мере рационализируется. Монотеизм по сравнению

с первобытной мифологией более абстрактен и более рационали-

зирован. Он выступает как рационализированное учение о Боге, как

некая доктрина трансцендентного абсолюта, как (в той или иной

мере) абстрактная теология. Религиозное мировоззрение как но-

ситель потусторонней «истины» сознательно противопоставляет

себя непосредственной чувственной достоверности.

В монотеизме рационализируются как содержательные, так

и структурные компоненты сознания (преодолевается неразличе-

ние материального и идеального, объективного и субъективного,

когнитивного и ценностного, вещи и ее образа в сознании субъек-

та и т.п.). Это приводит к тому, что в религии сверхъестественное

трансцендируется. Трансцендентный абсолют (Бог) принципиаль-

но недоступен непосредственному чувственному восприятию, но

доступен особому ощущению, которое не поддается полному вы-

ражению в рациональных формах. Поэтому любая монотеистиче-

ская религия подчеркивает свое качественное отличие от мифо-

логии, от «бесовщины языческих богов» и всеми силами старается

Дистанцироваться от них.