Найдыш В.М. Мифология

Подождите немного. Документ загружается.

ГЛАВА 22. «МИФОЛОГИ К А» К. ЛЕВИ-СТРОСА 367

стенциализм постулировал независимость сознания личности, его аб-

солютную свободу. Не общество формирует личность и ее сознание,

а, наоборот, общество — это продукт изнурительной борьбы созна-

ний между собой. А внутренний опыт индивида принципиально не-

выразим рационально-теоретическими средствами; он замкнут ми-

ром его неповторимых переживаний.

Леви-Строс был дружен со многими представителями экзи-

стенциалистского движения, но находился в стороне от него, не

принял экзистенциалистскую программу «революции человека»

через обновление сознания. В отличие от представителей «фило-

софии существования», которые, как правило, были ориентиро-

ваны на художественно-изобразительные средства осмысления

и выражения социально-гуманитарной проблематики, Леви-

Строс — убежденный сторонник научно-рациональных, объектив-

ных методов познания. Он рационалист и сциентист. По его мне-

нию, человеческое поведение и сознание могут и должны изучаться

конкретно-научно, т.е. подобно тому, как физик изучает атомы, хи-

мик — химические элементы и их соединения, а биолог — изучает

живые организмы. В частности, он убежден, что первобытные об-

щества следует изучать так же, как зоолог изучает биологические

популяции.

Кроме того, из знакомства с идеями структурной лингвистики

Леви-Строс вынес убеждение, что как и предмет лингвистики, пред-

мет антропологии должен быть представлен в категориях «отноше-

ния». А задачей гуманитарных наук является исчерпывающая инвен-

таризация отношений в их объектах и установление необходимых

связей между ними

. На этом, собственно говоря, и строится методо-

логия структурализма, которую Леви-Строс использует

для

изучения

мифотворчества — области культуры, где, казалось бы, безраздель-

но царит хаотическое воображение и нет ничего закономерного

и стабильного. Но если можно будет показать, что в области мифо-

творчества разум ограничен и определен во всех его операциях, то,

значит, и в любой другой области социальной жизни могут быть вы-

явлены такие же строгие структурные определенности.

Первая большая работа Леви-Строса «Элементарные структу-

ры родства», написанная в США, вышла в свет в 1949 г. В ней анали-

зировалась структурная организация первобытных обществ в свя-

зи с процессами обмена и коммуникациями, подчиненными

Леви-Строс К. Структурная антропология. М., 1983. С. 48.

368

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА О МИФЕ

определенным правилам; коммуникации предполагают наличие

знаковых систем, в которых социальные факты выступают одно-

временно и как вещи, и как образы (представления). Правила брака,

порожденные формами брачного обмена, и номенклатура родства —

все это знаковые системы, подлежащие такому же синхроническому

изучению структуралистскими методами, как и естественные языки.

«Звездное время» Леви-Строса пришло в середине 1960-х гг.

Новая эпоха принесла с собой новые ценности. Она потребовала

не метафизических рассуждений об экзистенциальных пережи-

ваниях субъекта, а развития конкретно-научного (но более кон-

структивного, чем это предполагалось дюркгеймовской социоло-

гией) познания закономерностей социальной и духовной жизни.

Субъективистские концепции человека наглядно проявили свою

односторонность и практическую недостаточность в ходе студен-

ческих волнений конца 1960-х гг. Эти волнения показали, что эк-

зистенциалистское мироощущение может подвигнуть человека

в лучшем случае на бессмысленный и неорганизованный бунт. «Ре-

волюция человека» не состоялась; духовный потенциал экзистен-

циализма был исчерпан.

Мировоззренческие позиции К. Леви-Строса

После выхода в свет «Структурной антропологии» (1958), ра-

бот «Тотемизм сегодня» и «Неприрученная мысль» (обе в 1962 г.)

где знаковые системы представлены как логические формы, вы-

ражающие социально-родовую организацию первобытных пле-

мен, Леви-Строс приобретает широкую известность, становится

лидером французской социальной антропологии. А структурализм

превращается в ведущее интеллектуальное движение западной

социально-гуманитарной мысли, оттесняя на вторые роли господ-

ствовавшие до него экзистенциализм, персонализм, феноменоло-

гию и другие философские течения.

Вершиной творчества Леви-Строса, его научным подвигом яв-

ляется грандиозный четырехтомный труд «Мифологики» (1964—

1971), в котором метод структуралистского анализа мифов применен

в исследовании и логической реконструкции 2000 мифов индейцев

Южной и Северной Америки

. В «Мифологиках» Леви-Строс разво-

Levi-Strauss С. Mythologiques. Vol. 1. Le cru et le cuit. P., 1964; Vol. II.

Du miel aux cendres. P., 1966; Vol. III. L'origine des manieres de table. P..

1968; Vol. IV. L'homme nu. P., 1971.

ГЛАВА 22. «МИФОЛОГИ К А» К. ЛЕВИ-СТРОСА

369

рачивает грандиозную панораму структурных отношений системы

первобытного мышления, доводит до завершения свое понимание

законов мифотворчества.

Идеалы и ценности рационализма пронизывают и онтологи-

ческие, и гносеологические аспекты мировоззрения Аеви-Стро-

са. Структура человеческого разума в своих фундаментальных

началах адекватна структуре физической реальности. Мир должен

и может быть постигнут как рациональная организация. Вскры-

тие глубинных пластов человеческого духа — самый достоверный

способ познания сущности бытия в целом. Путь к знанию сущно-

сти универсума лежит через выявление структуры человеческого

духа. Для Леви-Строса первобытные культуры — ключ к позна-

нию сущности и самого человека, и бытия в целом. Пока перво-

бытные культуры сохранились, необходимо успеть зафиксировать

их знаково-символическое своеобразие, чтобы не утерять возмож-

ность раскрыть сущность человека (и бытия).

Все это, по мнению Леви-Строса, кардинально изменяет ме-

сто антропологии среди социальных наук. Антропология выдвига-

ется в качестве ядра, стержневой основы всей системы гумани-

тарного познания: «Антрополог является астрономом социальных

наук»

. От антропологии общество ждет не только новых эмпири-

ческих данных и теоретических обобщений, но и философских

выводов о сущности универсума, социума, человеческого духа,

а также конкретных практических рекомендаций относительно

оптимальных способов налаживания взаимосвязей между народа-

ми, культурами, этносами, цивилизациями. Антропология (этноло-

гия), по Леви-Стросу, это высшая форма-гуманизма. Антрополог

должен не только постичь прошлое и настоящее человечества, но

и указать человечеству его возможные перспективы. Отсюда —

ставшее крылатым выражение Леви-Строса о том, что XXI век бу-

дет веком гуманитарных наук, либо его не будет вовсе.

Бессознательное как рационально постигаемая реальность

Но что из себя представляет бессознательное? Леви-Строс

формирует представление о бессознательном как основе симво-

лических форм социальной жизни. Бессознательно функциониру-

ют акты лингвистической деятельности, системы родства, брачные

правила, экономические отношения, фольклорные формы, многие

Леви-Строс К. Структурная антропология. С. 337.

13- 10856

370

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА О МИФЕ

формы поведения людей и другое, — которые подчиняются одним

и тем же законам в виде абстрактных отношений

. Такое бессоз-

нательное, в отличие от индивидуального подсознательного, — это

чистая форма, чистая структура, чистое отношение, чистая спо-

собность к комбинаторике элементов духа. Бессознательное — это

некоторые ограничители ментальной деятельности, универсаль-

ность которых заставляет предполагать в них вселенско-природ-

ную основу. Такие бессознательные структуры опосредуют отно-

шение мысли и чувственного мира, проявляясь в деятельности

мозга. Бессознательное реализуется через способы обработки чув-

ственных данных в мозге, где заложены базовые механизмы коди-

рования и декодирования чувственных данных. Модуляторы моз-

га представляют чувственные данные в форме связи бинарных

оппозиций и правил их трансформации. Структура мозга с ее ба-

зовыми кодами изначально изоморфна универсальным структу-

рам Вселенной. Наш разум может понять мир потому, что он сам

является частью этого мира.

Бессознательное вполне объективно может быть постигнуто

научно-рациональными методами. Главный из них — метод струк-

турализма. Центральное понятие этого метода — понятие струк-

туры, т.е. «некоторой системы, управляющей закономерной свя-

зью»

. Система задается прежде всего ее структурой. Это означает,

что среди свойств ее элементов сущностными являются свойства,

определяемые не субстратом элемента, а его отношениями с дру-

гими элементами системы. Выявление структурных отношений

предполагает абстрагирование от субстратной стороны объекта,

от конкретного содержания его элементов. Такая абстрактная

структура обычно может быть выражена формализованными сред-

ствами математики, логики и др.

Структура системы — это совокупность глубинных, внутрен-

них, сущностных отношений, инвариантных при некоторых пре-

образованиях. Типы таких преобразований задают правила, по

которым возможны трансформации системы, получение из одного

объекта другого, третьего и т.д. Все такие объекты — различные

варианты общего объекта, сущность которого задается данным

типом инвариантных преобразований. Для структуралистическо-

го метода именно тип преобразований является главным предме-

Леви-Строс К. Структурная антропология. С. 181.

Levi-Strauss С. Lecon inaugurate faite le mardi 5 janvier 1960. College de

France. P., 1960. P. 27.

ГЛАВА 22. «МИФОЛОГИ К А» К. ЛЕВИ-СТРОСА

371

том познания. На таких методологических соображениях основа-

но исследование Аеви-Стросом мифотворчества.

22.2. ЛОГИКА ПЕРВОБЫТНОЙ МЫСЛИ

«Наука конкретного»

Аеви-Стросу удалось по-новому интерпретировать громадный

эмпирический материал о первобытном сознании. На разнообраз-

ном конкретном материале он показывает, что оно было емким по

содержанию и включало множество конкретных знаний о среде,

в которой человек жил, и о нем самом. Он категорически не согла-

сен с представлением о том, что первобытные люди не способны

к абстрактному мышлению. Леви-Строс показал, что способность

к абстрагированию проявлялась прежде всего в стремлении везде

и во всем устанавливать порядок. Такая способность в своей пер-

вичной форме может быть только гипертрофированной. Перво-

бытное сознание предельно гипертрофирует все выделяемые им

связи вещей и людей. Именно гипертрофированное абстрагиро-

вание ведет первобытное сознание в мир воображения и фанта-

зии, к отрыву от реальности, к тому, что на каждом шагу знание

проявляется как незнание.

Неолитическая революция произошла не на пустом месте, не

сразу, не вдруг. Неолитический человек наследовал длительную

историческую традицию познания мира. Все достижения неоли-

тической эпохи (доместикация животных и растений, создание

новых орудий труда и др.) не могли быть осуществлены на основе

неабстрактного, некатегоризированного восприятия. Они предпо-

лагают длительный исторический процесс накопления и обобще-

ния опыта рационально-логическими средствами; здесь «потребо-

валась, несомненно, поистине научная установка ума, усердия

и всегда бдительная любознательность, аппетит к познанию ради

удовольствия познавать, поскольку лишь малая доля наблюдений

и опытов... приносила практические, непосредственно употребля-

емые результаты»

. Еще в палеолите, организуя себя в коллекти-

вы, человек переходит из природного состояния в культурное. Он

использует язык, учится готовить пищу, формулирует различные

социальные запреты, вырабатывает способы мышления для того,

чтобы обеспечить выживание своей группы, устойчивое противо-

Леви-Строс К. Первобытное мышление. М., 1994. С. 125.

372

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА О МИФЕ

стояние природе. Этот переход, по мнению Леви-Строса, опреде-

лялся механизмами функционирования человеческого мозга, со-

держащими определенное число «категориальных» структур бес-

сознательного. Именно эти структуры привели к формированию

логического мышления.

Мышление дикарей, утверждает Леви-Строс, не было ни при-

митивным, ни своенравным, ни необузданным. Если понимать под

логикой установление необходимых отношений, то первобытное

мышление такие отношения устанавливало, т.е. было вполне ло-

гичным. Другое дело, что примитивный человек мыслил в чрезмер-

но упрощенной и прямолинейной манере. Его логика отличалась

от логики современной науки, к которой западный человек стал

привыкать только в последние три столетия. Развитие длительной

познавательной традиции, вершиной которой явились достижения

неолитической революции, по мнению Леви-Строса, представля-

ло собой особую науку — «науку конкретного».

«Наука конкретного» базируется на процедурах классифика-

ции чувственных качеств вещей. Системы, посредством которых

он классифицировал растения, животных, природные процессы,

были хорошо детализированы и иногда даже интеллектуально эле-

гантны. С помощью классификаций между природными явления-

ми, человеком, социумом устанавливается некоторая ментальная

схема мироорганизации. В культурах многих племен этнографа-

ми были зафиксированы развитые системы классификаций, ти-

пологии видов растений и животных.

Так, Леви-Строс приводит данные о том, что ботанический сло-

варь племени хануну (Филиппины) достигает 2 тыс. названий

. Кро-

ме того, они классифицировали формы птичьей фауны на 75 катего-

рий, различали

видов змей,

видов рыб,

108

категорий насекомых,

60 классов морских моллюсков и т.д. Всего они выделяли 461 зооло-

гический тип. Таким образом, первобытный человек неустанно изу-

чал природу, типологизировал, классифицировал имевшиеся знания,

ч$о свидетельствует о развитых способностях к абстрагированию.

Такие классификации придают систематичность и связность

вещам природного и культурного миров. Первобытная классифи-

кация еще не разделяет закономерного и случайного, но уже спо-

собна предполагать, что выделяющиеся видимые черты предмета

являются неким знаком его скрытых свойств. При всем своем

Леви-Строс К. Первобытное мышление. С. 233.

ГЛАВА 22. «МИФОЛОГИ К А» К. ЛЕВИ-СТРОСА 373

субъективизме, первобытное классифицирование упорядочивает

хаос чувственных восприятий, систематизирует, инвентаризиру-

ет природные явления. Оно осуществляется через установление

пар противоположностей и завершается там, где исчерпываются

возможности выделения противоположностей. Такие классифи-

кации способствовали созданию технологий в сельском хозяйстве,

гончарном ремесле, в одомашнивании животных, растений, во всем

том, что сделало возможным в эпоху неолита оседлость, переход от

собирательства и охоты к земледелию и скотоводству. На долгое

время человечество остановилось на этом культурном рубеже. Мно-

гие народы и сейчас остались в пределах неолитической культуры.

Даже на Западе прошли тысячелетия до возникновения современ-

ной науки.

Таким образом, первобытное мышление — это мышление

прежде всего классифицирующее, вносящее порядок в мир воспри-

ятия. В этом своем содержании оно столь же логично, сколь и со-

временно. Даже под пластами современного научного мышления

скрыты ментальные схемы первобытного мышления.

Бриколаж: от игры к деятельности

Каким же образом первобытное мышление реализует проце-

дуры классификации (логические по сути), ведь в отличие от со-

временного мышления оно не понятийно, не способно к правиль-

ным умозаключениям? В поисках ответа на этот вопрос Леви-Строс

разрабатывает концепцию бриколажа.

Бриколаж — это технический прием, который применяется

при игре в мяч, в бильярд, на охоте, в верховой езде и предполага-

ет неожиданное отклонение в движении (мяча, шара, лошади, схо-

дящей с прямой линии, чтобы обойти препятствие, и др.) и кор-

рекцию его субъектом. Бриколаж — это активность в пределах тех

средств и возможностей, которые определяются ситуацией, а не

самим субъектом с его целенаправленными, проверенными на

опыте регулятивами и установками деятельности. По сути, брико-

лаж — форма активности, которая занимает промежуточное

положение между игрой и собственно целеполагающей человече-

ской деятельностью. Бриколаж — полуигра и полудеятельность

одновременно. В бриколаже уже есть корректирующая активность

субъекта по отношению к пространственно-временным, ситуаци-

онным изменениям интересующего его предмета, но еще нет не-

обходимых устойчивых связей между структурными элементами

деятельности — целями, средствами и результатами.

374

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА О МИФЕ

По мнению Леви-Строса, первобытное мышление является

разновидностью интеллектуального бриколажа. Оно производит

тексты, сюжеты, мифологемы на образной основе (она может быть

и довольно обширной), не подвергая ее трансформациям. Образ-

ная база выступает для первобытного мышления массивом неспе-

циализированных «подручных» средств. Миф строится из того, что

есть под рукой. Имеющиеся образы не приспосабливаются специ-

ально к каждому отдельному повествованию, а берутся в их непе-

реработанном содержании. Мифологическое сознание занимает-

ся большей частью тем, что калейдоскопически сочетает исходные

образы, формируя из них причудливые ансамбли. Но сами образы

при этом не изменяются, не преобразуются в понятия.

Первобытная мысль балансирует между чувственными обра-

зами и их знаковыми выражениями; в ней знаки как бы «вклее-

ны» внутрь образов. Она еще не способна устанавливать всеоб-

щие (значит, логические, понятийные) связи между чувственными

образами, но уже способна легко оперировать образами («играть

образами»), устанавливая между ними такие связи, которые пред-

ставляют интерес по тем или иным соображениям (ассоциативным,

эстетическим, утилитарным и др.). Интеллектуальный бриколаж

умножает массив человеческой образности, накапливает опыт

в выработке способов сочетаемости образов друг с другом. В этом

его непреходящее историческое значение.

Бинарные оппозиции

Реальные отношения с миром первобытный человек продол-

жает идеальными мифологическими отношениями, которые вир-

туально компенсируют ему ущербность его образа жизни, преодо-

левают хаотическую неопределенность бытия, заполняют разрыв

между Культурой и Природой, поддерживая относительное рав-

новесие между ними.

Основой первобытного мышления является способность диффе-

ренщфовать свойства, черты объектов. Задача первобытной логики

в том, чтобы довести выделенные различия до противопоставления,

до бинарной оппозиции. Здесь не важно, как противопоставлять,

важно научиться в принципе вырабатывать и разрешать бинарные

оппозиции. Все многообразие свойств вещей, с которыми имеет

дело первобытный человек, сводится к первичным обобщениям

и небольшому набору пар бинарных оппозиций, т.е. набору элемен-

тов, выражающих определенные контрастные отношения. При-

чем бинарные оппозиции, обобщаясь в процессе бриколажа, рас-

ГЛАВА 22. «МИФОЛОГИ К А» К. ЛЕВИ-СТРОСА

375

полагаются на различных уровнях, субординируются, что создает

предпосылки для выработки различных семантических кодов.

Базовым уровнем бинарных оппозиций является тот, который

определяется основными органами чувств (зрение: ночь — день,

светлый — темный и др.; слух: громкий — тихий, стук — свист и др.;

осязание: твердый — мягкий, сухой — влажный и др.; вкус: сы-

рой — вареный, горький — сладкий и др.; обоняние: свежий — гни-

лой и др.); на этом уровне природное и культурное-еще не вполне

дифференцированы. На следующем, более абстрактном уровне на-

ходятся бинарные оппозиции, выражающие «логику форм»: внут-

ренний — внешний, полный — пустой, содержащее — содержи-

мое и др. Каждый следующий уровень бинарной оппозиции более

абстрактен, чем предыдущий.

Процесс абстрагирования определяется соотношением сходства

и несходства чувственных свойств, заданных нижними уровнями. Так

постепенно первобытное мышление поднимается от оперирования

общими характеристиками чувственных форм к отношениям меж-

ду ними. И далее — даже к выявлению отношений отношений (мифы,

в которых происходит переход от чисто пространственного измере-

ния к пространственно-временному и многоуровневой динамике,

например, ближнего, более далекого, дальнего, беспредельного). При

этом следует иметь в виду, что «число оппозиций, используемых ми-

фической мыслью, не является постоянной величиной и зависит от

конкретной группы мифов»

Оппозиции разрешаются путем нахождения медиаторов, опо-

средующих бинарные оппозиции. Иначе говоря, снятие противо-

речий осуществляется через выявление посредствующих звеньев

между бинарными членами оппозиций. Медиация (поиск медиа-

тора, посредника) подчинена действию метафорических процедур.

Первобытное мифологическое мышление преимущественно ме-

тафорично. Именно посредством метафоры оно постигает и вы-

ражает логику отношений между предметами.

Целостные образы в первобытном воображении легко расчле-

няются, разрушаются, раскалываются; как и наоборот — сочета-

ются в некоторые образные «кентавры». На этой основе возника-

ют мифологические оппозиции не только между отдельными

контрастными чувственными свойствами вещей, но и между са-

мими носителями этих свойств: между человеком и ягуаром, меж-

Леви-Строс К. Мифологики. Т. 1. Сырое и приготовленное. М.; СПб.,

2000. С. 315.

376

ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ФРАНЦУЗСКАЯ СОЦИОЛОГИЧЕСКАЯ ШКОЛА О МИФЕ

ду камнем и мясом, между культурным растением и гнилым дере-

вом и др.

Таким образом, Леви-Строс показал, что миф выступает как

система артикулированных бинарных оппозиций; что любой (даже

самый сложный и культурно продвинутый) миф оперирует проти-

вопоставлениями; что именно бинарные оппозиции — носители

конкретных черт бытия в уме человека.

22.3. ФОРМУЛА МИФА

Структурные компоненты мифа: сообщение, остов, код

Миф, по Аеви-Строісу, является ближайшей и наиболее адек-

ватной формой объективации бессознательного. Только на пер-

вый взгляд, подчеркивает он, мифы предстают как хаотическое

нагромождение небыли ц, несуразности, чистой фантазии, безгра-

ничного воображения. На самом деле мифы — результат хотя и не-

осознаваемых, но вполн«е структурированных операций первобыт-

ной (калейдоскопической и бриколажной) логики. Поэтому миф

как символически-семиотическая система должен быть декодиро-

ван, расшифрован. В этом и состоит задача теоретического разде-

ла науки о мифе.

Леви-Строс вырабатывает свой подход к анализу структуры

мифов. По его мнению, ашализ любого мифа должен учитывать три

его основных компонешта — сообщение, остов и код

. Сообще-

ние — это то, что составляет содержание мифа, его версия той или

иной темы (происхождешие огня, дождя и бури, каких-либо пред-

метов культуры и др.), тг.е. самая поверхностная часть мифа, его

внешнее содержание, цепочка следующих друг за другом в опре-

деленной последовательіности событий. Сообщение выражает со-

бой нарративную, повествовательную часть мифа.

Остов — более глубіокий пласт мифа, в котором повествова-

тельная и структурная »части синтезируются, концентрируются

особенности, остающиеся инвариантными в целом ряде мифов.

Остов представлен характером тех отношений, которые объеди-

няют основные элементна мифа. Эти отношения, как правило, яв-

ляются отражением тишов природного и культурного (птицы —

люди, люди — духи и др..), отношений в сфере культуры (умерен-

ность — неумеренность, нарушение меры — восстановление меры

Леви-Строс К. Мифолоогики. Т. 1. Сырое и приготовленное. С. 189.