Рассолов М.М. Курс лекций по Теории государства и права. Часть 2 - Теория права
Подождите немного. Документ загружается.
законы и иные нормативные акты. И возникает вопрос: какая мысль или воля должны быть
раскрыты в ходе такого толкования?
Думается, что толкованию должны подвергаться все законы и иные нормативные правовые
акты: и ясные, и неясные. Иначе трудно будет уяснить «содержание» всего того, что подлежит
реализации в целом или применению.
Право есть только то, что содержится в нормах права, в частности в законах и иных
нормативных правовых актах. Поэтому толковать нужно только те мысли и волю, которые
вложены в закон или иные нормативные правовые акты, и толковать живыми людьми, под
влиянием борющихся интересов, но не отвлеченную идею справедливости, правды и т.п.,
которые могли бы в данном законе и актах вовсе не отразиться или даже исказиться.
Отсюда, некорректным будет вопрос, чьи мысли или воля в ходе толкования должны быть
раскрыты: законодателя или закона? Хотя в науке на этот счет встречаются противоречивые
мнения. Более древнее по времени воззрение признавало, что выяснению при толковании
подлежит воля законодателя, выраженная в законе. В новое время выдвинулось другое
воззрение, которое стало сильно оттеснять первое: выяснению при толковании подлежит воля
закона, оторванная от первоначальной воли законодателя.
Наше мышление не только индивидуально, но и социально; то, что мы думаем, не только
наша работа, – это нечто бесконечное, это произведение работы мысли в течение столетий и
тысячелетий. Таким образом, можно считать, что законы должны быть толкуемы не по мысли и
воле законодателя – они должны быть толкуемы с позиции общественной, т.е. должны быть
изъясняемы, прежде всего как продукты всего народа, частью которого является законодатель.
161
Раздел 10 КОЛЛИЗИИ В ПРАВЕ И СПОСОБЫ ИХ УСТРАНЕНИЯ
Лекция 1. Понятие и причины появления коллизий в праве
Коллизии в праве, или юридические коллизии, трактуются как расхождения или
противоречия между отдельными нормативными правовыми актами, регулирующими одни и те
же либо смежные общественные отношения, а также противоречия, возникающие в процессе
правоприменения и осуществления компетентными органами и должностными лицами своих
полномочий. При этом некоторые теоретики государства и права пытаются различать понятия
«коллизии в праве» и «юридические коллизии вообще». В первом случае говорят о коллизиях,
содержащихся в рамках собственно права, а во втором – о коллизиях, которые выходят за
пределы права и охватывают всю правовую систему
158
.
С другой стороны, в теории государства и права рассматриваются коллизии законов, т.е.
расхождения или несогласованности между законодательными актами, регулирующими одни и те
же либо смежные отношения, а также противоречия, возникающие в процессе правоприменения и
осуществления субъектами правоприменения своих законодательных полномочий
159
. При этом
ставится знак равенства между понятиями «коллизии законов» и «юридические коллизии».
С третьей стороны, некоторые теоретики исследуют только «коллизии статей нормативно-
правовых актов, т.е. несогласованности между ними». И говорят о коллизиях в
законодательстве
160
.
Думается, что во всех указанных случаях речь идет о понятии «коллизии в праве» (или о
«юридических коллизиях)». Кроме того, эти два понятия, если исходят из их трактовки
разными авторами, в общем идентичные (за исключением Д.А. Керимова, который исследует
только один «элемент» коллизий – несогласованности статей нормативных правовых актов).
Следовательно, коллизии в праве можно рассматривать как расхождения,
несогласованности или противоречия между нормативными правовыми актами,
регулирующими одни и те же или смежные общественные отношения, а также противоречия,
возникающие в процессе применения норм права и осуществления субъектами
правоприменения своих прав и обязанностей.
Однако от коллизий в праве некоторые ученые отличают конкуренцию правовых норм,
когда не противоречащие друг другу две, три и более нормы права регулируют один и тот же
круг родственных общественных отношений, только с разной степенью конкретизации,
детализации, объема и т.д.
161
. Это, как правило, нормы разной юридической силы, уровня,
исходящие от неравнозначных государственных органов. В таких случаях нормы
действительно как бы конкурируют между собой. И это нормально. Негативным же и,
безусловно, нежелательным явлением выступают именно коллизии, когда сталкиваются друг с
другом не просто не согласующиеся, а нередко взаимоисключающие нормы.
При этом проводится также разграничение понятий «коллизия» и «конфликт». Отмечается,
что конфликт – это всегда противоречия между людьми, а не между нормативными актами,
нормами права; последние могут служить лишь причиной, поводом для конфликта. При этом
конфликт характеризуется как категория, скорее, политологическая, чем правовая. Речь в этом
случае идет о политических коллизиях, и доказывается, что между различными политическими
и юридическими конфликтами, коллизиями, противоречиями и др. есть много общего и их
разграничение в ряде случаев затруднительно
162
.
С другой стороны, на наш взгляд, прав А.В. Поляков, который увязывает коллизии в праве
с «правовыми конфликтами». Ведь из истории мы знаем, как всякие расхождения,
несогласованности, противоречия между правовыми актами, органами власти, должностными
лицами в ходе выполнения ими своих правомочий и др. нередко приводили к неуправляемым
ситуациям, к «войне законов», правовым конфликтам и т.д. Так, одной из причин распада СССР
и стала эта «война законов» СССР и России, правовые конфликты СССР и его республик.
158
См.: Матузов Н.И. Актуальные проблемы теории права. Саратов, 2004. С. 203.
159
JСм.: Радько Т.Н. Теория государства и права. М.: Юнити: Закон и право, 2004. С. 392.
160
См.: Керимов Д.А. Проблемы общей теории права и государства. М., 2001. С. 203.
161
См.: Сенякин И.Н. Специальные нормы советского права. Саратов, 1987. С. 62–65.
162
См.: Кудрявцев В.Н. Юридический конфликт // Государство и право. 1995. № 9. С. 10.
162
Иначе говоря, коллизии в праве, коллизии законов, законодательства порождают и могут
порождать правовые конфликты. И эти правовые конфликты могут иметь место между
различными элементами государственной и правовой системы. Они могут возникать «на
межсубъектном и текстуально-правовом уровнях: между субъектами, опирающимися на
правовые тексты разных подсистем, например, опирающимися на правовые тексты разных
подсистем, например, на тексты государственного и социального права; или на одни и те же
тексты, но по-разному интерпретируемые субъектами; а также между различными правовыми
текстами одной правовой подсистемы, которые содержат внутренние противоречия»
163
.
Все сказанное позволяет заключить, что коллизии в праве – это расхождения,
несогласованности, противоречия между законами и иными нормативными правовыми актами,
регулирующими одни и те же либо смежные отношения, а также противоречия, возникающие
между органами государства и иными субъектами правоприменения в процессе осуществления
или полномочий, которые могут приводить к правовым конфликтам и другим неблагоприятным
правовыми ситуациям в обществе.
В теории государства и права установлено, что причины появления коллизий в праве носят
объективный и субъективный характер.
Объективные причины появления коллизий в праве признавал еще Г.В.Ф. Гегель. Он
считал, что «возникновение коллизий при применении законов… совершенно необходимо, ибо
в противном случае ведение дела приняло бы механический характер. Если некоторые юристы
пришли к мысли, что покончить с коллизиями можно, предоставив многое усмотрение судей,
то такой вывод значительно хуже, так как решение, принятое только судом, было бы
произволом»
164
.
А некоторые ученые-юристы считают эти коллизии не только неизбежными, но даже
полезными. Так, по мнению Ю.А. Тихомирова, было бы упрощением оценивать коллизии в
праве только как негативное явление: «Коллизии нередко несут в себе и положительный заряд,
ибо служат свидетельством нормального процесса развития или же выражают законное
притязание на новое правовое состояние»
165
. И в самом деле, данные коллизии, несомненно,
полезны, если они помогают укреплять законность, правопорядок в обществе, соблюдать права
граждан, улучшать их жизнь и т.д. Однако нельзя признать полезными правовые коллизии,
ведущие к «войне законов», упадку экономики страны, распаду государства, системы права и
др.
Поэтому здесь к коллизиям в праве необходимо, на наш взгляд, относится двояко:
серьезно, вдумчиво анализировать объективные причины их возникновения и не только
анализировать, но и делать соответствующие выводы, исключать крайне отрицательные
последствия этих коллизий.
К объективным причинам появления коллизий в праве, не зависящим от воли законодателя,
ученые относят смену общественно-экономического строя, перестройку, изменения в
экономике, политической системе, в системе законодательства в условиях рыночных
отношений и т. п.
Причина коллизий многих норм права, например, заключается в том, что не все
общественные отношения можно изменить немедленно, мгновенно. Наряду с новыми могут
существовать старые отношения, которые регулируются иначе. В этом не трудно убедиться на
примере развития экономики, политической системы и законодательства после распада СССР.
Многие родственные, схожие отношения регулировались законами СССР, РСФСР и
Российской Федерации одновременно, не рыночными законами.
Важно также анализировать и делать серьезные выводы из осмысления субъективных
причин появления коллизий в праве. Они также, как показывает опыт, нередко ведут к
негативным проявлениям, причем порой и к разрушительным. И их, конечно, следует
учитывать.
К субъективным причинам появления коллизий в праве ученые относят такие, которые
зависят от воли и сознания людей: государственных деятелей, депутатов, чиновников и др. Это,
например, низкий уровень жизни граждан, лоббизм депутатов, коррупция чиновников, слабая
163
Поляков А.В. Общая теория права. СПб., 2003. С. 602.
164
Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990. С. 249.
165
Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия: власть и правопорядок // Государство и право. 1994. № 1. С. 4.
163
организация нормотворческой деятельности, неупорядоченность законодательства, низкий
уровень правовой культуры, конфронтация властей, криминальный беспредел и др.
В этом свете актуализируется разработка проблем российского коллизионного права,
поскольку сегодня все условия для формирования данного направления юридической науки
действительно назрели: коллизионное право имеет как свой предмет (специфическая область
общественных отношений), так и метод правового регулирования, т.е. у него имеются два
необходимых основания для выделения любой отрасли права. Целесообразна разработка
учебного курса по данной дисциплине.
Более того, в п. «п» ст. 71 Конституции РФ говорится о том, что к ведению Российской
Федерации относится «федеральное коллизионное право». Оно и призвано развязывать
наиболее тугие узлы противоречий, особенно в межрегиональных отношениях. Однако
применение коллизионных норм, т.е. непрерывное законодательное вмешательство во все
спорные случаи, весьма непросто. Поэтому приходится искать и использовать разные пути
ликвидации последствий негативных правовых коллизий. Особенно это трудно делать, если
речь идет о нормах международного коллизионного права.
Известно, что это нормы, указывающие, право какого государства должно быть
применено к гражданскому, семейному, трудовому отношению международного характера
(т.е. отношению, участником которого является иностранный гражданин или иностранное
юридическое лицо (например, гражданка РФ вступает в брак с иностранцем), или объектом
отношения является вещь, находящаяся за границей (например, имущество, которое по
наследству должно перейти к российскому гражданину, находится за границей), или
юридические факты, с которыми связаны возникновение, изменение или прекращение
отношений, имеют место за границей (например, за границей был заключен договор или
имело место причинение вреда)), либо какой нормативный акт подлежит применению при
внутригосударственном юридическом конфликте (коллизии). Коллизионные нормы могут
также устанавливать принцип разрешения конфликта между национальным и
международным правом (так, п. 4 ст. 15 Конституции РФ содержит следующую норму: если
международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем
предусмотренные национальным законом, применяются правила международного договора).
Различные коллизионные нормы содержатся в международных договорах (например, в
договорах о правовой помощи) и в национальном законодательстве государств, образуя в
совокупности международное коллизионное право. В международном частном праве
коллизионные нормы часто формируются в виде абстрактного правила, указывая обычно не
право какого-то конкретного государства, а сам принцип, признак, которым определяется
применение права (например, закон гражданства лица, закон места совершения сделки, закон
места нахождения вещи, закон места заключения брака и т.д.) Применение в Российской
Федерации иностранного закона, к которому отсылает коллизионная норма может быть
ограничено в случае, если его применение противоречит основам конституционного строя
России.
164
Лекция2. Виды коллизий в праве и способы их устранения. Публично-правовые споры
Коллизии в праве весьма многочисленны, разнообразны и разноплановы: они различны по
содержанию, остроте, целенаправленности, формам выражения, политической окраске, путям
разрешения и т.д. И литературе наметились разные подходы к их классификации
166
. На наш
взгляд, наиболее интересным с научной точки зрения является деление коллизий в праве,
предпринятое Н.И. Матузовым. Исходя из анализа теории вопроса и юридической практики
ученый прежде всего подразделил все коллизии в праве на шесть больших групп, а именно:
коллизии целей (когда в разных нормативных правовых актах или в деятельности разных
органов отражаются противоречивые, взаимоисключающие цели); коллизии между
национальным и международным законодательством и правом; коллизии между нормативными
правовыми актами или отдельными правовыми нормами; коллизии в правотворческой
деятельности (слабая обоснованность актов, их дублирование, принятие слабых законов, иных
актов); коллизии в применении норм права (беспорядок в практике применения одних и тех же
норм права, несогласованность правовых субъектов действий субъектов); коллизии
полномочий и статусов органов государства, должностных лиц, других государственных
структур (вторжение в чужую компетенцию).
Кроме того, в ходе анализа также выделяются и характеризуются и другие, наиболее
распространенные в обществе юридические коллизии:
1.JКоллизии между Конституцией РФ, законами и иными правовыми актами. В случае
возникновения коллизий спор разрешается в пользу Конституции РФ. В ст. 15 Конституции РФ
говорится, что она имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей
территории страны. В ч. 3 ст. 76 Конституции РФ установлено, что «федеральные законы не
могут противоречить федеральным конституционным законам». Конституция во всех
государствах обладает в этом случае верховенством.
2.JКоллизии между Конституцией РФ, федеральным договором, а также между договорами
федерального центра с отдельными территориями, равно как и расхождения между договорами
самих субъектов. Коллизия здесь разрешается на основе разд. 2, п. 1, ч. 4 Конституции РФ.
3.JКоллизии между законами и подзаконными актами. Разрешаются в пользу законов,
поскольку они обладают верховенством и высшей юридической силой (ч. 2 ст. 4, ч. 3 ст. 90, чч.
1 и 2 ст. 115, ч. 2 ст. 120 Конституции РФ. Суд, установив при рассмотрении дела
несоответствие акта государственного или иного органа Конституции РФ, принимает решение в
соответствии с Конституцией РФ.
4.JКоллизии между общефедеральными нормативными правовыми актами и актами
субъектов Федерации, в том числе между конституциями. В случае возникновения коллизий
приоритет здесь имеют общефедеральные акты. В ст. 76 Конституции РФ говорится, что
федеральные конституционные и иные законы, изданные в пределах ее ведения, имеют прямое
действие на всей территории Федерации (ч. 1). По предметам совместного ведения издаются
федеральные законы и принимаемые в соответствии с ними законы и иные нормативные акты
субъектов Российской Федерации (ч. 2). Вне пределов ведения Российской Федерации и
совместного ведения субъекты Федерации осуществляют собственное правовое регулирование,
включая принятие законов и иных нормативных правовых актов.
В ст. 76 Конституции РФ также записано, что «законы и иные нормативные акты субъектов
Российской Федерации не могут противоречить федеральным законам, принятым в
соответствии с частями первой и второй настоящей статьи. В случае противоречия между
федеральным законом и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует
федеральный закон» (ч. 5). «В случае противоречия между федеральным законом и
нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации, изданным в соответствии с
частью четвертой настоящей статьи, действует акт субъекта Федерации» (ч. 6).
5.JКоллизии между национальным (внутригосударственным) и международным правом. В
случае возникновения коллизий здесь имеют приоритет нормы международного права. В ч. 4
ст. 15 Конституции РФ говорится: «Общепризнанные принципы и нормы международного
права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее
166
JСм, напр.: Тихомиров Ю.А. Юридическая коллизия. М.: Манускрипт, 1994; Радько Т.Н. Теория государства и права. М.: Юнити: Закон и
право, 2004. С. 393 и др.
165
правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные
правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Таковы основные и наиболее общие виды коллизий в праве, которые возникают или могут
возникнуть на территории Российской Федерации. Однако это основные коллизии, но не все.
Частных, текущих, отраслевых коллизий огромное количество, и они анализируются в рамках
отраслей, институтов, норм.
Теория государства и права выработала также значительное множество способов (приемов)
устранения коллизий в праве. Наиболее распространенными из них признаны: толкование
закона, иного нормативного правового акта, нормы; принятие нового правового акта; отмена
старого акта; внесение изменений или уточнений в действующие акты; приостановление
действия правового акта; судебное, административное или третейское разбирательство по
коллизиям; обновление норм права; создание согласительных комиссий по коллизии;
осуществление правосудия Конституционным судом по делу, спору; достижение
договоренностей по спору; систематизация законодательства.
При этом, по нашему мнению, устранение «неблагоприятных» юридических коллизий
должно быть всецело направленно на укрепление законности в обществе. А для этого должен
быть разработан и действовать в обществе достаточно эффективный механизм устранения
«неблагоприятных» коллизий в праве, и прежде всего всевозможных споров (в том числе
конфликтов).
Надо отметить, что в Российской Федерации с учетом проводимой правовой реформы
создан и действует определенный механизм устранения юридических коллизий, а точнее,
механизм разрешения публично-правовых споров.
Каждый публично-правовой спор в этом случае рассматривается как определенный этап в
процессе развития юридической коллизии. Это – установленная законом процедура
рассмотрения уполномоченными органами претензии субъектов права по поводу оспариваемых
или нарушенных законных интересов, актов и действий публичного (общественного) характера.
Надо отметить, что опыт рассмотрения публично-правовых споров в Российской
Федерации пока небольшой. Однако уже сегодня можно обобщить их по предмету. Это споры:
о недействительности актов органов государства и местного самоуправления; о компетенции
государственных органов и должностных лиц; по поводу защиты интересов государства; по
поводу защиты реализации прав граждан на участие в выборах и референдуме; в связи с
нарушением прав граждан государственными органами; об ответственности сторон во
внутрифедеральных отношениях; межгосударственные споры.
Одним из широко распространенных публичных споров стало признание актов органов
государства и органов местного самоуправления недействительными. Соответствующие
процедуры применяются в рамках разных видов судопроизводства.
Так, ст. 13 ГК РФ устанавливает, что ненормативный акт государственного органа или
органа местного самоуправления и в случаях, предусмотренных законом, также нормативный
акт могут быть признаны судом недействительными, если они не соответствуют закону или
иным правовым актам и нарушают гражданские права и законные интересы граждан и
юридических лиц. В рамках арбитражного судопроизводства допускается признание
недействительными только ненормативных актов государственных и иных органов по тем же
основаниям (п. 2 ст. 22 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об
арбитражных судах в Российской Федерации»
167
). В рамках конституционного
судопроизводства Конституционный Суд РФ разрешает дела о соответствии Конституции РФ
федеральных законов и иных нормативных актов, включая внутрифедеральные договоры.
Шагом вперед является положение ст. 23 Федерального конституционного закона от
17.12.1997 № 2-ФКЗ «О Правительстве Российской Федерации»
168
о возможности обжалования
в суд актов Правительства РФ. Пока оно мало применяется, но все же уже появились иски к
Правительству РФ и Минфину России от муниципальных органов по поводу невыполнения их
обязательств в части бюджетного обеспечения. Так, в ноябре 1998 г. городской суд г. Элисты
обязал Минфин России произвести финансирование учреждений для выплаты зарплаты.
167
См.: СЗ РФ. 1995. № 18. Ст. 1589.
168
См.: Там же. 1997. № 51. Ст. 5712.
166
Или, например, в Ставрополе мэр города подал в суд на начальника краевого управления
внутренних дел в связи с приказом об упразднении городского управления внутренних дел по
причине неэффективности деятельности. В порядке досудебной подготовки определением
райсуда действие приказа приостановлено.
Увеличивается объем дел по спорам о компетенции органов государства и должностных лиц.
Надо сказать, что споры такого рода возникают довольно часто. Одна из причин – нечеткость
определения задач, функций, полномочий и взаимоотношений государственных органов в
законах о положениях. Другая причина связана с нарушениями компетенции одного органа со
стороны других органов.
Появились процедуры рассмотрения таких споров. В Федеральном конституционном
законе «О Конституционном Суде Российской Федерации» урегулировано право на обращение
в Конституционный Суд РФ любого из участвующих в споре органов государственной власти,
указанных в ч. 3 ст. 125 Конституции РФ. Установлены основания ходатайства органа (ст. 93),
пределы проверки (ст. 94), варианты итоговых решений по делу (ст. 45).
Есть и примеры из практики. Так, Постановлением Конституционного Суда РФ от 14.01.1992
№ 1-П-У «По делу о проверке конституционности Указа Президента РФ от 19 декабря 1991 года №
289
“Об образовании Министерства безопасности и внутренних дел”»
169
признано, что данный указ не
соответствует Конституции РФ с точки зрения принципа разделения властей и установленного
разграничения компетенции между высшими государственными органами.
В сфере государственного управления применяются и другие средства публично-
правовой защиты. Так, Правительство РФ разрешает споры и устраняет разногласия между
федеральными органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации. Для этого
создаются согласительные комиссии из представителей заинтересованных сторон. В случае
противоречия актов последних Конституции РФ и федеральным законам, международным
обязательствам Российской Федерации или нарушения прав и свобод граждан Правительство
РФ вносит предложения Президенту РФ о приостановлении действия этих актов. Таков смысл
ст. 44 Федерального конституционного закона «О Правительстве Российской Федерации».
Две процедуры вправе использовать Президент РФ: приостанавливать действие актов
органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации по вышеназванным
основаниям до решения вопроса судом и использовать согласительные процедуры для
разрешения разногласий в системе органов исполнительной власти (ст. 25 Конституции РФ).
При этом все более широкое распространение получает договорная форма регулирование
внутрифедеральных отношений.
Публичный интерес подлежит защите в установленном порядке и в тех случаях, когда он
выражает в концентрированном виде подлежащие защите интересы отдельных граждан. Здесь
происходит переход количества в качество, и масштабность и значительность проблемы
придает ей общезначимый характер. Тем самым реализуется право граждан на коллективные
обращения в государственные или иные органы. К таковым можно отнести процедуры
рассмотрения коллективных трудовых споров. Их рассматривают примирительная комиссия,
посредники и (или) трудовой арбитраж.
Так, Верховный Суд РФ рассмотрел в сентябре 1998 г. гражданское дело по заявлениям
ряда профсоюзов и граждан о признании недействительным пп. 6 и 7 Постановления
Правительства РФ от 21.07.1998 № 800 «О мерах по обеспечению своевременной выплаты
государственных пенсий»
170
и признал недействительным с момента принятия как эти пункты,
так и принятые во исполнение подзаконные акты.
Еще более ярко публичное значение таких споров выявляется в процессе обеспечения
политических прав граждан. Конституционные права граждан на участие в управлении
государственными делами, в местном самоуправлении, право избирать и быть избранными,
участвовать в референдумах, занимать должности в государственных и муниципальных
органах, вносить предложения и др. рассчитаны не только на развитие гражданской активности,
но и на процесс формирования и деятельности государственных и общественных институтов.
169
См.: Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1992. № 6. Ст. 247.
170
См.: СЗ РФ. 1998. № 30. Ст. 3781.
167
Например, в Санкт-Петербурге гражданин А. обжаловал в городском суде городской закон
о резервном фонде бюджета, поскольку тем самым ограничивались функции губернатора и
право гражданина участвовать в управлении через него как выборного представителя. После
долгих разбирательств Президиум Верховного Суда РФ оставил без изменения решение
городского суда о признании недействительными ряда статей названного закона.
Надо отметить, что современное российское законодательство включает механизмы
рассмотрения коллизий (споров) при проведении выборов и, соответственно, устранения
разных коллизий в этой сфере. В федеральных законах об основных гарантиях избирательных
прав и права на участие граждан в референдуме, о выборах депутатов Государственной Думы
РФ есть соответствующие статьи. Так, в Избирательном кодексе Воронежской области имеется
специальная гл. 16, в которой урегулирован порядок работы судов и органов прокуратуры во
время проведения голосования, оспаривания списков избирателей, отказа в регистрации
кандидата, рассмотрения случаев фальсификации протоколов, нарушений порядка
финансирования. Решения об аннулировании соответствующих решений избирательной
комиссии в первых двух случаях принимает суд (ст.ст. 65–70).
Исков в судах о нарушениях избирательных прав граждан и норм избирательного
законодательства становится все больше.
В современных условиях считается также важным критерием законности правовых актов
их соответствие общепризнанным принципам и нормам международного права,
ратифицированным международным договором.
Таковы критерии, которые позволяют анализировать и оценивать законность правовых
актов. Далее наступает следующий этап, когда необходимы меры реагирования на спорные или
незаконные правовые акты. Они установлены в конституциях, законах и иных актах и являются
вполне легитимными и подлежащими неуклонному применению. К ним относятся:
приостановление действия актов, например, органов исполнительной власти субъектов
Российской Федерации Президентом РФ до решения суда; вето на закон, отклонение закона
(предусмотрено ст. 107 Конституции РФ); отмена актов в иерархическом порядке
(Правительством РФ – актов федеральных министерств и других органов исполнительной
власти, президентами субъектов Российской Федерации – актов правительств, губернаторами –
актов своих правительств и иных органов, министром – в отношении подведомственных
организаций в пределах отрасли, руководителем – в пределах организации); аннулирование
правоустанавливающих документов (действия лицензии, разрешения и т.п.); представление
прокурора об устранении нарушения закона (ст. 24 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-
1 «О Прокуратуре Российской Федерации»
171
); протест прокурора на любой акт (ст. 23
указанного закона); обжалование актов органов власти, должностных лиц, актов референдума и
др. в суд общей юрисдикции (таковы ст.ст. 46, 52 Федерального закона от 28.08.1995 № 154-ФЗ
«Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»
172
,
нормы законов о выборах, по поводу нарушений избирательных прав граждан); признание
недействительными нормативных актов Президента РФ, палат Федерального Собрания,
Правительства РФ, не соответствующих закону и нарушающих права и законные интересы
организаций, граждан (ст. 10 Федерального конституционного суда «Об арбитражных судах в
Российской Федерации»); разрешение дел о соответствии Конституции РФ актов и договоров (п.
2 ст. 125 Конституции РФ, ст.ст. 84–87 Федерального конституционного закона «О
Конституционном Суде Российской Федерации»); разрешение споров о компетенции (п. 3 ст. 125
Конституции РФ, ст.ст. 92, 95 Федерального конституционного закона «О Конституционном
Суде Российской Федерации») – «подтверждение полномочий издать акт или совершить
правовые действия», «отрицание полномочий»; отказ в регистрации акта при регистрации
нормативных актов министерств в Минюсте России, при регистрации юридических лиц
(Федеральный конституционный закон «Об арбитражных судах в Российской Федерации»,
Федеральный закон от 19.05.1995 № 82-ФЗ «Об общественных объединениях»
173
и др.), при
регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним; согласительные, третейские
171
См.: СЗ РФ. 1995. № 47. Ст. 4472.
172
См.: Там же. № 35. Ст. 3506.
173
См.: СЗ РФ. 1995. № 21. Ст. 1930.
168
процедуры по поводу споров о решениях и действиях юридического характера; изменение и
отмена собственного акта органом или должностным лицом, издавшим его.
Изложенные способы рассмотрения и оценки правовых актов обеспечивают широкие
возможности для устранения нарушений законности и, соответственно, самых разных коллизий
в праве.
169
Раздел 11 ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРОЦЕДУРА
Лекция1. Понятие юридической процедуры и механизм ее образования
В науке теории государства и права проблемы теории юридической процедуры серьезно
разрабатываются давно, а крупных монографических исследований здесь проведено очень
мало
174
. Однако даже из того небольшого числа имеющихся научных трудов и разработок
можно заключить, что наличие процедурных механизмов было характерно для социального
регулирования в обществе с древности. И здесь прав В.Н. Протасов, который пишет, что
«реализация всех разновидностей социальных норм нуждалась в процедурах и
соответствующих процедурных нормах. Ритуалы, церемониалы, иные обряды – все это виды
процедур, связанные с социальным регулированием»
175
. И это на самом деле так.
Например, эти виды процедур мы наблюдаем у славянских народов еще на первом этапе
развития, и эти процедуры использовались ими довольно широко. Люди катали по вспаханному
полю священника, чтобы получить хороший урожай, или после посевной звали священника во
ржаное поле петь молебен. Весной перед выгоном скотины в поле хозяева обходили свой двор с
образом и ладаном, завершая это действо угощением пастухов. При закладке избы под углы
клали монеты.
У всех первобытных народов имелись процедуры (обряды) захоронения умерших. Они
проходили по-разному, да и процедуры захоронения использовались разные (в саване, в гробу,
сидя, лежа и т.д.). Но, как правило, эти процедуры отражали скорбь и печаль по поводу ухода
умершего в мир иной. Например, в африканском племени масаев похоронные церемониалы по
члену семьи совершал глава большой семьи. Если умирал глава семьи, то ответственность за
похороны возлагалась на старшего сына или, при его отсутствии, на братьев покойного. При
этом действовали еще и правила, связанные с имущественным расслоением, которое на
поздних стадиях догосударственного общества становилось все более явственным
176
.
Позднее, с появлением норм права, правоотношений, в которые вступали люди (по поводу
пользования и распоряжения вещами, семейных дел, залога, получения и возврата денег и др.),
процедурность, как и нормативность, обрела новое дыхание и она нашла наиболее полное
выражение в правовом регулировании разнообразных общественных отношений, где люди
стали иметь дело с гражданским и уголовным разрешением своих дел в судах, с судебными
решениями, с логическими оценками своих и чужих действий и бездействия и т.д. Иными
словами, с помощью определенных процедур с точки зрения закона, с позиции логически
построенных схем граждане, судьи, чиновники и др. начали добиваться конкретных своих
целей, желаемых результатов. При этом юридическая процедура понималась ими с разных
сторон: и как логический процесс реализации норм права; и как последовательно меняющие
друг друга акты поведения людей; и как деятельность, внутренне структурированная
конкретными правовыми отношениями.
Известно, что Г.Ф. Шершеневич при характеристике разных процедур применения норм
права умело использовал все эти «компоненты», не обходя стороной при этом и сами судебные
решения присяжных, и процедурный образ действий судей, и правомерные и преступные акты
поведения отдельных людей, и положительные моменты правового регулирования, и др.
Приведем на этот счет некоторые рассуждения ученого.
Г.Ф. Шершеневич справедливо отмечал, что с наибольшей ясностью процесс (процедура)
применения права раскрывается в процессуально деятельности суда. Даже в судебном решении,
отмечал он, если только это не вердикт присяжных заседателей, различаются следующие
процедуры: изложение обстоятельств дела, мотивировка и юридический вывод или решение в
точном смысле слова. Процедурно-логическое строение судебного решения представляет собой
не что иное, как силлогизм, в котором роль большой посылки играет норма права, малой
посылки – конкретное бытовое отношение. Судья, реализуя конкретные процессуальные
процедуры, не призван определять, какой образ действий по самой сущности дела был бы
174
JСм., напр.: Толстой Ю.К. К теории правоотношения. Л., 1959; Протасов В.Н. Юридическая процедура. М., 1991; Он же. Правоотношение
как система. М., 1991. С. 136–139.
175
См.: Протасов В.Н. Теория права и государства. М., 2001. С. 169.
176
См.: Кашанина Т.В. Происхождение государства и права. М., 2004. С. 186, 190.
170